Шэнь Мин вздохнул, видя, что все стоят неподвижно, словно каменные изваяния.
Рядом Тан Минлун застыл в оцепенении, и даже не собирался натягивать тетиву лука.
– Значит, вы хотите, чтобы я один со всем разобрался? – Шэнь Мин устало поднял опухшую руку, вытащил стрелу и натянул тетиву.
[Шух!] Стрела вонзилась в пасть Зубастого Вепря. Расстояние было настолько малым, что до Шэнь Мина донёсся смутный звук разрываемой плоти и крошащихся костей монстра.
[Бух!]
Огромный зверь рухнул на землю, проскользил по снегу и остановился прямо у ног Шэнь Мина.
В этот момент все взгляды были прикованы к Шэнь Мину.
У юноши были брови словно клинки, а глаза сияли как звёзды, в его облике ещё чувствовался налёт учёности.
Зубастый Вепрь распростёрся у его ног, лишь подчёркивая его гордый и необычайный вид.
– Господин Шэнь, вы великолепны! – В глазах Гун Юя будто зажглись звёзды. В этот миг он уже стал преданным поклонником Шэнь Мина.
Члены охотничьего отряда очнулись и подхватили возгласы восхищения.
Шэнь Мин похлопал Тан Минлуна по плечу:
– Господин Тан, мы же договорились о пари. Вы ведь не передумаете?
Глава 46: Сян Цзюнь и Богиня Ло
Как только Шэнь Мин произнёс эти слова, Тан Минлун почувствовал на себе бесчисленные взгляды.
Охотничий отряд, само собой, был на стороне Шэнь Мина.
Даже дюжина уполномоченных Разведывательной Службы смотрели на Тан Минлуна со сложным выражением.
Он сам вырыл эту яму, как бы ему теперь хватило наглости отказаться от своих слов на виду у всех?
Только теперь Тан Минлун понял, почему Шэнь Мин тогда позвал Тан Мэнлин и Хэ Хао.
Это была подстраховка против него!
Из-за пазухи он вытащил небольшой фиолетовый хрустальный флакон, долго колебался, а затем с болью в сердце бросил его Шэнь Мину.
Шэнь Мин поймал флакон, открыл его и прищурился, заглядывая внутрь.
Внутри лежали три красных пилюли. Насыщенный лекарственный аромат, ничуть не резкий, поднимался вверх и проникал в ноздри Шэнь Мина.
Вся усталость мгновенно исчезла.
– Эта Девятиоборотная Кроветворная Пилюля – священное средство для спасения жизни. Хотя её лечебный эффект не выдающийся, но при серьёзных ранениях одна пилюля способна быстро остановить ухудшение состояния, давая время для оказания помощи. Компоненты для её изготовления чрезвычайно редки, а ещё требуется ядро монстра седьмого уровня. По своей ценности она ничуть не уступает Браслету Пикового Каймана, – Старик Цзян, вдохнув аромат, тихо проинформировал Шэнь Мина, размышляя о том, чтобы найти способ заполучить одну пилюлю для себя.
Члены Разведывательной Службы, глядя на флакон с пилюлями, все без исключения выражали зависть.
Они знали, что у Тан Минлуна есть такие спасительные пилюли, но видели их впервые.
Кто бы не хотел иметь то, что может спасти жизнь?
У Тан Минлуна сердце вот-вот должно было разбиться. Проиграв Браслет Пикового Каймана, а теперь и Девятиоборотную Кроветворную Пилюлю, он понёс невообразимые потери! Даже несмотря на то, что родители баловали его, он всё равно не избежит порицания от семьи!
После состязания отряд разделал тушу Зубастого Вепря и продолжил движение вглубь Хребта Рассечённого Ущелья.
– Ты раньше был обычным богатым наследником в столице, где же ты научился такому искусному владению луком? – Тан Мэнлин не выдержала, вскочила на транспортный фургон и села рядом с Шэнь Мином.
Её ноги покачивались.
– Я никогда специально не тренировался. Такое мастерство — это, наверное, всё благодаря моему дару! – Шэнь Мин не ожидал, что Тан Мэнлин заберётся в фургон, и уловив лёгкий аромат девичьих духов, подумал, что он приятнее любого лекарственного запаха: – Я с детства всё быстро осваивал.
Тан Мэнлин тихо рассмеялась. В талант Шэнь Мина она верила, ведь её саму часто хвалили за несравненный дар.
Они болтали о том о сём, пока солнце клонилось к закату над бескрайними снежными горами.
Фургон трясся и медленно ехал, а тени двоих вытягивались на снегу, становясь всё длиннее и косее.
Хэ Хао стиснул зубы. Старик Цзян похлопал его по плечу.
Постепенно все почувствовали лёгкий запах влаги, и сквозь прореживающиеся деревья смутно проступил захватывающий дух лазурный оттенок.
– Озеро Облачной Бездны, мы прибыли, – Тан Мэнлин приставила ладонь к лбу, вглядываясь вдаль.
Она поспешно спрыгнула с фургона и неудержимо направилась к синеве.
Шэнь Мин последовал за ней.
Все вышли к берегу Озера Облачной Бездны. Бескрайняя озёрная гладь была синей, словно глаза богини.
Северный ветер, морщивший воду, каким-то образом стал мягким, с нотками тепла.
– «Сянь Цзюнь в старости, Облачная Бездна синя, как день», – Тан Мэнлин тихо прошептала стихи, зачарованно глядя на воду.
Это Озеро Облачной Бездны, согласно преданиям, было создано богиней по имени Сян Цзюнь.
«Сян Цзюнь — одна из водных богинь этого мира, а Тан Мэнлин обладает Даром Богини Ло. Глядя на неё такую отрешённую, может быть, между ними есть какая-то связь?» – Шэнь Мин бесцельно размышлял, сам того не замечая, как засмотрелся на Тан Мэнлин.
– Кхм, кхм, – Хэ Хао незаметно подошёл к ним: – Госпожа главнокомандующая, мы сегодня здесь остановимся на ночлег?
Увидев, как Тан Мэнлин кивнула, он потянул Шэнь Мина за собой, чтобы тот отошёл.
Озеро Облачной Бездны находилось в самом сердце Хребта Рассечённого Ущелья, и использование его в качестве базы для исследований окружающих территорий было отличным решением.
Шэнь Мин руководил охотничьим отрядом в обустройстве лагеря.
Его Дар Охотника на монстров, а именно Ощущение опасности, едва уловимо посылало тревожные сигналы, вызывая у него дискомфорт.
Это было смутное чувство, будто за ним наблюдает хищник.
Шэнь Мин без всякой причины почувствовал зуд на спине. Он хотел почесаться, но слишком много одежды мешало ему дотянуться.
Лагерь был быстро разбит. Хэ Хао, увидев, что Шэнь Мин снова указывает людям, как расставлять ловушки, наконец, вспомнил, что только что ревновал и не рассказал Шэнь Мину об особенностях Озера Облачной Бездны.
– Шэнь Мин. Это Озеро Облачной Бездны очень необычно. Окружающие монстры не смеют к нему приближаться, даже если им нужно будет напиться, они будут искать обходной путь, следуя горным ручьям, чтобы утолить жажду, но не будут пить из этого озера. Так что расставлять ловушки для защиты от монстров — это излишне.
Шэнь Мин взглянул на Старика Цзяна, что стоял рядом, и тот кивнул, подтверждая слова Хэ Хао.
«Озеро Облачной Бездны солёное? Или в нём таится что-то ещё более опасное?» – Шэнь Мин внутренне размышлял.
Его Ощущение опасности было на более высоком уровне, чем у Старика Цзяна, и оно продолжало посылать сигналы, тревожа его.
— Ничего страшного, лишняя предосторожность никогда не помешает! — Шэнь Мин кивнул Хэ Хао, но продолжал руководить охотничьим отрядом в расстановке ловушек.
Хэ Хао улыбнулся и не стал мешать.
– Такой трусливый? Я бывал на этом Озере Облачной Бездны несколько раз, монстры даже не осмеливаются приближаться, да и расставлять эти ловушки — пустая трата времени, – проворчал Тан Минлун, и его голос был довольно громким. Остальные члены Разведывательной Службы тоже посчитали действия Шэнь Мина излишними. В конце концов, в охоте на монстров они сами были профессионалами.
Однако в эти дни их постоянно подавлял Шэнь Мин, и в душе у них было некоторое недовольство.
Шэнь Мин не обращал на них внимания – у него было безошибочное чувство опасности, не раз спасавшее ему жизнь. Работа кипела с самого утра до позднего вечера. К счастью, охотничий отряд чтил его авторитет и отличался поразительной исполнительностью. Старик Цзян совершенно выбился из сил, но он верил в правоту Шэнь Мина, а потому оставался рядом с ним с рассвета до заката.
- Шэнь Мин! Иди сюда, выпьем! – у озера уже полыхал костер, вокруг которого собрались все люди из Отдела расследований.
Крепкий алкоголь был согрет, а вырезка кабана-клыкача, бережно отделенная утром, уже поджарилась на огне, источая пленительный аромат, от которого у любого потекли бы слюнки.
Шэнь Мин и старик Цзян подошли поближе. Нисколько не смущаясь, они присоединились к пиру, поглощая еду с отменным аппетитом.
Тан Минлун, безмерно раздраженный видом Шэнь Мина, хмурился. Он считал себя исключительно одаренным, превосходным как в литературных, так и в боевых искусствах. Желая покрасоваться, он многозначительно прочистил горло:
- Лин… Кхм… Командир Тан, в столь прекрасный вечер позвольте мне сочинить стих в честь такого случая.
Последние дни он не раз попадал в неловкие ситуации, и никто не спешил ему подыгрывать, отчего вокруг воцарилось неловкое молчание. Тан Минлун, впрочем, не обратил на это внимания, будучи явно чрезмерно уверенным в своем поэтическом даровании:
- Звёздный поток заглядывает в воды Вэй,
Ветер морщит гладь бездонных вод.
Владыке Сян бы оглянуться вдаль,
А тень луны прощается с ветвей.
- Э-э-э… - даже Шэнь Мин, умевший лишь искусно копировать чужие стихотворения, счел этот опус совершенно бездарным.
- Что это значит?! Если у тебя есть хоть капля таланта, сочини что-нибудь сам, чтобы мы могли оценить! – вспылил Тан Минлун, утратив всякое подобие былого благородства.
Но он совершенно не замечал, как Хэ Хао лихорадочно подает ему знаки глазами. Хэ Хао больше всего боялся, что Тан Минлун спровоцирует Шэнь Мина на стихосложение. Он-то хорошо знал о поэтическом даре Шэнь Мина и понимал: это было бы не что иное, как откровенный подарок, возможность продемонстрировать свой талант! Хэ Хао видел, как Тан Мэнлин все больше сближается с Шэнь Мином, и поэтому уже был начеку. Однако этот болван Тан Минлун только и делал, что сам давал ему козыри!
В голове Шэнь Мина не осталось почти никаких стихотворных запасов, и он не желал уделять внимания Тан Минлуну. Склонив голову, он собирался пригубить вино, но его взгляд невольно встретился с взглядом Тан Мэнлин. В ее глазах мерцали огоньки, словно таили они в себе бесчисленные звездные реки.
Шэнь Мин бросил взгляд на озерную гладь, где звездное небо отражалось, словно пышный, сказочный сон. В этот миг он почувствовал легкое опьянение, и ему стало трудно понять, был ли его перенос в этот мир всего лишь сном. Это озеро, по преданию, было создано Владыкой Сян, и Шэнь Мину действительно пришло на ум одно стихотворение. Осушив чашу с крепким напитком одним глотком, он тихонько продекламировал:
- Западный ветер стари́т волны водной бездны,
За ночь Владыка Сян сединой покрылся вдруг.
В хмельном забытьи не видит, что небо в воде лежит,
И полная лодка снов под звездной рекой скользит.
В тот же миг подул порывистый холодный ветер, отчего пламя костра затрещало, и звездное отражение на озере закружилось в хаотическом танце. Люди из Отдела расследований замерли, зачарованные, их до глубины души потрясло величие поэтического образа.
Шэнь Мин вдруг ощутил, как чаша в его руке слегка отяжелела: пара нежных, изящных рук безмолвно наполнила ее до краев. На мгновение ему померещилось, будто рядом с ним стоит Ваньвань. Опустив взгляд, он увидел, что это была Тан Мэнлин. Она подняла свою чашу и тихонько соприкоснулась ею с чашей Шэнь Мина:
- «В хмельном забытьи не видит, что небо в воде лежит, / И полная лодка снов под звездной рекой скользит». За эти строки я пью с тобой!
В тот же миг ее прелестные щеки озарились нежным румянцем.
Глава 47. Призрачный макак
Резко зазвенел колокольчик.
http://tl.rulate.ru/book/137366/6914692
Готово:
