Журавлиное перо [1] взмахнуло назад, и плеть из лозы, ранее сотворённая им, рассыпалась дымом. Пёстрое перо вновь расчертило воздух, и с небес рухнул гигантский ствол дерева.
Дай Вэньпэн поднял правую руку, поймал исполинское дерево и, опустив её, бросился в погоню. Он крепко сжал ствол, сделал широкий взмах, и противник рухнул на землю. Затем он отбросил колючие лозы, обхватил дерево обеими руками и, используя себя как центр, а ствол как радиус, начал описывать круг.
Это привело к тому, что Му Чжэнгуан, скользя по сферической арене, пролетел десяток метров и в конце концов вылетел по касательной.
Дай Вэньпэн метнул ствол дерева, его жест напоминал метание копья.
Му Чжэнгуан не успел подняться. Он перекатился по земле дважды, чудом избежав удара, и в этот момент противник уже был рядом.
Дай Вэньпэн сжимал в обеих руках колючие лозы. Он подумал: «Если бы я с самого начала использовал колючки, а не лозу, поединок уже давно бы закончился. Убойная сила колючек намного превосходит лозу, но они менее подвижны. Я использовал лозу, чтобы быстрее оценить твои возможности, но ты оказался слаб, так что это было совершенно излишне».
Их разделяло слишком малое расстояние, и Му Чжэнгуан метнул осевую кисть, чтобы ослабить бдительность противника.
Дай Вэньпэн уклонился, и кисть пронеслась мимо его уха. Он оглянулся: осевая кисть не собиралась возвращаться, и он перестал быть настороже.
После этого Му Чжэнгуан метнул песочные часы, попав в ребро противника. Он не только вложил в этот удар всю свою силу, но и добавил нечто большее: "стирание существования", эффект, необратимо снижающий физическую силу цели. После снижения её невозможно восстановить.
Му Чжэнгуан, получивший несколько ранений, имел полное право "выложиться по-полной": "Меня сбило огромное дерево, затем отбросило им же, кости трещали. Если я ещё и позволю тебе победить, то буду уж слишком великодушен!"
Дай Вэньпэн упал на землю с небольшим переломом, его силы иссякли до одной трети. Он увидел укатившуюся осевую кисть и ещё дальше укатившиеся песочные часы. Уверенный в своей безопасности, он поднял упавшие на землю колючие лозы и с ещё большей яростью бросился в атаку.
Журавлиное перо трепетало, и гигантская сеть из колючих лоз мгновенно сформировалась и быстро сузилась, не оставляя "добыче" ни единого шанса на побег.
Эта сеть была тяжела, но сейчас, в критический момент охоты, лучше израсходовать сил больше, чем нужно, лишь бы одержать победу!
Команда переливания крови немедленно дежурила недалеко от арены, готовая оказать помощь. Потерять десять процентов крови – это мелочи, а двадцать процентов – можно быстро восстановить!
Му Чжэнгуан презрительно взглянул на него и неторопливо метнул золотую шпильку.
Дай Вэньпэн был поражен золотой шпилькой, его глаза потускнели, конечности ослабли, и он, откинувшись назад, без сил рухнул на землю. Му Чжэнгуан перевернул его, его квадратная табличка коснулась земли, и он был признан проигравшим.
Перемены следовали одна за другой, и неожиданности накатывали волнами. Когда Дай Вэньпэн выбрался из своей ментальной тюрьмы, прошло десять секунд. Он увидел, как его противник подобрал осевую кисть, затем поднял песочные часы и, пошатываясь, покинул арену.
Он думал, что выиграл, но на табло рядом с ареной под номером "два" стоял крест. Он был номером два, он проиграл, и он не мог принять этот результат.
Каковы последствия нарушения правил соревнований? Аннулирование результата боя? Этот исход он тем более не мог принять. Он пристально следил за удаляющейся фигурой противника, но не осмелился действовать.
Дай Вэньпэн, выйдя с арены, немедленно связался со своим будущим тестем.
Он был незнаком с Го Цивэем, но оба они стремились попасть в восьмёрку сильнейших. Дело было не в том, что им обоим нравилось число "восемь", а в том, что целью первого этапа "Плана поглощения тьмы" было продвинуть двух художников в четвертьфинал, и Дай Вэньпэн был одним из них.
Он остановился на третьем раунде, далёкий от целей научно-исследовательского института, и последствия этого были серьёзными.
Лю Чэнлинь узнал о результатах раньше Дай Вэньпэна. Когда Дай Вэньпэн сбежал из ментальной тюрьмы, он ошибочно полагал, что победил, но с того момента, как его квадратная табличка коснулась земли, Лю Чэнлинь понял, что он проиграл.
— Дядя, я проиграл.
— Знаю, возвращайся.
Лю Чэнлинь изначально не слишком высоко ценил своего будущего зятя, поэтому не прикладывал особых усилий, чтобы вернуть его на арену. По многолетнему опыту Лю Чэнлиня, путь Дай Вэньпэна был слишком поверхностным; его кругозор, характер, знания и менталитет — всё это имело серьёзные недостатки, и он не смог бы достичь величия.
К тому же, журавлиное перо способно создавать только неживые живые существа. Будь то листья или птицы, хоть они и усиливаются пером, их мощь возрастает, но всё же это порождает чувство нестабильности. Более того, для непрерывного боя этому человеку требуется достаточное количество крови; чем больше думаешь об этом, тем страннее это кажется.
В совокупности с этими факторами, истинным победителем, которого планировалось выдвинуть в рамках "Плана поглощения тьмы", был не Дай Вэньпэн, а У Чжэнъюй. Оба владели кистью, но У Чжэнъюй был в несколько раз сильнее Дай Вэньпэна.
Дай Вэньпэн покинул арену мрачным.
Му Чжэнгуан был полон боевого духа.
— Хотя и была небольшая заминка, но всё же победил.
По другую сторону экрана Сюй Цинцзы, увидев это сообщение, широко открыла глаза: "Эта "небольшая заминка", о которой ты говоришь, совсем не мелочь. Мой поединок ещё не начался, и прежде чем он состоится, нам стоит встретиться и посмотреть, смогу ли я чем-то помочь".
— Жди меня у общежития, я подойду.
Мужские и женские общежития находились недалеко друг от друга, и если выбрать правильный угол, можно было даже разглядеть их на расстоянии. Сюй Цинцзы быстро добралась до мужского общежития, и когда они встретились, Му Чжэнгуан рассказал ей о преодолении страха.
Сюй Цинцзы с интересом слушала; она заставила флюгер вращаться в обратную сторону, используя это как прикрытие, и воспользовалась возможностью активировать "поглощение действенной силы", забирая её из окружающей среды и преобразуя в энергию, способствующую исцелению.
— Товарищ, у вас уже три победы подряд, не нужно так надрываться.
— Угу. Если ты поможешь мне, это не повлияет на твоё выступление?
— Повлияет. Но не на исход.
— Удачи тебе, со мной всё должно быть в порядке, в прошлый раз, когда было ещё хуже, я быстро восстановился.
Сюй Цинцзы тихо вздохнула, её одолевали тревожные мысли: "Когда ты впервые потерял равновесие, я решила остаться в стороне. Некоторые испытания необходимо пройти, некоторые боли неизбежны, но когда ты преодолеешь эти трудности, я готова помочь тебе решить все подобные проблемы. Потому что я знаю, что у тебя уже есть силы самостоятельно справляться с неудачами и страданиями. Я забочусь о тебе, я хочу защитить тебя, я хочу избавить тебя от ненужных и бесполезных препятствий и невзгод, но мои желания часто не сбываются".
Третий раунд боёв завершился, и Сюй Цинцзы одержала три победы подряд.
Начался четвёртый раунд, и Му Чжэнгуан встретился с Ли Чанцюанем.
Семь лет назад Ли Чанцюань провёл незабываемое лето в деревне у бабушки и дедушки.
Однажды после полуденного отдыха он вышел на поляну за домом и увидел большой участок, покрытый мхом. Он потратил весь день, чтобы перенести мох во двор. Спустя несколько дней весь мох засох.
[1] Журавлиное перо – артефакт, дарующий владельцу способность создавать живые объекты из своих рисунков. Сутью навыка является рисование пером; мазки пером позволяют мгновенно создавать живые объекты из нарисованного или изменять уже существующие объекты.
Он потратил много сил и времени на пересадку мха, но результат его совсем не порадовал. Такое он никак не мог принять. С тех пор он больше никогда не пересаживал мох, потому что боялся снова потерпеть неудачу.
«Асимптотический объект» Ли Чанцюаня вобрал в себя черты мха и рыхлой земли.
Мох и земля, родившиеся из его сердца, подчинялись его воле, не следуя законам роста растений. Это было просто волшебно, и результат на этот раз обещал быть идеальным.
Ли Чанцюань бросился к центру арены. Кусок мха и земли, парящий над его ладонью, мгновенно увеличился в восемь тысяч раз.
Мох превратился в зеленую краску, а земля затвердела, став прочным камнем. Оба слились воедино, напоминая собой нефритовый кристалл.
Изумрудно-зеленый камень распался на сотни осколков.
Рыхлая земля осыпалась, и огромный лук предстал во всей красе.
Мох собрался в нити, став тетивой.
Из обломков земли поднялась длинная стрела и встала на тетиву.
Без прицеливания, мгновенно выпущенная, каменная стрела пронеслась мимо противника и исчезла.
Веревка, державшая деревянный щиток, внезапно оборвалась. В тот же миг, пока щиток не успел коснуться земли, Му Чжэнгуан отбросил его ногой.
– Очищение бытия, свет пустоты.
Стрелок был вне его «асимптотической области», поэтому «очищение бытия» не могло подействовать напрямую. Однако, устранение света в окружающей среде тоже могло повлиять на противника.
Ли Чанцюань заставил осколки камней проникнуть в темноту и атаковать противника. Он хотел определить цель по звуку, но ничего не услышал.
Му Чжэнгуан создал темноту, чтобы скрыть свое тело, и убрал звук шагов, чтобы замаскироваться.
Ли Чанцюань увидел, как тьма надвигается на него. Он бросил свой длинный лук в темноту, а затем изо всех сил устремился к свету.
Длинный лук распался на десятки тонких стрел.
Тетива удлинилась, превратившись в множество пут.
Ли Чанцюань редко целился стрелами в людей. Стрела, пролетая мимо человека, могла передать эффект попадания на него. Он взглядом регулировал точку приложения силы, добиваясь неожиданного эффекта, заставая противника врасплох.
На этот раз он тоже не целился в человека, там была непроглядная тьма, и он не мог видеть, что происходит внутри.
Однако Ли Чанцюань больше не беспокоился о том, что произойдет, если стрелы попадут в противника:
– Если я не смог легко победить, то потерять кого-то будет неизбежно.
Му Чжэнгуан обнулил всю кинетическую энергию стрел, и они беспорядочно упали вокруг него.
Из темноты вылетели золотые вспышки, и одно из позолоченных украшений попало точно в цель.
Ли Чанцюань упал, деревянный щиток коснулся земли – поражение засчитано.
Победа пришла так внезапно, что это превзошло все ожидания Му Чжэнгуана. Он был полностью доволен, поднял глаза и улыбнулся, больше не думая об этом.
В четвертом раунде финала Сюй Индзе снова одержал победу без единого урона.
Глава 35. Четыре победы — этого достаточно
Го Цивэй потерпел сокрушительное поражение в четвертом раунде, что вызвало у него давно забытое чувство печали.
Деревянная рамка вращалась на указательном пальце левой руки Су Тао. Рамка была небольшой, в нее помещалась лишь одна открытка, и вращалась она небыстро, любой мог легко разглядеть чисто-белую поверхность внутри.
Су Тао сказал:
– Ты проиграл, уходи.
Го Цивэй, ни секунды не колеблясь, развернулся и вышел с поля, демонстрируя столь непринужденную походку и счастливое выражение лица, словно он был победителем.
Всего шесть слов Су Тао заставили противника добровольно покинуть арену. Его способности были таинственными, просто пугающими.
Выйдя с арены, Го Цивэй понял, что его обманули. Он был сильно подавлен и расстроен. Вспомнив ужасные слова противника, он почувствовал страх и не осмелился задерживаться.
Это поражение лишило его мужества вернуться на арену, и он сам предложил отцу выйти из соревнований.
На самом деле, даже если бы он не предложил, Го Минсюэ не собирался отправлять его на арену снова.
«Ты проиграл в первом раунде, возможно, это невезение. Проиграл в четвертом раунде, может быть, тоже невезение. Но чтобы попасть в восьмерку сильнейших, нужно одержать семь побед подряд, а осталось еще три матча. Как ты можешь быть уверен, что удача будет сопутствовать тебе?
Ты проиграл в первом раунде, что доказывает, что «Проект Сумерек» не дал ожидаемого эффекта. Чем больше ты проигрываешь, тем больше подтверждается неэффективность «Проекта Сумерек».
Однако двое других участников «Проекта Сумерек» до сих пор не потерпели ни одного поражения. Я не могу позволить тебе дальше позориться, нужно вовремя остановиться.
Но мы отправили Дай Вэньпэна, одного из участников «Проекта Тьмы», против Му Чжэнгуана, и Дай Вэньпэн тоже проиграл, что хоть как-то сохранило тебе лицо.
Что касается мести за тебя, то на этом всё. Вы оба участники, оба «Средневековья». В ваш поединок я не имею права вмешиваться, иначе, если научно-исследовательский институт узнает, нашей семьи не станет».
В ресторане «Лань Юань» Му Чжэнгуан и Сюй Индзе наслаждались мороженым, празднуя перевыполнение цели.
В отличие от других, кто все еще питал надежды, ожидания, опасения или случайности по поводу соревнований, у них не было никаких лишних мыслей, четырех побед было вполне достаточно.
Баллов было достаточно, можно было выбирать любой университет и специальность, призовых денег тоже хватало, 99% — родителям, 1% — на карманные расходы, которых хватило бы на год.
С момента начала предварительных соревнований прошел всего месяц, но они уже прошли очень долгий путь.
Обычные люди на этом пути всегда затрачивают много сил и усилий, но они, благодаря «силе существования» и «силе движения», дарованным «Тьмой», почти без труда получили то, к чему стремится весь мир: деньги, баллы, честь, силу…
Северный зимний ветер проникал сквозь двери и окна, развеивая тепло еды и людское беспокойство.
Невидимый прохладный ветер и невидимое тепло сердец причудливо смешались, создавая ощущение тепла поздней весны.
Они сидели друг напротив друга, рассказывая о разных мелочах: о цветных чернилах, школьной форме, билетах на поезд и о мясных булочках, которые она забрала из его дома…
В конце разговора Сюй Индзе чуть подрагивали ресницы, он искренне и серьезно сказал:
– Если мы встретимся на арене, уступи мне. Проиграй мне, прежде чем проиграешь кому-то другому.
Му Чжэнгуан всей душой одобрил его идею: «Здесь много посторонних, многое нельзя сказать прямо. Ты боишься не моего поражения, а того, что я чрезмерно использую свои силы. Уступить тебе победу, дать тебе шанс пройти в следующий раунд – это не проблема. Но как я могу позволить тебе столкнуться с более сильным противником? Однако, если мы объединим усилия…»
Он кивнул, и, глядя в глаза, торжественно пообещал:
– Так и должно быть.
28 ноября, 17:00–17:40, пятый раунд финала.
Му Чжэнган смотрел, как кто-то въезжает на арену на огромной, метров пятнадцать в длину, ледяной дельфине, и думал, что соперник не так прост.
Ледяная дельфина, на которой стояла Чжан Цзыи, была лишь оболочкой без внутренностей. Она казалась тяжёлой, но на самом деле была гораздо легче настоящего животного. Если бы кто-то спросил, к какому виду относится этот дельфин, ответа бы не нашлось – даже сама Чжан Цзыи не знала научного названия своего творения. Эта дельфина родилась в её воображении и была воплощением асимптотического множества, которое она использовала как удобное средство передвижения.
С другой стороны, будучи асимптотическим множеством, эта ледяная дельфина не могла быть создана из ничего так просто. Му Чжэнган моментально понял:
– Мы все получили асимптоту только в этом году. Поэтому ты вряд ли смогла лично заморозить воду и вырезать из неё такую дельфину. Скорее всего, твоя ледяная дельфина — это что-то, что у тебя уже было.
Чжан Цзыи направила ледяную дельфину к центру арены. Под ней на полу мгновенно образовался тонкий слой льда.
http://tl.rulate.ru/book/137340/6909645
Готово:
