Готовый перевод Sorcerer: My Class Panel Has No Limits / Волшебник: Система неограниченных профессий: Глава 291. Нарушение «Сценария»

Глава 291. Нарушение «Сценария»

В глубине Зала Вечности атмосфера в Хранилище Образцов тонко менялась.

Тысячи хрустальных капсул по-прежнему парили в пустоте, большинство из висящих в них фигур сохраняли свою вечную неподвижность.

Царящая здесь всегда мертвая тишина была нарушена почти невидимыми энергетическими колебаниями, всё пространство словно тихо «дышало» под воздействием неведомой силы.

Несколько определённых капсул неясно мерцали, подобно фосфоресцирующим огням, изредка появляющимся на поверхности ночного моря.

«Совершенно неожиданно…»

Голос Карента первым раздался в пустоте, его серебряные глаза слегка мерцали, как две маленькие луны.

Тело сереброглазого юноши в капсуле слегка повернулось, принимая более удобную позу для разговора: «Я ожидал увидеть типичную ‘Сценическую Драму №36’, но получилось такое развитие событий».

В его тоне скрывался едва уловимый интерес: «Слова Кассандры ‘обращаться нормально’ действительно разрушили все мои ожидания».

«Действительно несколько… не соответствует обычным правилам».

Голос Моры был подобен текучей ртути, каждый слог обладал гибкостью, а её синие щупальца изящно танцевали в капсульной жидкости:

«Особенно учитывая, что Кассандра всегда придавала огромное значение интересам Клана Короны.

Изначальный Волшебник, способный давать чистую Благодать, по идее, должен быть крепко под контролем».

Капсула Вариана в этот момент тоже загорелась, его чешуя дракона покрылась тонкими волнами, словно поверхность озера, по которой пробежал лёгкий ветерок:

«На протяжении тысячелетий Хрустальный Шпиль никогда не отпускал ни одного Изначального Волшебника…»

Голос старца был низким, но в нём скрывалось неприкрытое недовольство:

«Либо принудительный контракт, либо различные скрытые обязательства. То, что этот малец может так свободно ходить по Центральным землям, поистине великое чудо в истории».

«Он действительно получил значительную степень свободы…»

Карент слегка кивнул, в глубине его серебряных глаз читалось размышление:

«Но у всего есть свои причины, я подозреваю, что это связано с симптомами «Магического Пожирания» у Ив Сент-Манч».

«Ты хочешь сказать, что этот молодой человек может влиять на «Магическое Пожирание»?»

Щупальца Моры внезапно замерли на мгновение, а затем задвигались ещё активнее:

«Такая вероятность крайне мала. Суть «Магического Пожирания» — это отдача Правил, область, в которую даже Король-Волшебник с трудом может вмешаться».

«Но в настоящее время все доказательства указывают на эту возможность».

Карент спокойно рассуждал: «Согласно нашим наблюдениям, между Роном Ральфом и Ив Сент-Манч установилась некая особая связь.

Эта связь, похоже, действительно облегчает симптомы «Магического Пожирания» у Ив».

Его серебряные глаза слегка прищурились:

«Мы все знаем, что Кассандра уделяет этой дочери почти патологическое внимание. Если кто-то сможет помочь Ив, она готова заплатить любую цену».

«Хм, даже Изначальный Волшебник с его чистотой Благодати не может повлиять на уровень отдачи Правил».

Голос Вариана по-прежнему был спокоен, но скрытое за этой безмятежностью презрение становилось всё более очевидным: «Если только…»

Его голос внезапно понизился, словно он осознал какую-то возможность, но не хотел её углублять:

«Если только в нём нет чего-то, что мы все не можем обнаружить».

В Хранилище Образцов воцарилась короткая тишина, трое висящих погрузились в свои мысли.

Синие щупальца Моры слегка дрогнули: «Это самое интересное, не правда ли? То, что мы видим, возможно, нарушает наше понимание некоторых фундаментальных законов мира волшебников».

Её голос стал более плавным, словно ручей, текущий по гальке:

«Такое крайне редко встречается в истории, но прецеденты были.

Помнишь Айзека «Исправителя» из Третьей Эры? Он смог облегчить деформации, вызванные Проклятием Бездны, хотя и не смог полностью вылечить».

«Айзек…» Голос Карента понизился: «Это был особый случай, если бы не несчастный случай, он давно бы уже стал Королём-Волшебником, у него было как минимум два таланта первого эшелона.

Говорят, один из них — «Прикосновение Очищения», способное устранять различные негативные состояния, не вызванные длительным накоплением, включая ментальное загрязнение, одну из трудноизлечимых болезней волшебников».

«У Рона не проявилось признаков талантов первого эшелона, по крайней мере, пока нет».

Он продолжил: «Но его изначальная сущность действительно намного чище, чем у обычных людей. Возможно, именно это особое качество произвело эффект, который мы ещё не понимаем».

«Есть одна возможность…»

Мора снова нарушила тишину:

«Этот Рон Ральф, возможно, имеет какую-то связь с «Путешественником»».

При упоминании этого имени колебания жидкости в капсулах заметно усилились.

Даже самая сильная из присутствующих, Мора, при упоминании этого имени инстинктивно испытывала благоговение.

«Маловероятно», — реакция Вариана была почти рефлекторной: «Наследие «Путешественника» давно и полностью запечатано Судом Истины, любые связанные с ним предметы, знания, даже идеи строго контролируются.

Как этот малец из пограничной школы может иметь с ним связь?»

В его тоне звучала безоговорочная категоричность.

Но внимательный наблюдатель мог бы заметить, что при упоминании «Путешественника» чешуя в капсуле слегка сжалась, что было бессознательной защитной реакцией.

«История всегда полна неожиданностей».

Карент задумчиво сказал:

«Я не могу отрицать такую возможность, хотя вероятность крайне мала.

В конце концов, само восхождение Рона уже нарушило многие обычные вероятности.

Переход от шестизвёздного ничтожества к Изначальному Волшебнику — это уже почти чудо».

«В любом случае, он обречен быть переменной».

В голосе Моры звучало предвкушение:

«Сколько эпох мы наблюдали здесь, в этой капсуле, повторяющиеся сюжеты.

Траектория большинства так называемых «гениев» почти полностью предсказуема… их находят, воспитывают, контролируют, и в конечном итоге они, как и мы, становятся шестеренками в системе.

Но этот молодой человек… кажется, он идет другим путём».

«Так называемое ‘другое’…»

Вариан по-прежнему холодно ответил:

«Это лишь краткое сияние счастливчика. Не забывай, он уже помечен Бездной.

Сколько гордости неба пало таким образом в истории? Те, кто считал, что может бросить вызов правилам, в конце концов либо сошли с ума, либо стали калеками, либо умерли, либо превратились в пробужденных… став марионетками, контролируемыми Бездной».

На поверхности его слова звучали как объективное утверждение, но скрытая за спокойствием тайная радость была замечена двумя другими присутствующими.

«Вариан, ты, кажется, всегда питал к нему особое… отношение».

Карент тонко заметил, в его серебряных глазах мелькнула насмешка: «Это потому, что он идет по Истинному Пути?»

«Просто констатация факта». В голосе Вариана не было ни малейшего эмоционального колебания: «Привилегии эпохи не обязательно являются символом истинной силы».

Несмотря на внешнее спокойствие, драконья чешуя в капсуле Вариана слегка поблескивала темным светом, что было безмолвным проявлением его эмоциональных колебаний.

Как Великий Волшебник, идущий традиционным путём, как он мог не испытывать сложных чувств к тому пути, на который он сам не смог ступить? «Вернёмся к теме».

Мора умело сменила тему:

«Почему «Ловцы Аномалий» не отреагировали на эту аномалию?

Явление, способное влиять на отдачу Правил, каким бы незначительным оно ни было, должно было привлечь их внимание».

Этот вопрос заставил всех троих висящих одновременно задуматься.

«Возможно, Они уже тайно наблюдают», — Карент наконец медленно заговорил: «Наши источники информации, в конце концов, ограничены, и даже для нас, висящих из Суда Истины, в работе высших сфер есть много слепых зон».

«Или…» Голос Моры стал ещё глубже:

«Ловцы увидели то, что мы ещё не заметили, нечто… более грандиозное».

Жидкость в хрустальных капсулах слегка рябила, что было внешним проявлением колебаний мыслей висящих.

«В любом случае, это представление гораздо интереснее, чем мы предполагали».

Карент наконец сказал, в его голосе звучали невыразимые сложные эмоции:

«Изначальный Волшебник, вышедший из пограничной школы, не только избежал контроля Хрустального Шпиля, но и, возможно, влияет на фундаментальное явление Правил…

Такая траектория развития крайне редка за последние несколько тысяч лет».

«Ещё интереснее, что он собирается отправиться на Станцию Наблюдения Бездны».

Мора подхватила разговор:

«Раз уж Ютер лично там, то, очевидно, эта аномалия Бездны — не пустяк. Если этот молодой человек сможет найти там какую-то возможность…»

«Это ещё больше нарушит обычные правила», — Карент кивнул:

«Бездна всегда была местом, где возможности и риски сосуществуют.

Как только ты туда ступаешь, чаша весов судьбы резко наклоняется. Либо взлетишь до небес, либо падешь в бездну».

«Чаще всего последнее», — буднично добавил Вариан: «В конце концов, Бездна никого не жалует».

«Хорошо, всё, что мы можем сделать, это наблюдать», — в голосе Карента слышалось некоторое бессилие: «Такова судьба висящих — вечные наблюдатели, мухи, застывшие в янтаре, никогда не смогут вернуться в реальность». Это предложение заставило всех троих висящих одновременно погрузиться в короткое молчание.

Глубокая печаль окутала все Хранилище Образцов, это был безмолвный протест против вечного заточения.

«Мастер Дрейк не участвовал в этом обсуждении».

Мора вдруг сказала, меняя тяжелую атмосферу: «Он наверняка скрывает какую-то информацию, о которой мы не знаем».

«Мастер Дрейк знает слишком много», — Вариан смог лишь коротко прокомментировать, когда речь зашла о древнем, которого он уважал: «Он жил дольше, чем мы втроём, взятые вместе, и если бы захотел, мог бы рассказать нам много поразительных истин».

«Но он выбрал молчание», — тихо сказал Карент:

«Возможно, именно потому, что он знает слишком много, он и более осторожен. В этом Суде Истины у стен, возможно, действительно есть уши».

Это предложение снова заставило всех троих висящих погрузиться в молчание, и свет их хрустальных капсул постепенно потускнел.

Хранилище Образцов снова вернулось к своей прежней тишине.

Висящие фигуры снова превратились в неподвижные экспонаты, парящие в вечной пустоте.

Лишь на проекционном экране Всеобщей Летописи Волшебников имя Рона по-прежнему излучало слабый золотой свет.

Подобно далекой, но яркой новой звезде в ночном небе, оно безмолвно возвещало о начале новой главы.

В самой глубине Хранилища Образцов, в прозрачном черепе Дрейка, мозговая ткань слегка мерцала, а затем снова затихла.

Если бы кто-то мог прочитать его мысли, он обнаружил бы удивительное суждение:

«Интересно… его душа не принадлежит этому месту… следы пересечения границ, и некая ещё более глубокая связь…»

………………

Утром Хрустальный Шпиль был залит золотистым светом рассвета.

Рон, ступая по утреннему свету, прошёл через Центральную площадь, направляясь в отдел аттестации Альянса Школ.

Он был одет в чёрную мантию, на груди был значок ассистента Хрустального Шпиля, от него исходила спокойная и уверенная аура.

Проходившие мимо ученики, увидев его, кланялись в знак уважения, в их глазах читалось благоговение и восхищение.

«Наставник Рон, наконец-то дождались вас!»

Из толпы высунулось молодое лицо, это был Герман.

Он быстро подошёл, в его голосе слышалось нескрываемое волнение:

«Поздравляю вашу статью с такой высокой оценкой аттестационной комиссии! Все студенты алхимического класса обсуждают эту новость!»

Рон слегка кивнул, его выражение лица оставалось спокойным, как вода, несмотря на энтузиазм этого члена элитной группы: «Спасибо, но это только начало, настоящие испытания ещё впереди».

«Обязательно получится!» В глазах Германа сверкало обожание: «Ваша «Концепция Мобильного Симулятора Боя» просто поразительна! Если она будет реализована… это полностью изменит методы тренировок волшебников!»

«Надеюсь на это», — коротко ответил Рон, затем продолжил свой путь: «Мне нужно идти, совещание по аттестации скоро начнется».

«Удачи вам, наставник!» Герман почтительно отступил на шаг, провожая Рона взглядом.

Шаги Рона были твердыми и уверенными, но мысли его стремительно работали.

Сегодняшнее совещание по аттестации было для него крайне важным.

Это касалось не только получения финансовой поддержки для исследований, но и утверждения его статуса в академическом мире Хрустального Шпиля.

Совещание по аттестации означало крупный стартовый капитал для исследований, эти деньги будут использованы для доработки и развития его «Мобильного Симулятора Боя».

Однако, недавно прочитав «Дневник экспериментов Ланса», мысли Рона претерпели тонкие изменения.

«Почему ограничиваться только боевыми тренировками? Почему бы не создать более масштабную систему?»

В его сознании возникло беспрецедентное видение — виртуальный мир с общим сознанием.

Эта концепция была намного грандиознее простой боевой тренировочной системы.

Она станет платформой для обмена идеями между волшебниками, экспериментальных теорий, и даже для исследования ментального уровня.

Рон подошёл к зданию аттестационного отдела, это было шестиугольное сооружение из полупрозрачного кристалла, каждая грань которого отражала свет под разными углами.

Войдя в холл, к нему тут же подошёл сотрудник в официальной мантии: «Волшебник Рон Ральф, здравствуйте. Аттестационная комиссия ждёт вас, пожалуйста, следуйте за мной».

Пройдя по длинному коридору, по обеим сторонам которого висели портреты академических мастеров разных поколений.

Их глаза, казалось, наблюдали за этим молодым волшебником, оценивая его амбиции и потенциал.

В конце концов, он был введен в просторный круглый конференц-зал.

В центре комнаты стоял круглый конференц-стол, вокруг которого сидели шесть волшебников в мантиях разных цветов: Три лектора и два доцента, представляющие несколько основных академических отделов Альянса Школ.

«Волшебник Рон Ральф, пожалуйста, садитесь», — женщина-доцент указала ему на предназначенное место: «Я Минерва Вайсман, председатель этой аттестационной комиссии».

Рон поклонился всем присутствующим, а затем сел.

Его взгляд скользнул по каждому из членов комиссии, впитывая их выражения лиц и колебания энергии.

Большинство лиц выражали мягкие улыбки и поощрение.

Только один доцент, сидевший в углу, выглядел несколько серьёзно, и в его глазах мерцал оценивающий свет.

«Прежде всего, позвольте мне от имени аттестационной комиссии поздравить вас с такой выдающейся оценкой вашей статьи».

Минерва начала прямо: «Особенно для ассистента, недавно прибывшего в Центральные земли, это достижение особенно ценно».

«Спасибо», — Рон скромно кивнул: «Это благодаря превосходной исследовательской среде и ресурсам, предоставленным Хрустальным Шпилем».

«Слишком скромно», — лектор средних лет, сидевший справа от Минервы, рассмеялся: «Я Рафаэль Трен, лектор кафедры алхимии.

Ваша статья о дизайне системы энергетического цикла демонстрирует необычайную креативность и глубокое понимание базовых алхимических теорий».

Рон слегка кивнул в знак благодарности.

«Сегодня мы пригласили вас в основном для того, чтобы более подробно узнать о ваших планах по развитию этой технологии».

Минерва продолжила, её голос был мягким, но с неоспоримым авторитетом: «В частности, как вы планируете использовать финансовую поддержку Альянса Школ, чтобы воплотить свой проект в реальность?»

Этот вопрос был как раз кстати для Рона.

Он слегка кашлянул, поправил позу, его взгляд стал необычайно сосредоточенным: «Уважаемые члены комиссии, большое спасибо за ваше признание моего исследования.

Но прежде чем подробно изложить конкретный план, я хотел бы поделиться более грандиозной идеей, которая является дальнейшим развитием моей первоначальной статьи».

Атмосфера в комнате тонко изменилась, все слегка подались вперед, их лица стали более сосредоточенными.

«Текущий мобильный симулятор боя в основном предназначен для индивидуальных боевых тренировок».

Голос Рона был спокойным и твердым: «Но в процессе глубокого исследования я обнаружил, что потенциал этой технологии намного шире».

Он слегка взмахнул рукой, и над конференц-столом появился трехмерный магический проекция, демонстрирующий предполагаемую структуру системы.

«Традиционные системы симуляции боя имеют три основные проблемы:

Во-первых, оборудование громоздкое и его трудно популяризировать;

Во-вторых, порог использования высок, а обслуживание сложное;

В-третьих, количество участников ограничено, а интерактивность низкая».

Рон указал на различные части проекции, продолжая объяснять: «Моя идея состоит в том, чтобы ещё больше миниатюризировать мобильный симулятор боя, сделав его личным оборудованием, которое может носить с собой каждый волшебник и даже старший ученик».

Проекция изменилась, показывая небольшое шестиугольное устройство, размером с ладонь.

«Эти устройства будут не изолированными сущностями, а будут соединены через ментальную сеть, образуя огромную общую систему.

Каждый пользователь сможет проецировать своё сознание в эту сеть и взаимодействовать с другими в реальном времени».

Проекция снова изменилась, демонстрируя сцены, где несколько сознаний общаются, сражаются и исследуют в виртуальном пространстве.

«Это не просто система боевых тренировок, это платформа для обмена знаниями, пространство для столкновения идей, виртуальный мир, который может вместить бесчисленное количество возможностей».

Голос Рона стал немного более взволнованным, в его глазах замерцал редкий свет энтузиазма: «Представьте себе, ученик из отдалённой школы может обратиться за советом к мастерам Центральных земель в этом пространстве;

Исследователь может наглядно продемонстрировать свои теоретические модели здесь; Группа волшебников может совместно моделировать исследование Бездны или даже межмировой поход… Это намного превосходит возможности простых боевых тренировок».

Воздух в конференц-зале словно застыл.

Все члены комиссии были потрясены этой грандиозной концепцией.

Некоторое время никто не говорил, все смотрели на проекцию, в их глазах мерцал свет размышлений.

«Это… довольно смелая идея».

Рафаэль наконец нарушил молчание, его голос был полон изумления:

«Это почти строительство параллельного ментального мира».

«Верно», — Рон слегка кивнул: «Второй мир, построенный из сознания.

Конечно, для этого нужно решить множество технических проблем.

Например, как обеспечить безопасность передачи сознания, как построить стабильную сетевую структуру, как предотвратить внешние помехи и так далее».

«Я Честер Блэк, как один из разработчиков третьей версии симулятора, я должен признать, что масштаб этой концепции поражает».

Доцент с серьёзным выражением лица, сидевший в углу, наконец заговорил, его голос был низким и хриплым: «Лектор Трен назвал это ‘смелой’, но я думаю, что ‘амбициозная’ будет более подходящим словом».

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/137326/6762129