Глава 3: Человек, проклинающий мир
Дело не в том, что Фэн Цзинь презирал беженцев. Тех, кого называли беженцами, почти все были беглецами, нищими, бродягами и тому подобными. По сути, это были "товары без трех качеств": без сил, без знаний и без способностей. Для них попадание в большой особняк и становление слугой было не несчастьем, а благом.
Я думал, этот глупый парень передо мной такой же, и что умение ухаживать за лошадью — это великий талант. Не ожидал от него таких логичных слов.
Сиси действительно собирался умереть. Как дворецкого, арестовавшего людей, на него ложилась неминуемая ответственность, и он определенно был замешан. Было бы хорошо, если бы его наказали лишь на короткое время. Но как только он потерял доверие молодой госпожи, слуги, которые раньше его притесняли, воспользовались бы возможностью для ответной атаки. Тогда так называемая "потеря" могла оказаться тем, что он не выдержит.
Фэн Цзинь холодно посмотрел на Чжан Сюаня, затем прищурился. Он шагнул к лошади и протянул руку, чтобы прикоснуться к ней.
Я не нервничал, пока не прикоснулся. После прикосновения мое тело дрогнуло, и я с трудом стоял на ногах.
Не только твердо, но и действительно холодно…
Вы говорите мне, это живое?
К черту!
Уголок его рта дернулся, и он посмотрел на конюха неподалеку, заметив, что тот тоже смотрит на него:
- Дворецкий Фэн, вы все обдумали? Я всего лишь беженец, но вы другой. Вы дворецкий семьи Мо, занимаете высокое положение. Если что-то пойдет не так, потому что вы не осмелились рискнуть, это действительно не стоит того…
Хотя Фэн Цзинь был в ярости от этой прямой угрозы, он понимал, что слова собеседника правдивы, и тут же кивнул:
- Ладно, я согласен на пари. Если ты сможешь вернуть Цяньцянь к жизни, я отведу тебя в Академию Байянь. Если не сможешь… даже если госпожа не отдаст приказ, я изрублю тебя на куски, не оставив целого места.
- Спасибо, дворецкий Фэн!
Чжан Сюань громко крикнул и похлопал Цзеци по лбу:
– Перестань спать, скорее проснись!
У Сян многозначительно улыбнулся и крикнул:
– Уже весь окоченел, а ты все еще притворяешься. Посмотрим, как ты выкрутишься...
Он сказал это с такой уверенностью, что мне показалось, будто у него есть какое-то хорошее решение. Но это оказалось лишь пустой бравадой.
Я был готов выругаться!
Не успел он договорить, как вдруг увидел, что конь резко открыл глаза, вскочил с громким фырканьем, тряхнул головой и хвостом, полный энергии, без малейшего намека на окоченение!
– Как это возможно?
Фэн Цзинь был в полном замешательстве. Если бы он видел только мертвого коня, он мог бы сомневаться, но он только что потрогал его собственными руками и убедился, что сердцебиение и пульс пропали. И вдруг конь вскочил сразу после слов Чжан Сюаня... Что вообще произошло?
У Сян тоже остолбенел. Он признал свое поражение.
– Как ты это сделал? – не сдержался я.
Чжан Сюань усмехнулся и повторил заготовленный ответ:
– Цзеци в порядке, он меня хорошо знает и просто участвовал в представлении.
Я не знал, существует ли в этом мире способ пробуждения духа, поэтому решил пока не распространяться об этом.
У Сян не удержался:
– Невозможно! Цзеци – молодой конь, он ужасно высокомерный. Даже если госпожа хочет его оседлать, приходится быть доброй и ласковой. Как он мог тебя послушать и участвовать с тобой в представлении...
Не успел он закончить, как увидел, что конь, который только что встал, начал тереться своей каштановой головой о ногу Чжан Сюаня, ведя себя невероятно послушно, словно добродушный мопс.
У Сян:
– ???
Раньше он сам ухаживал за этим конем. Каждый день тот отбирал еду и время от времени лягался. Он не выдержал и отдал его этому парню, желая поставить его в неловкое положение. Но всего за несколько дней конь стал таким послушным...
Фэн Цзинь:
– Участвовать с тобой в представлении?
На лице Чжан Сюаня вновь появилось простодушное выражение.
- Да… Этот парень очень послушный. Как только я коснусь его лба, мы станем друзьями. И тогда он будет меня слушаться.
- Ты серьезно? - У Сян широко раскрыл глаза, почувствовав, что снова пришел в себя.
- Не веришь, подойди и попробуй! - Чжан Сюань дружелюбно помахал рукой.
У Сян, увидев, что Пи Пи стоит неподвижно и ни капли не сердится, обернулся к Фэн Цзиню. Заметив кивок дворецкого, он сделал глубокий вздох и подошел к жеребцу.
Эта лошадь чересчур важна для старшей дочери. Если он сумеет сделать ее послушной, очевидно, что в будущем ее статус в семье Мо взлетит небеса.
Он осторожно протянул руку, чтобы прикоснуться, но прежде чем его ладонь коснулась морды коня, огненно-рыжий жеребец внезапно развернулся.
- Бах!
Два огромных копыта яростно ударили его в грудь. Не успел он опомниться, как У Сян отлетел на семь-восемь метров, тяжело упал на землю и закашлялся кровью.
- Ты обманул меня…
У Сян с трудом поднялся, но перед глазами потемнело. Что ж, это все равно не помогло…
На самом деле, он прекрасно понимал, что произошло. Тот должно быть разозлился на него за то, что он ябедничал, дав Коню возможность отомстить.
Но эта лошадь так хорошо у него получалось работать в команде! Как раз когда он собирался обрушить еще несколько проклятий, он увидел Чжан Сюаня и Пи Пи неподалеку, говорящих одновременно. Хотя они не издавали ни звука, он четко видел форму их ртов – "идиот!"
«…»
У него дернулся уголок рта, У Сян больше не мог сдерживаться и злобно указал на лиса: "Дворецкий Фэн, он ругался…"
Чжан Сюань ругался - это можно было смириться, но чтобы лошадь ругалась… Есть еще справедливость? Есть еще закон?
Дворецкий Фэн прикрыл лоб и сказал: - Заткнись, не думаешь, что тебе уже достаточно опозорился?
Лошадь ругается? У тебя шизофрения!
- Я…
У Сян изо всех сил потер глаза. Конь спокойно стоял за спиной Чжан Сюаня, совершенно обычный, как будто мгновением ранее он не ругался, и У Сян просто ошибся.
Больше не обращая внимания на этого человека, Чжан Сюань с невинным видом посмотрел на толстяка неподалеку:
- Дворецкий Фэн, пари только что еще в силе?
- Конечно!
Фэн Цзинь почувствовал, что вот-вот сломает коренные зубы:
- Раз уж Сяосяо тебе послушалась, хорошо о ней позаботься. Завтра отправь ее на оценку вовремя. Не задерживай ее поездку.
Зная, что оставаться здесь будет только скучно, Фэн Цзинь повернулся и ушел. Собираясь покинуть двор, он посмотрел на У Сяна и сказал:
- Шевелись!
- Да, да!
У Сян быстро закивал, оборачиваясь на ходу, чувствуя, что все еще не может понять, что происходит.
Только он собирался оставить стойло, как издалека увидел, как Чжан Сюань гневно шлепнул Цзеци по морде, с тоном разочарования:
- Кто тебе сказал сейчас ругаться? Ты понимаешь правила? Помни о своей личности, ты всего лишь конь...
...
У Сян снова потер глаза – Чжан Сюань и Цзеци все еще спокойно стояли там, глядя на него с улыбками.
- Что за чертовщина...
Снова и снова видя галлюцинации, У Сян больше не верил своим глазам. Он энергично покачал головой и поспешно ушел.
Чжан Сюань наконец перевел дух:
- Думаю, никто не поверит этому парню, что бы он ни сказал!
Руганью Цзеци только что было, естественно, представление для него, целью которого было сбить его с толку, чтобы даже если снова возникнут проблемы, он не смел легко жаловаться...
В конце концов, кризис еще не полностью разрешен.
Искусство пробуждения духа могло заставить даже мертвого коня встать, будто живого, и некоторое время окружающие не замечали подвоха. Но мертвые есть мертвые, а погода по осени стояла необычайно жаркая. По всем расчетам, конь завоняет еще до завтрашнего дня!
Как только запахнет... даже самый глупый поймет, что дело нечисто, и скрыть обман будет невозможно.
Гу-гу-гу~~ Только я ломал голову над тем, как разрешить эту ситуацию, как услышал урчание своего живота.
Меня этот парень грабил несколько дней подряд, не давая поесть. После таких передряг я совсем изголодался.
- Вместо того чтобы сгнить, может... сперва поесть?
Все равно конь уже мертв, так лучше хорошенько пообедать, чем ждать, пока он испортится.
Но... если я съем его прямо сейчас, а завтра барышня захочет прокатиться, она легко обнаружит пропажу ноги или уха...
А если не поем, буду очень голоден. И если стану первым владыкой мира, умершим с голоду в [Исходном Мире], это будет еще позорнее...
- Поем субпродукты, тогда не должно обнаружиться!
Вскоре в голове Чжана Сюаня мелькнула идея. Он направился на кухню, вытащил острый нож, бросил его Цзеци и нетерпеливо махнул рукой:
- Сам выкопай сердце, легкие, печень, селезенку и почки и зажарь мне. Я добросердечный и не могу этим заниматься...
Суоцзи: - ???
Ты уверен, что говоришь на человеческом языке?
http://tl.rulate.ru/book/137301/6637915
Готово:
