— Я беспокоюсь, что это наказание тебя подкосит, — продолжил Финни.
Астория густо покраснела. В ее огромных глазах вспыхнул странный огонек.
— Ты... ты сказал, что беспокоишься обо мне! — выдохнула она, и во всем ее виде читалось отчаянное: «Скажи это прямо, или я разревусь здесь и сейчас!»
Такая реакция ошеломила Финни. Он всего лишь хотел подготовить Асторию к предстоящему испытанию, а в идеале — убедить ее взять академический отпуск. Это дало бы ей время на восстановление и одновременно создало бы у Амбридж иллюзию, будто она нашла его слабое место. Давление на остальных бы ослабло.
Однако, судя по состоянию девочки, этот план был обречен. Финни понял: стоит ему предложить взять отпуск, и девочка тут же расплачется. А слез одиннадцатилетней девочки он вынести не мог.
Тяжело вздохнув, Финни поднял руку и коснулся ее головы. Астория почувствовала его тепло и невольно прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением, как ласкающийся котенок.
— Астория, пойми, я не могу пойти к Амбридж и просить ее отменить твое наказание.
Его слова вырвали девочку из сладкого забытья. Она очнулась от бешеного стука сердца и кивнула.
— Я знаю, Финни, — робко прошептала она. — Если ты заступишься за меня, то дашь понять Министерству, что я — их цель. И тогда они сделают меня оружием против тебя.
Финни молча кивнул, соглашаясь. Именно так все и было. Наказывая поочередно Гермиону и Асторию, Амбридж пыталась нащупать его уязвимое место. Во всем Хогвартсе было лишь четыре девочки, с которыми он поддерживал теплые отношения: Астория, Гермиона, Джинни и Луна. Амбридж проверяла их одну за другой, намеренно допуская утечку информации. Она рассчитывала, что Финни, зная о характере ее отработок, не выдержит и придет молить о пощаде, тем самым выдав ту, кто ему дорог.
Поэтому он не мог просить о снисхождении ни за одну из них. Только так можно было снять подозрения со всех четверых.
— Я должна пойти на отработку. Это мое решение, — твердо сказала Астория, и в ее голосе прозвучала сталь.
Финни оставалось лишь смириться.
Все произошло так, как и должно было. На следующий день он увидел на тыльной стороне ее ладони — нежной, почти фарфоровой — свежий кровавый шрам. Рубцующиеся буквы складывались во фразу: «Я не должна лгать».
Видеть этот шрам на фоне ее солнечной улыбки было невыносимо тяжело.
Вскоре Амбридж взялась за Луну и Джинни. Финни, как и прежде, поговорил с каждой из них перед наказанием, объяснил ситуацию и предложил взять отпуск. Такой шаг, хоть и указал бы Министерству на цель, послужил бы и сигналом, что Финни не потерпит угроз.
К сожалению, обе волшебницы, как и Астория, предпочли стоять до конца. Джинни, влюбленная в Гарри, наотрез отказалась давать повод для слухов о ее связи с Финни и стоически приняла наказание. Луне же, казалось, было все равно. Эта эксцентричная девочка отнеслась к наказанию с присущим ей любопытством, списав все на проделки «мозгошмыгов».
Финни испытал облегчение, но в то же время чувствовал себя виноватым. Четыре девочки пострадали из-за него, но ни одна не склонила голову перед Министерством. Блэки не отвечают на угрозы капитуляцией.
Эта мысль укрепила его решимость. Он нашел в «Кабаньей голове» связного семьи и отдал приказ. Раз Министерство магии решило действовать через его окружение, пусть не винит его за ответный удар.
Несколько дней спустя Амбридж после урока осторожно заговорила о желании — своем и Министерства — сотрудничать с ним. В ее голосе сквозила показная доброжелательность.
Финни лишь усмехнулся в ответ. Все четыре девочки уже были наказаны. Принять капитуляцию Министерства сейчас означало бы обесценить их стойкость. Нет, сначала Министерство должно по-настоящему заплатить.
На следующий день его экстренно вызвали в тот же кабинет. На этот раз Министерство не просто предлагало мир, оно шло на попятную.
Была похищена мать министра магии Корнелиуса Фаджа.
Разумеется, это была работа людей Блэков. Финни не собирался причинять вред пожилой женщине из-за ошибок ее сына, но заставить Фаджа понервничать было необходимо. О старушке, само собой, хорошо заботились.
— Финеас Блэк, чего вы хотите? — резко спросил Фадж, едва Финни переступил порог.
Финни лишь пожал плечами.
— Уважаемый министр, я не понимаю, о чем вы. Чего я могу хотеть? Я всего лишь студент, не окончивший Хогвартс.
Лицо Фаджа побагровело. Сколько раз он твердил своим подчиненным, что не стоит воспринимать Финни и его семью всерьез. Теперь эти слова прозвучали как ядовитая насмешка.
Финни откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и с улыбкой посмотрел на министра. Посыл был очевиден: «Да, я издеваюсь. И что вы мне сделаете?»
Выражение лица Фаджа сменялось одно за другим, пока он наконец не процедил сквозь зубы:
— Чего вы хотите?
Финни молчал, не собираясь ни в чем признаваться и уж тем более выдвигать условия первым. Фадж понял, что инициативы от него не дождется. Он глубоко вздохнул и выдавил из себя подобие улыбки.
— Финеас… можно ведь так тебя называть? Думаю, у тебя есть предложения по работе Министерства. Мы готовы выслушать их, чтобы стать лучше.
Только тогда Финни улыбнулся.
— У меня действительно есть пара предложений. Интересно, готов ли министр их услышать?
— Конечно, конечно, говори.
Финни с улыбкой посмотрел на Амбридж и указал на нее пальцем.
— Пусть она покинет Хогвартс и прекратит вмешиваться в дела школы.
Лицо Фаджа мгновенно потемнело.
— Вы же знаете, что это невозможно. Предложите что-то реальное.
— Что ж, — Финни пожал плечами. — Тогда лишите ее статуса Генерального инспектора, а Министерство пусть пообещает больше не создавать подобных должностей. Хотите вмешиваться в дела Хогвартса — пожалуйста, но действуйте стандартными методами, а не этим грубым способом, который вредит вам почти так же, как и вашим врагам.
Фадж тяжело вздохнул и кивнул.
— Хорошо, Министерство издаст соответствующий указ.
— Вот когда издаст, тогда и вы получите то, чего хотите.
Финни не дал министру ни единого шанса себя обмануть.
— Очень хорошо. Я издам указ, как только вернусь, — пообещал Фадж.
— В отличие от вас, я свои обещания держу, — улыбнулся Финни и, не дожидаясь ответа, вышел из кабинета.
— Министр, вы так просто сдадитесь? — с досадой спросила Амбридж.
— Мы не сдались, — покачал головой Фадж. — Да, без должности инспектора влиять на школу будет сложнее, но зато теперь мы знаем наверняка: дорогая ему девочка — одна из этих четырех. Скорее всего, последняя — Луна Лавгуд. Иначе он не пошел бы на такие крайние меры.
Глаза Амбридж загорелись.
— Тогда, может, мы займемся Луной?..
— Нет! — отрезал Фадж. — Как ни крути, Блэки — древний род, почти королевская кровь этого мира. Их влияние ослабло, но игнорировать их силу нельзя. Финеас Блэк не просто отомстил, он сделал предупредительный выстрел. Он показал, что может в любой момент перевернуть шахматную доску и начать драку без правил. А раз у нас такой возможности нет, мы не будем трогать его близких.
Амбридж выглядела раздосадованной, но Фадж лишь махнул рукой.
— Вы лишились власти, но не должности. Изданные указы останутся в силе, и вы по-прежнему профессор Защиты от Тёмных искусств.
Фадж ушел. Вернувшись в Министерство, он сдержал слово и упразднил должность Генерального инспектора. В ответ люди Финни отпустили мать министра и других заложников. Казалось, буря улеглась.
Лишь Гермиона, внимательно следившая за новостями в «Ежедневном пророке», пребывала в недоумении. Она легко сложила два и два, но не могла понять, почему Финни, получив такой рычаг давления, не потребовал полного ухода Амбридж или снятия прослушки с каналов связи Хогвартса.
Спросить она не решилась, да и он вряд ли бы ответил. Уход одной Амбридж ничего бы не изменил — на ее место прислали бы другую. Лучше иметь дело со знакомым врагом. Что же до слежки, Министерство никогда бы в ней не призналось. По сути, Финни добился максимума из возможного.
В последующие дни, лишившись инспектора, профессора воспряли духом. Даже Снегг в тот день не снял с Гриффиндора ни единого очка. Мрачные тучи над Хогвартсом, казалось, рассеялись.
Но пока замок наслаждался затишьем, во внешнем мире назревала настоящая гроза.
— Мистер Блэк, директор Дамблдор просит вас зайти в его кабинет. Пароль — «Тараканьи горки».
Профессор МакГонагалл нашла Финни в общей гостиной. Недоумевая, он попрощался с Асторией и близнецами и направился к каменной горгулье.
Едва Финни переступил порог, Дамблдор поднялся ему навстречу. Лицо директора было мрачнее тучи.
— Финни, только что Фоукс принес весть от Ордена Феникса. Думаю, ты должен это увидеть.
Он протянул ему записку. Пальцы Финни похолодели, когда он прочел короткое сообщение:
«Опорные пункты семьи Блэк в Британии атакованы. Сириус попал в засаду, тяжело ранен. Он без сознания в больнице Святого Мунго. Все, кто был с ним, мертвы».
В тот же миг рядом бесшумно возник Пафф, протягивая другой свиток — донесение по внутренним каналам.
«Лиза погибла, защищая Сириуса».
http://tl.rulate.ru/book/137205/7582128
Готово:
