На смену основному блюду пришел рождественский пудинг, таящий в себе традиционные сюрпризы: серебряные сикли, фруктовые леденцы и прочие безделушки.
Финеас равнодушно вскрыл пару хлопушек, из которых с сухим треском высыпались миниатюрные зверушки и бумажные колпаки. Праздничная суета его не трогала. Мыслями он был далеко — в Запретном лесу, где его ждали настоящие приключения и сокровище Хаффлпафф. Мирная жизнь казалась пресной, и он поймал себя на мысли, что близнецы Уизли заразили его своей тягой к опасностям.
Внезапно скуку прогнала одна мысль: в замке в это Рождество хранилось нечто куда более интересное, чем хлопушки и пудинг.
Карта Мародеров помогла ему без труда миновать Филча, неусыпно патрулировавшего коридоры даже в рождественскую ночь. Вскоре Финеас уже был на пятом этаже. Он не знал точно, где Дамблдор спрятал Зеркало Еиналеж, но помнил из рассказов о Гарри, что тот наткнулся на него случайно, спасаясь от Филча после вылазки в библиотеку. Значит, искать следовало где-то поблизости.
В оригинальной истории Гарри нашел волшебное зеркало рядом с рыцарскими доспехами, а на пятом этаже было лишь одно такое место — у пустого класса в конце коридора, по правую руку от библиотеки.
Как он и предполагал, в пустом классе его ждала цель. Сваленные к стенам парты и стулья отбрасывали в темноте уродливые тени. А в центре комнаты, притягивая к себе взгляд, стояло оно — Зеркало Еиналеж.
Исполинское, под самый потолок, в массивной золотой раме, опирающейся на две когтистые лапы. По верхней кромке вилась загадочная гравировка: «Эрисед, Стелла, Эхру, Аит Убикаферу, Аит Он, Вурхиз».
Да, это было то самое легендарное зеркало, способное явить человеку его самое сокровенное желание.
Происхождение артефакта терялось в веках. Кто и когда принес его в Хогвартс? Добрый он или злой? Финеас был уверен лишь в одном: это не просто диковинка, веками пылившаяся в Выручай-комнате. Он подозревал, что Дамблдор не просто так использовал зеркало для защиты Философского камня. Способность скрывать предметы, доступные лишь человеку с чистым сердцем, едва ли была простой модификацией. Вероятно, это было изначальное свойство зеркала, как и его умение заглядывать в самые глубины души.
Отбросив размышления, Финеас подошел ближе и заглянул в зеркальную гладь. Ему не терпелось узнать, чего же он желает больше всего на свете.
И вдруг за его спиной в отражении проступили другие фигуры… Мужчины, женщины… Сердце дрогнуло. Финеас резко обернулся, хотя и знал — бесполезно. Комната была пуста. Он снова посмотрел в зеркало, шагнув так близко, что почти коснулся носом своего отражения. Рука сама потянулась к знакомым лицам, но пальцы встретили лишь холодное стекло.
Он не сразу понял, что по щекам текут слезы. Только сейчас, глядя в бездну прошлого, он осознал, как мало знал о себе. Оказывается, то, чего он жаждал всем сердцем, было когда-то так близко… и теперь так безнадежно далеко.
Все мысли о наследии основателей, о тайнах магии и хитросплетениях интриг испарились. Он просто смотрел. На мужчину и женщину, которые были для него целым миром. На стройную красавицу и на другую девушку, невысокую и полную, с умиротворенной улыбкой. На юношей — высоких, хрупких, с озорными лицами, сияющих от счастья. Все они когда-то были рядом. Все они остались в прошлом.
Финеас опустился на пол, не в силах отвести взгляд. Он знал, что это лишь иллюзия, магия Зеркала Еиналеж, но так хотел смотреть на них еще и еще.
— Не могу знать, что ты увидел, мистер Блэк, — раздался за спиной знакомый голос. — Но осмелюсь предположить, ты знаешь, что это за предмет.
Финеас вздохнул и обернулся. Рядом с ним уже сидел Дамблдор.
— Да, сэр. Я знаю, что это — Зеркало Еиналеж. Зеркало Желания.
— Так что же ты увидел, Финни? Что-то, что заставило плакать даже тебя?
Финеас покачал головой, не находя слов.
— Не беспокойтесь, профессор, — наконец тихо ответил он. — Я знаю, что это зеркало не дает ни знаний, ни истины. Оно затягивает, сводит с ума тех, кто не в силах отличить мечту от реальности. Я не из их числа.
— И все же я вижу твою одержимость, — мягко возразил Дамблдор. — Полагаю, ты даже подумывал забрать его у меня, не так ли?
— Да, — кивнул Финеас. — Я думал об этом. Но я не одержим, профессор. Мне просто… тяжело его отпустить. Я пришел сюда из любопытства, но когда увидел свое желание, то понял, что больше всего на свете тоскую по тому, что имел и потерял. Поэтому я и знаю, что это иллюзия. Я хочу забрать его лишь для того, чтобы иметь единственную в мире возможность видеть то, что утрачено навсегда.
Дамблдор понимающе молчал. То, чего жаждал он сам, тоже было смесью честолюбия, надежды и слабости. Он никогда и никому не рассказывал, что видел в зеркале, и не стал допытываться у Финеаса.
— Итак, Финни, не скажешь ли мне, как ты узнал, что оно здесь?
Финеас на мгновение замер.
— Профессор, вы ведь знаете, какими талантами обладали мои предки. Один из них был великим прорицателем. Наша ветвь семьи Блэк унаследовала его кровь.
— Так значит… ты открыл свой дар? Твой Внутренний Взор?
Финеас понимал, что Внутренний Взор — это дар истинного провидца. Разумеется, у него его не было. Но это было единственное правдоподобное объяснение его знаний.
— Я не уверен, сэр. Иногда во сне я вижу… обрывки. Картины и слова.
Дамблдор, придававший огромное значение пророчествам, принял этот ответ. Он тяжело вздохнул.
— Жаль только, что Гарри не увидел это зеркало.
— Простите, профессор. Я не предполагал, что вы решили проверить Гарри именно на этих каникулах. Иначе я бы никогда не отпустил его к Сириусу.
— Я не мог запретить мальчику провести праздник с крестным, — покачал головой Дамблдор. — Что упущено, то упущено. Я найду другую возможность. А зеркало я завтра уберу. И тебе, Финни, советую не искать его. Слишком опасно погрязнуть в мечтах и забыть о настоящей жизни.
— Не волнуйтесь, профессор, — Финеас поднялся и даже сумел улыбнуться. — Я пойду отдыхать.
Он бросил на зеркало прощальный взгляд, запечатлевая в памяти дорогие лица. И в его душе родилась нерушимая клятва.
«Я не знаю, смогу ли когда-нибудь вернуться к вам. Но если такой шанс появится, я использую его, даже если придется пойти против всего мира».
В тот же миг, когда решение было принято, в его сознании ожило то, о чем он почти забыл — его система, молчавшая так долго. Холодные, бесстрастные строки хлынули в его разум.
Условия для становления сильнейшим волшебником выполнены. Открыты все разрешения системы.
Цель: превращение носителя в самого могущественного волшебника в мире.
Все разрешения активированы. Система библиотеки и система эха упразднены. Активированы система талантов и система очков опыта. Магическая книга улучшена.
Отныне новые заклинания не требуют поиска в библиотеке. Как только носитель увидит и поймет принцип действия чар, он сможет изучить их, а затем повышать уровень владения с помощью очков опыта. Достигнув максимального уровня, носитель получит глубокое понимание заклинания и сможет создавать новые на его основе.
http://tl.rulate.ru/book/137205/7300261
Готово:
