Зеленый луч, сорвавшись с кончика палочки, ударил вампира. Жизнь мгновенно покинула его.
— Авада Кедавра, — произнесла женщина-аврор, ее голос был ровным, почти бесстрастным. Жест – резкое движение палочкой сверху вниз, словно удар молнии. — Убивающее проклятие. Самое беспощадное из Непростительных. Мгновенная смерть. Попадешь под него – и конец. До сих пор известен лишь один человек, переживший его касание.
— Наш знаменитый спаситель, Гарри Поттер, — продолжила она, и в голосе мелькнула тень задумчивости. — Как ему это удалось, неведомо. Так что, столкнувшись с этим проклятием, уворачивайтесь любой ценой. Малейшее касание – и вы труп.
— Беззвучно его не сотворить. Нужна непоколебимая вера, истинное, всепоглощающее намерение убить, и произносить его следует в полный голос.
Договорив, аврор тяжело вздохнула. Она указала палочкой на другого вампира, находящегося под ее контролем, заставляя его выступить вперед. Палочка вновь взметнулась.
— Круцио! — выкрикнула она. — Сердце рвет, кости ломает!
Сноп слепяще-белого света ударил в вампира. Контроль Империуса мгновенно слетел. Тело несчастного выгнулось дугой, конечности неестественно скрючились, и он рухнул на пол, сотрясаясь в чудовищных конвульсиях. Рот его исказился в беззвучном крике – Фини, не теряя ни секунды, наложил на вампира заклятие Безмолвия. Вместо вопля из горла вампира вырывались лишь глухие, сдавленные стоны.
Женщина-аврор, казалось, не заметила вмешательства Фини и, чуть переведя дух, продолжила:
— Это Круциатус. Пыточное. Направляете палочку, и нужна все та же твердая вера. Искреннее, всепоглощающее желание причинить невыносимую боль. Представьте все муки ада, обрушившиеся на жертву. Только с таким настроем оно сработает как надо. Иначе – так, заставите споткнуться, не более.
— И последнее. Непростительные, как ни странно, освоить не так уж сложно. Но для полной силы нужен значительный магический резерв. Иначе даже Убивающее проклятие в лучшем случае вызовет у врага лишь кровотечение из носа.
Фини кивнул. Его палочка метнулась к корчащемуся на полу вампиру.
— Авада Кедавра!
Зеленый луч – и мучения твари прекратились.
Аврор замерла, ошеломленная. Она не ожидала от Фини такой быстрой реакции и, главное, достаточной магической силы для Убивающего проклятия.
Слухи не лгали – Непростительные заклятия были столь же злы и беспощадны, как о них говорили. Одного применения хватило, чтобы Фини ощутил, как темные струны его души откликнулись, как в груди зашевелилось глухое, иррациональное желание уничтожать. Он понял: без крайней нужды к этим трем заклятиям лучше не прибегать. Более того, это были не просто чары, а Проклятия с большой буквы, темные по самой своей сути. Лишь такие могли столь глубоко затрагивать душу заклинателя.
Фини обернулся к остальным узникам, только что покинувшим свои камеры.
— Готовьтесь. Выходим. Кто владеет беспалочковой магией – используйте. Главная задача – добыть палочки. Действуем по принципу: бой с отходом.
Волшебник без палочки – почти беззащитен. Годы зависимости от этого инструмента давали о себе знать. Фини трезво оценивал шансы: против низших вампиров, сильных физически, и высших, вооруженных палочками, у большинства беглецов их не было. Ему придется использовать их отчаянный рывок – и их неминуемую гибель – для собственного спасения.
План начал приводиться в исполнение. Просунув палочку сквозь щель в двери камеры, Фини подчинил одного из стражей-вампиров Империусом и заставил его напасть на второго. Когда с охраной у входа в подземелье было покончено, дверь распахнулась. Первый этап побега завершен.
В тот же миг в его сознании всплыло системное уведомление, но сейчас было не до него.
Двое темных магов из числа беглецов тут же подобрали палочки убитых вампиров, и боеспособность группы немного возросла. Вооружившись, кто чем мог, беглецы ринулись вперед. Встречавшихся по пути вампиров атаковали без промедления. Поначалу им сопутствовала удача, но вскоре один из вампиров поднял тревогу. Продвижение замедлилось, появились первые потери.
Тем временем в Хогвартсе…
— Профессор, есть новости о Блэке?
Близнецы Уизли вновь осаждали кабинет профессора МакГонагалл. С того самого дня, как Фини похитили – после того, как они сами очнулись, – братья не переставали донимать преподавателей расспросами. Проказам пришел конец; ни Запретный лес, ни ночные вылазки больше не манили. Они были убеждены: Фини пожертвовал собой, чтобы защитить их. И не только они – многие в Хогвартсе разделяли это мнение.
Репутация Фини, над которой он бился весь семестр, почти не менялась. Но этот случай с Уизли неожиданно пошел ему на пользу. По крайней мере, всегда нейтральный Хаффлпафф проникся к нему уважением за верность друзьям. Да и в Гриффиндоре многие молодые волшебники пересмотрели свое отношение, перестав видеть в нем лишь тень брата-предателя.
Сами Уизли, ранее не слишком близкие с Фини, теперь наравне с преподавателями участвовали в его поисках.
Похищение главы рода Блэк прямо из Хогвартса стало серьезным ударом по репутации Министерства магии. В волшебном сообществе росло недоверие к властям, а Хогвартс перестал казаться неприступной цитаделью. Многие чистокровные семейства втайне желали смерти Фини, надеясь поживиться имуществом Блэков, но его исчезновение связывало им руки. Любая попытка действовать сейчас выставила бы их в самом неприглядном свете – добивающими упавшего. И хотя репутация некоторых из них и так была небезупречна, открыто марать свое имя никто не спешил.
Исчезновение Фини Блэка всколыхнуло весь магический мир. Безопасность Хогвартса стала темой номер один, и Министерство не упустило шанса попытаться усилить свое влияние на школу.
Профессор МакГонагалл, однако, ничем не могла утешить настырных близнецов.
— Мне очень жаль, мистеры Уизли, — ее голос звучал устало, — но должна сообщить, что у нас по-прежнему нет никаких вестей о мистере Блэке. Могу лишь заверить: мы делаем все возможное. А вам пора в спальни. Отдыхайте.
— Но, профессор… — начал было Джордж, но МакГонагалл прервала его мягким, но непреклонным жестом.
http://tl.rulate.ru/book/137205/6657727
Готово:
