В Дворе Нинсян, после окончания дневных занятий, девушки разошлись по своим комнатам.
Когда Вэй Чжилань вернулась к себе, Лююэ подала ей чашку чая.
Она взяла чашку, подняла крышку и тут же нахмурилась, на её лице отразилось недовольство:
— Почему снова этот чай?
— Госпожа, с тех пор как вы стали приёмной дочерью госпожи, весь чай вам присылает она, — ответила Лююэ. — В последнее время вы пьёте только этот.
Чай, который герцогиня присылала Вэй Чжилань, был прошлогодним, а то и позапрошлогодним.
Вэй Чжилань не смела сказать, что чай от герцогини плох. Она с холодным лицом спросила:
— Из Бамбукового Двора до сих пор не прислали чай?
При упоминании этого у Лююэ стало странное выражение лица. Она посмотрела на Вэй Чжилань, открыла рот, чтобы что-то сказать, но не решилась.
В последнее время еда, напитки, одежда, постель и все вещи были не лучшего качества, что очень раздражало Вэй Чжилань. Увидев нерешительность Лююэ, она разозлилась ещё больше и повысила голос:
— Говори, что хотела!
Лююэ вздрогнула от её тона и осторожно начала:
— Госпожа, вы теперь не имеете никакого отношения к Бамбуковому Двору. Оттуда вам больше ничего не пришлют, даже денег. Вы забыли?
Услышав это, Вэй Чжилань застыла, её тело напряглось.
— Вы забыли, что в тот день, когда вы стали приёмной дочерью госпожи, наложница Ли прислала матушку Цю сказать, что отныне вы не имеете никакого отношения к Бамбуковому Двору. Все ваши расходы на еду, одежду и жильё будет покрывать главный двор, а Бамбуковый Двор больше ничего вам не даст, — напомнила Лююэ. — Наложница Ли велела вам больше ничего у неё не просить…
Не успела Лююэ договорить, как Вэй Чжилань с силой швырнула чашку на пол. Лююэ отскочила в испуге.
— Кому нужны её вещи! — лицо Вэй Чжилань побагровело, глаза сверкали от гнева. — Я не стану прикасаться к вещам, от которых несёт деньгами!
Стоявшая рядом Лююэ мысленно усмехнулась: «Раз вы так презираете их, зачем же спрашиваете, прислали ли что-нибудь из Бамбукового Двора?».
— Вон отсюда!
Лююэ поспешно выскользнула из комнаты.
Увидев, что Лююэ вышла с расстроенным лицом, Хэюэ подошла и с беспокойством спросила:
— Что случилось?
Лююэ кивнула в сторону комнаты Вэй Чжилань и прошептала:
— Госпожа в гневе.
Хэюэ нахмурилась, на её лице отразилось недоумение.
— С чего бы это вдруг?
— Всё из-за того, что из Бамбукового Двора больше ничего не присылают… — Лююэ понизила голос и рассказала Хэюэ о случившемся. — Не в обиду госпоже будет сказано, но она стала приёмной дочерью госпожи, с наложницей Ли у неё больше нет никаких связей. С какой стати она думает, что наложница Ли по-прежнему будет заискивающе присылать ей подарки, чтобы её порадовать?
Она добавила:
— К тому же, это наложница Ли по своей воле разорвала с ней отношения матери и дочери, чтобы исполнить её желание стать приёмной дочерью госпожи. С чего бы ей теперь что-то присылать?
— Не ожидала, что наложница Ли на этот раз будет так решительна, — вздохнула Хэюэ. — Похоже, госпожа окончательно разбила ей сердце, и она больше не считает её своей дочерью.
— Да кто угодно отказался бы, — хоть Лююэ и была служанкой Вэй Чжилань, она не одобряла её отношения к наложнице Ли. — Госпожа так хотела стать приёмной дочерью госпожи, и вот её желание сбылось. Но что за жизнь она ведёт? Все вещи, которые даёт ей госпожа, — это то, что не нужно четвёртой барышне. Не то что раньше, когда наложница Ли давала ей всё самое лучшее.
До того, как Вэй Чжилань стала приёмной дочерью герцогини, всё для неё покупала наложница Ли, и это были лучшие вещи в Сяньцзине.
После этого герцогиня действительно дала ей несколько хороших нарядов и тканей, но по сравнению с тем, что дарила наложница Ли, это было ничто. Однако Вэй Чжилань не разбиралась в вещах и считала, что подарки герцогини лучше.
— В сердце госпожи, естественно, важнее всего четвёртая барышня. Ведь наша госпожа ей не родная, — добавила Хэюэ. — Четвёртая барышня — родная дочь госпожи, но даже у неё вещи не самые лучшие, хуже, чем были у нашей госпожи раньше.
— Вот именно, но госпожа не хочет этого признавать, — Лююэ нахмурилась. — Теперь, когда у госпожи нет связи с наложницей Ли, и та больше не даёт нам денег, у нас тоже не осталось ничего хорошего, — наложница Ли была очень щедрой. Чтобы угодить госпоже, она задабривала и их, служанок, дарила им много чего, а теперь — ничего.
Хэюэ тоже помрачнела и тяжело вздохнула.
— Эх, без наложницы Ли и госпоже, и нам придётся жить, экономя каждую монету.
— Интересно, жалеет ли госпожа о своём решении, — будь она на месте госпожи, она бы никогда не отказалась от родной матери ради статуса приёмной дочери. — Что хорошего в том, чтобы быть приёмной дочерью? Разве это принесёт деньги? Какая польза быть дочерью госпожи, если у той самой денег нет, а её наряды и украшения хуже, чем у наложницы Ли? Наложница Ли — самая богатая во всём поместье, она может позволить себе всё, что захочет.
Госпожа стала приёмной дочерью, но осталась без денег. Когда придёт время выходить замуж, какое приданое сможет ей дать госпожа? Наверняка очень скромное. И пусть она будет приёмной дочерью, но если приданое будет жалким, разве на неё не будут смотреть свысока?
http://tl.rulate.ru/book/136988/8170426
Готово:
