Глава 14. Сяо Хунчэнь: В этой холодной семье Хунчэнь для меня больше нет места…
Не обращая внимания на капли чая на лице, Линь Цзяи с тревогой докладывал декану:
— Декан, только что закончились вступительные испытания для первокурсников нашей академии, и обнаружилось, что Духовный измеритель физических параметров и Измеритель силы, использовавшиеся для проверки физической подготовки новичков, исчезли. На их месте оставили немного золотых монет духа.
Услышав это, гнев, готовый вспыхнуть в глазах Цзин Хунчэня, сменился удивлением. Он невольно широко раскрыл глаза и недоверчиво переспросил:
— Ты хочешь сказать, что украли только оборудование для испытаний, а вор ещё и оставил деньги?
Линь Цзяи честно кивнул:
— Так говорят внизу. Я сходил на место и посмотрел, этих золотых монет духа как раз хватит, чтобы купить два духовных инструмента шестого уровня на рынке.
Цзин Хунчэнь: «…???»
Нынче воры стали такими высоконравственными? Нет, ну если у него есть деньги, он не мог их просто купить? Зачем ему понадобилось воровать, чтобы пощекотать нервы?
Императорская Академия Духовных Инструменталистов Солнца и Луны — это не военный округ, но и её оборона была весьма неплохой. Духовный Боец восьми колец или духовный инструменталист восьмого уровня, забравшись сюда воровать, вряд ли смог бы уйти невредимым.
К тому же, он, глава Зала Миндэ, — не какая-нибудь мямля. Он не думал, что человек, способный проникнуть сюда и что-то украсть, не будет опасаться его мести.
И раз уж пришёл, то украсть всего лишь два прибора уровня духовного инструмента шестого уровня? Разве высокоуровневые духовные инструменты седьмого-восьмого уровня не лучше?
Даже Цзин Хунчэнь, повидавший многое, был несколько озадачен этой внезапной и странной новостью.
Видя, что декан впал в замешательство, Линь Цзяи поспешно достал из-за пазухи тёмно-чёрный конверт и протянул ему:
— Кроме того, декан, я нашёл это среди той кучи золотых монет духа. На нём печать духовной силы уровня Титулованного Доулуо.
«Вот это уже похоже на правду. Он не вор, а хочет передать мне, главе зала, сообщение».
Цзин Хунчэнь вздохнул с облегчением, взял конверт, влил в него немного духовной силы, и на конверте тут же проявились шесть иероглифов тушью: «Декану Хунчэню, лично в руки».
— Хе, интересно. Неожиданно, он не только не вор, но и не из моей Империи Солнца и Луны, а из изначальных Трёх стран континента Доулуо.
В глазах Цзин Хунчэня блеснул свет мудрости, и он с уверенным видом высказал своё предположение.
— Декан, почему вы так считаете? — очень проницательно подыграл Линь Цзяи.
— Печать духовной силы на этом конверте очень сильна, я даже сразу не смог её снять. В Империи Солнца и Луны нет таких сильных Титулованных Доулуо, и даже Супер Доулуо.
Цзин Хунчэнь сказал это с видом само собой разумеющимся, в его голосе сквозила абсолютная уверенность и лёгкая гордость.
Уровень духовной силы тех девятиуровневых духовных инструменталистов — разве он не знал? Кроме Старика Куна, никто не был сильнее его, а Старик Кун не стал бы так с ним шутить.
К тому же, в этой печати духовной силы он не обнаружил той отвратительной ауры злых духовных мастеров. Очевидно, это мог быть только сильный духовный мастер из изначальных Трёх стран.
Никакая фальшь не укроется от проницательного взора его, декана Хунчэня!
— Ах, это… — слова лести застряли у Линь Цзяи в горле, он не знал, как продолжить.
Может, похвалить декана за «немалое самопознание и проницательность в людях»? Но не обидит ли это тех мастеров духовных инструментов девятого уровня?
К счастью, декан не обращал на него внимания, а взмахом руки достал девятиуровневый духовный инструмент для снятия печатей и, немного повозившись, наконец снял печать с конверта.
Линь Цзяи тут же восторженно воскликнул о незаурядности декана, а на лбу Цзин Хунчэня выступила мелкая испарина. Его взгляд постепенно стал глубоким, и в нём снова вспыхнул огонь.
Ранее он не мог быть уверен, но теперь мог. Человек, сделавший это, определённо был Супер Доулуо, скорее всего, могущественная личность уровня девяносто шесть и выше.
Такие эксперты и в Трёх странах континента Доулуо были на счету. Эта провокация очень возбудила Цзин Хунчэня.
«Я, декан, посмотрю, что за лекарство ты продаёшь в своей тыкве-горлянке».
Распечатав конверт и вынув письмо, он увидел небрежные, летящие иероглифы. Боевой дух в глазах Цзин Хунчэня внезапно застыл.
«Талант вашего внука незауряден, есть надежда стать Супер Доулуо, надеюсь, вы будете хорошо его обучать. Цилинь моей семьи в будущем, возможно, сразится с ним. Дарую три пилюли в качестве поддержки младшему поколению».
«Неужели это из-за Сяо и Мэн?»
Цзин Хунчэнь сложил письмо, заглянул в конверт: три маленькие коробочки источали лёгкий аромат пилюль и водяной пар.
«Ну и дела, довольно щедрый жест», — Цзин Хунчэнь продолжил открывать маленькие коробочки. В облачке водяного пара лежали три полные, кристально чистые, тёмно-синие пилюли с узорами на поверхности.
— Это Пилюля Сюаньшуй? — Линь Цзяи с первого взгляда узнал эти три пилюли, его глаза слегка заблестели.
Пилюля Сюаньшуй обладала свойством изменять сухожилия и промывать костный мозг, могла повышать врождённую духовную силу. Духовный мастер ниже двадцатого уровня, приняв её, мог повысить свою духовную силу как минимум на один уровень. Она была чрезвычайно популярна среди духовных мастеров и ценилась в десять тысяч золотых.
Эта пилюля, появившись на аукционе в Минду, стала бы очень востребованным товаром. Духовные инструменталисты со слабой основой больше всего любили такие сокровища, способные очищать тело от примесей.
От некачественных пилюль страдает основа, а от качественных — укрепляется внутренний потенциал!
— Верно, это действительно Пилюля Сюаньшуй, причём высшего качества, с густой лекарственной силой, — Цзин Хунчэнь достал детектор восьмого уровня, несколько раз просканировал пилюли и не обнаружил вредных веществ.
— Тогда, декан, что нам делать с этими пилюлями…
— Что значит «что делать»? Конечно, есть, — Цзин Хунчэнь съел одну пилюлю и, жуя, махнул рукой:
— Быстро позови мне Сяо и Мэн, скажи им, что есть кое-что хорошее. Они как раз прорвались на двадцатый уровень, это им сейчас очень кстати.
— О-о, да, — кивнул Линь Цзяи и, развернувшись, быстро вышел из кабинета, думая про себя, что декану действительно повезло: внук и внучка только поступили в академию, а им уже присылают такие подарки.
Проводив Линь Цзяи, Цзин Хунчэнь молча ощущал действие лекарства, задумчиво глядя на две мерцающие пилюли.
Эта Пилюля Сюаньшуй, по слухам, была уникальным секретным лекарством одной из уединённых сект Трёх стран континента Доулуо. Сразу три штуки — не связан ли приславший их с той таинственной уединённой сектой? Или это вообще эксперт из той самой секты?
Впрочем, неважно. Он был абсолютно уверен в своих внуке и внучке, особенно в Сяо, пробудившем боевой дух Божественного Зверя, — такой и в Шреке считался бы гением высшего уровня.
«Цилинь, говоришь? Гении моей семьи Хунчэнь не сравнятся с теми ничтожествами из прошлого. Я, декан, посмотрю, на что способны гении твоей семьи. Такая уверенность… Похоже, этот твой потомок в Шреке…»
«Хм, Шрек был первым на протяжении десяти тысяч лет, но моя Императорская Академия Духовных Инструменталистов Солнца и Луны не смирится с ролью вечно второй. Зал Миндэ в моих руках также создаст новое великолепие…»
Цзин Хунчэнь слегка сжал кулак, в его глазах вспыхнуло уверенное, честолюбивое пламя.
«Вэн»
Вскоре дверь кабинета снова открылась, и в комнату быстрыми шажками вбежали двое среброволосых подростков — мальчик и девочка.
— Дедушка, вы нас звали, что-то случилось? Мне ещё нужно в библиотеку, учиться, чтобы сдать на следующий уровень сертификата духовного инструменталиста.
Сяо Хунчэнь, в чьих чертах лица уже проглядывали резкие линии, бесцеремонно подошёл к Цзин Хунчэню, уголки его губ были приподняты, а на лице застыла очень серьёзная улыбка.
Внук так стремился к знаниям, что Цзин Хунчэнь ощутил отеческое удовлетворение. Он ласково погладил Сяо Хунчэня по лбу и мягким голосом усмехнулся:
— Позвал вас, конечно, по хорошему поводу. Ты ещё маленький, сдача на уровень духовного инструменталиста не горит. Только поступил в академию, побольше общайся с одноклассниками. Это ведь лучшая академия нашей Империи Солнца и Луны, заводить друзей не повредит.
Маленькое личико Сяо Хунчэня серьёзно покачалось:
— Нет, сейчас все на нас смотрят, я не могу опозорить семью Хунчэнь.
На его лице было написано «Наследие семьи — ответственность нашего поколения», и он с энтузиазмом излагал свои амбиции.
— Сяо, дедушка не зря говорит нам больше общаться с друзьями. В будущем, чтобы семья Хунчэнь стала сильнее, возможно, нам понадобится помощь друзей, — раздался звонкий, как колокольчик, и приятный голос. Мэн Хунчэнь, моргая своими живыми глазками, изобразила укоризненное выражение лица, словно ругала маленького ребёнка.
Она очень старалась выглядеть взрослой, но её серебристые волосы и раскрасневшиеся щёчки совершенно не внушали страха.
Сяо Хунчэнь высокомерно поднял голову, скривил губы, скрестил руки на груди и низким тоном произнёс:
— Мэн, мы — гении, каких Империя Солнца и Луны не видела тысячи лет. В академии нет достойных меня соперников. Возможно, только в той Академии Шрека найдутся такие люди.
— На следующем Всеконтинентальном Турнире Высших Академий Духовных Мастеров я обязательно проявлю себя во всей красе. Надеюсь, те люди меня не разочаруют…
Сегодня, впервые прибыв в Императорскую Академию Духовных Инструменталистов Солнца и Луны, он сразу понял, что все гении Поднебесной — так себе. Он, Сяо Хунчэнь, непременно войдёт в историю Империи Солнца и Луны и станет первым гением будущего Империи Солнца и Луны!
Пфф»
Мэн Хунчэнь скривила губки в его сторону, отвернулась и перестала обращать внимание на этого заносчивого братца, совершенно не поддаваясь на его уговоры.
Уголок глаза Сяо Хунчэня дёрнулся. Он упорно сохранял серьёзное выражение лица, убеждая себя, что это его родная сестра, не злиться, не злиться, всё равно это уже не в первый раз…
Цзин Хунчэнь с улыбкой наслаждался семейным счастьем и, дождавшись, пока они закончат, протянул им Пилюли Сюаньшуй.
— Вот, это лучшие пилюли из Трёх стран континента Доулуо, их прислал один Титулованный Доулуо из Трёх стран. Съешьте их здесь, я вас охранять буду.
Сяо Хунчэнь взял Пилюлю Сюаньшуй, над его головой появилось множество вопросительных знаков:
— Дедушка, что это такое? Неужели тот Титулованный Доулуо отрёкся от тьмы и перешёл на сторону света, примкнув к нашей Империи Солнца и Луны?
— Хе-хе, тот человек от имени гениальных потомков своей семьи бросил вам двоим вызов, сказав, что в будущем померится с вами силами.
Услышав это, глаза Сяо Хунчэня возбуждённо заблестели:
— Отлично, надеюсь, потомок того Титулованного Доулуо достаточно силён, чтобы я не уложил его парой-тройкой ударов.
Мэн Хунчэнь, прищурив свои красивые глазки, разглядывала Пилюлю Сюаньшуй и вдруг мило улыбнулась:
— Надеюсь, ты не проиграешь. Будет хорошо, если тебя уложат.
Тело Сяо Хунчэня застыло, он чуть не выронил Пилюлю Сюаньшуй из пальцев:
— Мэн… ты умрёшь, если не будешь меня злить?
— Хи-хи, нет, конечно. Но так очень весело. Ты ведь первый гений Империи Солнца и Луны за тысячу лет, твоё сердце должно быть сильным.
— Ты меня каждый день злишь, ты вообще на чьей стороне!
Мэн Хунчэнь немного подумала и с серьёзным личиком сказала:
— Хм… это трудно сказать. Если тот гений из Трёх стран окажется красивее, возможно, я тогда вместе с ним буду тебя бить? Этого ведь нельзя исключать.
Сяо Хунчэнь в отчаянии закрыл лицо руками и, повернувшись к Цзин Хунчэню, пожаловался:
— А-а… дедушка, посмотрите на неё…
Цзин Хунчэнь совершенно не придал этому значения и с улыбкой утешил:
— Сяо, Мэн ведь тоже не без оснований так говорит. Она сестра, ты, как старший брат, должен быть снисходительнее…
— Ты, вы…
Сяо Хунчэнь с обидой и гневом посмотрел на них двоих, чувствуя, что в этой холодной семье Хунчэнь для него больше нет места. Он обратил свою обиду и гнев в аппетит, одним махом проглотил Пилюлю Сюаньшуй, затем сел, скрестив ноги, — с глаз долой, из сердца вон.
«Проклятый гений из Трёх стран, не попадайся мне так рано, иначе я обязательно побью тебя перед Мэн, чтобы вернуть своё достоинство старшего брата…»
…
В полдень Сюй Сяоюнь вернулся, ступая по облакам. Очертания поместья Секты Сюаньмин появились в поле зрения.
«На этот раз встретился со старым Луном, да ещё и передал письмо тому Цзин Хунчэню. В будущем, когда Тяньси отправится на обучение в Империю Солнца и Луны, должно быть намного надёжнее…»
Сюй Сяоюнь парил в воздухе над каменной дорогой, анализируя в уме план и размышляя, что ещё можно сделать.
Внезапно неподалёку раздался полный обиды и гнева вопль Сюй Саньши, заставивший его невольно ускорить шаг.
— А-а, Тяньси, что ты такое съел! Перестань за мной гоняться, братан больше не выдержит!
Сюй Сяоюнь: «……»
Откуда этот мальчишка Саньши нахватался таких глупостей? Наказать!
http://tl.rulate.ru/book/136901/6604719
Готово:
