Сердце Шона бешено забилось, и с новой силой нахлынуло странное наваждение.
Он поспешно опустил голову и сделал большой глоток тыквенного сока. Когда он снова поднял взгляд, девушка всё ещё смотрела на него, но наваждение исчезло. Эта девушка определенно обладала кровью Вейлы!
Шон поднял чашу в знак приветствия, улыбнувшись. Однако в душе он твёрдо решил держаться подальше от этой старшекурсницы в будущем.
После того, как все насытились, остатки еды исчезли с тарелок, оставив их сияюще чистыми. Вскоре подали пудинги с всевозможными видами мороженого: яблочный пирог, фруктовые тарталетки с сиропом, шоколадный бисквит, пончики с джемом, пудинг с джемом, пропитанный вином, клубника, желе, рисовый пудинг… Шон лишь слегка попробовал. На его взгляд, большинство британских десертов были чересчур приторными.
Видя, как Коттон щедро намазывает крем на десерт, Шон почувствовал зубную боль. Эта субстанция, должно быть, невыносимо сладкая.
Когда сладкая часть ужина подошла к концу, Дамблдор снова встал.
- О, теперь, когда все вдоволь поели и попили, прежде чем перед вашими глазами вспыхнет драка, я хотел бы дать вам несколько важных замечаний на новый семестр.
В Большом зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием свечей.
- Внимание, первокурсники! Никому из студентов не разрешается появляться в Запретном лесу на территории школы. Это правило должны помнить и некоторые наши старшие ученики. - Дамблдор обвёл взглядом стол факультета Гриффиндор.
- Кроме того, наш хранитель, мистер Филч, просил меня напомнить всем не колдовать в коридорах во время перемен.
- Отбор игроков в квиддич состоится на второй неделе этого семестра. Студентов, желающих принять участие в факультетской команде, прошу связаться с мадам Трюк.
Сказав это, выражение лица Дамблдора стало немного серьёзней. Он легко взмахнул правой рукой, и в воздухе возник столбец огненно-красных букв:
[Нурменгард.]
– Кажется, кое-кто из старших уже слышал эту новость. Да, мы договорились об обмене студентами с магической школой Нурменгард, – объявил директор.
В огромном зале, где до этого царила тишина, мгновенно поднялся шум и гомон. Студенты начали обсуждать услышанное, переговариваясь друг с другом.
– О боже, значит, тот слух правда?! Когда я думаю об этих заносчивых выскочках из Нурменгарда, меня аж воротит, – ворчал Коттон, обращаясь к ребятам рядом.
– А почему ты так говоришь? – тихо спросил его Шон, повернувшись. Гермиона тоже с любопытством придвинулась ближе.
– Ох, ты что, из семьи маглов? – Коттон как будто вздрогнул, а затем его лицо невольно скривилось. – С тех пор как Нурменгард открылся, они сразу заявили, что станут самой великой школой новой эпохи. А потом, уж не знаю, о чем договорились директора, но Турнир Трех Волшебников, который много лет не проводился, снова запустили. Только теперь от каждой школы участвовало по три человека, и организаторы добавили Нурменгард…
Из его недовольной истории Шон узнал, что после открытия Нурменгарда они не только активно переманивали студентов из других школ, но и продвигали идею «элитного образования для нового поколения магов». Однако три европейские школы, изначально не придававшие этому значения, потерпели сокрушительное поражение на первом же обновленном Турнире Трех Волшебников!
И не только на первом. В последующие десятилетия Нурменгард выигрывал почти все чемпионаты, а Хогвартсу доставались лишь редкие оставшиеся победы.
За прошедшие несколько десятилетий число студентов в Нурменгарде значительно выросло. Хогвартсу в Англии еще удавалось держаться на плаву, но Дурмстрангу в Германии теперь грозило банкротство. Говорили, что во всем Дурмстранге учеников было не больше, чем на одном курсе Хогвартса.
Еще одна причина, почему ученики Нурменгарда вызывают такую враждебность в Хогвартсе, кроется в их отношении к магии. Как однажды выразился Коттон, эти ребята используют "черную магию, прикрытую тонкой оболочкой". Они безжалостны, абсолютно не заботятся о товарищах и проявляют еще большую жестокость к противникам.
В прошлом году на Кубке Огня, который проходил здесь же, в Хогвартсе, одного из чемпионов, студента с Когтеврана, противник проклял. Он потом весь остаток семестра провел в магической больнице Святого Мунго.
При этом студенты из Нурменгарда даже не подумали извиниться, наоборот, открыто провоцировали. Из-за этого между школами постоянно возникали конфликты.
– просто звери в волшебных мантиях, – так Коттон подвел итог.
Шон задумчиво кивнул. Теперь понятно, почему те двое, которые приезжали набирать студентов, так сильно друг друга недолюбливали. Вражда между школами и правда глубокая.
Коттон поднял глаза на учительский стол и с недовольством сказал:
– И с этими типами мне придется заниматься научными обменам. Не понимаю, что у профессора Дамблдора в голове.
Старое мудрое лицо Дамблдора оставалось невозмутимым. Он даже не стал останавливать шум в зале. Только когда обсуждение стихло, он поднял руку.
– Это давний план, – на словах "Нурменгард" перед ним тихо вспыхнуло, – они прибудут в Хогвартс через полсеместра. Надеюсь, все смогут хорошо поладить с нашими далекими гостями.
Он сделал паузу:
– Покажите достоинство студентов Хогвартса.
Авторитет Дамблдора был огромен. Хоть многие и тихо ворчали от недовольства, все студенты все равно выпрямились.
– И последнее, хочу напомнить всем: если кто-то не желает случайно напороться на ужасную смерть, не стоит заходить в правый коридор на четвертом этаже.
Шон нахмурился. Волан-де-Морт не нападал, а Дамблдор все равно спрятал Философский камень?
– Это для Грин-де-Вальда? Или для его последователей?
Дамблдор снова улыбнулся:
– А теперь, перед тем как все разойдутся по комнатам, давайте вместе споём школьную песню!
Шон заметил, что у других учителей улыбки словно застыли.
Дамблдор не стал доставать палочку. Он легко махнул рукой, и надпись «Нурменгард» исчезла, а пламя снова сложилось в воздухе в большой отрывок текста песни.
– Каждый выбирает мелодию, какая ему по душе, – сказал Дамблдор. – Готовьтесь и пойте!
Все учителя и ученики громогласно запели:
Хогвартс, Хогвартс, Хогвартс, Хогвартс,
Прошу, дай нам знания,
Будь мы лысые старики,
Или дитя, что колено ушибло при падении.
Наши умы открыты,
Для чего-то интересного.
Потому что сейчас наши мозги пусты и полны воздуха, мертвых мух и пустяков,
Научи нас чему-то ценному,
Верни нам то, что мы забыли,
Тебе просто нужно сделать всё, что можешь, а остальное оставь нам.
Мы будем усердно учиться, пока не превратимся в пыль.
Все, кроме близнецов Уизли, закончили петь школьную песню вразнобой. Только они продолжали выводить последние строки под медленную мелодию «Похоронного марша». Дамблдор дирижировал им последние такты и дождался, пока они допели. Его аплодисменты были самыми громкими.
– Музыка, – сказал он, вытирая глаза, – обладает большей магией, чем всё, что мы делаем здесь! А теперь пора спать. Давайте расходиться по спальням.
http://tl.rulate.ru/book/136601/6574598
Готово:
