Готовый перевод Not Sick / Не Болен - Архив: Глава 20: Разрушенный, Часть 3

Снова дзюцу исчезло во вспышке серебряного света. Микото атаковала его сзади, обойдя его в момент замешательства. Саске заблокировал её удар плоской стороной меча, а затем нанёс свой собственный ей в лицо.

— И теперь у меня есть эта сила. И не было никакой жертвы. — Саске замолчал, а затем прыгнул, нанося удар ногой с разворота, отбросив мать назад.

— Все предыдущие злодеяния клана… бессмысленны. Ненужны. — Он глубоко вздохнул. — Итачи это доказал. Ничего из этого не нужно было делать.

— А, Саске? — спросила его мать, пытаясь пробить ему горло. Он увернулся от согнутых костяшек, сокрушая её защиту. — Я не…

— Мне не пришлось жертвовать, чтобы обрести эту силу, — сказал Саске. — Если бы Итачи… доверял мне… если бы мы с Итачи работали вместе, вместо того чтобы он не доверял мне и не слушал, не было бы даже никакого конфликта.

Он оттолкнул мать и навёл меч. Дождь капал с клинка, стекая по желобку, и далёкая вспышка молнии на мгновение заставила всю сталь сверкнуть.

— «Необходимое зло», — так ты это назвала, — провозгласил Саске. — Ты утверждаешь, что смерть Учиха также была вызвана им. — Он опустил меч; молния всё ещё гудела в нём, освещая тусклую крышу.

— Но из того, что рассказали мне Итачи и ты, переворот произошёл лишь потому, что Учиха не желали идти на компромисс. — Его глаза сузились. — «Необходимое зло» — это не всепроникающая сила. Оно создаётся обстоятельствами.

Микото недоверчиво уставилась на сына. Впервые за долгое время он стоял совершенно прямо, его осанка была уверенной, а взгляд — твёрдым.

— Я позабочусь о том, чтобы эти обстоятельства прекратились.

— Ты не можешь быть серьёзным, — ровно сказала Микото.

— Это единственное, что нужно сделать, — коротко ответил Саске.

— Ты просто собираешься изменить мир? Вот так? — Микото обошла сына, и Саске повернулся вместе с ней. — Саске, это не так просто.

— Конечно, нет, — признал Саске. — Но я всё равно это сделаю.

— Я… Саске. Ты понимаешь, не так ли? Что людям всегда придётся идти на компромиссы? Что даже в мире, где зло не является необходимым, не все получат своё? Это совершенно невозможно. — Микото начала складывать печати. Дзюцу Хосенка.

— В этом-то и дело, — сказал Саске, размахивая мечом. Начали появляться огненные шары, Микото следовала за ними, пробираясь сквозь собственное пламя. Он отбивал все, что подлетало слишком близко, а затем свирепо посмотрел на мать. Появилось Аматерасу, сжигая ей ноги.

— Учиха верили, что невозможно обрести Вечный Мангекьё иначе, как через братоубийство. — Он наблюдал, как она выравнивается, её ноги быстро регенерируют.

Ему нужен был способ уложить её навсегда. Цукуёми не продлится достаточно долго: он просто не был так искусен в нём, как Итачи. Идея начала просачиваться в мозг Саске, принесённая холодным дождём, покрывавшим его волосы.

— Итачи доказал, что они неправы.

Микото наконец-то снова встала на ноги. Серебряная вспышка изгнала Аматерасу, всё ещё жадно лизавшее её. Саске внимательно следил, как кровь, быстро смываемая, сочилась из левого глаза его матери.

— Мир верит, что необходимое зло всегда будет именно таким. Необходимым. Что иногда семьи должны умирать. Друзья должны умирать. Что люди должны лгать.

Он глубоко вздохнул.

— Я докажу, что это не так.

Микото смотрела на него, её губы скривились.

— Саске… я ценю то, что ты говоришь, — осторожно сказала она. Её правый глаз начал медленно вращаться, независимо от другого. — Но ты не должен ставить себе такие абсолютные цели. Это благородная цель, но даже с твоей силой её невозможно будет достичь за твою жизнь.

— Что заставляет тебя так думать? — пробормотал Саске, наблюдая, как струйка крови стекает из правого глаза его матери. Он понятия не имел, какое дзюцу оно могло содержать. Вариант Аматерасу или гендзюцу? Пожирающие чакру серебряные сферы не походили ни на что другое, что он видел; вполне возможно, что другой глаз его матери скрывал нечто, о чём он даже не мог догадаться.

— Каждому нужна цель, — сказала Микото. — Каждому нужно к чему-то стремиться. Если ты действительно, по-настоящему имеешь в виду то, что говоришь, не ожидай, что это будет легко, и не ожидай, что это будет быстро. Тебе придётся жить каждый день, помня о своих принципах.

Она колебалась: струйка крови достигла её подбородка.

— И так же, как Учиха должны были идти на компромиссы, тебе, вероятно, придётся делать то же самое. Такова жизнь.

Саске моргнул.

— Что ты говоришь?

Микото грустно улыбнулась.

— Я говорю тебе быть открытым, Саске. Это то, с чем у многих шиноби возникают проблемы…

Мир подпрыгнул. Дождь сместился. Облако исчезло, и молния вдали возникла из ниоткуда.

— …с! — закончила Микото, её глаза расширились.

— Саске!

Саске моргнул, разворачиваясь, чтобы посмотреть за спину, одновременно держа мать в поле периферического зрения.

— Карин?

Он закончил поворот как раз вовремя, чтобы отец ударил его в лицо.

— Прыгай! — рявкнул Фугаку. Саске, пошатываясь и истекая кровью из губы, так и сделал. Его мать пронеслась под ним, едва не задев мужа. Они закружились друг вокруг друга, оба резко подняв головы, чтобы посмотреть на сына.

— Что, — сказал Саске, слишком потрясённый, чтобы выразить своё замешательство.

Он огляделся, падая обратно на крышу, выполняя идеальное сальто назад и становясь на ноги. Он и его мать больше не были одни: Карин стояла на краю здания, её волосы были совершенно приплюснуты дождём. Суйгецу стоял рядом с ней, его Клинок Мясника был направлен горизонтально перед ним. Шаринган Саске сузился; весь дождь, попадавший на Хозуки, исчезал, впитываясь в его тело.

И его отец прибыл, напав на него без предупреждения. Все трое просто появились.

Что происходило?

Правый глаз его матери снова начал вращаться.

— Саске! — крикнул Суйгецу. Саске повернулся к нему, отряхиваясь от удара отца. Его меч снова поднялся.

— Какого чёрта ты делал?! — взревел Суйгецу. — Просто стоял? Ты умереть хочешь?!

Саске уставился на него.

— Где… когда ты сюда попал? — спросил он. Его родители повернулись к нему.

— Саске! — Это был его отец. Казалось, все на него кричали. Саске снова покачал головой.

— Готовься! — крикнул Фугаку. — Она снова это сделает!

— Сделать что? — крикнул в ответ Саске. — Какого чёрта это…!

Микото моргнула. Ещё больше крови потекло из её правого глаза.

Фугаку исчез. Суйгецу взвизгнул, а Карин закричала. Облако перескочило через небо. На мгновение Саске почувствовал себя сухим, словно дождь исчез.

Этого не произошло.

— Суйгецу! — снова закричала Карин, и Саске развернулся, отводя взгляд от матери.

Его отец стоял над Суйгецу, Хозуки лежал ничком на крыше. Его ног не было, как и левой руки. Правая была вытянута в сторону, прижата к крыше ногой Фугаку; его рука бесполезно сжимала Кубикирибочо мёртвой хваткой.

Он зарычал на отца Саске, обнажив свои акульи зубы. Карин неслась к ним обоим, вытянув руку. Она кричала что-то довольно непристойное.

Саске снова моргнул. Всё это было так сюрреалистично. Вещи прыгали без всякой рифмы или причины. Он понятия не имел, что происходит. Рука Фугаку поднялась в простом знаке.

— Катон, — пробормотал он.

http://tl.rulate.ru/book/136355/6631178