Он покачал головой.
— Это утомляет.
Его атака была такой быстрой, что Шикамару едва её заметил. Путь развернулся, отправив чёрный стержень, который он поймал, в сторону Нары, а затем рванул к Ино, прорезая видимую тропу сквозь дождь своей скоростью. Шикамару выругался, увернувшись от стержня и направив свою тень на поиски, но мужчина был слишком быстр.
— Ино! — Он выкрикнул предупреждение, хотя было ясно, что блондинка знала, что мужчина приближается.
Ино зарычала, сжимая кунай в левой руке; её неповреждённой руке.
— Давай! — закричала она, страх и ярость искажали её голос.
Чёрный стержень вырос из предплечья Пути, упав ему в руку, и он взмахнул им вперёд, как рапирой. Ино парировала удар, отводя атаку в сторону…
И Человеческий Путь уронил стержень, схватив Ино за блокирующую руку. Остаточная инерция его оружия перенесла его в другую руку, по другую сторону от защиты Ино. Глаза Яманаки расширились от паники.
Путь вонзил мрачный металлический стержень прямо ей в живот.
— Нет! — Крик Сакуры разнёсся, казалось, по всей деревне. В тот момент Амегакуре могло бы и не существовать, если бы не улица, на которой сражались все шиноби.
Ино задохнулась, давясь. Но кровь не пошла.
— Попалась, — прошипела она.
А затем она взорвалась облаком дыма.
— Ещё Теневые Клоны?! — Человеческий Путь действительно закричал, недоверие и гнев пронзили его обычно спокойный голос.
— Это ещё не всё! — триумфально крикнул Шикамару, его тень вплелась в тень Человеческого Пути, когда тот яростно повернулся к нему. Мужчина остановился как вкопанный, на мгновение сбитый с толку.
Ино вышла из обширной тени Нары, на её лице застыло нечто среднее между ухмылкой и гримасой.
Лицо Пейна исказилось.
— Невозможно!
Ино было всё равно, что он думает.
— Шинтеншин но Дзюцу! — прорычала она, и она, и Человеческий Путь застыли, Риннеган смотрел в её беззрачковые глаза.
— Ты… — прошипел мужчина, а затем обмяк, его Риннеган не закрылся. Ино сделала то же самое, её бледные глаза закрылись, и Шикамару поймал её теневым щупальцем.
Остальные Пути в этот момент замерли, и бой приостановился. Путь Преты пошатнулся назад, его ноги скользили под ним, как у пьяного.
Затем, как один, все Пути отпрыгнули, карабкаясь по стенам и крышам или пробивая окна, исчезая в ночи Амегакуре.
Улица внезапно, невероятно затихла. Даже дождь, казалось, приглушился.
— Куда они идут? — спросил Ли, шагнув вперёд. Он был покрыт сажей и истекал кровью из нескольких неглубоких царапин, но был в лучшей форме из всей группы. — Мы должны преследовать…
Неджи вытянул руку, останавливая своего товарища по команде.
— Прямо сейчас мы должны восстановиться и собрать силы. Выиграть время для прибытия Наруто, — процедил Хьюга, морщась от движения щеки: на ней расцветал значительный синяк.
— Ино этим занимается, — сообщил Шикамару группе, которая собралась вокруг распростёртой блондинки. Она выглядела так, словно мирно спала.
— Это вообще сработает? — спросила Сакура, слегка дёрнувшись от вспышки боли в боку. — Я имею в виду, другие тела не остановились или что-то в этом роде.
— Но они отступили, — сказал Шикамару, опускаясь на колени. — У нас есть минута: давайте не будем её терять.
— А что насчёт Ино? — спросил Чоджи, всё ещё держась за запястье. — С ней всё будет в порядке?
Шикамару колебался, а затем пожал плечами.
— Она сказала, что знает, что делает, — тихо сказал он. — Что она сможет найти Саске и убедиться, что мы сможем с этим покончить.
Он вздохнул.
— Я ей доверяю. Но давайте приготовимся, на всякий случай.
— На случай чего? — спросил Ли.
Лицо Шикамару стало бесконечно суровее.
— На случай, если она не вернётся.
***
Затылок его шеи загорелся, и Саске влажно ахнул. Проклятая печать, бездействовавшая с тех пор, как Орочимару был изгнан из него, на мгновение вскипела жизнью, прежде чем снова угаснуть.
— Ты думал, я действительно тебя брошу? — Смешок вернулся. — Каким бы я был мастером, если бы оставил своего ученика вот так?
— Ты, — низко прорычал Саске, что-то шевельнулось у него в груди, — мне не хозяин.
— Ты, конечно, многому научился у человека, который не был твоим учителем.
— Да, научился, прямо перед тем, как раздавил тебя, как букашку, — сказал Суйгецу. Его бравада не смогла скрыть дрожь в голосе.
Саске всё ещё был слеп, но ему не нужно было видеть, чтобы понять, что Орочимару ухмыляется.
— И Суйгецу тоже. — Голос Саннина ни на йоту не изменил своего насмешливого хрипа. — Тебе действительно стоит быть здесь? Ты не скучаешь по своему аквариуму?
Суйгецу хрипло зарычал, но не двинулся вперёд. Саске услышал и почувствовал дрожь, когда что-то металлическое, вероятно, Меч Мясника, который мальчик таскал с собой, с грохотом упало на пол.
Орочимару переключил своё внимание: его убийственное намерение заполняло комнату, как луч маяка, прорезая даже тьму, окутывающую мир Саске. Он почувствовал, как оно прошло по нему, заставив его бедро слегка задрожать, прежде чем остановиться рядом с ним.
На Карин.
— А ты, — прошипел Орочимару, и Карин ахнула, убийственное намерение сосредоточилось на ней, как окровавленное копьё. Саске знал, что для её усиленных чувств чакры это ощущение, вероятно, было физически болезненным.
— Я никогда не верил, что до этого дойдёт, Карин, — грустно пробормотал Орочимару. — Что ты зайдёшь так далеко ради него.
— Ч-что ты имеешь в виду? — выдавила Карин. Саске чувствовал, как всё её тело дрожит сквозь её руку: кунай, который она сжимала в руке, коснулся его.
— Когда я заложил это принуждение все те годы назад, в лесу… — Орочимару замолчал, и Карин совершенно замерла. — Тот факт, что ты предашь меня ради кого-то вроде Саске? Ты разочаровала меня, Карин.
Принуждение? О чём он говорил?
— Но, может быть, ещё не слишком поздно, — продолжил Орочимару. — Ты ещё можешь вернуться ко мне. Мне всё ещё пригодился бы кто-то с твоими навыками. Не говоря уже о твоём таланте.
Воздух стал ещё тяжелее, и Карин пошатнулась назад, едва не утащив Саске за собой. Затем она твёрдо встала на ноги, выпрямившись.
— Я никогда к тебе не вернусь, — прошипела она.
— Правда? — Орочимару усмехнулся. — Ты понимаешь, что твоё влечение бессмысленно? Маленький Саске просто не заинтересован.
— Э-это не из-за этого, — твёрдо сказала Карин. — То, что ты делал, было неправильно. Я пошла на это, потому что ты спас меня, потому что ты сказал мне, что я особенная, и потому что… — Она замолчала, прежде чем заговорить с большей уверенностью. — Потому что я была в этом хороша. Но Саске показал мне, что ты мне не нужен…
Она глубоко вздохнула.
— Я не буду одним из твоих экспериментов. Больше никогда.
Наступила минута напряжённого молчания.
— О, глупая маленькая девочка, — рассмеялся Орочимару. Его убийственное намерение на мгновение вспыхнуло, а затем Саске услышал, как он двинулся.
Карин отбросило от него, она ударилась о стену, ахнув, и соскользнула вниз с тихим скрежещущим звуком. Суйгецу что-то невнятно крикнул, и раздался порыв воздуха, лезвие со свистом устремилось к цели, прежде чем раздался глухой удар, лязг и сильный всплеск.
Саске нырнул вправо, пытаясь убраться от шума, но не смог сделать ничего, кроме как нащупывать путь в темноте. Он не прошёл и трёх футов, как что-то толстое и слизистое обвилось вокруг его талии, дёрнув его назад.
Лицо Учихи исказилось от отвращения. Язык Орочимару снова обвился вокруг него, закрепив его руки, но оставив кисти несколько свободными, прежде чем поднять его в воздух. А затем Змей оказался прямо перед ним.
— Итак, Саске. — Каким-то образом он говорил ясно, несмотря на то, что его язык был вытянут далеко за пределы его тела. — Отдашь ли ты мне своё тело? Конечно, это лучшая участь, чем оставаться в этой башне до конца своих…
http://tl.rulate.ru/book/136355/6620303
Готово:
