«И ты не хочешь видеть меня в своей постели?» Они все этого хотели. Ксаро Кхон Даксос, бастард Меро Титан, возможно, даже Мудрые Мастера. Кразнис и все они, они хотели ее, потому что она была женщиной, и из-за этого недооценивали ее. Они были слабыми мужчинами.
Этот мужчина перед ней не был слабым.
Он наклонился к ней, его дыхание щекотало ей ухо. Сердце стучало о грудную клетку так громко, что она боялась, как бы он не услышал его. «Когда я окажусь в твоей постели, это произойдет потому, что ты захочешь этого, а не потому, что я делаю великие жесты». Он отступил назад, полностью отпустив ее. Она хотела вернуть его. Она чувствовала себя неполноценной. Он достал из сапога кинжал и опустился на песок. Она опустилась рядом с ним на колени, глядя на нарисованную им схему. "Здесь есть ворота, через которые Вторые сыновья попадают в бордели Юнкая. Твои люди могут войти туда, Нахарис все объяснит. Они войдут в город и смогут открыть главные ворота, чтобы впустить остальных Безупречных". Он потянул кинжал на себя. "Мудрые Владыки сидят здесь, внутри первых ворот. Все их люди - рабы". Он поднял свои серые глаза, чтобы встретиться с ее глазами, и прошептал. "Они не верны им. Они уступят за свою свободу".
Она восхищалась его умом, тем, как он мыслит. Для нее это имело смысл. Это работало. Она слегка покачала головой. «И я должна доверять Нахарису?»
«Ты не обязана доверять никому, но ты должна верить, что он поведет твоих людей по улицам». Он оперся рукой о колено и посмотрел на лагерь. "Теперь в вашей гвардии есть Барристан Селми. Он величайший рыцарь Вестероса".
«Он знал моего брата», - пробормотала она.
Он снова улыбнулся. Посмотрел на свои ноги и проговорил, почти про себя. «Когда-то у меня был брат». Он нахмурился. «Не знаю, жив ли он еще».
«Мой умер». Она поднялась на ноги, вытирая пыль с рук. «Оба умерли». Зачем ты ему это говоришь? Она снова шагнула к нему, ее рука легла на его руку. Ее фиалковые глаза встретились с его серыми. "Ты приехал из Вестероса, ты знал Дрого и предоставил мне ценную информацию. Приди ко мне, Верро, служи мне". Она поджала губы, изогнув бровь. «Но если ты придешь, я должна знать твое настоящее имя».
Серые глаза немигали. Казалось, они подражают глазам его волка, который покоился на ней, зверь был безмолвен, как призрак. Она была готова уйти, оставить его там, где он стоял, и вернуться в свою палатку, чтобы дождаться Даарио Нахариса с главами его начальства. Но когда она наконец оторвалась от него, разочарованная тем, что он не собирается следовать за ней, он схватил ее за запястье, притягивая к себе.
Она вздохнула, удивленная этим движением, и уперлась рукой в его плечо. Ее лицо наклонилось к нему, губы почти коснулись его губ. Она глубоко вздохнула, пытаясь отрегулировать вдох и выдох, но не могла, чувствуя его твердое тело так близко к себе. Она так давно не была так близка с мужчиной, со времен Дрого. Но с этим мужчиной она не чувствовала страха, не ощущала беспокойства. Это человек, который не насилует, не грабит и не порабощает.
Его пальцы провели по ее волосам и коснулись носа. «Кто ты», - пробормотал он.
Она помнила этот вопрос с тех пор, как они впервые заговорили. "Дейенерис Бурерождённая, - ответила она. Она изогнула бровь. «А кто ты?»
Он не сказал ей, подумала она, когда он закрыл рот. Он провел костяшками пальцев по ее челюсти, и она подумала, что он может поцеловать ее, но он этого не сделал. Вместо этого он улыбнулся и вздохнул, только чтобы она узнала имя, которое, как ей показалось, он не произносил с тех пор, как покинул берега того места, где получил его.
«Джон Сноу».
А потом он отпустил ее. Она смотрела ему вслед, наблюдая за его удаляющейся спиной и волком на его боку. Ее тело обмякло, внезапно навалилась усталость. Она прикоснулась пальцами к губам, все еще жаждая его губ. Глаза ее закрылись, и она улыбнулась. Имя - это важно, имя - это все, и имя связывает тебя.
Его зовут Джон Сноу.
Он не клялся служить ей, не говорил, что останется с ней, но он назвал ей свое настоящее имя. Он мог бы солгать, но не солгал. Она отступила назад, обхватив себя руками, и поспешила в свою палатку, к Миссандее, чтобы подготовиться к Нахарису. Разработать план, который Джон Сноу велел ей осуществить, - захватить Юнкай и освободить рабов.
В итоге все произошло так, как он сказал. Нахарис пытался очаровать ее; он принес головы своих начальников. Она разработала план вместе с Барристаном, Серым Червем и Джорахом, и в итоге они взяли город, а магистры остались ни с чем. Она сказала рабам, что у них есть выбор, что они могут стать свободными, и они приняли ее как свою мать. Михса.
Мать.
Мать драконов, подумала она, когда они покинули собрание, когда она была в своей палатке, а ее дети летали по лагерю. Она услышала движение и посмотрела на стоящего там Барристана. Она нахмурилась. «Да?»
«За нами кто-то следит», - сказал он. Он улыбнулся - мягкой, дедовской улыбкой, которую она любила. Он был сильным и отличным бойцом, но она чувствовала, что он заботится о ней. Совсем не так, как Джорах. Джорах был влюблен в нее, а Барристан хотел для нее лучшего. Его глаза сверкнули. «Но ты уже знала это, не так ли?»
Она улыбнулась. Ничто не проходило мимо него. «Да», - сказала она. Она поджала губы и постучала костяшками пальцев по столу. Она глубоко вздохнула. «Его зовут Кхал Верро».
«Белый волк».
«Да. Я встретила его в Ваэс Дотраке, он знал Дрого».
«Многие мужчины знали твоего мужа».
Она покачала головой, прошептав. «Не так, как он его знал, я не думаю». Она нахмурилась. "Я не знаю, служит ли он мне, но он помогал мне. Когда ему не нужно было помогать".
«Говорят, у него есть кодекс поведения, который есть не у многих дотракийцев».
«Он бывший раб».
Барристан понимающе кивнул. «Тогда все понятно».
http://tl.rulate.ru/book/136321/6511651
Готово:
