作者：邪灵一把刀 盗墓笔记续9昆仑狼窟 第七十五章 洞口
Переводчик: Чернильная пыль
9-I Волчье логово Куньлунь Глава 75: Грот
___________________________________________
Этот огромный бронзовый гроб доходил мне до груди, толщина стен — около десяти сантиметров. Внутри него находился ещё один деревянный гроб чёрного цвета. Две тысячи лет назад ещё не существовало технологии окраски. Непонятно, как этот деревянный гроб стал такого цвета.
И тут мой нос уловил странный запах, немного похожий на агаровое дерево, но более насыщенный, с едва уловимым древесным ароматом. Я вдруг вспомнил о древесине под названием «чёрное созревшее дерево» — это, по сути, выдержанная древесина твёрдой пихты или плотной красной сосны, которая со временем становится всё чернее и твёрже. Она не только обладает необычным ароматом, но и может сохранять тела нетленными тысячи лет, и наряду с Золотым Шёлковым Нанму, Розовым и Эбеновым деревом входит в легендарную четверку «божественных материалов», которыми с древних времён могли владеть только высокопоставленные особы.
Неужели этот чёрный гроб передо мной и есть «созревшее дерево»? И бронзовый саркофаг, и гроб из подобного материала — какая же важная персона должна была лежать внутри? Вспоминая вылетевшую чёрную тень, у меня создалось ощущение, будто мы открыли ящик Пандоры.
Оба конца чёрного гроба были в полной сохранности, только в середине зияла дыра диаметром около полуметра. Кроме того, дыру окружали множество мелких отверстий. Не похоже на рукотворную работу человека, больше смахивает на проколы от чего-то острого.
Неужели старания той чёрной тени?
Мы втроём в замешательстве смотрели друг на друга. Наконец Цветочек, нахмурившись, наклонился и поднял крышку деревянного гроба. Внутри по-прежнему пусто, только какое-то чёрное пастообразное вещество покрывало всю поверхность — непонятно, что это было.
В конечном счёте, не найдя других зацепок, Чужак озаботился тем, чтобы осмотреть бронзовые врата. Я окликнул его, указав наверх:
— То существо поднялось и не спустилось. Возможно, там проход.
В нынешней ситуации я не мог действовать в одиночку. Мое тело достигло предела: даже от нескольких шагов ноги дрожали, внутри был жуткий холод, а тело невыносимо горело. Все наши лекарства закончились; если так продолжится, у меня только один путь — к смерти. Идти вместе с ними — единственный выход.
Сказать-то я сказал, но Чужак явно не доверял моим словам и всё ещё считал, что ключ ко всему за бронзовыми вратами. Видя, что они собираются маяться глупостью, пришлось сказать правду:
— Кхе-кхе… — откашлялся я, — за ними ни черта нет, только обрыв скалы.
Чужак повернулся ко мне и холодно спросил:
— Ты видел?
Не то слово — видел. Если бы не немец, я бы, наверное, до сих пор беспомощно таращился на них.
Я вкратце рассказал всю историю и добавил:
— Времени в обрез, нужно торопиться.
Только тогда Чужак поверил. Он издал какой-то неопределённый звук — не поймёшь, то ли обрадовался, то ли разгневался. Затем закинул за спину рюкзак с снаряжением и сказал:
— Я первый. Гляну, что там наверху.
Зажав фонарик в зубах, он запрыгнул на край бронзового гроба и одним прыжком достал до свисающей сверху железной цепи, после чего начал быстро карабкаться вверх.
Смотря, как его силуэт постепенно исчезает в темноте, я понизил голос и, переведя взгляд на Цветочка, выделяя каждое слово, спросил:
— Кто он?
Цветочек слегка переменился в лице. Казалось, он колебался, говорить ли мне, и после паузы произнёс лишь одно:
— Ци.
— Что? — не сразу понял я.
Цветочек, нахмурившись, добавил:
— Знаю только, что его фамилия Ци и он связан с «оно». Больше ничего не известно. Полагаю, он имеет отношение к семье Ци из Девяти Старых Врат. Посылал людей разузнать. К сожалению, семья Ци исчезла двадцать лет назад…
Не успел Цветочек договорить, как сверху раздался голос Чужака:
— Поднимайте снаряжение, есть путь.
Сверху из темноты пробился тусклый луч фонаря — должно быть, Чужак светил вниз.
Цветочек прервал разговор, взвалил на спину снаряжение и с горькой усмешкой сказал:
— Пошли.
Возможно, из-за состояния моего тела я был как в тумане. Мозг работал очень медленно, мысли соображали вяло. Фамилия Ци… Ци… Эта фамилия… Почему вызывает у меня какое-то странное чувство? Я пытался глубже об этом подумать, но мозг словно завис.
Цветочек повторил действия Чужака: оттолкнувшись от бронзового гроба, схватился за цепь и начал планомерно карабкаться во тьму. В громадной погребальной камере остался я один, а волчьи изваяния по-прежнему смотрели в мою сторону своим зловещим взглядом.
Цепь висела примерно в шести метрах от земли. Я не такой ловкий, как Цветочек и Чужак, да к тому же сейчас даже ходил шатаясь — у меня попросту не было сил подняться. В этот момент сверху спустилась верёвка, и раздался голос:
— Привяжи к поясу.
Возможно, из-за эха я не разобрал, чей это был голос, но, вероятно, Дракоши Се. Мы ещё не совсем рассорились, и он проявлял заботу.
Затем меня потянули наверх, и я опять угодил во мрак. Вокруг витал странный запах высохших упырей. Их колышущиеся чёрные волосы время от времени задевали моё лицо. Потом я увидел свет фонаря, который сжался в узкий луч. Казалось, будто тьма жадно поглощала его, не давая рассеяться.
Верёвка была крепко привязана к поясу. На другом её конце чувствовались энергичные рывки, возносящие меня ввысь. Я старался игнорировать находящихся совсем рядом упырей и, щурясь, смотрел вверх. В конце луча света виднелся лишь смутный силуэт, такой чёрный, что не разобрать. Только приблизившись, я изумлённо обнаружил, что тянул меня Чужак.
В тусклом свете фонарика я приблизительно разглядел местность. На потолке гробницы зиял чёрный зев прохода, у входа в который виднелся выступ. Место довольно узкое, двоим не развернуться, поэтому Цветочек стоял, выпрямившись в струнку, пока Чужак втягивал меня.
Когда я поднялся, втроём стало ещё теснее. Я стоял на самом краю — чуть зазеваешься, и упадёшь вниз, переломав руки и ноги. В моём нынешнем состоянии, пожалуй, это верная смерть.
Чужак направил луч фонаря на отверстие над нашими головами. Насколько хватало взгляда, проход шёл строго вертикально, и невозможно было определить его длину. В нём много выступающих камней, по которым можно карабкаться. Стены влажные, камни будто бы глубокого чёрного цвета — я не мог определить породу, но смутно виднелись следы искусственной обработки.
Чужак посмотрел немного, затем зажал фонарик в зубах — похоже, собрался начать подъём.
Это была вертикальная шахта диаметром около метра. Чужак расставил руки, подтянул ноги и двинулся наверх. Хотя он был сама крутость, но всё же получил немало ранений, и подъём давался нелегко. К тому же внизу не было страховки: малейшая неосторожность — и сверзишься вниз, поэтому он лез очень осторожно. Вторым полез Цветочек. Поднявшись на несколько метров, он остановился и позвал меня:
— У Се, поднимайся.
Я горько усмехнулся, протянул руку, но как только напрягся, раненое место пронзила острая боль. Эта рана отличалась от прежних — не какая-то там поверхностная травма, а проникающее огнестрельное ранение. Рука задрожала, и в одно мгновение меня прошиб пот.
На этот раз я действительно обречён? Нет, мне нужны лекарства. Я должен выжить! Я не должен тут сдохнуть! Я не отступлю!
Да! Я должен подняться, только так у меня будет шанс. Я должен найти второго дядю и остальных… У них есть лекарства. Я выживу! Я не могу настолько бездарно сгинуть. Третий дядя пропал без вести, Угрюмый Молчун всё ещё за бронзовой дверью. Единственная зацепка о том проклятом мире — здесь, в этой гробнице.
Ухватившись за выступ в отверстии, я стиснул зубы и медленно подтянул себя вверх. Все мои мышцы напряглись, даже лицо свело судорогой. В плече пульсировала острая боль, сопровождаемая чем-то очень горячим: рана снова начала кровоточить. Я услышал собственный сдавленный стон.
— У Се? — в голосе Цветочка слышалось беспокойство.
— В порядке, — отозвался я сильно охрипшим голосом.
Словно под самогипнозом, я полностью перестал чувствовать телесную боль, как будто душа покинула тело. Я просто напрягал все силы, механически глядя вверх на тёмный силуэт Цветочка. Смогу ли продержаться? Возможно, ещё миг — и сорвусь.
Через каких-то десять метров шахта свернула, став из вертикальной слегка наклонной с уклоном вверх. Карабкаться стало легче, но после того, как я с трудом осилил десять метров, моя способность двигаться иссякла.
И как бы ни противился я в душе, взбираться больше не мог. Открыл было рот, пытаясь позвать тех, кто впереди, но выдавил лишь слабые бессмысленные звуки, напомнившие мне умирающего кота, которого я когда-то видел: он широко открывал пасть, пытаясь мяукнуть, но лишь беззвучно выдыхал воздух.
Я не двигался, но и глаза не закрывал. Руки намертво вцепились в каменный выступ, сознание постепенно затуманивалось. Прошло довольно много времени, как вдруг я услышал громкий звук, который резко привёл меня в чувство, словно голову окатила ледяная вода, и помутнённое сознание мгновенно прояснилось.
Этот звук походил на перемещение чего-то громоздкого: медленно набирающий силу, очень глухой и тяжёлый. Я будто бы слышал нечто подобное раньше. Но сейчас не до умственных изысканий.
Поначалу я цеплялся за камни чисто на рефлексе. Но когда сознание вдруг прояснилось, нервы сдали. В тот же миг я соскользнул метров на десять по наклонному ходу. Казалось, вот-вот сорвусь, но в последний момент рука чудом ухватилась за выступ. К этому времени моё раненое левое плечо совсем обессилело. Я висел на одной правой руке, но и она тряслась от напряжения.
Я опустил голову и глянул вниз: виднелись только сине-зелёные кирпичи гробницы из-за блокирующих обзор свисающих висельников, да пробивался слабый свет. В отчаянной попытке найти опору, я судорожно шарил ногами по отвесной стене, но после нескольких бесплодных попыток понял — всё вокруг чертовски скользкое. Волна безысходности накрыла меня с головой. Я был на грани нервного срыва, понимая, что моё физическое состояние хуже некуда. Какой там Предел и его подсказки! Нет даже надежды выбраться из Куньлунской передряги.
Упаду сейчас — настоящая смерть. Чуда не будет.
Но я всё ещё сопротивлялся. Пройдя через столько бурь и невзгод, я действительно не желал умирать здесь. Подумав об этом, я поднял левую руку и попытался ухватиться за камень, чтобы забраться в наклонную шахту. Но онемевшая рука лишь беспомощно несколько раз царапнула воздух, отказываясь слушаться.
И тут, в гробовой тишине, раздался знакомый голос:
— Еб**ь, что за жуткое место! Гробы сами по себе пооткрывались!
__________________________________________
http://tl.rulate.ru/book/136175/6557823
Готово:
