Наставник вовсе не изменился от тревоги Фландерса. У него по-прежнему было суровое лицо, и он спокойно сказал:
- Я не просил их присоединяться к Императорской академии Тяньдоу. Я имел в виду, что надеюсь на сотрудничество между двумя академиями.
Цинь Мин на мгновение опешил и посмотрел на наставника, не зная, что ответить.
Фландерс тоже смотрел на наставника, думая про себя: "Что за лекарство этот Сяоган продает в своей фляге?"
Но сейчас, перед Цинь Мином, ему было трудно спросить.
Но поскольку он и наставник были братьями столько лет, он, естественно, верил, что наставник – человек принципиальный.
Цинь Мин немного подумал и сказал:
- Для академии Тяньдоу большая удача иметь возможность общаться с младшими братьями и сестрами. Просто боюсь...
Наставник сказал:
- Ты боишься, что эти дети слишком выдающиеся, и не смогут вернуться, когда попадут в вашу Императорскую академию Тяньдоу, не так ли?
Никогда не приятно, когда тебя видят насквозь. Наставник выглядел обычным, но его слова били прямо в яблочко и попадали прямо в сердце Цинь Мина.
Цинь Мин кивнул:
- Да, хотя Императорская академия Тяньдоу носит звание первой академии в империи Тяньдоу, она редко готовила сильных мастеров духа в последние годы.
С ухудшением ее статуса, руководители академии жаждут талантливых студентов.
Если младшие братья и сестры отправятся туда, нет никакой гарантии, что у них не возникнет никаких мыслей.
Я боюсь, что они используют всевозможные связи, чтобы убедить как можно больше младших братьев и сестер остаться.
Разве это не подорвало бы нашу академию Шрек?
- Это для Элитного континентального соревнования лучших академий мастеров духа? - как всегда, Бай Гэ любил раскрывать карты и разоблачил план наставника.
В этом заключалось удовольствие спойлера.
На самом деле, бедный Тан Сан все еще не знал, что, кроме того, что он тоже был путешественником во времени, все его секреты были раскрыты Бай Гэ.
Эта игра – важная часть плана, который Бай Гэ продумывал долгое время.
— Если я буду править миром, я обещаю, что твоя страна будет как на картинке, и ты будешь покрыта десятимильным красным макияжем.
По логике вещей, святой во Дворце Духов должна быть Цянь Жэньсюэ по происхождению и таланту, а не Ху Лена.
Биби Дун – мать Цянь Жэньсюэ. Сама Цянь Жэньсюэ не может и не хочет действовать против матери, поэтому это сделает Бай Гэ.
Вначале Бай Гэ относился к Биби Дун с равнодушием и даже некоторой симпатией.
Но когда он снова прочитал оригинал, его охватила такая злость, что он чуть не выплюнул кровь.
План Цянь Жэньсюэ по проникновению в Тяндоу провалился. Когда она вернулась во Дворец Духов, мать и дочь смотрели друг на друга с отвращением. Биби Дун, используя силу Титулованного Доуло, нанесла Цянь Жэньсюэ такие внутренние травмы, что у той пошла кровь изо рта.
Ну ладно, это не так страшно. Если ребенок непослушный, его можно и побить. Просто наказание было суровым. В прошлой жизни Бай Гэ тоже был бунтарем, и его матери доставалось от родителей.
При уровне силы Цянь Жэньсюэ, Духовного Мудреца, ей достаточно просто восстановить дыхание. Всем известно, что атрибут света можно использовать как для исцеления, так и для боя.
— Вы не говорили, что мое пришествие в этот мир было ошибкой...
Это диалог Цянь Жэньсюэ и Биби Дун из оригинала.
Бай Гэ не знал, что чувствовала Цянь Жэньсюэ, говоря это, и не смел спрашивать. Но он был абсолютно уверен, что для ребенка, который восхищается своей матерью, эти слова были как смертельный яд для сердца.
Впрочем, что тут скажешь. Все знают, что натворил Цянь Сюньцзи. Хотя это жестоко, но правда.
Но что совсем разъярило Бай Гэ, так это слова, сказанные Цянь Жэньсюэ в оригинале, перед Цянь Даолю:
– С этого момента я больше не буду вмешиваться в дела Зала Духов. И ещё, она мне не мать. Ни раньше, ни сейчас, и никогда не будет. Я никогда не прощу её. Если бы не ты, я бы умерла от её рук. У меня есть только дедушка, и нет матери.
Сумасшедшая, эта женщина Биби Дун совсем сошла с ума, тигрица не ест свой яд! Бай Гэ очень хотелось спросить Биби Дун: из чего сделано твоё сердце? Убить Цянь Сюньцзи – это потрясающе, Биби Дун осмеливается любить и ненавидеть. Бай Гэ поднял обе руки в знак одобрения. Однако Биби Дун действительно чувствует себя недостойной быть матерью, нападая на собственную дочь.
Ещё более возмутительно, что Биби Дун отдала всё, что должна была дать Цянь Жэньсюэ, Ху Лиене. Независимо от положения святой, Цянь Жэньсюэ всегда искала и не могла получить материнской любви. В некотором смысле, Ху Лиена забрала всё, что принадлежало Цянь Жэньсюэ. Однако, Цянь Жэньсюэ не только не винила Ху Лиену, наоборот, когда Тан Сань хотел смерти всех, кто осаждал Сяо У, она вступилась за Ху Лиену, чтобы спасти её.
Цянь Жэньсюэ действительно заставила Бай Гэ почувствовать такую боль в сердце, что он не мог ничего сказать. На самом деле, встреча с Цянь Жэньсюэ была величайшей удачей Бай Гэ. Если бы это был Сюэ Бэн или другие дворяне, Бай Гэ просто превратился бы в лужу мяса под копытами лошадей.
Нежность Цянь Жэньсюэ невольно согревает людей вокруг неё. Спустя столько лет, Цянь Жэньсюэ, возможно, привыкла к равнодушию Биби Дун. Однако Бай Гэ должен встать и потребовать объяснений для Цянь Жэньсюэ! Столкнувшись с Цянь Сюньцзи, Юй Сяоган мог только беспомощно беситься и стать трусом! Но Бай Гэ - не такой! Биби Дун, дай мне посмотреть, через год, как ты отреагируешь, столкнувшись с катастрофическим поражением Золотого Поколения, на которое возлагались большие надежды?
–С твоей наследственностью Бога Ракшаса и силой Титулованного Боевого Духа ты сможешь выдержать мои атаки: «Колесо Небесного Танца» и «Покорение Небесного Демона»?
Через два месяца студенты Академии Шрека должны были отправиться на стажировку в Королевскую Академию Тяньдоу. До этого Цинь Мин должен был уладить все дела в Королевской Академии Тяньдоу. Академии Шрек же предстояло завершить некоторые оставшиеся дела. Все студенты разъехались по домам.
Бай Гэ, недолго думая, телепортировался прямо в спальню Цянь Жэньсюэ.
В это время Цянь Жэньсюэ только что вернулась после государственных дел. Она сняла маскировку Сюэ Цинхэ и надела подаренное Бай Гэ розовое дворцовое платье Ци Сюэ Хэ. Это было просто красивое платье, не имевшее особых свойств. Бай Гэ недоумевал, почему в гардеробе Цянь Жэньсюэ всегда "не хватало" одного платья. Как только она повернулась, чтобы посмотреться в зеркало, вспыхнул золотистый свет, и влетел Бай Гэ!
–Ах! – тихо вскрикнула Цянь Жэньсюэ. – Идиот! Что ты делаешь? Ты...
–Эй, что это... Ошибка, ошибка.
Бай Гэ почесал затылок и дважды хихикнул.
В этой спальне Цянь Жэньсюэ и Бай Гэ установили иллюзорную магию и звукоизоляционные барьеры. Окружающие никак не могли узнать, что происходит внутри.
Цянь Жэньсюэ посмотрела на Бай Гэ и спросила: – Ты так спешишь, что случилось?
–Через два месяца Жунжун и остальные отправятся в Королевскую Академию Тяньдоу.
Глядя на смущенное выражение лица Цянь Жэньсюэ, Бай Гэ с ноткой убийственного намерения в голосе продолжил: – Очень вероятно, что там мы столкнемся с обрушением, и Сюэ Син тоже может последовать за ними. В тот момент они погибнут.
Цянь Жэньсюэ была ошеломлена. – А какое будет оправдание?
–Враги, убившие моих родителей.
Бай Гэ выглядел расслабленным. – Глупышка, ты забыла о родителях, личности которых я подделал?
Глаза Цянь Жэньсюэ расширились.
– Значит, ты всё спланировал? С той встречи шесть лет назад, когда ты познакомился с учителем, Мечом Доуло и Жунжун. Тогда ты подбросил ту бумагу, чтобы Секта Семи Сокровищ обязалась перед тобой. А потом, когда твоих родителей убили, и ты стал гениальным мальчиком, одержимым местью, ты начал всё это?
Бай Гэ не удержался и ласково погладил Цянь Жэньсюэ по голове.
– Если не думать о делах мира, то и сейчас ничего не получится. Если не видишь всей картины, не спланируешь и часть. Если хочешь стать императрицей, сестренка Сюэ'эр, тебе ещё многому нужно научиться. Оставим в сторону всё остальное. Даже если мы временно спасли Сюэ Бэна, этот старик Сюэ Син слишком долго верховодит. Затягивать нельзя, время – главное в бою. Победитель – царь, проигравший – враг. Сестренка Сюэ'эр, если ты правда хочешь стать императрицей, первое, чему ты должна научиться, это решительность и беспощадность. Твое сердце недостаточно жестоко.
Лицо Цянь Жэньсюэ покраснело.
– Ха, я стану императрицей, а ты тогда будешь премьер-министром, который вершит всё, что хочет, и притесняет меня, да?
– Ты уже давно моя, разве нет?
…
Юноша и девушка так долго были в разлуке, что больше не могли сдерживаться.
Нежные объятия – гробница для героев. Красное пламя свечи трепетало, в западное окно пробивался лунный свет, а в ночи слышался шум весеннего ветра и дождя.
http://tl.rulate.ru/book/136015/6463008
Готово:
