(Следующий день, Военная академия Родова, Площадка Практического Боя)
Академия пережила временные изменения после Отборов в Команду Цепи: тренировочные сооружения — включая площадки для физической подготовки и боевые залы — закрыли для общего состава студентов. Доступ получили только члены вновь сформированной Команды Цепи. Это даровало им уединение для занятий, без опасений утечки стратегий или раскрытия боевого стиля.
— «Чёрт возьми, парень!» — прорычал Хен, по спине у него пробежала дрожь.
— «Это всего лишь спарринг! Не финтируй так в мою шею.»
Лео и на уровне Мастера был кошмаром в спаррингах, а теперь, после прорыва в Гроссмейстера, стал практически неуловимым.
С момента скачка ранга он вознёсся в совершенно иную лигу. Каждая техника, каждое движение ощущались острее, быстрее и тяжелее — Хен изо всех сил старался не отставать.
Однако то, что тревожило Хена больше скорости и усиленной мощи техник, — это чистая непредсказуемость его клинка. Особенно когда Лео выпускал [Тысячу Призрачных Рубящих Ударов].
Многослойные иллюзии, порождённые этим приёмом, были не просто труднее читать — они казались совершенно невозможными. Даже ветеран вроде Хена с трудом противостоял им.
— Рез—
Кинжал Лео нашёл правое предплечье Хена, оставив неглубокий порез.
— «Чёрт возьми, парень!» — проворычал Хен, потирая рану.
— «Я старый человек, чьи глаза уже не те, что прежде. Прояви чёртово милосердие.»
Однако за ворчанием глаза его блестели. Жжение от пореза не расстроило его — оно взбудоражило. Вызов, давление, тот факт, что Лео мог заставить его сражаться всерьёз даже сейчас, приносил Хену искреннюю радость. Не пропуская ни мгновения, Хен крепче сжал оружие, и его аура резко вспыхнула.
— «Ладно, повышаю ставки на ступеньку. Постарайся не отставать.» — сказал Хен. Он решил выложиться на девяносто процентов своей полной силы, сражаясь с Лео так серьёзно, как только мог в спарринге.
Поскольку Лео всё ещё осваивался с новой мощью тела Гроссмейстера, Хен до этого щадил его, постепенно наращивая темп, чтобы тот привык. Но теперь, когда Лео пролил первую кровь, Хен не собирался проявлять милосердие.
— БУМ—
Спарринг разгорелся. Хен нанёс тяжёлый рубящий удар, пропитанный [Сокрушающим Ударом Тяжёлой Горы], отчего по укреплённому грунту пошли трещины.
Лео инстинктивно активировал [Небесную Завесу]. Прозрачный барьер окутал его тело, и удар бессильно разбился о него.
— Толчок—
Сила отбросила его назад, сапоги заскрипели по полу — но, поразительно, он остался невредим, поскольку барьер выдержал.
— Свист—
Хен свистнул, явно впечатлённый защитой.
— Тц. Какая сломанная защита — она посрамит даже танков.
Лео ничего не ответил, а ринулся вперёд. Он связал [Привязку Тени], чтобы на миг замедлить движение Хена и создать окно для атаки.
Но Хен, вечный ветеран, разорвал узы грубой силой. Он ответил широким арочным замахом, от которого Лео в последний миг извернулся.
Они обменялись вихрем движений. Лео уклонялся от ударов Хена с ловкостью и грацией, а тот нажимал всё сильнее с каждым взмахом, испытывая пределы новой силы Лео.
Затем в миг, застигшем Хена врасплох, Лео ускорился ещё больше. В внезапном рывке скорости в один момент он вроде бы пригнулся, чтобы увернуться от атаки, а в следующий уже проскользнул мимо его охраны целиком — словно телепортировавшись за долю секунды.
— «А?» — вырвалось у Хена в панике; зрачки его сузились.
Однако прежде чем он успел перестроиться, кинжал Лео упёрся в его грудь. Хен моргнул в неверии.
— «Я... я проиграл?» — сказал он, широко раскрыв глаза.
Только тогда полное осознание настигло его.
— «Я ПРОИГРАЛ!» — загремел Хен и разразился хохотом, эхом разнёсшимся по пустому боевому залу.
Его громкий смех не был полон смущения — в нём сквозила гордость, чистая и неподдельная.
Лео отступил, тяжело дыша.
— «Ты вырос, парень» — сказал Хен, стирая пот со лба и пытаясь унять смех.
— «Ты больше не необработанный алмаз. Ты чёртов клад.»
Это не было сокрушительной победой. Просто Лео совместил [Параллельную Обработку] с [Тысячей Призрачных Рубящих Ударов], создав миг ускорения, который полностью изменил ритм его движений.
Однако это не был решающий приём, а всего лишь хитрый трюк. Он сработал бы против любого противника лишь раз. Но тем не менее, то, что он смог перехитрить закалённого в боях ветерана вроде Хена, пусть и на миг, было поистине впечатляюще. Это доказывало, что его потенциал безграничен.
— Надо рассказать об этом директору, — сказал Хен с радостью.
За месяцы, наблюдая за ростом Лео своими глазами, он не мог не чувствовать ответственность за развитие парня как воина. Хотя в академии у него было множество наставников, Хен без сомнения оказал наибольшее влияние на его боевой стиль.
— Контуры не готовы к тебе, парень. С тобой, Яном и Шэном мы вправду можем надеяться, что Родова дойдёт до конца, — сказал Хен.
——————
Медленно, но верно Лео адаптировался к ошеломляющим изменениям, принесённым прорывом. Техники, которые прежде на уровне Мастера казались вымученными и утомительными, теперь лились из него с естественной лёгкостью.
Дело было не только в сырой силе или пиковой скорости — их легко было измерить. То, что делало этот прогресс столь глубоким, — это тонкая, но решающая разница, которую он вносил в каждый аспект боя.
Его стойка восстанавливалась быстрее. Прыжки уносили выше. Мышцы сворачивались и распрямлялись с безупречной эффективностью, позволяя ему возвращать контроль даже в неловких углах или неустойчивых позах.
Это не поддавалось измерению простыми числами, но эффект на бой был грандиозен. Казалось, его больше невозможно застигнуть. Даже самые дикие замахи или безрассудные наскоки уже не оставляли его уязвимым. Время, нужное для восстановления идеальной стойки, сократилось до моргания глазом, не оставляя противникам лазеек.
И это был лишь один из многих плюсов, дарованных рангом Гроссмейстера.
Помимо этого, его инстинкты обострились. Тело действовало быстрее мысли, выполняя движения почти в тот же миг, как он их пожелал. По сути, это улучшение времени реакции, но оно делало его куда труднее застигнуть врасплох. Лео больше редко удивлялся надвигающемуся приёму.
Наконец, с переходом на ману как источник энергии для тела его боевая выносливость резко возросла. Мышцы уставали не так быстро, дыхание выравнивалось после стычек быстрее, а мана больше не бурлила неконтролируемо под давлением. Она текла спокойно, словно вода по знакомым каналам.
Каждое из этих малых, неосязаемых улучшений само по себе могло показаться пустяком. Но вместе они складывались в нечто ужасающее.
Лео больше не просто стал сильнее — он стал полнее. И это, больше всего, делало его по-настоящему опасным.
#
http://tl.rulate.ru/book/135808/8922387
Готово:
