– Дай подумать? – повторил про себя Девит.
Он вспомнил слова Дамблдора:
– Память не читается как книга.
– Ты меня подталкиваешь? – спросил он тихим голосом.
Если память нельзя читать как книгу, что если эта книга движется сама? Девит закрыл глаза, отбросил все лишнее. Он почувствовал, что нащупал идею Шляпы.
– Твое чтение мыслей может только понять, о чем я сейчас думаю, – сказал он, – поэтому ты хочешь, чтобы я сам вспомнил свои прошлые события?
Неважно, так ли это на самом деле, но результат будет один – неудача. Спокойствие и чистота ума не блокируют мысли. Эта магия может противостоять контролю над разумом, потому что она не только дает ясность, но и позволяет управлять мыслями, отбрасывая чужое влияние.
Сейчас воспоминания Девита остановились на моменте входа в зал. Они резко оборвались. Он не хотел вспоминать дальше. Когда он собирался спросить Шляпу о ее настоящих намерениях, она перестала с ним общаться и громко объявила:
– Гриффиндор!
Что ж, ничего не поделаешь. Девит не мог винить Шляпу. Ему пришлось сжать зубы и временно проглотить обиду. Что-то было не так. Почему Шляпа, которая только что пыталась его подтолкнуть, вдруг оборвала разговор и объявила решение? Девит был уверен, что никто не может понять его характер по такому короткому обмену репликами.
Возможно ли это? Очевидно, нет. Придется смириться.
Снизу донесся редкий хлопок. Никто не кричал от радости. Даже у студентов Гриффиндора были какие-то вопросы к Девиту, этому "странному" новичку. Кто его так задержал?
Гриффиндор – неплохой результат, но последнее поведение Распределяющей Шляпы всё-таки заставило ДеВитта насторожиться. Когда он подошёл к столу факультета, чтобы сесть, в его глазах, словно в окнах, отразилось холодное спокойствие.
Это отталкивало людей, не давая почувствовать желания подойти ближе.
Сейчас ДеВитту нужно было побыть одному. Он серьёзно смотрел на кусочек сыра в своей тарелке, разглядывая дырочки. Возможно, он также смотрел на запечённое мясо где-то в другом месте и анализировал его текстуру. С одной стороны, он считал, что не стоит думать о себе слишком много, ведь никто не обращает внимания на множество странностей. С другой стороны, он чувствовал, что нельзя расслабляться. Часто секреты раскрываются из-за неосторожности.
— Рон, – спросил он мальчика рядом, – эта шляпа умеет говорить?
— Что? – Рон разговаривал с двумя одинаковыми рыжеволосыми парнями, поэтому не сразу услышал ДеВитта.
— Я спросил – что эта шляпа тебе сказала?
— А они тебе ничего не сказали? – легкомысленно ответил Рон. – Как только я её надел, она сразу поняла, что я из семьи Уизли, и спросила, хочу ли я в Гриффиндор… Я тут же сказал, что хочу, и потом…
Ты сам всё видел.
Заметив выражение лица ДеВитта, Рон, непонятно как всё проанализировав, решил его утешить:
— Ты никогда не видел говорящую шляпу? Вообще-то, я тоже не видел. Мои родители часто говорят, чтобы я не приближался к вещам, которые обладают сознанием, потому что такие вещи, скорее всего, сопровождаются проклятиями… конечно, Распределяющая Шляпа точно не такая, ведь Хогвартс существует уже тысячи лет…
— Глупый брат! – Один из рыжих близнецов протянул руку и потрепал Рона по голове, поддразнивая: – Если не умеешь утешать, не утешай! – Затем он дружелюбно кивнул ДеВитту: – Я Фред, а это
Джордж, мы братья Рона.
— Ох, привет, привет, – ДеВитт всё ещё был немного рассеян и, казалось, пребывал не в лучшем расположении духа.
– Всё ещё из-за Распределения переживаешь? Брось, – сказал Фред. – Я вот что-то не припомню, чтоб кто-то из перваков пострадал от Шляпы. Мне другое интересно – что ж она тебе такого ляпнула, что ты так взбеленился?
– Особенно когда ты её скинул, круто было, – повторил его брат. – Меня Джордж зовут, кстати.
– Считаю, мысли и воспоминания – это святое, нельзя лезть туда, – важно изрёк Девитт. – Эта Распределяющая Шляпа сама в песне своей хвастается, что в мозгах роется. Ну? "Что в голове твоей скрыто? Ни одна мысль от золотых глаз Шляпы не уйдёт". Меня вот это, ну... напрягает. Не желаю, чтоб какая-то шляпа знала, когда я последний раз в постель написался.
– Ой, печалька, – переглянулись близнецы, усмехнулись и хором спросили: – И когда ты последний раз в постель написался?
– Взамен! – смущённо сказал Девитт. – Ну не смущайте.
– А давай мы на недавние свидания Рона обменяемся?
– Нет! – возмутился Рон и зажал братья рты.
Фред и Джордж поупирались немного, но потом успокоились и замолчали.
После того как последнего студента отправили в Слизерин, Альбус Дамблдор, который всё это время стоял, вышел на середину. Улыбка на его лице стала ещё шире. Он смотрел на студентов снизу с гордостью и удовлетворением, широко раскрыл руки, словно обнимая всех. Выглядел он не как директор, а скорее как старый дедушка на лавочке в парке. И речь его была необычно простой:
– Приветствую! – громко сказал он. – Добро пожаловать всем в Хогвартс на новый учебный год! Прежде чем приступить к пиру, хочу сказать пару слов. А именно: Болван! Сопля! Остаток! Подкрутка! Всем спасибо!
Учитель, который не болтает попусту, не всегда хороший учитель, но сейчас Дамблдор в глазах всех учеников стал просто богом. Все громко приветствовали начало пира, не дожидаясь угощения.
– О чем говорят директора? – спрашивал ДеВитт у близнецов Уизли, с которыми только что познакомился. – Вы знаете, что означают эти четыре слова?
– Не знаем! – весело ответил Джордж.
– Почему? Вам не любопытно?
– Ты должен понять, – сказал Фред мудрым голосом. – Дамблдор – величайший волшебник нашего времени. Все, что он делает, не просто так. Конечно, мы пытались понять его, но осознали, что это невозможно, и бросили это дело. В конце концов...
– ...если бы мы понимали, что он говорит и делает, тогда мы сами были бы величайшими волшебниками этого века, – добавил Джордж.
– Тогда я стану Министром магии! – причудливо рассмеялся Фред. – Для начала подниму отцу зарплату.
– Черт возьми! – тоже развеселился Джордж. – Я должен им стать! Я прямо сразу повышу отца.
– Но нам обоим это не светит. Наиболее вероятно, что Министром магии станет Перси, вон тот, – близнецы указали ДеВитту на человека. Недалеко от стола сидел рыжеволосый парень, который разговаривал с Гермионой. Он выглядел немного худощавым, а черты лица были умными. – Перси Уизли, староста Гриффиндора, гордость семьи Уизли. Но все мы знаем, что он помешан на правилах.
– Он вам не нравится? – спросил ДеВитт, отрезая вилкой кусок мяса с тарелки. – Если он станет Министром магии, вам же это пойдет на пользу, верно?
http://tl.rulate.ru/book/135527/6409972
Готово:
