Готовый перевод Arithmetic Prodigy at the Magic Academy / Математический гений в Магической академии: Глава 187

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Глава 187. Вот как его нужно использовать

А что, если этот мир — лишь наваждение, сотканное из грез?

Что, если всё окружающее величие — всего лишь морок?

Что, если завтра мне на самом деле придется вернуться в ту реальность и, подобно цепному псу, корпеть над кодом, который навязал профессор?

Вот он — истинный, первобытный и незамутненный кошмар.

Магический круг безошибочно нащупал уязвимые струны моей души.

— Профессор Джейкоб? Немедленно развейте это, — произнес я сквозь сомкнутые веки.

В ушах всё еще отчетливо гремел вкрадчивый голос моего научного руководителя из прошлой жизни.

— Ах, прости! Сейчас же деактивирую!

Стоило Джейкобу подчиниться, как магическая пелена спала.

Мир обрел привычные очертания, и всё вернулось на круги своя. Леденящая слуховая галлюцинация, терзавшая мой разум, наконец-то растаяла.

По спине пробежала капля холодного пота.

— Фух... Воистину сокрушительное плетение.

— В-верно?! Я и сам не чаял, что эффект окажется настолько мощным!

Джейкоб не скрывал восторга, захлебываясь словами об успехе своего скоростного круга.

— С этим жезлом даже я смогу...!

— Боюсь, эту вещь я тебе отдать не могу.

— Оно и понятно, но всё же...

Этот жезл — единственная в мире историческая реликвия Архимага Вертера. Юному и безвестному магу-исследователю вроде Джейкоба не пристало владеть сокровищем лишь по прихоти сердца.

Истинным хозяином артефакта оставалась Академия Астран. Даже директор не мог подарить его навечно, хотя временно одолжить для изысканий — вполне.

— Кстати, почему ты так взмок? Неужели увидел нечто воистину ужасающее?

— Да. Это было отвратительное зрелище.

— Стало быть, и у великого Ноа есть свои страхи. Смерть как любопытно, что же это было?

Профессор Михо тоже проявила интерес к моей реакции. Однако поведать ей истину я не мог.

Тайна моей прошлой жизни должна была уйти со мной в могилу.

Я лишь неопределенно пожал плечами.

— Призраки из очень далекого прошлого.

— Травма?

— Именно. У каждого из нас найдутся болезненные воспоминания, которыми не хочется делиться.

— Хм.

Заметив мою замкнутость, профессор не стала докучать расспросами. Вместо этого она протянула ладонь к Джейкобу.

— Позволишь и мне испытать его в деле?

— Д-да, конечно!

По первой же просьбе Джейкоб покорно протянул реликвию Михо. Но стоило пальцам профессора коснуться древа, как её лик мгновенно посуровел.

— Эту вещь господин Грандар доверил Ноа. Неужели ты готов так легко отдать её мне? Ноа вверил артефакт тебе, надеясь на твою верность.

— Ах...

— У меня, разумеется, нет дурных намерений, но так беспечно передавать сокровище в чужие руки — непростительная ошибка.

— П-простите...

— Извиняйся не передо мной, а перед Ноа. Если с жезлом что-то случится, ответственность ляжет на его плечи.

— Прости, Ноа. Я оплошал...

Джейкоб заерзал под грозным взглядом Михо и виновато склонил голову. Я лишь небрежно махнул рукой.

— Ничего страшного. Профессор Михо — не тот человек, что станет воровать чужое добро.

— Ох, и доброта же тебя погубит. А что, если я и впрямь не устою перед искушением и присвою жезл себе?

— Ну... Мне бы влетело за плохой присмотр, но, честно говоря, злодеем в этой сказке были бы вы. Если бы вы всерьез решили его забрать, я бы вряд ли смог помешать.

Хвастаться сокровищем перед Архимагом Шестого Круга, чья стихия — иллюзии? Честно говоря, с того мгновения сохранность жезла зависела не от моей бдительности, а лишь от благоразумия самой Михо.

Однако профессор покачала головой.

— И всё же прими его извинения. Джейкоб не должен был действовать за твоей спиной.

— Да, я понял. Профессор Джейкоб, впредь будьте осмотрительнее.

— Д-да, разумеется.

Как ни крути, он всё же носил титул профессора. Но почему-то в нашей компании статус Джейкоба казался самым призрачным.

Заполучив жезл, Михо тотчас принялась испытывать те скоростные формулы, над которыми они так долго бились. Глаза её зажглись азартным огнем.

Наставники один за другим принялись прогонять через артефакт все свои наработки.

— Смотри, и эта работает! Невероятно!

— В этой формуле ошибка: детализация хромает, а левый край обзора вообще перекрыт черным пятном. В мусор её.

Благодаря этому я, изначально служивший в этом исследовании живым измерительным прибором, остался не у дел.

Жезл Вертера превосходно справлялся с моей ролью.

«Как же это сладко».

Я решил не возвращать артефакт директору до тех пор, пока мы не закончим с магическими кругами.

***

Вновь наступили выходцые.

На это время у меня была запланирована встреча с Принцессой.

Я явился во дворец, чтобы обсудить подписочный сервис на массовые выпрямители для волос, а заодно забросить удочку насчет открытия многообещающей клиники косметологии.

Пускай я уже не раз бывал в императорских покоях, их невообразимое великолепие и помпезность всякий раз заставляли меня чувствовать себя не в своей тарелке.

Приемная залы Её Высочества по-прежнему поражала изысканным убранством.

За окном благоухал сад, полный редчайших цветов, а на столе красовался фарфоровый сервиз с причудливыми узорами. Каждая деталь — от тяжелых штор до узоров на колоннах — кричала о запредельной роскоши.

Принцесса Роузвейл явилась в великолепном шелковом платье и, грациозно раскрыв веер, произнесла:

— Давно не виделись. Ноа Эшборн, второй сын графского рода. Твое послание дошло до меня.

— Для меня великая честь быть принятым вновь.

— Полно тебе разводить церемонии. Оставим пустую вежливость и перейдем к делу.

По правде говоря, несмотря на подавляющее величие дворца, вести дела с Принцессой было на редкость легко. В вопросах коммерции она была человеком проницательным и понимающим.

Я без обиняков изложил свои соображения.

Помимо услуг по зарядке магических кристаллов, я предложил внедрить систему абонементов: мы берем на себя обслуживание расходников, а клиенты ежемесячно выплачивают фиксированную сумму.

Следом я коснулся темы красоты — процедур лазерного пилинга и восстановительной магии.

— Хм.

Роузвейл внимательно выслушала мой монолог, мерно обмахиваясь веером. Первую затею она одобрила, но насчет второй высказалась твердо.

— С этой магией я повременю: она еще не прошла проверку временем. Пока ты не явишь мне живой пример исцеленной кожи, это не более чем любопытная гипотеза.

— Что ж... справедливо.

— Твой товарищ только что избрал эту стезю своей специализацией, верно? Пусть сначала опробует методы на практике и представит результаты. Только тогда я предложу ему кресло директора.

Сама принцесса не владела магией, а потому идея сознательного нанесения микроожогов ради последующего исцеления казалась ей дикой. Как она и сказала — нужны были доказательства.

В конце концов, я и сам еще не перешел от теории к практике.

«У многих ребят сейчас проблемы с акне. Может, провести эксперимент на них?»

Подростковый период. В этом мире прыщи донимали юнцов ничуть не меньше, чем в моем. Идеальный плацдарм для клинических испытаний.

Пока я размышлял над этим, принцесса внезапно спросила:

— До меня дошли слухи, что ты посещал Гильдию Авантюристов?

— Да. В рамках учебной практики нам велели выполнить поручение гильдии.

— И ты удостоился личной встречи с самим Главой?

— Верно. Вышла небольшая неразбериха при назначении миссии.

— Что сказал тебе этот Годфри? Учти, он человек далеко не прост.

Не прост?

Ну, если память мне не изменяет, он всячески пытался всучить мне кошелек с золотом, а я твердо шел в отказ. Мне он показался существом на редкость добродушным.

— А по мне, так он вполне приятный человек. Упорно пытался заплатить мне сверх меры из-за ошибки своих клерков...

— Годфри? Лично?

— Именно.

— Ха. Какая дешевая уловка...

— Вы знакомы с господином Годфри?

В ответ на мой вопрос принцесса лишь многозначительно кивнула.

— Он прожженный лис. Выпускник рыцарской школы, он сбежал в тот же день, даже не дождавшись официального посвящения в рыцари. Начинал с самых низов и зубами выгрыз себе нынешний пост. Он чертовски хитер, завел связи при дворе, но при этом держит дистанцию со странным упрямством.

Стало быть, тертый калач. Для такого пройдохи он слишком уж усердно рассыпался в любезностях передо мной. Принцесса видела его насквозь.

— И этот лис предложил тебе плату сверх оговоренной?

— Да. Кажется, речь шла о пяти сотнях золотых?

— Пять сотен... И каков же был твой ответ?

— Я отказался.

— Могу представить, как у него засосало под ложечкой от обиды.

— Ничего страшного. Эти пять сотен для меня сейчас погоды не сделают...

— Да я не о тебе, а о Годфри.

— М? Почему это?

Я полагал, что он должен быть рад экономии, но у Её Высочества была иная логика.

— Он жаждал купить моё расположение через тебя. Или же надеялся завербовать в гильдию ценный кадр. Но если это так, он слишком низко тебя оценил. Пять сотен золотых — тьфу, мелочь.

— Вербовку я еще могу понять, но как мои траты могут помочь ему в отношениях с вами?

— Он наверняка убежден, что ты — мой человек.

Несмотря на то, что нас связывали лишь узы бизнеса, почему сторонний наблюдатель должен думать иначе?

— Если простой студент имеет право на тайные аудиенции со мной, разве кто-то заподозрит обратное?

Для мира не имело значения, что я упирался и хранил независимость, считая наш союз лишь деловым партнерством. Важно было лишь одно: со стороны я выглядел крайне приближенным к принцессе.

«Ах... стоит лишь однажды связаться с королевской кровью, как в каждом твоем жесте начинают искать политический умысел».

Тогда назревал другой вопрос.

— И зачем же Годфри искать вашего расположения, Ваше Высочество?

— Почему ты спрашиваешь?

— Вы сами твердите, что престол вам безразличен, а значит, и опоры у вас нет. Зачем Главе Гильдии тратить время на бесперспективную связь?

— Неужели я столь никчемный кандидат?

— Судя по вашим словам — да.

— Я же сказала: он хитер. Годфри плетет кружево связей везде, где только можно, и выжидает. Он уже подмазался и к моему старшему, и к младшему братьям. Только со средним, кажется, разорвал отношения.

Пускай она и клялась, что корона ей не нужна, Роузвейл была на удивление осведомлена о каждом шаге своих соперников-братьев. Значит, следит зорко.

Я решил развить тему, пока была возможность.

— Но тогда позвольте узнать: почему вы поддерживаете именно Первого Принца?

— Всё просто. Мой старший брат — достойный человек.

До меня доходили слухи, что Первый Принц — человек мягкий и кроткий. Но на языке политики это зачастую означало «некомпетентный». С другой стороны, Третий Принц слыл весьма дееспособным.

— Младший умен. По крайней мере, среди нас. Но я сомневалась, хватит ли его ума, чтобы отодвинуть старшего брата от законного права на престол.

Тут принцесса многозначительно улыбнулась из-за веера.

— К тому же мой старший племянник — малый не промах. Думаю, очень скоро ты с ним познакомишься.

Старший племянник... стало быть, сын Первого Принца.

Она делала ставку не на самого брата, а на следующее поколение.

«Сказала, что познакомлюсь скоро... Неужели решит нас представить друг другу?»

Однако беседа на этом оборвалась. Принцесса выставила меня вон, сославшись на чаепитие с высокосветскими дамами, и мне пришлось покинуть дворец, словно меня выставили взашей.

***

Вернувшись в комнату общежития, я посвятил вечер исследованиям.

Оказалось, для меня этот жезл был куда ценнее, чем просто магический вычислитель. Главная его польза заключалась в систематизации формул.

Подобно тому как ученые моего прошлого века поручали нейросетям делать краткие выжимки статей, я доверил это артефакту.

— Вот магия теневого превращения. Это свежая, еще горячая формула маркизов Девилан — ей нет и ста лет.

[— О-о... Весьма самобытно. Структура работы с энергией до боли напоминает ту запретную магию, что Вертер использовал для создания моей копии.]

Я невольно вздрогнул.

Запретное искусство Вертера базировалось на упорядочивании тьмы, и магия Девиланов имела те же корни. Неудивительно, что они схожи.

Но я ждал иного.

— И каков вердикт? Сможешь переложить это на более лаконичный лад?

Семья Девилан пользуется тенью по праву крови, им не нужно вычислять формулы в уме. А потому они нагородили пафосных и невообразимо сложных схем, ориентируясь лишь на теорию. В оригинале расчеты были чертовски громоздкими.

Но что будет, если за дело возьмется магическое сознание легендарного Вертера, набившего руку на миллиардах плетений?

[— Изыскания... Исследование нового искусства! Это превосходно! Это будоражит мою суть!] — воскликнул жезл.

«Вот как его нужно использовать», — улыбнулся я.

http://tl.rulate.ru/book/135180/11620577

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода