— Кто там?!
Слабый звук атаки Хуи достиг ушей оставшихся джоунинов, и их фонари метнулись по сторонам, лучи прорезали темноту.
Но они лишь мельком увидели силуэт Хуи, прежде чем он исчез в ночи.
— Ургх… — раненый джоунин ахнул, кровь капала из его рта, когда он пошатнулся, его черты исказила боль.
Без немедленной помощи он не выживет.
— Чёрт возьми! — выругался Камидзуру Ишигава, его голос был низким рычанием, когда его глаза сканировали тени, отчаянно ища любой признак врага. Но всё, что он видел, — это безжалостная тьма.
— Этот враг способен блокировать даже моё восприятие чакры, он мастер скрытности! — быстро поделился информацией Камидзуру Ишигава с оставшимися подчинёнными.
Трое оставшихся джоунинов Ивагакуре, и без того напряжённые, обменялись нервными взглядами, прежде чем сформировать плотное оборонительное построение, их глаза с повышенной бдительностью сканировали окружающую тьму.
Тем временем джоунин, которого ранил Хуи из засады, лежал, истекая кровью, на лесной подстилке, под ним образовалась лужа крови.
Выражение лица Камидзуру Ишигавы стало ещё мрачнее. Он чувствовал всю сложность ситуации, а также нарастающее чувство разочарования.
При свете дня или на открытой местности такая засада никогда бы не удалась. Он никогда бы не позволил врагу атаковать своих подчинённых прямо у него под носом.
Но эта обстановка была совершенно иной — глубоко в тёмном, густом лесу, где видимость была минимальной.
Густой полог деревьев блокировал любой лунный свет, погружая их в почти полную темноту, за исключением тонких лучей их фонарей. Казалось, будто они сражались с завязанными глазами.
В таких условиях даже опытные бойцы оказывались в невыгодном положении, подобно сильному взрослому с завязанными глазами, противостоящему ребёнку с палкой.
Преимущество могло резко измениться, и именно это сейчас и происходило.
Камидзуру Ишигава неоднократно применял своё сенсорное дзюцу, пытаясь уловить хоть какой-то след присутствия Хуи. Но казалось, будто его враг растворился в воздухе.
Единственными сигнатурами чакры, которые он мог обнаружить, были сигнатуры Молнии и Хатаке Сакумо, отступавших всё дальше и дальше, почти за пределы его сенсорного диапазона.
Что касается того, кто атаковал их несколько мгновений назад — его нигде не было, словно призрак.
Это поставило Камидзуру Ишигаву в затруднительное положение, между двумя одинаково рискованными выборами.
Продолжать погоню, рискуя новыми засадами от неуловимого врага? Или отменить преследование, отказавшись от миссии и пожертвовав уже потерянными жизнями?
— Будь оно всё проклято!!! — взревел он от разочарования, его гнев вскипел.
Он чувствовал себя униженным — даже будучи командующим Анбу Ивагакуре, он был доведён до крайности одним оперативником Конохи. Никогда прежде в своей карьере он не терпел такого поражения, даже во время Первой Мировой Войны Ниндзя.
Он снова активировал своё сенсорное дзюцу и обнаружил, что две далёкие сигнатуры чакры были почти за пределами его досягаемости. Ему нужно было принять решение сейчас — продолжать погоню или нет.
Именно в этот момент с той стороны, откуда они пришли, раздался пронзительный крик.
— А-а-а-а-а!!!
Лицо Камидзуру Ишигавы исказилось от осознания.
— Нет, нет, нет, нет! Этого не может быть!
Не раздумывая, он повернулся и бросился назад к звуку, его оставшиеся джоунины последовали за ним.
Когда они вернулись, их встретила мрачная картина. Оставшиеся чуунины и элитные чуунины образовали оборонительный круг, их выражения были напряжёнными, когда они сканировали окружающую тьму.
— Что случилось?! — крикнул один из джоунинов, в его голосе прокрался ужас.
— Капитан, командир! На нас нападают… мы не знаем, откуда! — доложил элитный чуунин, пытаясь подавить страх. Вид командиров принёс некоторое облегчение, но ужас от невидимого врага всё ещё витал в воздухе.
Ранее внезапный крик боли предупредил их о новой атаке. К тому времени, как они поняли, что происходит, трое их товарищей уже пали, убитые в темноте.
Выражение лица Камидзуру Ишигавы стало ещё мрачнее.
С момента засады на его джоунина до этого момента прошло едва ли две минуты, и всё же этот призрачный член Анбу Конохи уже унёс ещё три жизни.
— Отступаем! — прорычал он сквозь стиснутые зубы.
Его рациональный ум подсказывал, что продолжение погони приведёт лишь к дальнейшим потерям. Даже если им удастся догнать отряд Конохи, это не будет стоить тех потерь, которые они понесут.
На этот раз ему придётся проглотить свою гордость, но в следующий раз, когда они встретятся, он позаботится о том, чтобы это было не в такой невыгодной ситуации. Он поклялся никогда больше не вступать в бой с этим призрачным врагом неподготовленным.
Кипя от разочарования, Камидзуру Ишигава остался на месте, сканируя тени, не желая терять больше своих людей.
По его приказу Анбу Ивагакуре начали отступать, многие из них выдохнули с облегчением.
Они столкнулись с врагом, который двигался как призрак, всегда готовый нанести удар из тени. Несмотря на их гнев и унижение, у них не было другого выбора, кроме как отступить, затаив обиду на другой день.
Скрытый в темноте, Хуи тихо вздохнул с облегчением, наблюдая за отступающими силами Ивагакуре. В то же время он почувствовал глубокое облегчение.
Хотя эта встреча принесла ему ряд успехов — ему удалось уничтожить нескольких членов Анбу Ивагакуре, даже в присутствии их командира, — он знал, что удача и обстоятельства были на его стороне.
Покров ночи, густой лес и его уникальные сенсорные способности позволили ему так легко слиться с тенью.
А его молодое, маленькое тело облегчало незаметное передвижение. Все эти факторы в сочетании с его стратегическим мышлением позволили ему перехитрить силы Камидзуру Ишигавы.
Он прекрасно понимал, что повторить подобный результат будет сложно. После этого Анбу Ивагакуре будут гораздо осторожнее и, скорее всего, будут избегать ночных миссий.
Но… кто мог сказать, какой будет его собственная сила, когда они встретятся в следующий раз? Возможно, к тому времени ему не придётся полагаться на скрытность и уловки — возможно, он сможет победить их в открытом бою.
http://tl.rulate.ru/book/135089/8360733
Готово:
