Глава 97: Эти «Кровавые Ангелы» какие-то неправильные… А мы – всего лишь пираты!
Космодесантники высадились на борт налогового корабля. Арбитр Линн собиралась поблагодарить прибывший на помощь Легион Астартес, но её многолетний опыт борьбы с преступниками и отступниками мгновенно подсказал: что-то не так во взглядах этих воинов. Их глаза, казалось, не отрывались от самого корабля, от его систем и оборудования, словно они оценивали захваченные трофеи.
На борту налогового судна высадилось более сотни Астартес. Остальные члены экипажа, не столь проницательные, как Линн, ошибочно приняли их за целую роту Кровавых Ангелов, направляющуюся на какую-то масштабную военную кампанию.
— Адептус Арбитрес выражает вам глубокую благодарность за своевременную помощь, — произнесла Линн, стараясь сохранять спокойствие.
— Орудия корабля ещё функционируют? — спросил Идамас, проигнорировав её слова и сразу перейдя к делу, интересуясь состоянием вооружения.
— Эм… да, конечно. Они лишь вывели из строя несколько генераторов пустотных щитов. Орудия просто перегружены после боя, но в целом исправны.
— Отлично, — коротко кивнул Идамас. Помолчав секунду, он продолжил: — Экипаж тоже в сборе?
— Разумеется. Мы почти не понесли потерь. Враг, полагаю, тоже отступил с минимальными…
— Прекрасно.
Линн всё больше хмурилась, слушая его. Тон этого Астартес совершенно не походил на тон спасителя, скорее уж на… инспектора или даже захватчика.
— Кто командует этим флотом? — вновь спросил Идамас, обводя взглядом собравшихся на мостике офицеров.
— Я, — выступила вперёд Линн, выпрямившись.
— Кто здесь старший офицер Имперского Флота?
Идамас перечислил ещё несколько ключевых должностей – людей, в руках которых была сосредоточена практически вся полнота власти на корабле. Убедившись, что все названные стоят перед ним, он объявил ровным, не терпящим возражений тоном:
— Очень хорошо. Боевая баржа доставит вас обратно на Гамма-мир, где вы сможете продолжить свою важную работу. Остальные члены экипажа, вместе с этим кораблём, реквизируются. Именем Императора. Для борьбы с пиратами.
Воцарилось гробовое молчание.
Офицеры, как и те их младшие коллеги и аристократы из Адептус Арбитрес, что остались на фрегатах сопровождения, стояли ошарашенные, с немым вопросом на лицах. Их корабль реквизирован? Именем Императора? Под предлогом борьбы с какими-то пиратами?
Да вы посмотрите на себя! Вас тут больше сотни космодесантников высадилось! С какими такими пиратами вы собрались сражаться силами целой роты Астартес? Неужто с отступниками из ордена Астральных Когтей? Или с какой-то могущественной группировкой Тёмных Эльдар, совершающей набеги из Паутины? Или с орками-варлордами, ведущими за собой целые Вааагх!?
Идамас, разумеется, проигнорировал их невысказанные сомнения и возмущение. Его задача – искоренить пиратов в системе Мира Смерти и проложить там надёжный узел межзвёздной «магистрали». Что может быть важнее этого? По сравнению со строительством межзвёздной «магистрали» такой пустяк, как сбор налогов, – дело десятое. Даже конец света может подождать, пока не будет достроена дорога.
К тому же, Лорд-губернатор сказал им, что этот имперский корабль – своего рода подарок от некоего могущественного Императора, экспресс-доставка для их нужд. Грех отказываться от такого подарка. Да и потом, даже если это не подарок Императора – корабль был подбит ксеносами, а они, воины Гамма-мира, подобрали его в открытом космосе. Почему бы не воспользоваться удачей? Тем более что Идамас собирался лишь позаимствовать его ненадолго, для благого дела.
— Мы лишь позаимствуем его. Скоро вернём, — заверил он и приказал своим воинам препроводить командование корабля на боевую баржу.
Для обеспечения их безопасности он даже проявил невиданную щедрость: выделил одного Дредноута и одного Астартес в силовой броне Кровавых Ангелов, чтобы сопроводить их до самого Гамма-мира.
На борту боевой баржи Линн мрачно смотрела вдаль, на удаляющийся силуэт её бывшего корабля. Она нутром чувствовала, что с этими «спасителями» что-то нечисто. Их манера действий совершенно не походила на стиль Кровавых Ангелов, каким она его знала из хроник. Те, конечно, были известны своей яростью в бою, но не имели привычки вот так запросто отбирать чужое имущество. Хоть этот Идамас и сказал «позаимствуем», но в суровых реалиях космоса «одолжить» часто означает «забрать навсегда». Как они собираются его возвращать? И когда?
И этот «эскорт» из одного Астартес и Дредноута… какая-то дьявольская, издевательская забота.
Рядом с ней в молчании сидел Магос-Эксплоратор Адептус Механикус Витий. Другие могли этого не чувствовать, не воспринимать тонкие эманации духа машины, но он, как верный служитель Омниссии, ощущал каждую деталь любого механизма – была ли она создана благословенными руками техножрецов, возносящих хвалу Богу-Машине, или нет. С момента встречи с Идамасом и его воинами он не чувствовал на их механизмах, на их доспехах и оружии, никаких следов благословения Омниссии.
Их творения, хоть и были изящны, точны и внешне походили на знакомую ему силовую броню Астартес, казались пустыми, холодными, безжизненными. Словно плоть без души, океан без течений, улицы без гомона толпы. Пустые, безмолвные, как камни, как космическая пыль, как безжизненный металлический сплав. Он был уверен – это не изделия нижних уровней имперских ульев, где даже в самой простой машине живёт искра Омниссии. Ни в одной детали этих доспехов не ощущалось присутствия Бога-Машины, и это вызывало у Магоса глубокое недоверие и подозрение.
Однако, когда он украдкой прикоснулся к сопровождающему их Дредноуту, он ощутил следы некой таинственной, могучей силы. Силы, исполненной векового презрения, вселенской скуки, лёгкого раздражения… и даже толики любопытства. Словно внутри саркофага находилось живое, мыслящее существо. Неужели… он ощущал истинный дух машины?
«Хвала Омниссии! Наконец-то хоть какие-то признаки присутствия духа машины!» – с благоговением подумал Витий.
Магосов в Адептус Механикус великое множество, и каждый достигает вершин мастерства в своей избранной области. Магос – это высший ранг служителя Культа Механикус, верного Омниссии. Они – непревзойдённые мастера своего дела. Одни посвящают себя археотехнологическим раскопкам, другие – запретным исследованиям, третьи – странствиям по галактике, четвёртые – торговле технологиями. Некоторые всю свою долгую, аугментированную жизнь тратят на поиски утраченных СШК или восстановление древних, запретных знаний.
Витий был Магосом-Эксплоратором, странствующим по галактике в поисках знаний, способных превзойти величайшие достижения Золотого Века Технологий. Он считал себя верным слугой Бога-Машины, стремящимся постичь высшую тайну механического бытия. Он давно заменил свои слабые органические нервы тончайшими электронными нитями, соединил свой хрупкий человеческий мозг с мощнейшими вычислительными устройствами, используя его лишь для хранения части накопленных знаний, а вспомогательный когитатор – для сложных вычислений и размышлений.
Увиденная им на Гамма-мире гравитационная катапульта чрезвычайно его заинтересовала. Он готов был отдать всё, что имел, все свои знания и ресурсы, за технологию, позволившую обуздать мощь нейтронной звезды. Если он не ошибался, это устройство позволяло совершать сверхсветовые перелёты между звёздными системами без использования опасного Варпа. В древних исторических хрониках упоминалось, что сам Император некогда пытался создать подобную межзвёздную «магистраль» – Паутину, но проект провалился, и лишь сам Повелитель Человечества мог стабилизировать её своей психической мощью.
А на этом мире… снова «магистраль»? Действительно ли они владеют этой почти мифической технологией, или это лишь случайная находка, древний артефакт, который они не до конца понимают?
Что думают остальные на борту баржи, Вития не волновало. Возвращению на Гамма-мир он был только рад – там его ждали тайны, способные перевернуть все его представления о возможностях технологий.
Заполучив имперский налоговый крейсер, Идамас обрёл ещё больше уверенности в успехе своего грандиозного плана: превратить систему Мира Смерти в ключевой узел межзвёздной «магистрали». Здесь не было прямого вмешательства Империи Т'ау, да и другие крупные расы редко приближались к опасным Мирам Смерти. При этом система находилась в непосредственной близости от Восточного Предела Т'ау. Практически у них на пороге.
Это означало, что Гамма-мир сможет поддерживать свои силы, действующие в Восточном Пределе, гораздо быстрее, чем сама Империя Т'ау – свои собственные. Контроль над этим стратегически важным регионом космоса перейдёт к ним. Имея точные координаты и пространственные маркеры, можно будет мгновенно перемещаться с «магистрали» на Мире Смерти на любую планету Гамма-мира и обратно.
В то же время, это станет для Гамма-мира мощным плацдармом для дальнейшей экспансии. Они смогут быстро перебрасывать свои силы в другие миры, перенося войну на территорию врага и заставляя его постоянно думать об обороне, а не о нападении. Таков был их дерзкий план.
Звезда Смерти – так называлась эта система, где бывшая звезда, исчерпав своё газовое топливо, сколлапсировала под действием собственной гравитации в сверхплотную нейтронную звезду. Из-за мощнейшего излучения, испускаемого этим звёздным остатком, жизнь в окрестных мирах была практически невозможна. Поэтому эту систему все давно забросили и считали проклятой. Гравитация и излучение сколлапсировавшей звезды значительно превосходили параметры «искусственных нейтронных звёзд», созданных на Каламате и Гамма-мире. Это означало, что гравитационная катапульта, построенная здесь, будет гораздо мощнее и эффективнее.
Именно потому, что это был мёртвый, забытый мир, куда никто не заглядывал по доброй воле, он и стал идеальным пристанищем для всевозможных пиратов, контрабандистов и местных варлордов. Настоящий рай для преступников всех мастей, адская изнанка так называемых Райских Миров Империума. Здесь царили упадок, беззаконие, разрушение и смерть.
Конечно, это место было лишь крошечным, захудалым уголком истинного мира тьмы и хаоса. Пристанищем для мелкой сошки, неспособной проникнуть в настоящие владения Губительных Сил, вкусить предельной жестокости и кровавой резни Ока Ужаса.
Здесь кишели небольшие торговые караваны самых разных рас и группировок, обменивающиеся награбленным у других, более законопослушных торговцев и флотов. Предметом торга были рабы, запретные артефакты Хаоса, испорченные порчей абхуманы, поражённые скверной ксеносы, ксенотехнологическое оружие, загадочные артефакты неизвестного происхождения и странные, запретные языки. Их корабли в большинстве своём уступали даже потрёпанным боевым баржам – дешёвые, собранные из обломков и мусора судёнышки, под стать своим хозяевам, космическим мусорщикам и падальщикам.
Внезапно тьму прорезал пронзительный, режущий слух сигнал тревоги. Многие члены пиратских экипажей, услышав этот слишком знакомый звук, остались безучастны – очередная мелкая стычка, не стоящая внимания. Некоторые, только что очнувшиеся от пьяного угара, лишь недовольно поморщились и снова рухнули в объятия своих рабынь-тау. Другие же, более любопытные или просто скучающие, решили поглазеть на очередную разборку местного пиратского барона с какими-то незваными гостями. Они подняли свои корабли, чтобы поучаствовать в «веселье» со стороны и, возможно, получить повод для хвастовства в будущем перед другими отбросами галактики.
Они решили, что это снова Империя Т'ау прислала свой флот, чтобы в очередной раз вежливо «убедить» их покинуть этот мир и не мешать их торговле. Пиратские бароны уже приготовили свои обычные «переговорные козыри» – пленных тау, захваченных с торговых судов на окраинах их империи, – собираясь поторговаться с прибывшими кораблями.
Но они жестоко ошиблись. Переговоры? Для этого нужно, чтобы другая сторона была готова говорить и слушать.
http://tl.rulate.ru/book/134583/6448331
