– Королевство Водоворота – это один из козырей в сделке между Страной Огня и Страной Воды, – произнес Джирайя, и его ответ ничуть не удивил Арагаки.
Гибель Страны Водоворота была для него ожидаемой. Его волновало другое: неужели то, что в прошлый раз он привел Узумаки Кушину в Коноху, не принесло никакого результата?
Он с сомнением спросил Джирайю:
– Значит, парня Узумаки, которого я привел в прошлый раз, Коноха не использовала толком?
– Ты говоришь о девочке из клана Узумаки. Да, она, естественно, один из козырей. Кстати, сейчас её воспитывает и о ней заботится доктор Узумаки, так что можешь не беспокоиться о её безопасности. И деревня планирует усиленно её тренировать, – ответил ему Джирайя.
Арагаки пожал плечами и равнодушно сказал:
– Как с ней поступить – это, конечно, ваше дело, Конохи.
Хотя в своем воображении он уже видел картину: две похожие как две капли воды рыжеволосые девочки, одна большая, другая маленькая, стоят рядом. Мать и дочь? Нет, скорее сестры. Конечно, разница не только в возрасте, но и в совершенно противоположных характерах. Одна холодна как лед, другая – такая острая, что её назвали бы настоящим bloody red pepper (кроваво-красным перцем).
– Кстати, она сейчас учится в школе ниндзя? Её ведь не обижают, да? – добавил потом Арагаки.
Услышав этот вопрос, Джирайя показал выражение лица, словно говорил: "Ну ты и говоришь, что тебе всё равно".
– Что? Неужели её обижают, и ты хочешь вернуться и заступиться за неё?
Арагаки покачал головой. Ему просто было любопытно, пойдет ли история своим обычным путем. Например, встретит ли он того белобрысого мальчишку.
– Сначала её действительно сторонились, потому что она чужачка. Но потом... естественно, она одна гоняла всех и била.
Однако что Джирайя не сказал, так это, что Кушина, наверняка, переняла свою неуступчивую натуру именно от него, верно?
Можно представить себе эту картину: красноволосая малышка гоняется за одноклассниками и лупит их, не забывая при этом еще и поддразнивать. Эх, какая красота!
– А еще, Острый Перчик, на самом деле, очень тебя любит. Она часто дерется с одноклассниками потому, что эти сопляки сплетничают и обзывают тебя непокорным ниндзя, вот она и нападает первой.
– Неужели? И Школа ниндзя на это не закрывает глаза?
– Конечно, нет. Школа ниндзя уже много раз вызывала доктора Узумаки... Но ты же знаешь, какой он. На родителя совсем не похож.
Да уж, Арагаки мог себе представить эту картину… И ему, на самом деле, было очень приятно послушать от Джирайи о повседневной жизни Кушины и Сакуры.
Наверное, потому что представлял себе этих двух людей с совершенно противоположными характерами. Их совместная жизнь под одной крышей должна быть очень интересной!
Джирайя тоже был очень рад возможности поговорить с Арагаки о таких мелочах. По крайней мере, он убедился, что Арагаки не полностью порвал с Конохой.
Пока в Конохе есть те, кто ему дорог, связь между ними не прервется так просто.
– Уже поздно. Боюсь, те ребята больше не вытерпят. А еще, кажется, нужно разобраться с ниндзя Тумана.
Хатаке Сакумо прервал их разговор и вдруг вспомнил: остальные ниндзя Конохи мерзнут на своих постах под ночным ветром.
А он с Джирайей тут в горячих источниках... Совесть все же немного терзала. И еще эти ниндзя Тумана. Он боялся, что если придет поздно, те и правда остынут.
– Ну что, Арагаки, прощай тогда. Надеюсь, и в следующий раз мы сможем так же искренне отнестись друг к другу, когда снова встретимся, – попрощался Джирайя.
Что-то в этих словах про искренность звучало необъяснимо задумчиво.
– В следующий раз сразимся на мечах, – добавил Хатаке Сакумо.
Вот уж действительно, и искренне, и воинственно одновременно. Сказать такое в бане как-то неуместно.
Но в ответ Арагаки вдруг сказал:
– Тогда я постараюсь выбрать подходящее время в следующий раз. Когда будешь творить искусство, можешь и меня научить.
– ...
– ...
***
В Стране Водоворотов, кажется, вот-вот должна была начаться катастрофа.
Что же мог сделать Арагаки во время этого бедствия? Конечно, он не был настолько святым, чтобы думать о спасении клана Узумаки.
В конце концов, даже сама Коноха молчаливо соглашалась и планировала остаться в стороне, так как же мог он вмешиваться?
Он просто размышлял, а не сможет ли он воспользоваться этой возможностью, чтобы получить какую-нибудь выгоду?
Ведь Страна Водоворотов, пусть и небольшая, но все же страна, и её наследие нельзя недооценивать. А если получится узнать побольше секретов о водоворотах из Скрытой Деревни Узумаки, то почему бы и нет?
Например, секреты о запечатывании трупов и таинственном существовании Бога Смерти.
У него было предчувствие, что черная дыра пустоты внутри него имеет какую-то особую связь с Богом Смерти.
Он почувствовал это раньше, когда использовал маску призрака, которая могла поглощать души. Эту маску он потерял во время поединка с Мизукаге.
Так что с этой точки зрения для него было крайне важно снова отправиться в Страну Водоворотов, ведь это, скорее всего, было связано с происхождением его таинственной силы.
Арагаки, конечно, не собирался останавливаться на достигнутом. Его не устраивали ни "противотоки", ни "обращения", которые он не мог полностью контролировать и которые работали только по своему желанию.
Вспомните, как было два года назад: его "Смертельное Возвращение" было лишь случайным откатом без возможности выбора, куда вернуться.
Но потом, после того как он освоил технику спиритуализации и каким-то чудом заглянул в Пустоту, в черную дыру своей души, он ясно увидел многое о том, как работает это "Смертельное Возвращение", и понял, что такое "цена" и "жертва".
И та черная дыра в Пустоте стала местом, где можно было запечатывать хвостатых зверей, превратив его в особого носителя, способного удерживать в себе сразу нескольких.
Все это говорило о том, что эта таинственная сила еще далеко не раскрыла свой потенциал.
Без сомнения, эта сила была основой для выживания Арагаки в этом мире. Но если он остановится сейчас, что будет тогда, во время решающей битвы в мире шиноби через много лет?
Не говоря уже о тех, кто за пределами Земли, на Луне, и еще дальше во Вселенной – тех, кто пытается захватить все живые планеты. Беловолосый Ооцуцуки… Разве сейчас он слаб?
И неважно, что та эпоха еще так далеко, ведь даже Орочимару из Дяди-змеи превратился в Тётю-змею и дожил до того времени.
Разве "бессмертный" Арагаки Цубаса боялся не дотянуть до той поры?
Или, может быть, если к тому времени даже обычная смерть станет несбыточной мечтой, а невозможность умереть превратится в проклятие... тогда Арагаки просто заблудится в круговороте жизни и смерти и никогда не достигнет настоящего другого берега?
Удар?
http://tl.rulate.ru/book/134368/6253424
Готово:
