Арагаки вошел в здание Хокаге. Охрана не остановила его по пути. В конце концов, он был главой деревни — Каге. Чтобы обычный человек мог увидеться с Хокаге, нужна была не только соответствующая должность, но и долгие проверки и разрешение. Главу деревни, по сути самого сильного в плане силы человека в стране, не мог принимать кто попало.
Арагаки трижды постучал в дверь, пока изнутри не раздался низкий, уверенный голос:
– Войдите.
Он повернул ручку и вошел внутрь.
Навстречу поднялся Третий Хокаге, Хирузен Сарутоби. Он был в самом расцвете сил, на пике могущества, а может быть, даже еще не достиг его до конца. Его называли «Профессором мира шиноби» – ведь он владел всеми пятью стихиями! Арагаки был почти уверен, что именно Сарутоби сейчас самый сильный человек в мире шиноби. По крайней мере, так считали в Конохе.
Народ в Конохе любил повторять, что из всех пяти Каге Хокаге сильнее всех, а из всех Хокаге – Третий самый могучий (это, кстати, слова еще нерожденного Умино Ируки, так что это не его мнение, а его собственное оправдание).
Но, как ни крути, человек перед ним был на пике силы для этой эпохи. Ведь Учиха Мадара, который прячется под землей, еще не был в своей лучшей форме.
Третий Хокаге в расцвете лет обладал особой харизмой. Он был сильным, крепким, с мощной аурой, но при этом не казался высокомерным. Наоборот, в его немного суровом лице чувствовались благородство и доброта. Трудно было понять, как через несколько десятилетий он станет самым неоднозначным Хокаге.
Возможно, дело лишь во времени и войнах, которые способны изменить человека, даже такую величественную фигуру, как нынешний Третий Хокаге.
— Генин из девятого отряда, Арагаки... Тебе уже лучше с твоими ранениями?
Произнося это, Третий Хокаге, чье лицо обычно было серьезным, одарил его дружелюбной улыбкой. Надо признать, что Третий стал самым долго правящим Хокаге в истории не просто так – его любили большинство жителей деревни и поддерживали ниндзя.
— Спасибо за заботу, Хокаге-сама. Мне уже намного лучше, — ответил Арагаки, держа руки по швам.
— Хорошо, это отлично. Коноха не может обойтись без таких молодых людей, как ты, ни сейчас, ни в будущем. Поэтому заботьтесь о себе... Сохраняя свою жизнь, вы можете защитить больше товарищей.
Раз Третий говорил так, это означало, что он хорошо знал ситуацию Арагаки. Быть самым могущественным человеком в деревне, управлять десятками тысяч людей – это заставило бы обычного ниндзя пролить благодарственные слезы.
Нииганджи кивнул в знак согласия, ведя себя спокойно.
Однако Третий не обратил на это внимания и продолжил: — Ты отлично справился на этот раз, победив сильного врага и продержавшись до конца. Хотя мы потеряли многих товарищей, ты должен верить, что это того стоило, ведь мир можно купить только ценой войны... Что ты думаешь об этом?
Арагаки понял намек Третьего. Сейчас Хокаге просто признавал жертву и вклад его отряда в благополучие деревни, а затем укреплял его психологически. Конечно, это была и проверка его состояния после войны. Возможно, именно из-за внешней невозмутимости Арагаки, Третий беспокоился о нем больше.
–Понял, Хокаге-сама. Я отомщу за своих погибших товарищей, – таким был ответ Арагаки, полный решимости сражаться дальше за Коноху, за своих.
Конечно, Третьего Хокаге такой ответ не удивил.
–Что ж, ненависть бывает хорошим лекарством, подстёгивающим идти вперёд. Но порой важно помнить, чтобы она не ослепила, – Третий не просто подтолкнул Арагаки к мести. Нет, он напомнил ему о главном для ниндзя Конохи: защищать, а не только убивать.
Наверное, такова уж природа Третьего — быть великодушным и добрым. Впрочем, это и есть качества сильного лидера в мире шиноби.
Но после всех этих разговоров Арагаки всё равно не верил, что Хокаге вызвал его только из-за таких "пустяков".
Словно прочитав его мысли, Третий продолжил:
–Генин Арагаки Цугуми, учитывая твои исключительные успехи в боях, а также по рекомендации троих и более джонинов, было принято решение повысить тебя до звания чунина вне очереди. Если у тебя есть какие-то возражения, можешь высказаться сейчас.
Так и есть, Арагаки оказался прав. Хотя получить звание чунина, минуя экзамен – это было полной неожиданностью.
Но какие тут могут быть возражения? Повышение до чунина означало не только большее денежное довольствие, но и улучшение всех условий. Конечно, и ответственности станет больше.
–Нет возражений, я принимаю решение деревни, – быстро ответил он.
–Отлично, тогда с сегодняшнего дня ты – чунин. Поздравляю тебя, Арагаки.
Сразу же помощник Хокаге, который тихо стоял рядом, передал ему кучу бумаг: налобники Чунина, форму и документы, всё было готово.
– Ох, кстати, совсем забыл тебе вот это дать. Только с этим ты сможешь пойти в мастерскую, чтобы переделать своё оружие.
Помощник взял бумаги у Третьего и снова протянул их Арагаки Цугуми.
Арагаки, конечно, снова поблагодарил, но про себя невольно пожаловался. Ну как так? Этот доктор Узумаки вечно недоговаривает!
Если бы Третий Хокаге не вызвал его первым, он бы сейчас пошёл в мастерскую без этой бумажки и вернулся ни с чем.
Хорошо, что нынешний Третий ещё молод и помнит о таких мелочах. Не зря его называют Профессором в мире ниндзя!
После этого Арагаки попрощался и вышел из здания Хокаге. В целом, встреча прошла хорошо, и это был первый раз, когда Арагаки официально пообщался с руководством Конохи.
…
Однако, вскоре после ухода Арагаки, помощник Хокаге рассеял технику Превращения, и стало ясно, что это был кто-то другой.
Третий Хокаге не обернулся, продолжая работать с бумагами на столе, но спросил:
– Что думаешь об этом мальчике? Действительно такой талант, как говорит Цунаде?
– Что ж, он бы хорошо вписался в моё подразделение, – ответил тот.
– Ты хочешь взять его в ученики? – спросил Третий.
– …Неплохая мысль, – подумал он несколько секунд.
– Забудь. Если хочешь кого-то себе, попроси у Цунаде. Тут уж я не решаю, – улыбнулся Третий.
После этого собеседник замолчал.
http://tl.rulate.ru/book/134368/6244630
Готово:
