Помолчав немного, Орочимару продолжил:
– На этот раз я прощу Третьего. Но, господин Данзо, мне кажется, у Хатакэ Какаси тоже немалые амбиции. Он не будет просто так подчиняться учителю. Будет забавно, если преемник, которого учитель выбрал сам, тоже станет его политическим противником.
Орочимару делал вид, что пост Хокагэ его совершенно не интересует, но Данзо это совсем другое дело. Он поддержал кандидатуру Орочимару на пост Хокагэ потому, что Орочимару не горел желанием стать главой деревни. Если бы Орочимару стал Хокагэ, это означало бы, что фактически контролировать деревню стал бы сам Данзо. У него была сотня способов заставить Орочимару заниматься лишь формальной работой. К сожалению, выборы он проиграл.
Данзо, расстроенный проигрышем, обошел тему Хокагэ и, осматривая подопытных, спросил:
– Орочимару, как идут твои эксперименты с Деревянным Стилем? Есть ли успешные образцы?
Орочимару высунул раздвоенный язык и покачал головой:
– Клетки Хасирамы слишком агрессивны. Пока нет подопытных, способных принять их. Нужны ещё долгие эксперименты. В целом, в клетках Хасирамы слишком много силы Ян, её нужно нейтрализовать силой Инь...
Данзо не хотел слушать подробности экспериментов и перебил:
– Сколько ещё займёт времени? Если Хирудзэн узнает, у него появится ещё один повод против нас.
– Максимум ещё три эксперимента, и будет окончательный результат. Найди побольше подопытных. – Безэмоционально ответил Орочимару. Его не волновали слова Данзо, только материалы и средства для экспериментов.
(Конец этой главы)
Глава 111: Четвёртый Кагэ
Проведя несколько дней в Стране Дождя, Какузу наконец привык к жизни в организации Акацуки. Вопреки его ожиданиям, что он будет ежедневно участвовать в миссиях по убийствам и грабежам, Белый Ночной каждый день таскал его за собой, то на осмотр одной компании, то другой, и Какузу стал, по сути, телохранителем Белого Ночного.
Но разве такому сильному человеку, как Белый Ночной, действительно нужен телохранитель?
Одно он знал точно: Белый Ночной очень богат, и это избавляло от心配ний на счёт оплаты. Нужно было просто выполнять приказы Белого Ночного, и получал хорошие деньги.
Только иногда у него возникало ощущение, что эти деньги даются слишком легко, и он хотелось убить ещё несколько человек для Белого Ночнога.
Подумав об этом, Какузу, стоявший у здания Деревни Дождя, выпрямился ещё больше.
Внутри здания Деревни Дождя, Белый Ночной сидел в кресле, смотрел на Яхико и остальных перед собой и сонно зевал, ожидая их докладов.
С тех пор, как Белый Ночной стал лидером Акацуки, а Яхико — главой Деревни Дождя, у них появилось чёткое разделение обязанностей.
Яхико, благодаря своему мягкому характеру и готовности следовать воле Акацуки, отвечал за развитие экономики и дипломатию. Под его руководством Страна Дождя стала вполне благополучной.
А Белый Ночной отвечал за военные дела, его должность была похожа на должность главы АНБУ в Конохе, и занимался шпионажем.
剩下я培养一般忍者，建造忍者学校和基础设施等事务，则交给了Нагато和小南，每人负责一个重要领域。
Каждого первого и пятнадцатого числа месяца они вчетвером собирались вместе, докладывали о проделанной работе и обсуждали будущее развитие и планы Деревни Дождя.
– Строительный отдел за последние полмесяца завершил план строительства дороги из Деревни Дождя в столицу, но возникли трудности со строительством водохранилища, требуется помощь ниндзя, хорошо владеющих Стихией Земли, – доложил Нагато.
– В приюте всё без происшествий, как обычно. Но в Академии ниндзя не хватает квалифицированных учителей уровня тюнин. Те ниндзя, которых вы рекомендовали, очень сильные, но слишком свирепые, пугают детей, – доложила Конан.
После своих докладов они сначала взглянули на Яхико, а затем перевели взгляд на Белого Ночного.
Когда Конан и Нагато на него уставились, выражение лица Белого Ночного стало немного странным, и он сказал:
– Вы чего на меня смотрите? Яхико – глава деревни, если у вас есть проблемы, вы можете к нему обратиться.
Конан и Нагато не изменились в лице и продолжали смотреть на Белого Ночного, как бы говоря:
*Как ты думаешь, обсуждали ли мы что-нибудь между собой, пока ты был в отъезде? Если бы у нас был какой-то результат, мы бы отложили его до этого момента?*
Через некоторое время Белый Ночной сказал с безразличным выражением лица:
– Ладно, понял. У меня есть ниндзя, который хорошо владеет Стихией Земли. Я отправлю его на помощь в строительстве водохранилища. Но учителей тюнин я действительно не могу найти. Мои ниндзя хорошо умеют только убивать. Если поручить им обучение студентов Академии ниндзя, то эффективность убийств, наверное, будет выше, чем у ниндзя Песочной Деревни и Туманной Деревни.
Услышав это, лицо Конан изменилось, и она сказала:
– Тогда лучше не надо. Я не хочу, чтобы новое поколение деревни превратилось в ниндзя, которые умеют только убивать. Их жизнь должна быть более разнообразной.
Но, несмотря на сказанное, Конан всё равно смотрела на Белого Ночного с ожиданием.
Белый Ночной тихо вздохнул. У него вроде бы был некий "золотой палец" – система развития, но теперь, похоже, он сам стал "золотым пальцем" для трио Яхико, превратившись почти в Дораэмона (персонаж, способный доставать чудесные вещи из кармана).
Подумав немного, Белый Ночной предложил Конан нанять обычных людей с образованием со стороны, чтобы они преподавали в Академии ниндзя.
Ему, никогда прежде не занимавшему высоких постов, на самом деле не было до конца ясно, как правильно развивать организацию, деревню или даже страну.
Но он знал, что такой наёмный отряд, как деревня ниндзя, ненормален. Ниндзя, обладающие сверхспособностями – ключевой производительной силой, – не должны использоваться исключительно для убийств. Это было бы слишком расточительно.
В период обучения в Академии ниндзя не обязательно требовать от них слишком многого в плане боевых навыков.
В отличие от метания сюрикенов или освоения базовых техник, гораздо важнее прививать базовые знания, чтобы после окончания они могли занимать соответствующие должности.
В конце концов, тысяча тюнин-пушечного мяса не сравнится с одним Кагэ.
К тому же, технологии чакры развиваются со временем. При наличии хороших технологий даже обычные ученики генинов могут обладать боевой мощью, сравнимой с ниндзя АНБУ.
Именно поэтому он предложил Конан возглавить Академию ниндзя и провести там реформы.
Ответив на вопрос Конан, взгляд Белого Ночного упал на Яхико, и он спокойно спросил:
– Яхико, неужели ты тоже пришёл, чтобы доставить мне хлопот?
– В последнее время никаких проблем с другими странами у нас не было, – тихо покачал головой Яхико. – Все переговоры прошли на удивление гладко. Мы договорились и о торговле, и о том, чтобы приоткрыть двери нашей страны для всех. Даже те послы, что поначалу хотели устроить переполох, быстро остыли, как только увидели куклу Ханзо.
– Твоя идея с куклами, которые сделал Нагато, действительно работает. Сила Полубога пока еще очень нужна, чтобы нас уважали.
– Ну, тогда я пойду.
Бьякуя не придал особого значения словам Яхико и встал, собираясь уйти из здания Скрытого Тумана.
Но тут Яхико не спеша достал какой-то свиток и произнес:
– За последнее время в мире шиноби произошло несколько важных событий, о которых вам стоит знать.
Первое – Минато Намиказе стал Четвертым Хокаге. Второе – Ягура стал Четвертым Мизукаге. Всего за два месяца в Конохе и Кири появились два новых Каге.
– И это всё?
Бьякуя совсем не удивился, что Минато стал Четвертым Хокаге.
Да, у Минато был соперник – Орочимару, но мрачный Орочимару не мог победить Минато. Во-первых, заслуги Минато были ничуть не меньше, чем у Орочимару, а характер у него был таким же теплым, как маленькое солнышко. К тому же, его поддержал Третий Хокаге. С самого начала у Орочимару не было никаких шансов.
Это, по сути, напоминает ситуацию с Учиха. Только Учиха даже не имели права участвовать в выборах Хокаге. Шимура Данзо и те, кого он выдвигал, хоть и имели это право, но результат в итоге был бы таким же. В каком-то смысле Данзо и Учиха — оба проигравшие. Они стремились стать Хокаге, как мотыльки к огню, но в итоге сгорели в пламени Воли Огня. Клан Шимура Данзо и клан Учиха Саске в итоге исчезли в потоке истории, оставив лишь небольшую рябь на поверхности.
Но вот новость о том, что Ягура стал Четвертым Мизукаге, Бьякую немного удивила.
Не то чтобы он был удивлён самим фактом, что Ягура стал Мизукаге, а скорее тем, как рано это произошло. И если учесть, что в последнее время Обито активно действовал в Скрытом Тумане, то, похоже, это как-то связано с ним. Разрешив дела с Кири, Обито, скорее всего, обратит свой взор на Коноху. Так что можно ожидать новую заварушку.
Что касается легкомысленных слов Бьякуи, то Яхико уже давно к такому привык.
Бьякуя не проявлял должного уважения ни к Полубогу Скрытого Дождя, ни даже к Каге пяти великих стран шиноби. Впрочем, учитывая силу, которую демонстрировал Бьякуя, у него были все основания так себя вести.
Помолчав немного, Яхико продолжил:
– Минато – ученик Джираи, по строгости он приходится нам братом по оружию. Теперь, когда он стал Четвертым Хокаге, я собираюсь отправить посла, чтобы поздравить его и, заодно, прощупать почву, узнать, возможно ли наше более тесное сотрудничество.
Сказав это, Яхико взглянул на Бьякую, ожидая его мнения.
Бьякуя кивнул, безразлично проговорив:
– Это пустяки, Яхико, реши это сам. Сотрудничество нашей деревни с Конохой – это хорошо, по крайней мере, я не против.
– Бьякуя, ты правда не против? – Яхико сощурил глаза, не совсем веря Бьякуе.
Другие жители деревни, возможно, и не знали, но они-то точно знали истинную личность Бьякуи. В нём текла кровь клана Узумаки, он был одним из последних ниндзя этого клана. И, в отличие от Нагато, который с детства жил в Стране Дождя, Бьякуя всё ещё помнил о Стране Водоворотов. Когда Страна Водоворотов была уничтожена, Коноха выбрала бездействие. В такой ситуации Бьякуя, конечно, не мог не держать обиду на Коноху.
Бьякуя тихо вздохнул, с некоторой усталостью подыхав:
– Рынок Страны Дождя такой маленький, а с такой большой страной, как Страна Огня, у нас, конечно, будет много выгоды. Да и идеи организации Акацуки нужно распространять наружу, для этого необходимо общаться с другими.
– Яхико-старший, с тех пор, как ты стал главой Скрытого Дождя, ты, кажется, забыл о наших идеалах?
Перед лицом этого душевного вопроса Яхико, конечно, не смог ничего ответить, но разве эта фраза изначально не должна была принадлежать ему? Почему ее произнес Бьякуя, и к тому же звучит это как-то странно.
Лица Конан и Нагато, стоявших рядом, тоже приняли странное выражение.
Неужели эти мечты, эти слова о воле Акацуки – это особое секретное умение, присущее лидеру Акацуки? Становясь главой, автоматически получаешь соответствующие способности?
Впрочем, это также означало, что Бьякуя не возражает против сотрудничества с Конохой.
В этот момент Бьякуя, кажется, понял, о чём думают эти трое, и продолжил:
– Конечно, важная причина, по которой я не против, заключается в том, что если мы укрепим сотрудничество с Конохой, то сможем естественно продвигать свои идеи соседним странам, не опасаясь военного вмешательства со стороны Конохи.
На соседнюю Страну Травы я давно смотрю с неприязнью – кучка непостоянных людишек... нужно что-то предпринять, чтобы они тоже ощутили свет Воли Акацуки.
Привычные тон и слова мгновенно вернули Яхико и его товарищей к реальности.
Бьякуя всё тот же Бьякуя – он всегда чувствует себя в опасности и живёт по принципу "напади первым, чтобы не напали на тебя". Всё остальное – лишь отговорки.
Однако, пройдя через многое, они тоже поняли. В каждой деревне, в каждой организации должен быть такой ниндзя.
Пять великих деревень шиноби кажутся такими великолепными, но в тени там не меньше мрака. Они не только могут действовать против своих, но и с малыми странами вокруг они обходятся без всякой жалости. Даже Яхико, который верит в Волю Акацуки, начал думать, что не все могут понять друг друга.
Те, кто могут понять друг друга, конечно, свои, но такие люди, как Данзо, как бы ты ни пытался поставить себя на их место, они лишь воспользуются добротой, чтобы спланировать злодеяние.
– Бьякуя, подожди… – Яхико прервал Бьякую и продолжил:
– Я знаю, ты затаил обиду на Страну Травы, но сейчас не время. Мы ещё не полностью освоились в Стране Дождя. Когда у нас будет достаточно сил, тогда и поговорим об этом.
На самом деле, Яхико не хотел нападать на Страну Травы, но мог лишь таким образом тянуть время. Иначе, он даже сомневался, не предпримет ли Бьякуя снова самовольные действия и не устроит ли прямой удар по Скрытой Траве. А потом Страна Дождя необъяснимо примет под свой контроль Страну Травы.
Но у них совсем не было повода для войны, и они не могли бы выдержать последующего общественного давления.
Ведь война между Акацуки и Ханзо была гражданской, а Страна Травы – это отдельное государство. Ниндзя Страны Травы с трудом могли понять ниндзя Страны Дождя – такова реальность.
В оставшейся части собрания высшее руководство Деревни Скрытого Дождя продолжило обсуждать текущие дела.
http://tl.rulate.ru/book/134063/6162727
Готово:
