Как это – разделить себя на десятки тысяч частей? Раньше Психу думал, что об этом могли бы рассказать особо опасные шизофреники из Аркхэма.
Но теперь.
Он сам стал главным специалистом по этому вопросу.
Ведь он взаправду разорвал «себя» на тысячи кусочков.
Каждый клочок его тела тащил за собой обрывок души, и десятки тысяч существ, которые были им самим, жили одновременно.
Зачем мне вообще существовать?
Психу упивался этой болью разрыва.
В этом состоянии раздробленности он вдруг почувствовал себя нормальным, будто именно так и должно было быть.
Счастлив!
До безумия счастлив!
В своем одиноком мире разума Психу чувствовал себя так, словно его сознание размножилось на глаза насекомого: десятки тысяч обрывков информации разом хлынули ему в голову.
Над ним навис дьявольский силуэт, смеясь в унисон, широко раскрыв пасть.
Некоторые солдаты рассеянно вытерли лица, даже не заметив, что запачкались кровью.
Кровь пропитала тыльную сторону ладони.
Когда какой-то лейтенант с грубым лицом беззвучно кричал, тонкий кусочек роговой чешуйки прикоснулся к его шее.
Когда красивая женщина с длинными розовыми волосами откинула прядь, к ней прилипли крошечные фрагменты.
Безэмоциональный офицер не заметил, что к его одежде прицепился кусок неизвестной дряни...
Лейтенант-генерал Доберман? Он спятил? Верго застыл в изумлении. Его раздражало, что отделение G5 действует по своему усмотрению, но по движениям их губ он уловил общий смысл.
– Предатель.
Он всегда обращал особое внимание на это слово, поэтому оно и возникло у него первым.
Его выражение лица стало еще холоднее, почти незаметно.
Верго был высоким, крепким и мускулистым. Он всегда носил белое клетчатое пальто и солнцезащитные очки.
Из манжеты пальто медленно показался кусок бамбука.
Это было его оружие – бамбук.
– Я не враг, мистер Доберман.
Хоть Верго и был жутко недоволен поведением Даубермана, а еще прекрасно понимал, что его голос совсем не слышат, он все равно нацепил на себя вежливую мину.
– Постойте! – произнес он одними губами. – Вы что, совсем с ума сошли?! Здесь же...
Как-никак, он был отличным тайным агентом. Главное – не нападать первым на своих же моряков. Да и зрителей тут хватало.
Казалось, тот уловил его губами и на его свирепом лице промелькнула секундная борьба. Дауберман не так легко поддавался эмоциям, он просто на мгновение утонул в этой бойне. Теперь он начал бояться голос, звучавший в его голове.
– Клоун!
Дауберман будто понял его. Он вспомнил, зачем вообще здесь оказался. Красный взгляд медленно погас. Кровь с висящего лезвия стекала на палубу, капая с тихим звуком.
С далекого-далекого горизонта на темные тучи опустилась белая линия. Кажется, внизу висела какая-то фигура, эхом отдаваясь среди облаков.
– Молодой Господин? – прошептал Верго в тишине.
К тишине он привык, так что особо не волновался. Но эти слова прозвучали для Даубермана как гром среди ясного неба.
Звук вернулся?!
Оба испугались. А в голове Даубермана продолжал бесцеремонно насмехаться тот самый голос.
– Ха-ха-ха! – Клоун хохотал преувеличенно и пронзительно. – Ты видел, Молодой Господин? Твой коллега, Вице-Адмирал, зовет пирата Молодым Господином! Ты видел, ха-ха-ха! Где твоя справедливость, где твоя абсолютность?! В твоей так называемой абсолютной справедливости, где, ты думал, Военно-Морской Флот должен только подчиняться, уже дыра на дыре! Это и есть твоя справедливость, ха-ха-ха!
Дауберман видел, будто клоун стоит прямо перед ним, смеясь до слез.
– А твоя справедливость точно абсолютна? – Насмешливый голос эхом отдавался в его голове.
– Они осквернили справедливость, – прошептал Дауберман.
Кровавые глаза Даубермана снова обрели покой. Смысл превратился в безумие.
Это было словно увидеть пеньковую верёвку, которая должна была вытащить меня наверх, вдруг обмотавшуюся вокруг шеи и всё сильнее затягивавшуюся. Она душила его разум.
— Справедливость. Абсолютная справедливость.
— Все, кто богохульствует, будут убиты!
В его духовном мире белый шар света занял жизненное пространство всех других шаров света.
Хотя Доберман не испытывал сочувствия к своим подчинённым и никогда не заботился о жизни этих незначительных людей, и хотя ему было всё равно на жизни так называемых людей, абсолютная справедливость была его единственной верой.
Именно из-за этой абсолютной справедливости он мог игнорировать всё остальное и просто выполнять её от имени стоящей за ним справедливости.
Предпосылка заключалась в том, что то, что он представлял, было по-настоящему справедливым.
— Вот именно! — насмешливый голос в голове вдруг перестал казаться таким резким.
Вместо этого он закричал с насмешливым восхищением:
— Убей, убей! Абсолютная справедливость не должна допускать ни пылинки. Именно к этому ты должен стремиться в жизни! Ты наконец понял, ха-ха-ха.
Чёрные облака пронеслись мимо, и фигура под белой линией показала свой истинный облик.
Кукла в клоунской маске!
Как кукла может летать в небе? Лицо Верго было полно гнева, но его знакомство с "Плодом Тишины" заставило его ослабить бдительность.
Другая сторона также так уместно раскрыла этот район. В этот раз было неясно, что происходит. Верго тихо вздохнул, и в его сердце возникла мысль об убийстве.
"Если мы всех убьём, никто не узнает, верно?" — эта мысль пришла ему непроизвольно.
Точно так же, как только что, он не должен был так небрежно произносить слово "Молодой Господин". Казалось, что-то в моём сердце постоянно усиливает мои эмоции и мысли.
В зрачках под солнцезащитными очками тоже мелькнул красный оттенок. Бамбуковое тело медленно почернело. Воля вооружения распространилась вверх.
— Скажи Хинате, что ты делаешь, лейтенант!
Артиллерист, ещё недавно кричавший от ярости, вдруг почувствовал, как его руки и ноги сковывают толстые чёрные прутья. Они мгновенно обвились вокруг него, словно железная сеть.
Это Хина с помощью своей необычной способности обездвижила своего бойца. Вместо того чтобы думать о лорде Добермане, который непонятно почему перебил своих подчинённых, и о двух сражающихся вдали кораблях, Хина решила сначала разобраться с проблемой на своём флагмане.
– Мисс Хина… – всхлипывая, проговорил артиллерист сквозь слёзы.
Ещё минуту назад он был в ярости, а теперь казался совершенно потерянным.
– Вы меня обманули! Обманули! – кричал он. – Ваша справедливость – ложь! Я всё это время служил жирным свиньям!
Его лицо покраснело от гнева и унижения.
– Вы просто используете таких, как мы! Как одноразовый материал! Сколько бы мы ни тренировались, нам вас даже не догнать!
– Лейтенант, вы несёте чушь, – холодно сказала Хина. – Мы спасали людей…
Но артиллерист не дал ей договорить. Он дёрнул скованными руками, выхватил пистолет и приставил его к горлу.
Раздался выстрел.
Кровь и куски плоти брызнули ей прямо в лицо.
Безрассудный человек своим помешательством преподал рациональной Хине жестокий урок.
http://tl.rulate.ru/book/133921/6211431
Готово:
