– Это издевательство, что ли?
– Нет, ты точно хочешь меня довести до бешенства!
Крича полузадушенно, старик сглотнул, скрипнув зубами:
– Учиха Фуунан!!!
– Забудь, забудь, сто двадцать миллионов рё. Сегодня наберётся?
Фуунан нетерпеливо махнул рукой.
– Это…
Ко Хэйнджи, старейшина деревни, на которой Фуунан нацелился, колебалась.
Финансы Конохи были в её ведении.
Если изъять такую крупную сумму, многие планы придётся отложить.
Было несколько проектов, касающихся их семей.
– Дай ему! – холодно сказал Данзо. – В конце концов, мы сможем вернуть их рано или поздно.
Ты так сказал, и это закон?
Ко Хэйнджи хотелось выругаться.
Разве Учиха – твоя собственность? Ты так сказал, и онивернутся.
Я ещё не рассчиталась с тобой за прошлые убытки!
Она перевела взгляд на Сарутоби Хирузена.
Третий Хокаге тоже колебался.
Коноха – это не государство, а всего лишь деревня шиноби, с небольшим населением. Сколько денег она сможет выделить?
– Хирузен, поверь мне!
Услышав это, тело Сарутоби Хирузена застыло.
У Ко Хэйнджи и Митокадо Хомуры на лбах выступили «черные линии».
В этот момент они меньше всего хотели слышать слова Данзо: «Поверь мне!»
Чем больше он это говорил, тем меньше они ему доверяли, тем неувереннее себя чувствовали.
– Эх!
Наконец, Сарутоби Хирузен вздохнул и произнёс:
– Ко, сегодня отправь сто двадцать миллионов рё клану Учиха.
– Всего сто двадцать миллионов… – Фуунан всё ещё был недоволен.
Но четвёрка старейшин Конохи уставилась на него, их силу глаз, даже Мангекё, заставила его моргнуть.
– Ладно, ладно! – Фуунан был недоволен. – Хирузен, у тебя уже немалый возраст, так что считай, ты попросил милостыню.
У Сарутоби Хирузена дёрнулись вены на лбу.
– Спасибо тебе, Фуунан!
Голос Третьего Хокаге был низким, словно он готов был кого-то съесть.
Даже Данзо невольно содрогнулся.
Хирузен действительно разозлился. Если бы они втроём его не остановили, сегодня, вероятно, дело бы дошло до драки.
– Пожалуйста! – Фуунан расплылся в сияющей улыбке. – Как лучший молодой человек Конохи, я считаю своим долгом помогать немощным и больным.
Сказав это, Фуунан ушёл.
Четвёрка старейшин снова почувствовала тупую боль в груди, особенно Сарутоби Хирузен, который закашлялся от дыма, застрявшего в горле.
Немощные и больные?
Кто?
Словом, которое Фуунан бросил на ветер, четвёрка старейшин, измученная долгим ожиданием, инстинктивно начала подбирать под себя.
«Немощные» – о возрасте говорить не приходилось, никто из них уже не был молод.
«Слабые»…
Ко Хэйнджи и Митокадо Хомура считали себя таковыми.
«Калеки»…
Данзо подумал: «Да пошло оно всё к чёрту!»
«Больные»…
Втроём они инстинктивно взглянули на кашляющего Сарутоби Хирузена.
Неизвестно, думал ли Сарутоби Хирузен о том же, что и они, но получив три взгляда, он мгновенно понял.
В тот же миг его лицо покраснело от гнева, и он взревел:
– А вы, чтоб вас всех, катитесь отсюда!
Я – Герой Деревни!
Вы знаете, что такое Герой Деревни?
Чёрт!
Трое были вышвырнуты.
– Хмф! – холодно фыркнул Данзо, обернувшись и уходя.
Митокадо Хомура посмотрел на Ко Хэйнджи:
– Ко, что вообще происходит с Фуунаном?
Ко Хэйнджи была озадачена:
– Что ты имеешь в виду?
– Мне как-то кажется… – Митокадо Хомура запнулся. – Словно, после общения с этим парнем, мы тоже начали становиться несерьёзными?
Ко Хэйнджи потеряла дар речи:
– Ты хочешь сказать, он использовал на нас «Котэмацу»?
Митокадо Хомура даже кивнул:
– Или, может, стоит найти шиноби-сенсорика, чтобы проверить нас? Мне кажется, что-то здесь не так.
Он потянул Ко Хэйнджи, чтобы найти шиноби-сенсорика.
После суматохи ничего не было обнаружено.
Напротив, несколько шиноби-сенсориков смотрели на них со странными выражениями.
«Что за идиоты!»
В разгар дня внезапно пришли, прося проверить, не попали ли они под гендзюцу?
Так, что шиноби-сенсорики напряглись, думая, что двое старейшин попали под воздействие.
Это было бы серьёзным делом!
После нескольких простых вопросов они поняли, что что-то не так.
Тем более, поток чакры у них обоих был совершенно нормальным.
Он был просто слабым!
Если они правильно помнили, оба они были учениками Второго Хокаге.
Хотя они и постарели, но ослабеть до такой степени было удивительно.
Неудивительно, что оба старейшины никогда не выходили на поле боя!
– Ты довольна теперь?
Ко Хэйнджи злобно сверлила взглядом Митокадо Хомуру и отвернулась.
Выражение лиц шиноби-сенсориков было возмутительным.
Проклятый клан Учиха, это всё вы, они несколько раз подрывали нашу репутацию, и я вас не прощу!
Шиноби в здании Хокаге были очень примечательны, многие вещи было невозможно скрыть от них.
Они, естественно, знали о несогласии между кланом Учиха и фракцией Хокаге.
Митокадо Хомура выглядел беспомощным.
Я действительно почувствовал, что что-то не так.
Неужели это повлияло не на нас, а на Хирузена и Данзо?
Подумав об этом, Митокадо Хомура вздрогнул и поспешно отправился на поиски Сарутоби Хирузена.
…
В тот же день во второй половине дня, шиноби из АНБУ незаметно прибыл в клан Учиха, достал свиток и передал Фуунану сто двадцать миллионов рё.
Фугаку, стоявший рядом, чуть не вытаращил глаза.
У него в голове была только одна мысль: «Я разбогател!»
Фуунан уже предоставил клану Учиха много денег.
Затем он бросил десятки голов, получив более двухсот миллионов рё.
Ино-Шика-Чо принесли сто двадцать миллионов рё.
Сам клан Учиха тоже был богатой семьёй.
Теперь Хокаге прислал ещё сто двадцать миллионов рё.
Фуунан с восторгом потирал руки, его взгляд на Шисуи стал более мягким.
– Спасибо, Шисуи и Данзо!
– Пф!
Несколько джонинов рядом с ним тут же рассмеялись.
Это всё ещё тот свирепый Фугаку?
Он стал гораздо остроумнее.
У Шисуи потемнело лицо.
Глава клана, как мне тебя поблагодарить?
Ты унижаешь меня на глазах у всех, разве ты не человек?
Фугаку не мог не сказать:
– Я серьёзно. Шисуи, если тебя попытаются убить всего один раз, ты получишь сто двадцать миллионов рё. Тогда, если тебя попытаются убить несколько раз, финансовые проблемы клана Учиха на ближайшие десять лет будут решены.
Шисуи не мог больше сдерживаться:
– Глава клана, почему бы вам не попробовать, чтобы вас попытались убить?
Разве мне так уж легко?
Мне даже вырвали один глаз!
А ты здесь ещё язвить.
– Хорошо! – Фугаку теперь полностью превратился во «денежного раба». Глядя на горы денег, он произнёс: – Я тоже Мангекё, и я глава клана Учиха. Почему бы мне не действовать в одиночку несколько раз? Отправить Фуунана, чтобы он на них «охотился», нет, чтобы он их «вымогательством» занимался. Мне не надо много, достаточно пяти миллионов рё за раз.
Учиха-джонины смеялись ещё громче.
Фугаку, похоже, пересмотрел свои взгляды.
http://tl.rulate.ru/book/133871/7294182
Готово:
