С того момента, как вошёл Ло Гуан, тот зомби времён Второй мировой никак не отреагировал. Ло Гуан заметил, что зомби был одет в мундир нацистского фельдмаршала.
– Хамус, ты предал?
Бельтер направил золотой пистолет "Люгер" в сторону Ло Гуана, стоявшего за Хамусом. На его лице была написана глубокая скорбь, а в голосе смешались гнев и печаль. Он произносил каждое слово с усилием.
– Генерал Бельтер, о чём вы говорите? Как я мог предать?
Советник Хамус не был удивлён тем, что Ло Гуан убил светловолосого советника и двух зомби времён Второй мировой, заражённых Вечным вирусом. Напротив, он был крайне удивлён реакцией Бельтера и его людей. Он не понимал, почему генерал Бельтер так насторожен и говорит ему такие обидные слова, ведь он сам считал себя самым преданным из трёх советников.
Бельтер не уловил в лице Хамуса ни малейшего признака притворства. Он даже услышал в его словах искреннюю печаль. Это заставило генерала Бельтера насторожиться – он знал, что Хамус не обладает такими актёрскими способностями.
Если поведение и слова Хамуса вызывали у него непередаваемое ощущение странности, то человек, вошедший за Хамусом, вызвал у Бельтера чувство опасности. Эти ощущения не были плодом воображения Бельтера. Это была одна из способностей, дарованных ему Вечным вирусом, – восприятие намерения убить или что-то вроде того. В любом случае, для Бельтера эта неопределённая способность иногда спасала ему жизнь или позволяла заранее избежать опасности.
Единой теории о принципе действия этой способности не существовало. Исследователи Вечного вируса в подземном бункере выяснили, что не все заражённые существа получают эту способность. В своём отчёте Бельтеру исследователи выдвинули предположение: Вечный вирус наблюдает за окружающей средой через своего носителя и способен тонко чувствовать малейшие изменения в ней. Это вызывает частичную кристаллизацию Вечного вируса, а возникающая при этом небольшая токсичность вызывает у носителя физический дискомфорт, что в конечном итоге приводит к чувству беспокойства.
Пока Бельтер размышлял над значением этого беспокойства, советник Мерфил не выдержал и заговорил. По состоянию тел упавших людей Мерфил понял, где сейчас находятся пули, появившиеся вместе с выстрелами. Он протянул вперёд пистолет и гневно сказал:
– Тогда почему ты стрелял в наших друзей и предшественников? Ты их убил, да? Неужели у тебя нет ни капли сострадания?
– Мерфил, их жертва, конечно, печальна, но это же не моя вина, верно? Это они первыми проявили неуважение к человеку, которого я с таким трудом убедил перейти на нашу сторону. Это и вызвало негативную реакцию. Если ты попадаешь в незнакомую обстановку, и кто-то вдруг хочет тебя схватить, как пылкий и решительный солдат, ты что, сразу поднимешь руки в знак капитуляции?
– Но это не повод сразу же их убивать! И такого рода «переход» не начинается с массового убийства при разногласиях! – Мерфил не верил, что Ло Гуан пришёл сдаться. Слова Хамуса были полны нелогичности, это было совсем не похоже на то, что он мог бы сказать.
– Он силён, поэтому у него, конечно, не самый простой характер. Не будь таким мелочным, прояви терпение, мы скоро станем товарищами. В конце концов, такой талантливый человек очень пригодится в нашем плане. С его боевой мощью он один сильнее всех тех, кто погиб у входа. Так что эта сделка – выгодная и беспроигрышная.
– Ты! – Советника Мерфила чуть ли не разорвало от злости на слова советника Хамуса. Он перевёл дуло пистолета с Ло Гуана на советника Хамуса.
– Кто он? – Бельтер, не сводя глаз с Ло Гуана, повторил свой вопрос. Независимо от причины, Бельтер был уверен, что человек в маске, вошедший последним, был источником его беспокойства. Поэтому ему требовалось больше информации о человеке в маске.
Советник Хамус, однако, не выказывал страха. Он верил, что генерал Бельтер его поддержит, и представил Ло Гуана, стоявшего за ним:
– Этот уважаемый правитель услышал о событиях в Берлине и пришёл по собственной инициативе. Чтобы доказать свои способности, он в одиночку прорвался через все заграждения и успешно достиг временного командного центра наверху.
Ло Гуан не называл Хамусу своего имени, поэтому Хамус не мог его назвать. Но Хамус естественным образом выразил своё отношение к Ло Гуану. Это объяснялось тем, что в иерархии существ, заражённых Т-вирусом Вероника, Ло Гуан был для Хамуса его королём.
Бельтер и остальные знали о нападении на канцелярию, но они совершенно не ожидали, что причина будет такой, и что в этих словах будет столько неясностей.
– Услышал о каких событиях в Берлине? Неужели это уже просочилось наружу? – поспешно спросил советник Мерфил. Как говорится, сор из избы выносить нельзя. Они уже заглушили сигналы всех посольств и даже задержали сотрудников под предлогом расследования шпионажа. Послы разных стран поначалу возмущались, но когда солдаты нашли различное шпионское оборудование и материалы в посольстве США, они притихли. Стоит отметить, что определённая крупная держава перед задержанием быстро запустила процесс и уничтожила все важные документы.
– Нет, я из банды, – вставил Ло Гуан. Из-за маски его голос звучал приглушённо.
На лицах всех присутствующих появилось удивление:
– Банда?
Советник Хамус уже расспрашивал Ло Гуана кое о чём по дороге, поэтому Хамус перехватил разговор и сказал:
– Да, он из местной берлинской банды.
– Как может обычный человек знать, что здесь происходит?! Как он может знать о наших планах! – воскликнул Мерфил. Они не объявляли открыто о противостоянии правительству, поэтому обычная банда не могла знать об этом и тем более дерзко нападать на канцелярию.
Это было очевидно. Слова Ло Гуана были совершенно нелогичны, но советник Хамус этого не заметил и в то же время в уме домыслил объяснение одной неясности.
– Эх, потому что у них в банде есть свои каналы, и наши люди болтали, не соблюдая секретность. Так и проболтались.
– Невозможно, наши люди — солдаты, а не болтушки, – Мерфил не был убеждён. Да и не мог быть убеждён.
Мёрфил уже давно понял: Хаммус стал их врагом. И только из-за отсутствия приказа генерала Белта и неуверенности в возможности одолеть человека в маске за спиной Хаммуса, Мёрфил ещё не открыл огонь.
– У любого мудреца бывают промахи. Мы можем верить, но знаем ли мы, как обстоят дела на самом деле, сидя здесь наверху? – сказал Хаммус.
Мёрфил хотел возразить, что человек в маске не имеет доступа к солдатам под его командованием, чтобы продолжить прерёку и потянуть время. Но не успел он открыть рот, как заговорил генерал Белт.
– Достаточно, Мёрфил. Я не знаю, что именно произошло, но одно могу сказать точно: с Хаммусом что-то случилось. Будто его загипнотизировали, он нас совершенно не слушает. Ты вообще слышал, как Хаммус назвал этого таинственного человека в маске?
– "Король".
Мёрфил всё понял. Даже Белта Хаммус называл только "генералом". И в их планах не было никакого желания стать королями. Белт хотел стать премьер-министром или кем-то вроде того, но никак не королём.
Белт вмешался потому, что почувствовал, что время пришло. Остальные люди в подземном убежище, услышав выстрелы, уже должны были собраться и ждать за дверью, готовые к действиям. Главная проблема была в том, как самому остаться в живых во время грядущей перестрелки.
Стороны в командной рубке подземного убежища застыли в напряжении, не обмениваясь лишними словами.
Белт опустил взгляд на монитор. Там было видно, как люди снаружи уже подготовились слева и справа от двери. Но они не знали, как ворваться и как взломать дверь. Они указывали на дверь, что-то обсуждали, вероятно, разрабатывая план проникновения.
– А что если использовать взрывчатку?
– Эта дверь убежища выдержит сильный взрыв. Даже если генерал Бессмертный, ударная волна может его убить.
– Тогда будем резать дверь?
– Это слишком долго, люди внутри могут не дотерпеть.
– Но внутри сейчас тихо, возможно, генерал тянет время для нас.
Зомби Второй мировой войны обсуждали план. По правде говоря, ещё при жизни они не очень хорошо разбирались в спасении заложников и прочих защитных миссиях. Но вот что касается уничтожения заложников – в этом они были настоящими мастерами.
Поэтому, кроме этих двух, других хороших идей у них не было. Приходилось импровизировать, проявляя свою смекалку.
Белт тоже чувствовал себя неважно. Видя, как его люди совещаются, он вспомнил, что открыть дверь – непростая задача. И ему нужен был сигнал, чтобы скоординировать действия с теми, кто снаружи.
Белт посмотрел на Хаммуса и Ло Гуана с искажённым лицом. Ход Хаммуса, который привёл людей прямо в командный пункт, стал для него смертельным. Он выругался про себя.
Мёрфил тоже осознавал сложность ситуации и постоянно думал о путях решения.
Ло Гуан, увидев затруднительное положение противника, оттянул Хаммуса в сторону, чтобы не стоять спиной к двери. Иначе, когда враги ворвутся, он может пострадать.
– Генерал, пожалуйста, серьёзно обдумайте это, – Хаммус был полностью сосредоточен на убеждении Белта, и не задался вопросом, почему Ло Гуан его оттащил.
Белт считал, что затягивание времени – это тоже способ. Он был Вечным существом, гораздо выносливее обычного человека, и мог долго обходиться без еды и воды, даже без длительного сна.
Зомби Второй мировой войны спали только для того, чтобы продлить жизнь и лучше интегрироваться с Вирусом Вечности.
Тем временем Мёрфил, придумав план, опустил пистолет и сказал: – Хаммус, я подумал, и ты прав. Такого сильного таланта действительно нельзя упускать.
Белт, услышав Мёрфила, сначала удивился, а потом понял его мотив. Мёрфил хотел заставить человека в маске расслабиться, обманом завлечь его, а потом ударить в спину.
Однако… Белт не верил в успех этого плана. Человек в маске никак не выглядел так, будто собирается перейти на их сторону.
Генерал Белт глубоко вздохнул, медленно выдохнул и уже собирался поддержать Мёрфила, когда вдруг зазвонил старый телефон в командной рубке.
Никто не брал трубку. Ло Гуан указал на телефон и сказал: – У вас телефон звонит, не будете отвечать?
– Да, может, что-то срочное, – недоуменно сказал Хаммус, поторопив их.
Хотя Ло Гуан был в маске, Белт чувствовал, что тот улыбается, будто уже знает содержание звонка.
Мёрфил взглянул на Белта, и тот кивнул.
Получив разрешение Белта, Мёрфил взял трубку телефона.
– Здесь подземный командный пункт, – сказал Мёрфил.
– Советник! Беда! Войска из других мест пошли в атаку!
– Что? Это невозможно! Они хотят снова уничтожить Берлин?!
Услышав эту новость, Мёрфил не мог поверить. По их плану такого не должно было произойти. Это же Берлин!
Белт понял, что дело плохо. Он явно недооценил премьер-министра Прусского государства, которого прозвали "добряком". Белт не ожидал, что тот будет настолько решителен, чтобы начать наступление на Берлин, совершенно не страшась политических последствий войны в таком важном городе.
Конечно, премьер-министр Прусского государства не боялся. В конце концов, его должность зависела от всего лишь одного слова Организации Икс.
Раз Организация Икс назначила его на эту должность, он явно не был неспособным человеком. Его обычное добродушное и общительное поведение было лишь притворством, чтобы усыпить бдительность других.
В какой-то степени, то, что премьер-министр Прусского государства вёл себя так, было связано с нынешней ситуацией в стране.
В Пруссии, всё ещё не полностью оправившейся от последствий Второй мировой войны, ни мирные жители, ни другие страны не хотели, чтобы страной управлял жёсткий человек.
На самом деле, премьер-министр Прусского государства не долго раздумывал над этим вопросом. Быстро всё просчитав, он убедил большинство министров, включая министра финансов.
А что насчёт того, что Берлин снова оказался под ударом? По сравнению с объявлением об отделении Белларта, это было лишь мелочью.
Белларт думал, что прожил достаточно, чтобы безошибочно разбираться в людях, но просчитался с самого начала, когда взялся анализировать характер премьер-министра Пруссии. Именно эта ошибка и пустила под откос весь его план.
Ло Гуан, услышав слова Морфея, наконец понял, что задумал премьер-министр. Такой прямолинейный удар тоже стал для него неожиданностью.
Но поскольку разрушения коснулись Берлина, Ло Гуаня это не слишком заботило. Он быстро пришёл в себя. Теперь главным вопросом для него было, не обманет ли его премьер-министр, добившись своего.
– Морфей, прикажи нашим войскам держаться, вести бои в городе. Противник будет стараться избежать жертв среди мирных, это наш шанс. Мы должны добиться паритета на поле боя, чтобы склонить их к переговорам. Как только они заплатят достаточную цену, они пойдут на уступки.
Пока Ло Гуан размышлял, Белларт отдавал приказы подчинённым.
Губы Белларта не переставая произносили команды, но одна его рука при этом вела себя беспокойно. Она потихоньку ползла к кнопке связи с подземным бункером, лежащей на столе. Он хотел втайвок включить громкую связь.
Как только он нажмет эту кнопку, он сможет передать информацию из командного пункта людям снаружи, чтобы те действовали по ситуации.
– Генерал, вы хотите объявить всем о присоединении нашего короля?
Белларт только начал шевелиться, как адъютант Хаммус, заметив его движение, дружелюбно улыбнулся, зажмурив глаза.
После слов Хаммуса, Ло Гуан не стал ждать. Он поднял пистолет-пулемёт П-90 и открыл огонь по Белларту.
Ло Гуан стрелял от бедра, не целясь, чтобы как можно скорее атаковать Белларта. Одновременно он приказал Хаммусу считать предателем адъютанта Морфея, который в этот момент с кем-то разговаривал по телефону.
– Морфей, ты предал генерала! – Хаммус выхватил свой серебряный пистолет Люгер П-08, подаренный Беллартом, и, полный ярости к предателю, опустошил всю обойму в Морфея, который, ничего не подозревая, передавал по телефону приказы Белларта.
– Отец!
Стрельба Ло Гуаня не достигла цели. Зомби в форме фельдмаршала Второй мировой войны, до этого стоявший неподвижно, вмиг ожил, как только раздались выстрелы. Он бросился на Белларта, закрыв его своим телом и приняв на себя смертоносные пули Ло Гуаня.
– Так этот зомби времён Второй мировой – твой отец, – Ло Гуан перестал наблюдать за происходящим. Взяв в руки пистолет-пулемёт, он вместе с Хаммусом, перезарядившим оружие, двинулся в обход к Белларту и его отцу Вальтеру, которые прятались за командным столом.
Согласно историческим записям, Вальтер умер от сердечного приступа перед Нюрнбергским процессом после Второй мировой войны. Узнав, что он здесь и превратился в Вечное Существо, Ло Гуан не мог не подумать, что это ещё одна скрытая историческая правда.
Услышав стрельбу внутри, люди снаружи, сообразив, что дело худо, перестали медлить. Они включили две электропилы одновременно, которые с раздражающим скрежетом взялись за дверь.
– Бах-бах.
Адъютант Хаммус сделал несколько контрольных выстрелов по Морфею, его лицо озарилось возбуждением. – Вот тебе за предательство, вот тебе за предательство… – бормотал он.
Поскольку Хаммус открыл огонь раньше Ло Гуана, он сразу же привлек внимание Вальтера, защищавшего своего сына.
Хотя у него больше не было рассудка, став Вечным Существом, Вальтер на инстинктивном уровне помнил одно – защищать своего сына.
Вальтер, отталкиваясь руками и ногами, запрыгнул на командный стол и бросился на Хаммуса.
Тем временем Ло Гуан, не обращая внимания на судьбу Хаммуса, прямиком направился к Белларту.
Белларт среагировал заранее благодаря своему чувству опасности, но пули были быстрее зомби времён Второй мировой войны, поэтому он всё-таки успел получить несколько ранений. К счастью, отец тут же повалил его на землю, иначе последующие пули, которые ещё летели, могли бы убить Белларта.
Но Белларт всё же стал Вечным Существом, поэтому нанесённые ему раны не были смертельными и не помешали его действиям.
http://tl.rulate.ru/book/133831/6492021
Готово:
