Готовый перевод Gods and humans: The road to nowhere.: Часть пятая. Нежелательная и долгожданная встреча

Часть пятая. "Нежелательная и долгожданная встреча".

После уже случившейся встречи с их давними преследователями, группа авантюристов, вместо дальнейшего углубления в лес и последующего весьма опасного и поспешного достижения Гиблых Топей, решила потратить лишний день-два и вернуться на безопасную дорогу.

Это было сделано по ряду причин.

Пострадавший более прочих Эрик нуждался в уходе и отдыхе. Хоть Джун и облегчил последствия его ментального ущерба и обработал все полученные им раны, но нужды в длительном отдыхе это никак не отменяло. Они конечно же могли уложить его беспомощное тело где-то в глубине дилижанса и со встряской продолжить прорываться свозь все буераки и дальше, в ещё более глубокую задницу этого растительного ада, но... вот только зачем так нужно было напрягаться сейчас, когда худшее событие уже произошло, оставалось не понятным.

Нет, теперь когда их преследователи получили по лицу, а привлеченный ими паладин едва унес свои ноги, у них появилось некоторое время на передышку.

Конечно же Джун сразу предостерег слегка обнажившуюся Сару, что это лишь краткий миг затишья, но даже он признал, что ближайшие дни, а то даже и недели у них будет полное раздолье.

Обсудив всё с девушкой ассасином и сложив это с тем, что он знал из своего личного опыта, Джун пришел к выводу, что ближайший месяц, пока они сами не покинут территорию леса, никто из церковников больше их не потревожит.

Конечно же пока внешние силы собираются вновь, а они сами не спешат никуда уходить из этого весьма опасного места, то церковники не захотят лишний раз рисковать своими силами заходя в лес.

Та недавняя стычка была экспромтом самонадеянных идиотов, что решили быстро разобраться с шайкой воришек. Их не смутило даже смещение с дороги и дальнейший бой в лесной гуще. Что при других ситуациях привлекло бы множество затаившихся чудовищ.

То что подобного так и не произошло, можно было объяснить лишь всё ещё свежем воспоминанием монстров о Шествии Смерти и тем, что общее количество существ в лесу уменьшилось из-за того же фактора.

Пожалуй даже сами церковники не отдавали отчета тому, как сильно им повезло. Хотя все они были в итоге убиты, но то, что они не привлекли к себе внимания никаких тварей действительно было своего рода большой удачей. Наверное, залучив к свои рядам паладина, они настолько уверились в том, что им больше ничего не грозит, что даже не подумали о возможности смерти от рук тех кого они так сильно недооценили.

Но если сил этих идиотов соберётся достаточно много, а группа авантюристов всё так же будет прятаться в этом лесу, то церковники начнут проверять все деревни вдоль безопасной дороги, возможно даже удаляясь на приличное расстояние от дороги, углубляясь в лес. Это не то что бы было чем-то критичным конкретно для их группы, но то что б точно доставило проблем обычным людям, что могло слегка подпортить их взаимоотношения.

Хоть Джун и знал несколько обходных путей этой проблемы, но для Сары и Эрика это стало бы неожиданной головной болью. К тому же их группе будут нужны некоторые предметы ежедневного обихода, которые можно было получить только от местных жителей. Одежда, продукты питания, средства гигиены, запасные металлические детали для транспорта, рабочие инструменты и так далее. Всё это было невосполнимой роскошью в том месте куда они собирались.

Так что, да, поход за закупками местного рынка было куда предпочтительнее спешного углубления в необитаемый лес.

Хотя они уже порядком потратились на провизию в том удаленном трактире, но по существу всё что они смогли там приобрести было большей части едой и несколькими полезными предметами, вроде пучка веревки, пары метров дешевого полотна, мешковины, щетки и другая мелочь. В сущности, ничего действительно полезного из того что, могло бы им понадобиться в этой местности у них не было.

И это было печальным фактом, потому как лишь на местных рынках можно было получить то что было необходимым в здешних негостеприимных для людей краях.

Кожаные высокие сапоги с подошвой которую не пробьет никакая из срытых под листвой колючих веток.

Мазь, что отталкивала липнувшую к обуви клейкую растительность.

Средства от кровососущих насекомых, не только выпивающими кровь литрами, но и переносящие различные болезни с укосом.

Благовония для отпугивания мелких хищников, не попадающих под определение "монстра", но представляющие угрозу для спящих или усталых путников в дороге.

Лиственная накидка, полностью сливающая с местностью и позволяющая скрыть выделяющийся среди деревьев транспорт.

Одежда местного покроя, что скрывала человеческий запах от нюха местной живности и достаточно плотно закрывала тело, защищая его не только от холода, но и уязвимости перед местной флорой и фауной.

Лекарства от некоторых ядовитых растений, которым было достаточно лишь касания к открытой коже, что бы отравить человека.

А так же маски для защиты от дурманящего аромата некоторых соцветий.

А так куда более просты и менее специфические вещи. Молотки, гвозди, доски, подковы, ремни, выделанная кожа, сверла, резаки, ножи, вилки, ложки, дополнительная посуда, стеклянная тара, куча другого хлама что без магии расширения пространства попросту бы не влезла в их транспорт.

На вопрос откуда у них были деньги на всё это? - То, что же, они всё же разграбили целое хранилище церкви полное сокровищ и хоть внутри не было никаких денег, но вот внутри сейфа старшего хранителя... что додумался разместить личные средства внутри охраняемого им же стратегического объекта, денег было очень даже не мало. На самом деле их было так много, что когда сейф наконец вскрыли, то никто из компании целую минуту не мог осмыслить, как удалось столько накопить одному скромному служителю на дальней границе.

Но как бы то не было, а в нынешнее время эти деньги тратили с толком.

Компании больше не было нужды казаться экономными. В любом случае те кто их искал уже и так знали где они.

Группе даже удалось заметить несколько тайных доносчиков, вроде того невезучего паренька, что мгновенно умер от ножа Сары, вскоре эти догадки полностью подтвердились. Вскоре после встречи и краткого ничего незначащим разговора с ними, такие люди возвращались к себе домой и неосознанно ломали свои заветные веточки для оповещения церковников.

Но так компания больше не боялась выдать себя, то предпринимать что-то против подобных людей не стали. В этот раз они были среди множества других людей и если они захотят как-то помешать подобным доносчика, то лишь вызовут не нужную суету и злобу со стороны остальных местных.

Кстати с Эриком всё было неплохо.

Он пришел в себя уже на следующий день. С его мозгами так же всё было не плохо, ну настолько неплохо насколько это могло быть. Верзила страдал от постоянной глухой головной боли, словно после похмелья.

Пока они ещё не говорили о его проблеме, одной из множества его проблем, но судя по тому хмурому взгляду, что в последние дни имел нынешний Эрик, то прежде всегда откладываема им разговор вскоре будет поднят на обсуждение.

Так потратив почти три дня и обойдя пять деревень, компания из трех людей была готова двинуться к своей изначальной цели.

********************************************************************************************************************************************************************************************

Место действия: Гиблые топи.

Время действия: На следующий день после событий Ричарда.

Титус знал...

Просто знал, что однажды этот день неизбежно наступит.

Он знал, что выходки его подопечного, однажды приведут к этому неизбежному итогу в котором тот так или иначе спровоцирует хотя бы одного из скрывающихся здесь монстров.

Он знал, что идея грабить "Ходоков", несмотря на свою выгоду, однажды спровоцирует конфликт интересов крайне опасной стороны.

И тем более он понимал, что хотя бы один из "Ходоков" однажды окажеться тем, кто сможет дать достойный отпор вспыльчивому пареньку.

То что выходило за рамки его ожиданий это то... что он так же будет втянут во все передряги своего подопечного и что ему, буквально на коленях, придется принимать все последствия.

Всё началось с того момента, когда Ричард в очередной раз завалился в Бар Йомена в поисках проблем.

Буквально наследующий день, когда он зашел сюда с Титусом, и не нашел никого, кого должен был здесь увидеть, он решил прийти вновь но уже без сопровождения типа, что мог быть тем миротворцем, что отваживал всех потенциальных жертв в тихую.

Ричард не вовсе считал что Титус делал, что-то не так, но просто прямо сейчас ему хотелось найти кого-то для драки. Ну а если запланированой драки не будет, то хотя бы он получит неплохое утешение.

Как он и ожидал, в одном из закутков пустующего Бара приютилась очередная компания ходоков во внешний мир.

Ричард уже неплохо набил свою руку в том деле, когда его громкого прозвища и добродушной улыбки было достаточно, что бы заставить подобных трусов вывернуть свои карманы и поделиться чем-то полезным с ним.

Но в этот раз ситуация оказалась несколько другой.

Один из ходоков, смерив Ричарда презрительным взглядом и спросив его о том: "знает ли он, что сейчас делает?", решил дать отпор наглецу. Этот ходок был не постоянным гостем в здешних краях, но уже порядком наслышался о новом задире с громким прозвищем.

Тем не менее, с его опытом, он не был испуган подобными слухами.

Ну а Ричард был немного раззадорен подобным отношением к нему.

После пары месяцев безбоязного вытряхивания карманов местной гопоты, это было впервые, когда ему так прямо противостояли. Конечно же он хотел испытать этого смельчака.

Как итог, смельчак вытер Ричардом пол.

Буквально.

Этот парень оказался Арканистом огненного типа.

Если говорить по проще, то арканистами называли заклинателей, что получали свои магические способности от природных духов или элементалей. Их выделяли из числа шаманов и колдунов по той причине, что они заключали равноправные сделки с духовными сущностями, жертвуя чем-то ради обретения своих сверх сил, но не присягая на службу сущностям за эту силу. Просто разовая сделка между смертным и духом, вот и всё. Порой Арканисты так же "брали на воспитание" ещё не созревшего сознанием элементаля, получая от того магические способности, но обучая его взамен всем человеческим знаниям. Подобный тип заклинателей был весьма ограничен в своих способностях, так как не только не имел должной основы своих сил, но так же не владел ни знанием, ни возможностью коснуться плетения магии. Арканисты колдовали по наитию, просто воплощая свои сверх силы и на чистом опыте проверяя границу своих возможностей.

Так что когда смельчак раскрыл свой класс, победа Ричарда казалась предопределённой, ровно до той поры пока они не схлестнулись.

Как оказалось уверенный в себе Арканист, не горел в огне. Это не было бы чем-то странным, когда подобные заклинатели заполучают себе разные виды сверхспособностей, если бы не тот факт, что он впитывал в себя всё пламя Ричарда становясь физически сильнее.

После этого его кулак в печатался в лицо Ричарда, пробив его телом одну из внешних стен Бара Йомена вернув его внутрь здания. Когда вернувшийся из здания Ричард попытался культурно прояснить, что это была за хрень, его тут же вбили в землю парой ударов в печень.

Вот это уже было необычно.

Арканисты не то что бы были слабы в магическом бою, просто были слегка ограничены.

Так однажды заключив сделку с огненным духом, было уже крайне трудно заключить ещё одну сделку с духом другого атрибута. Порой даже элементали одного типа не желали обращать внимания на смертного, что уже однажды имел связь с их сородичем. Духи были весьма капризными и непредсказуемыми существами, потому всегда стоило помнить о том, что любая сделка могла стать для Арканиста последней.

Однако бывали и такие случае когда духи или элементали крайне охотно делились своими способностями с одним человеком.

Что же, этот парень как раз оказался одним из таких любимчиков огненных духов, что вобрал в себе десяток сверхсил завязанных на огонь.

Он не только был несгораемым, но так же вызывал, управлял и поглощал огонь становясь всё сильнее.

Это стало неприятной новостью.

Особенно когда Ричарда избивали просто голыми кулаками. Не то что бы этот парень был каким-то реальным чудовищем, все стены здешних зданий были весьма хрупкими, а у Йомена и вовсе картонными, но после поглощения пламени его телосложение заметно улучшилось, а физическая сила стала куда выше среднего. Но ничего сверхъестественного, как в случае с тем чудовищным орком.

Но настоящим шоком для Ричи стало то, что этот парень внезапно потушил всё его пламя, загнав и заключив его обратно в теле Ричарда, словно посадив на замок непослушного щенка.

Его разрушительную и совершенно не обузданную силу впервые полностью подавили. А потом его просто избили голыми кулаками как самую последнюю псину.

Конечно же мириться с подобным отношением Ричард не стал и сломав незримо сковывающий его запрет, вновь атаковал Арканиста волной всепожирающего пламени.

Пожалуй в этот момент Арканист был действительно удивлен. Но не настолько удивлен, что бы испугаться или отступить. В этот раз он ответил тем, что выпустил уже свое пламя.

Духовное пламя малинового цвета.

И две силы столкнулись между собой.

Мощь Ричарда была больше, сильнее и не обуздание.

Но малиновое пламя Арканиста казалось более спокойным и специфическим.

Оно напоминало то, каким прежде было пламя самого Ричарда в момент пика его сил.

Малиновое пламя было словно разумным, а нынешнее пламя Ричарда наоборот диким и безумным.

Мало того, одно пламя постепенно пожирало другое.

В ярких языках алого постепенно стали преобладать цвета розового, пока интенсивность двух цветов не стала одинаковой.

Постепенно но уверенно Ричард проигрывал в этом противостоянии.

И даже тот факт, что Ричард получил благословение Бога Разрушения, не мог уберечь его от сокрушительно столкновения с тем, кто прожил куда больше и видел куда дальше чем он сам.

В какой-то миг весь окружающий жар угас.

Арканист устало склонился вниз, явно превысив свой предел сил, а Ричард прерывисто хватал воздух ртом, впервые выбитый из сил.

Тем не менее никто из них не собирался заканчивать на этом.

Арканист собрав остатки своих сил из закружившихся в его ладони малиновых искр, коротким жестом метнул пронзительное копье света в Ричарда.

То не смог вовремя среагировать и своей грудью поймал этот удар.

Раскалённое копье света прошло сквозь его тело без видимых усилий, оставив за собой сквозную дыру в груди и распластанный труп на земле.

Бой закончился.

Наконец мешающий всем жить "Вулкан" встретил свой заслуженный и вполне закономерный итог.

Не смотря на всю свою мощь, он закончил ровно так же как и все прочие неудачники, что бросили вызов более опытным заклинателям и не знали когда им стоит уступить.

По крайней мере всем так казалось...

Когда даже сам Арканист уже было решил что всё закончилось, произошло то чего вечно предусмотрительный Титус всегда так боялся, а местные уже позабыли.

"Вулкан Извергся"

Весьма нелепое выражение, что по существу лучше всего объясняло почему Ричард стал объектом страха для местных.

Это можно было описать лишь как катаклизм. Неудержимый, безудержный и неотвратимый по самой своей природе.

И Ричард был тем самым катаклизмом.

Лежащий без движения труп внезапно ожил.

Приподнявшийся на руках Ричард выглядел слегка ошеломленным, но нисколько не страдающим от сквозной дыры в своей груди.

А потом ужасающая рана, должная быть смертельной для любого другого человека, воспламенилась живым огнем и стала затягиваться стекающей словно расплавленная лава плотью.

Да, нынешний Ричард был слишком далек от понятия "нормального". Одним шагом пройдя этап "Слияние тела и души", он уже по своему существу перестал быть человеком. Но всё произошедшее с ним внесло свою лепту в природу его нынешнего естества.

Ведь ещё раньше, его прошлое тело уже было полностью уничтожено до состояния пепла, а после полностью воссоздано заново из того же пепла. Как же он мог оставаться прежним собой после подобного? Под влиянием огромной массы жертвенной силы всех утраченных жизней горожан, нынешняя физическая оболочка Ричарда никак не могла быть лишь смертной плотью человека.

И таковой она не была, по крайне мере, когда тот пользовался своей силой. В обычных условиях, когда его сила была уравновешена или спящей, он действительно был как самый простой и обычный человек, но стоило его эмоциям выйти за некоторые незримые рамки, стоило ему дать волю своей силе, то тогда его тело становилось тем, чем оно было на самом деле.

Мифическое существо из огня и пламени.

Не дух, не демон но и не человек.

Абсолютно никому неведомая сущность из ещё не зародившихся мифов.

Перетекающая словно из лавы плоть, кровь бурлящая в жилах сильнее текущей в земных недрах магмы, рассеивающаяся даже на легком ветру кожа из пепла, играющие языки пламени вместо волос, дым вместо выдыхаемого воздуха и пылающие глаза, что сияют ярче даже света солнца.

Вот каким был Ричард в моменты высвобождения своих сил.

Абсолютно чужд всему что было в этом мире, Ричард был воплощением существ, что могли явиться лишь в кошмарах.

Даже Титусу было не легко воспринимать подобный облик подопечного.

Когда его пепельная кожа рассеивалась, а обнаженная плоть стекала, то его черные как обсидиан кости становились хорошо видимыми на фоне яркого света исходящего жара.

И Титус мог бы поклясться, что у людей, в каком бы состоянии те не были, подобных костей быть не может. Уж точно не черных и не с такими острыми зубами.

При всём этом, Ричарда никак не смущал факт того, что его кости обнажались, а кожа рассеивалась. В подобном состоянии он не ощущал никакой боли или дискомфорта, порой он даже не помнил о том, что происходило с ним в подобном состоянии.

Любые раны, травмы или увечья которые он мог бы получить, были не существенны.

Потому что рано или поздно всё это возвращалось на свои места.

И какие бы раны он не получал, всё это возвращалось к исходному состоянию когда текущая из лавы плоть и распылённая на ветру кожа возвращались на свое законное место.

Даже если его черные кости были как-то повреждены достаточной на то силой, под влиянием жара бурлящей крови и текучей плоти они тут же переплавлялись и возвращались к первоначальному состоянию.

Что же до жизнен важных органов, то казалось что в подобном состоянии тех вовсе нет, или в них не существовало нужды пока тело могло двигаться под давлением бурлящей крови и текущей как лава плоти.

Титусу порой даже казалось, что Ричард стал неким пусть не бессмертным, но уж точно неубиваемым существом. Но он не стал бы утверждать подобного, так как знал, что всегда существует способ убить неубиваемое.

И сейчас когда Ричарда положили на лопатки, это существо вновь показало свой настоящий облик.

Если раньше у арканиста и были какие-то надежды, то после как в жилах Ричарда забурлила кипящая магма вместо крови их больше не осталось.

Не зависимо от того какой природы было духовное пламя арканиста.

Не взирая на то сколько сверх сил тот получил от духов огня.

Не зависимо насколько много поведал и далеко зашел этот парень.

Всё это было просто бессмыслен перед лицом абсолютной силы.

Силы необузданной, дикой, разрушительной, но в то же время... и не столь уж и не сравненной.

Ведь в этом гиблом месте были те, кто мог что-то противопоставить даже благословению Бога Разрушения.

Когда Ричард вновь потерял всякие берега и высвободил весь жар своего чудовищного во всех отношениях тела, те кто прежде смог стерпеть нрав новичка, а так же его первый срыв, унесший в пожаре множество построек, больше не собирались сидеть в стороне, пока их едва восстановленные дома не начнут вновь гореть.

Старые отшельники, те кто скрылся от всего мира в самих глубоких его дебрях.

Персоны, чьих имен не помнила история, но чьи деяния оставили непоправимые шрамы всему миру.

Монстры, скрытые во тьме прошлого.

И те кому лучше не возвращаться во внешний мир, оставаясь быть похороненными здесь до момента своего полного забвения.

Вышли из добровольно уединения, что бы наказать того, кто однажды станет с ними в один ряд.

Или же будет уничтожен этим миром, как очередное бедствие.

Всего за одну минуту, мифическое существо из текущей как лава плоти, способное одним лишь вздохом удушающего дыма погубить бесчисленные жизни людей, и каждым своим шагом сотрясающим землю под ногами - было поставлено на колени всего тремя из нескольких дюжин, скрывающихся здесь кошмаров прошлого.

Ночь, ставшая яркой как день в преддверии предстоящей вернуться вновь катастрофы как в прошлом, вновь была мрачной и тихой, по крайней мере, перед тем как на утро не стала шумной и беспокойной.

********************************************************************************************************************************************************************************************

На следующее утро, началось разбирательство.

С рассветом солнца, в жилище Титуса ворвалось несколько малознакомых ему парней и без лишних объяснений повели его к тем с кем бы он не хотел встречаться, даже если бы ему это было ну очень надо.

Вскоре дна из этих особ начала порицать его на чем свет стоит.

- Титус, мне кажется, что в прошлый раз мы четко сказали тебе, следить за поведением паренька. Не так ли?

Скрипучий голос сгорбленной старушки с клюкой был противным и пронизывал слух до самих костей.

Эстель была авторитетным голосом во всем поселении, но не была тем с кем бы хотелось встречаться без критической надобности.

Всё дело в том, что эта согнутая в три погибели старушка, с длинным крючковатым носом и несколькими бородавками на лице, была весьма знатной в прошлом ведьмой.

Нет, серьёзно, она была настоящей ведьмой.

При том из тех, чье имя было записано красными буквами в историю мира, а следовательно и глубоко почитаемым среди любого ведьмовского ковена, даже из числа принадлежащих Магическому Союзу.

Почему же такая особа пряталась в подобном месте?

Ну на то было много причин, в частности и тот факт, что её имя записали именно "Красными буквами" в истории континента играло не малую роль, но в действительности Эстель просто хотела покоя.

После череды всех тех судьбоносных событий, участницей которых она стала, тихо уйти со сцены было наилучшим возможным решением.

Но каково бы не было прошлое Эстель, её сегодняшнее вселяло страх.

Эстель не имела глаз на лице. Точнее у неё быть может когда-то и были глаза, но ныне на её лице была лишь чистая гладь кожи в том месте, где должны были находиться "зеркало человеческой души".

Зато на её "одежде" глаз было в избытке.

Эстель носила накидку их лоскутов живой кожи. Эту "кожу" она лично сшила из различных кусков, и толи она не могла различать цвета из-за отсутствия у себя глаз, то ли не предавала особого значения внешнему виду своего изделья, но эта накидка была сшита из самых разных видов живой плоти.

Имея особенно отвратительный внешний вид, эта накидка особо отличалась тем, что очень часто на ней открывались многочисленные глаза. Глаза, что словно плавали внутри этого одеяния и порой выглядывали наружу из как любопытные ко всему происходящему вокруг дети, были так же разными.

Эстель была незрячей, но это не помешало ей вырвать глаза другим, что бы смотреть на мир чужим взглядом. В итоге она собрала самые разные виды глаз, она выбирала их не чистой из красоты, но из их полезности. Так как большинство плавающих внутри её одеяния глаз были не человеческими.

Титусу не нужно было догадываться, что ведьма могла смотреть каждым из этих глаз как своим собственным. А значит она так же могла видеть куда больше чем любой другой человек или даже специализированный в подобном мастер "Прорицатель".

Способности ведьмы к прорицанию прошлого и будущего, а так же её особая осведомлённость о всех происходящих событиях в мире были широко известны на топях. Она была лучше кого бы то ни было просвещена во всём, что происходило или будет происходить, создавая вокруг своей особы особую атмосферу таинственной и пугающей всевидящей и всезнающей сущности.

Но Титус боялся её не потому, что та знала все его грязные секреты и непристойные тайны, а потому, что каждый из её глаз был смертельно опасным оружием.

Эстель невероятно преуспела в магии "Прорицания", а значит она так же была более чем способной к магии "Сглаза". Магии, что накладывала заклинания лишь с помощью одного взгляда.

Это было редкостью даже в огромном Магическом Союзе.

Ведь для подобного заклинателю требовалось отпечатать заклинание на сетчатке своего глаза. И то тогда он мог бы использовать лишь одно единственное заклинание, при том слабое, так как от применения магии через взор сильно страдало зрение. Для большей силы, требовалось трансформировать свои глаза в совершено другой вид. Изменить их первоначальную природу, дабы те имели естественное свойство схожее с магией. Но это было крайне болезненным методом с большим риском неудачи.

Что же, Эстель нашла свой метод с минимальным риском. У неё были десятки если не сотни различных глаз от монстров что уже и так имели особую силу.

Один глаз мог парализовать жертву, другой лишь её сил, третий и вовсе испепелить. А ведь помимо их было ещё и другие, более страшные и опасные. И таких различных сил у них было огромное множество, а Эстель могла использовать их все разом. Так что магия "Сглаза" была особенно опасной в руках этой ведьмы.

Так что фраза "лишь бы не попасться на глаза", была как никогда уместна если дело касалось Эстель.

- Я... - Язык Титуса не особо желал двигаться в пересохшем рту, но всё же должен был выдавить из себя пару фраз.

- ТЫ, НЕ, СРАВИЛСЯ. - Заключил гулкий глубокий но скрипучий голос от ещё одной персоны, с которой не следовало встречаться без особой причины.

Эмлин.

Просто имя без прозвища и фамилии. Но одного его на этих Гиблых Топях было достаточно что бы прекратить любой спор.

Внешне Эмлин был высоким, худощавым и долговязым.

Выражение его лица никогда не менялось, сохраняя мрачное и пугающе угрюмое выражение каждый раз когда он показывался на люди.

Руки Эмлина тянулись ниже его колен и почти касались земли.

Что же до его облика, то в нём было ещё меньше человеческого чем у Эстель.

Кожа Эмлина была древесной корой, покрытой зеленой плесенью и грибами.

Если бы он не носил на себе одежды, то его вполне можно было бы принять за ожившее дерево.

Проросшие из него ветки вполне соответствовали этому заблуждению.

По своей сути Эмлин был друидом, точнее тем отступником, которого изгнали из круга лесных друидов когда его тело стало необъяснимым образом меняться.

Эмлин не был тем, кто написал свою историю кровью, но с момента своего изгнания он совершил достаточно, что бы его записали в список тех, кто никогда не должен покидать Бресилианский Лес.

С тем, что обладал сейчас Эмлин он вполне соответствовал своему негласному прозвищу "Шагающий Лес".

Древесный ублюдок мог заставить обычные деревья ожить и сделать с его врагами всё то, что с ними может сделать огромное растение с твёрдой корой, огромной массой тела, острыми ветвями и длинными корнями, с возможностью произвольно двигаться по собственной воле когда в нем пробуждается глубокая ненависть к низшим существам из мягкой плоти и питательной крови, копошащимися как паразиты под его кроной.

Так что когда кто-то имел наглость иметь какие-то претензии к Эмлину он должен был высказать их ещё и всему окружающему их лесу.

Даже Ричард, могущий мгновенно уничтожить свои пламенем всё вокруг весьма внушительной территории, не мог ничего противопоставить, когда на него давили столь огромной массой окружающей флоры.

-.... - Третий уважаемый обвинитель, решил остаться безмолвным, пронзая Титуса лишь своим не высказанным укором и глубоким взором.

Внешне этот человек казался самым обычным, ровно до той поры как под его кожей не зашевелиться нечто такое, что никогда не должно шевелиться в теле человека.

Неестественная бледность для дикаря из южных берегов, была вполне приемлемой чертой для людей дольше прочих проживших на этих топях.

Нос этого человека имел горбинку из-за перелома в юности. Толстые губы обесцвечены и искривлены неприятным шрамом, частично оголяющим слегка желтоватые зубы. Под бород достаточно широк, создавая мужественный вид. Лоб, тем не менее, был низким, выступающим и широким, а большие карие глаза выпучены. Нос был так же широк, а ноздри большими.

Этого человека нельзя было назвать привлекательным даже в качестве шутки, всё в нем намекало на угрозу и опасность.

Но по своему существу он был самым спокойным из всех тех с кем не следовало встречаться без причины.

Никто не знал имени этого человека, но называли его прозвищем от первого слова что он обронил во время своего пребывания в этих краях.

"Каду".

Пусть со временем этот дикарь и научился местной речи, да бы иметь возможность раскрыть свою личность, но никто так и не знал его настоящего имени.

Зато загадочное слово "Каду" наконец обрело свой смысл, и смысл этот был в простой фразе "Отстань!".

Каду был колдуном пришедшим в гиблые топи много, много лет назад.

Его история не была устелена трупами или изобилием потрясений.

Нет, это было его собственным решением, принятым под грузом обстоятельств.

В давние времена когда родное племя "Каду" столкнулось с неведомой напастью, он был тем "героем" что принес спасение.

В один день в землях южных племен появилась нечто, что перевернуло привычный быт жизни здешних людей.

На их селения начали нападать существа, которых те не видели прежде. Это существа были искажены и больны чем-то, что поселилось в глубине их лесов.

Поначалу люди отбивались от этих существ с помощью своего примитивного оружия и духом хранителей их шаманов.

Но постепенно зараза, поразившая этих существ, начала распространяться всё дальше переключившись на людей и даже самих духом их шаманов. Лечения не было, только милостивая смерть. Ведь если они мешкали с решением то вскоре их близкие теряли себя и уподоблялись тем тварям, что принесли эту напасть в их края.

Собрав сильных воинов и могучих шаманов вожди отправились в глубины леса где поселилось это зло.

Но сколько бы раз не отправлялись подобные силы, все они исчезали без следа, а напасть становилась всё больше и росла как болезнь всё шире.

Так однажды "Каду", чья возлюбленная была приемником их уже сгинувшего в сердце зла прошлого шамана, была готова уйти с очередной группой спасителей, решил предпринять меры.

Он не был выдающимся воином или отмеченным духами, он не был даже охотником, а заработал свое место в племени как обычный плотник, но он был тем кто хотел предотвратить гибель своих близких.

Так "Каду" отправился в сердце зла и столкнулся с тем, чем оно на самом деле было.

Он едва пережил все встречи с искаженными неведомой хворью тварями, легко убивающих лучших воинов всех известных ему племен.

Он едва сохранил свой рассудок при обнаружении тех, кто был здесь до него, могучих шаманов ставшими лишь искаженными куклами того зла, против которого они некогда боролись.

Но он был тем, кто зашел дальше прочих и тем кто нашел никем прежде не обнаруженным решение.

Удача, простая удача и череда совпадений привели его к источнику их бед.

И чистое безумие, рожденное от желания уберечь всех близких ему людей, толкнуло его на поступок, спасшим всех кроме него самого.

"Каду" не был ни воином, ни шаманом, он не знал, что черная плесень поразившая окружающий и знакомый прежде ему мир была не из этого измерения, или то, что у этой болезни было подобие некоего разума, но когда он увидел, что источник болезни всего мира собрался в одной единственной луче беспроглядной черноты, что отражала лишь искаженный ею виденье мира, он уже знал, что ему делать.

Припав ниц "Каду" начал пить черную воду из этой лужи.

Его тело сопротивлялось, душа и разум содрогались от прикосновения с чуждым ей естеством, могущим лишь заражать, искажать и губить всё к чему прикоснётся, но не сосуществовать с ним.

Это было жертвой, безумием и отчаяньем человека. Но так же и единственным решением на которое был способен израненный и измученный долгим путешествием "Каду".

Однако почему-то в этот раз, черная плесень не смогла погубить одного единственно человека, а поселилась в нём словно наблюдая через его глаза за чуждым ей миром, учась, постигая и заново понимая всё окружение глазами существа в котором оно оказалось.

Черная плесень затаилась глубоко внутри "Каду", позволив тому не только жить, но и учить её.

Осознав что остался жив, а мерзость внутри него была заперта, но не уничтожена, "Каду" принял ещё одно судьбоносное и окончательное решение уйти как можно дальше от своих людей и унести с собой зло внури себя.

Так он и оказался здесь.

В месте, где даже такая неведомая хрень из иного измерения, что могла исказить бесчисленно огромное количество живых существ, боялась показаться наружу.

Так минули века, а Каду был всё ещё жив.

Что же до существа внутри его тела, то оно пришло к некой гармонии со своим носителем, превратив обычного паренька из южных берегов в одно из опаснейших существ в этих краях.

Каду был фактически бессмертным. Его тело могло восстановиться абсолютно от любых ран. Оно не было подвластно ни огню, ни холоду. На него не влияла никакая ментальная магия или иллюзия.

Чисто физически Каду мог с корнем вырвать двадцатиметровое дерево и швырнуть его как тростинку. Пусть и быстрым его было не назвать, но стоило кому-то попасть ему в руки как всё было кончено.

Но это ещё не все.

Черная плесень внутри его тела так же не оставалась лишь посторонним зрителем.

При желании Каду мог частично выпустить её на свободу. Эта плесень могла поглотить фактически любое существо из плоти и крови, переварить его за пару секунд и тут же вернуться обратно в тело колдуна. При желании Каду даже мог изрыгнуть из себя искаженных существ, что были сплетенными из плесени марионетками того, что некогда переварила эта плесень. Эти искаженные марионетки двигались весьма нелепо как куклы, но это не отменяло их смертоносности когда их острые когти рвали кожу и зубами рвали плоть. Не умирающие даже от потери голов, эти неживые существа созданные лишь из черной плесени были идеальными машинами для убийства куда более сильных существ чем они. Никто не знал предела того, скольких таких существ мог изрыгнуть Каду за раз, но однажды более тысячи подобных существ направились в глубь Гиблых Топей, что бы сгинуть там без возврата в никому неведомой причине такого поступка.

Никто не сомневался в силах Каду, но этот случай стал очередным напоминанием того, что даже самым сильным из них не стоит недооценивать Гиблые Топи.

И теперь все трое людей подобного калибра стояли на месте, ругая Титуса с его низко опущенной вниз головой.

Что же до причины этого порицания, то она валялась в пленной из здешних водорослей корзинке, как некий нашкодивший котенок.

Казалось что парнишка за прошлую ночь уже получил свою долю затрещин от этой троицы, а теперь те решили нажаловаться на не послушного ребенка его опекуну.

- [Ну я же ему даже не отец... Я вообще ещё даже не женат! Так почему такой мужчина в расцвете сил, вынужден краснеть за этого паренька... а верно, я сам на это подписался... ] - Мыслено простонав от такой несправедливости, Титус принял все словесные оплеухи от троицы старых монстров и тихо ушел с подарочной корзинкой в руках, пообещав в очередной раз заняться воспитанием паренька, более не потакая его хулиганству.

Вскоре паренек проснулся, обнаружив себя красиво упакованным в уютную корзинку.

Это стало очень длительным поводом для шуток Титуса в его адрес, но возразить Ричарду было нечем.

С этой поры прогулки в Бар Йомена стали реже, а местные смогли наконец вздохнуть с ноткой облегчения.

На какое-то время Ричард присмирел.

Но этот период времени был не очень долгим, потому что вскоре прибыло ещё больше возмутителей спокойствия.

- Ну вот, наконец, и добрались. - Заключил Джун, ставший единственным проводником в эту закрытую от всего мира общину.

Прибив тут же севшего на его щеку комара размером с большой палец, Джун с раздражением вытер с лица следы чей-то крови, которой прежде успел уже напиться этот комар и ноткой тоски в голосе добавил.

- Давайте поскорее найдем нужного нам придурка и свалим уже с этого места. Я уже начал скучать за церковниками.

Остальным нечего было возразить.

Наполовину опухшее от укуса такого же комара, какого только что прибыл Джун, лицо Эрика выражало уверенное молчаливое согласие.

Сара, что с ужасом наблюдала за целым роем подобных насекомых всего в дюжине шагов от неё, не отвечала, будучи всецело занятой готовностью оберегать себя от любых посягательств со стороны этих коварных насекомых и даже готовя для этой цели свой верный нож. Но всё в её мимике, жестах и напряженной позе говорило о том, что она в любой миг готова бежать отсюда с прытью той лесной лани, что позавчера оставила их без мясного ужина.

Так компания авантюристов, наконец, прибыла в назначенное место.

********************************************************************************************************************************************************************************************

От лица Сары.

Путешествие на природу в прошлом всегда казалось забавным и ярким воспоминанием небольшого приключения.

Каждый поход в дикую местность можно было считать небольшим опытом расширяющим узкие горизонты человека привыкшего к своей зоне комфорта.

Что же, вспоминая свое прошло представление о подобном событии и сравнивая его с событием нынешним, Сара могла теперь с твердой уверенностью заявить, что она прошлая была просто наивной дурой, которая совершенно не знала окружающего её мира.

После перерождения в этом мире, она была слишком окрылённой тем фактом, что может вновь ходить.

Она позволяла свои здоровым ногам нести её вперед, не оглядываясь глазами по сторонам и не прислушиваясь ушами к слухам.

Что же, тут особо не было её вины.

Ей повезло родиться в далеком, тихом и безопасном месте, где каждый человек мог прожить свою жизнь без особых потрясений и тех ужасов с которыми каждый день сталкивается любой чуть менее удачный обитатель этого мира.

Она слышала о обитающем в этом мире монстрах, но считала это чем-то отдалённым и совершенно её не касающимся.

Порой она даже задумывалась о том, что люди называют "монстрами" просто некий вид хищных зверей в дикой природе. Ведь нечто похожее было и на Земле, где крупные хищники представляли угрозу для людей и постепенно гонимые страхом люди почти извели тех под полное вымирание.

Потому она и не считала, что местные "монстры" чем-то разительно отличались от этих представлений.

Что же, она повториться вновь и опять скажет, что прежняя она была просто наивной дурой!

Местные монстры были совершенно не тем же что и простые хищники на земле. Это были чудовищные, невообразимо коварные и жестокие твари, что словно бы существовали для истребления слабых и жалких людей.

Хотя почему это "словно бы"? - В этом и была вся их суть!

Убить на*рен всё человечество и пожрать его останки!

Ну а потом, когда человечества уже не станет, монстры устроят разборки между собой, пока из них всех не останется лишь "самый-самый", что создать новую эволюционную веху и не заполнит своим видом опустевшую планету.

Эта идея показалась ей настолько яркой и забавной, что она даже поделилась ею с остальными.

Ей хотелось развеять напряжение после первого её знакомства с представителями этого вида местной фауны.

Она думала, что рассмешит двух других своих друзей, что куда раньше её уже имели в прошлом свой более яркий опыт встречи с монстрами, но наткнулась на их более чем серьезные лица и погрузнела.

Как ей позже объяснили подобные идеи были вовсе не шуткой а одной из вероятностей самого неприятного для человечества исхода.

Пускай никакой войны с чудовищами в действительности и не существовало, но борьба за выживание была более чем реальной.

Монстры не особо конкурировали между собой за территории или добычу, они так же весьма неохотно терпели присутствие других существ рядом с собой, но когда доходило до охоты на людей, то они становились на удивление сгруппированными и целеустремлёнными.

Никто не знал, что в своих мыслях имели эти орудия угасшей войны магов далекого прошлого, но то что в их планах не было ничего хорошо для людей было вполне очевидным.

Что же первое знакомство Сары с выживанием в дикой природе прошло весьма успешно и достаточно ярко. Она даже не испортила своего исподнего, что без шуток можно было считать большим успехом в первой охоте на чудовище.

Что же до твари покусившейся на них, то это была весьма слабая, но весьма раздражающая особь, владеющая слабым видом неких ментальных сил и трудно уловимой для человеческих глаз скоростью.

Их встреча была внезапной, стремительной и весьма познавательной, во многих отношениях.

Сара не увидела никаких монстров когда они только подошли к границе леса.

Она ничего не увидела и после первого дня их углубления в чащу.

На второй день так же ничего не произошло и постепенно девушка уже начала терять былое напряжение и ожидание от возможности встречи с так называемыми "монстрами".

Ну а потом их нагнали церковники и была достаточно напряжённая драка с чередой не менее потрясающих открытий прежде не виданых ею сторон её спутников.

Этого уже было достаточно, что бы потрясти прежнее мировоззрение девушки и потому когда где-то на приличном отдалении от них появилось присутствие заинтересованных ими глаз, Сара упустила этот миг долгожданной ею встречи, уже потерявшись в эмоциях недавно пережитого ею.

Однако заинтересованный взгляд из глубины леса не потерял своего интереса к ним и преследовал их до момента их возращения к безопасной дороге.

Словно зная, что стоит им переступить ногой за эту черту и добыча будет утеря, притаившаяся тварь сделала свой ход.

К тому моменту Эрик едва только пришел в себя и ещё не был готов встречать новый бой с неведомо чем, зато Джун, проживший долгие годы в этом лесу и знающий все его правила, был полностью готов.

Он знал о постороннем присутствии заинтересованной в них твари, но в этом лесу подобное было обыденностью. Странным было как раз то, что подобного интереса не появилось раньше.

Обычно он носил с собой защитный амулет, что скрывал его присутствие от здешних тварей, потом он стал достаточно силен, что бы его не носить, скорее даже он давал всем местным тварям знать уже о его "присутствии" и бежать от него прочь как можно дальше. Но те времена были в прошлом, новый амулет ему было не создать без нужных материалов, а нынешних сил не хватало даже для отпугивания падальщиков, не то что настоящих хищников.

Так что когда на них наткнулась какая-то тварь это было даже удачно. Ведь благодаря этому у него получиться разжиться некоторыми материалами. Что же до самой схватки с монстром, то он был уверен, что справиться с большинством тех кто жил у границы дороги, а его скудных сил хватало на несколько таких боев подряд, так что всё было под контролем.

Единственная проблема в том, что он опять забыл предупредить о своих планах Сару, так что когда он сказал о преследующем их монстре всего за минуту до нападения на них, она опять была крайне зла.

Преследующая их тварь была быстрой, хитрой но не слишком уж умной.

Её разум был больше инстинктивным чем продуманным или логическим, так что особой угрозы она не должна была представить.

Тем не менее была некоторая проблема.

Это способности твари.

Как оказалось существо владело ментальными атаками. Ничего выдающегося или опасного, но всё же не приятно когда двоим и без того ушибленным на голову людям достаётся новая порция мигрени.

Благо тварь не могла или просто неумела погружать своих жертв сон или нервный паралич, а лишь скрывала свое присутствие эффектом "незначительности", как некогда это делала и сам Джун до освоенная настоящей невидимости.

Что же если бы это было всем что у есть у твари, то схватка была бы быстрой.

Но так как это было первой встречей Сары с настоящим монстром Джун дал ей возможность испытать это лично, сам же став куратором и наблюдателем.

Он сразу предупредил девушку, что бы та отбросила свои привычные ножи, так как эти не зачарованные клинки ничего не сделают существу. Но те клинки что она использовала против рыцаря оказались внутри дилижанса а достать их теперь было уже некогда.

Пока Сара растерялась подобной ситуацией тварь уже бросилась к ним, выписывая обманчивые движения перед настоящим броском.

Существо оказалось обладателем крайне длинного и гибкого как у змеи тела, тем не менее все же покрытого густой серой шерстью и обладало многочисленными крохотными лапками с двумя когтистыми пальцами и мягкими подушечками снизу. Существо двигалось крайне быстро, размываясь в сером пятне ускользающей между деревьев ленты.

Головы существа было не разглядеть, а мелькающий на конце хвост оканчивался густой кисточкой волос.

Джун опознал это существо и сравнив с болезненным ощущением в своей голове, пришел к выводу, что это весьма молодой Визгор.

Существо не слишком сильное, но раздражающе быстрое. Боле взрослые особи имели куда более сдержанную манеру охоты и, как того и боялся Джун, они предпочитали погружать своих жертв в глубокий беспробудный сон, прежде чем без сопротивления проглотить их заживо как это любили делать обычные змеи. Правда в случае Визгора, те глотали свою добычу живьём, наслаждаясь замешательством и отчаяньем осознавших свое положение жертв, когда наведённый монстром сон был развеян. Если же наложить сон не получалось, то тварь пыталась ошеломить добычу прежде чем напрямую броситься к ней, в таком случае исход был тем же, проглаживание заживо и наслаждение от отчаяния жертвы.

Всё это Джун мимоходом пересказал Саре через мыслесвязь.

А побледневшая девушка одарила его убийственным взглядом.

На что Джун успокоил её, сказав, что если её проглотят, то она не умрет сразу и они ещё смогут её спасти.

Это ничуть не успокоило Сару.

Но зато она ответила, что если проглотят его, то она с радостью поставит ему именной памятник в этом лесу.

Джуна это обещание весьма тронуло. В конце концов в этом мире было мало тех, кто вообще помнил о нем, и совсем уж не было тех, кто вспоминал о нем после его смерти.

Сара не нашлась что ещё добавить после услышанного, она решила сосредоточиться на охотящееся за ней тварью вместо беспокойства о своем сомнительном товарище без друзей.

Но как бы она не старалась её глаза почти не видели существа.

И дело не только в его невероятной скорости, но и той особенности о которой ей рассказал Джун.

Стоило на миг опустить существо из виду, как мысль о его присутствии затуманивалась сознании, постепенно становясь лишь зыбки ощущением чего позабытого, тривиально и совсем не значимого.

Если бы не окрик Джуна, внезапно напомнившего ей о происходящем она бы уже стала жертвой манипуляций этой твари.

Это так испугало Сару, что она больше не задумываясь выхватила свой трофейный револьвер и разрядила его в сторону где мелькало существо.

Она действовала не на одних лишь эмоциях. Свою безудержную пальбу она подкрепила вспыхнувшим из её воспоминаний эффекте зелья ускорения сознания.

Этот эффект почти исчез из памяти её тела, его постепенно вытеснили другие более свежие эффекты принятых ею зелий, но на ещё один раз её должно было хватить.

Нынешний эффект был уже довольно слабым, совсем уже тем ужасающе мощным, что заставил её разум биться как узник в собственном теле, но его хватило на то, что бы четко увидеть движущуюся мишень впереди.

И её пальцы твердо нажали на курок револьвера.

Пули просвистели в воздухе и к ужасающему удивлению Сары едва задели свою цель.

Она не могла ошибиться. Это существо среагировало на выстрелы и изогнуло свое так что бы минимизировать количество попаданий по ней.

Оно не ушло от всего, но избежало большинства.

Ускоренное сознание Сары позволило той послать все восьми выстрелов точно в цель, так что вероятность промаха при такой стрельбе была просто мизерной.

Но тварь смогла избежать шести из восьми пуль, выпущенных по ней.

Мало того, даже два задевших её выстрела ничего особо не сделали.

Первая пуля соскользнула по густой шерсти в сторону, вырвав лишь несколько клочков шерсти.

А вторая пусть и попала прямо в тело, но едва ли разорвала саму кожу.

У существа было на удивление крепкое тело. Хотя как позже она узнала дело было не в прочности тела, а в том что сама шерсть имела волшебное свойство погашения инерции. Но так этот эффект пропадал со смертью существа особой ценности его шкура не являла.

Тем не менее в тот момент, Саре было трудно представить как с подобным существом должны были справляться обычные авантюристы, вооружённые лишь примитивным оружием для ближнего боя.

Когда все патроны в новом револьвере Сары были использованы, а разозленное ранением существо окончательно выбрало свою цель, всё было уже определено.

Метнувшаяся к ней со скоростью выпущенной стрелы тварь внезапно наткнулось на возникшую перед девушкой завесу тени и всем свои телом погрузилось в беспроглядную черноту.

Джун подстраховал подругу и закончил её знакомство с этим монстром на этой ноте.

Выждав минуту, он вернул из мрачной изнанки мира уже мертвое тело существа, позволив утомленной стрессом от пережитого Саре во всей красе разглядеть их добычу.

Существо было длиной около тридцати футов, а толщиной в мужское бедро. Оно не казалось особо сильным со своими короткими хоть и цепкими когтистыми лапками, но было крайне подвижным и быстрым. Всё тело существа покрывал густой и весьма длинный мех серого цвета. Что же до морды то на ней почти не было шерсти, она была вытянутой и треугольной, на конце пасти было некое подобие птичьего клюва, при этом затылок обрамляла густая грива как у льва, а вески извивистые рога. Целый венец рогов на самом деле, не больших но загнутых назад, словно бы для того что бы удерживать гриву шерсти позади головы. У него так же были заострённые уши, ну и глаза, целых три пары бледно белых крошечных глаз ютившихся по три штуки в одной глазнице. Что же до пасти, то и тут были свои странности. Помимо клюва на переднем конце морды, иных зубов во рту больше не было. Как и говорил Джун существо проглатывало своих жертв заживо, а значит оно поглощало их целиком как змеи, но если у змей были растягивающиеся челюсти то у Визгора была дополнительная пара челюстей, что проталкивали добычу глубже в глотку. Внешне они напоминали собой жвала насекомого по бокам от основания рта, что выглядело достаточно жутко. Если же Визгор не мог проглотить свою добычу с ходу, он мог атаковать её раз за разом, раня их своим клювом и изводя физически, пока его ментальная атака окончательно не лишить добычу сил. Более крупные особи могли подобной атакой оторвать человеку голову, и хоть они предпочитали питаться живой пищей, они так же не гнушались полакомиться свежатиной.

В целом это было всё, что могло описать внешний вид существа.

Осмотрев критичным взглядом тело монстра, Джун посетовал на то, что этот малец слишком не зрел, а его более старшие сородичи вытягиваются на двадцать метров и в трое толще в теле.

Главная же ценность существа заключалась в его мозге, что обладает ментальными силами, но а в остальном в таком не зрелом виде с него разве что шкуру снять можно.

Кстати авантюристы охотились на таких существ с помощью ядовитой приманки. Так как существо не было особо разумным оно без проблем проглатывало человеческий манекен измазанный людским запахом и специализированным ядом. А после дня мучений тварь издыхала, потом авантюристам оставалось лишь быстро подоспеть к трупу, чьи следы было нетрудно найти из-за предсмертных и мучительных беснований монстра, разделать тело и унести всё самое ценное пока к нему не сбежались все падальщики с округи.

Джун казался весьма разочарован итогом такой охоты, потому Сара с вполне заслуженным ощущением выполненного ею долга отвесила ему удар в висок. То что она не целилась ему в нос, она выразила свою благодарность за помощь в недавнем.

Так они обзавелись ценным опытом для начинающих авантюристов и неплохим ковриком внутри транспорта.

Что же до последующих событий то в дальнейшем они всё так же натыкали на чудовищ, что после их возврата в глубь леса стали показывать себя всё чаще по мере их продвижения дальше, но теперь с ними разбирался уже один Джун. И даже Эрик имевший свой опыта боя с чудовищами остался позади, с оправданием того что пока что его помощи не требуется, а лишние травмы не приветствуются.

Вскоре Джун пополнил свои недостающее ресурсы и они смогли достичь границы гиблых топей.

********************************************************************************************************************************************************************************************

Прибывшая в нужное место компания чувствовала себя лишней и совершенно потерянной среди недружелюбных видов окружающей их среды.

Конечно же приведший их сюда Джун был уверен в своем таланте проводника, но даже он не мог точно сказать в каком месте гиблых топей они показались после преодоления леса.

Да и никто не мог бы этого сказать ведь на гиблых топях было более чем реально потеряться в трёх соснах. Особенно если эти сосны вдруг решат где-то себе погулять.

В этих краях хватало своих странностей и помимо злобной к людям фауны и опасной для здоровья флоры.

Так что, когда они вышли из лесного массива деревьев и наткнулись на болотистую местность, то это уже можно было бы назвать победой.

К слову их весьма габаритный транспорт преодолел весь этот путь вместе с ними. Конечно же в тех зарослях, что они прошли было бы просто не протиснуть подобный конструкцию размером в вагон железнодорожного состава. Но в очередной раз сыграла крайне удобная в нынешних условиях магия теней.

Джун и раньше знал, что его тень может стать личным карманным измерением для хранения вещей, но что бы поглотить столь внушительный объект с его полной сохранностью… что же, даже он расширил свои горизонты познания в этом путешествии.

Увы, для живых существ в его тени не было места. Как он убедился в своей продолжительной охоте на чудовищ, даже если его тень служила порталом в его личное карманное измерение, а не в изнанку мира, в которую он пересылал тех кого хотел гарантировано убить, то никакое живое существо не могло пережить путешествия туда. По сути даже растения быстро увядали внутри его тени, если не были уже заранее законсервированными.

Что же, его магия тени была порождена силами скверны так, что не было причин удивляться тому факту, что ничто из живого не могло долго оставаться в измерении полностью сотканном из негативной энергии.

Исключением был только он сам, как заклинатель что был крайне устойчив к воздействиям подобной энергии, или же нежить и другие выходцы из подобной среды.

Ему предстояло ещё многому научиться, проклятый "Альб", унесший большую часть знаний об этой магии, знал как подпортить даже приятное послевкусие после победы над ним.

- И что, мы теперь будем бродить ещё и по этим болотам? - С ноткой нескрываемой паники поинтересовалась Сара, всё же закутав всё свое лицо в кусок ткани.

- Джун, я всё понимаю... но ради всего святого... скажи что это не так. - Так же жалобно протянул Эрик, что теперь имел уже полностью опухшее лицо от очередного пропущенного им укуса здешнего комара.

- Ну... вообще-то есть один способ, но вот только я не гарантирую положительного результата и сейчас даже не могу предсказать эффекта. Так что... - Протянул неуверенно Джун.

- Да просто сделай уже "Это"!! - В один голос рявкнули пара людей уже доведённых до крайности этим местом.

- Ладно-ладно, сейчас... - Примирительное подняв руки, Джун потянулся к своему внутреннему источнику силы.

Сказать по правде, они были доведены не только из-за укусов насекомых. Ранний проход через лес так же был напряженным и изматывающим. В отличи от первых дней их вхождения в лес, с течением времени встречи с монстрами становились всё более частыми и интенсивными, возвращая привычный уклад этих краев для Джуна, но изнуряя непривыкших к подобному напряжению двух других.

И хоть Джун рассматривал эти встречи как способ быстро пополнить свои запасы реагентами и трупами для создания новой нежити, но для других это было похоже на отчаянную попытку выжить при встречи с ужасающими тварями.

Даже тот факт, что на большинство монстров выходил один лишь он, не облегчало ноши для Эрика и Сары.

Эрик был далеко не в лучшем своем состоянии. Утрата священной силы благодати, а так же печать на его ауре, значительно понизили его первоначальную силу. Потому даже имея опыт боя с монстрами, то нынешний он был слишком слаб для подобного. С прискорбием оставив задачу по их защите на одного лишь заклинателя. Пускай он уже преодолел первый шаг своей внутренней проблемы и всё же поговорил с Джуном на эту тему, но пока ещё не начал возвращаться в форму. На самом деле после консультации с некромантом, он даже ещё не определился с тем, какое направлением ему следует теперь выбрать. А, как стоит понимать, вариантов у Джуна с его багажом знаний, пусть сейчас и не полных, было в избытке, пускай далеко не все из них были приемлемыми для Эрика, но некоторые были крайне соблазнительными.

Что же до Сары, то для неё сражения с монстрами были через чур экстремальным переходом после привычной среды работы. Она привыкла к убийству людей, знала как безопаснее всего убрать кого-то более сильного чем она, как обойти того кто управлял множеством других людей, или того кто уже привык и был постоянно готов к подобным покушениям. Она даже имела опыт по устранению мага, хоть это и оставило на её памяти свои шрамы. А когда она стала тренироваться в фехтовании в серьез у неё была уверенность даже в победе над полностью превосходящем её в силе и выносливости рыцаре. Но монстры были тварями совершенно иного толка. Ей не хватало знаний и опыта авантюристов, построивших свою карьеру на охоте за чудовищами. Она не имела возможности что бы собрать хотя бы базовые знания или подготовить для себя фундамент для смены квалификации. Да и даже если бы она всё это сделала, то имело ли оно особый смысл? Как часто им пришлось иметь дело с подобными тварями в их совместном деле? Возможно это её первый и последний раз? А во всём дальнейшем их группе придется полагаться уже на её личный опыт и знания изнанки преступного мира. Она могла принять подобную возможность. Потому хоть сейчас она и ощущала себя удручённой, будучи лишь мертвым грузом, но смирилась с подобным фактом.

Но и не только монстры были причиной их напряжения.

Сам чертов лес явно не желал, что бы люди ступали в его владения. Густые заросли, что лишали их возможности легкого путешествия и видимости дальнейшей дороги. Острые колючки, что были совершенно не заметны в опавшей листве многолетнего лесного ковра, без особых усилий пробивали даже кожаные сапоги и если подошва обуви была не достаточно толстой, то это сулило весомой травмой ног с дальнейшим воспалением раны. Те же ветки с острыми колючками, что при не осторожности могли выбить глаза, и даже с со всей осторожностью всё равно царапали неприкрытую кожу. Ядовитые растения, что обжигали лишь одним касанием и слоями пыли оседали на одежде настоящей бомбой замедленного действия. Соцветия с дурманящим запахом, что привлекали к себе чудовищ и сводили с ума людей. Хищные грибы, что усыпляли своими спорами добычу и затягивали её под землю. Куда менее коварные но и более агрессивные растения, что атаковали приблизившихся существ цепким зловонным запахом, едкой кислотой или просто выстрелами ядовитых колючек. Липкие наросты, что целыми килограммами лишнего груза наваливались на путников изнуряя их силы. Коварная и обманчивая местность, что в играющих тенях древесных крон искажала видимость рельефа, заставляя спотыкаться и падать в глубокие рвы и норы. Хищные деревья, что копали своими корнями глубокие ямы ловушки, попав которые добыча быстро изнуряла себя попытками выбраться, но в итоге истощалась и становилась удобрением для дерева. И много прочих прелестей местного леса, вроде всевозможных вездесущих насекомых, дразнящих птиц, пугающими своими предсказаниями путников на человеческом языке, мелкие лесные духи, что то и дело воровали что-то из их припасов и другая мелкая живность что мешала им в пути.

Ко всем этим проблемам они со всей серьезностью подготовились за ранее, ну почти ко всем, но даже со знанием всего, пройдя через подобный опыт было трудно сохранить радужный настрой на дальнейшее путешествие вперед.

Что же их путь через лес был труден, но предстоящая дорога по болотам должна была стать ещё труднее.

Особенно с тем фактом, что Джун больше не мог тратить свою магию на банальное удобство.

Если кого-то смущает вопрос куда эта компания дела свой огромный дилижанс, и как они вообще смогли пройти лес, где даже пешему человеку было трудно пройти без протоптанной дороги, с целым транспортом размером с целый вагон, то ответ на этот вопрос был весьма прост.

Весь транспорт со всем имеющимся там имуществом был скрыт внутри тени Джуна.

И в отличии от перемещения в совершенно иное параллельное измерение этот способ скрыл весь транспорт в личном карманном измерении тени Джуна, как это когда-то делал сам Альб.

С одной стороны это казалось невероятно удобным, так как им больше не требовалось волноваться с тем где им переночевать в этом ужасающем месте, но с другой - это превышало текущий уровень возможностей Джуна, ограничивая его свободные силы.

На этот шаг они решились когда им стало совершенно понятно, что преодолеть лесные заросли им будет невозможно со всем их имуществом и громоздким транспортом за плечами.

Прежде Джун использовал амулеты для удобства их передвижения. Благодаря этому им удалось не только оторваться по бездорожью от прежних преследователей, но и скрыть следы своего перемещения. Один вид амулетов заставляли деревья пригибаться к земле, давая им проезд, а другой поднимали транспорт над землей с помощью левитации. Увы, сила амулетов была полностью израсходована, а во всей той спешке и неразберихе Джун упустил момент когда те получили критический износ и больше не могли быть применены вновь даже после перезарядки. Так что они лишились некоторых удобств, по крайней мере, до той поры пока он не создаст новые амулеты.

Увы, пеший путь по болотистой местности был ещё труднее.

Без магии каждый шаг мог стать последним. Но на любые уговоры со стороны спутников, Джун отвечал, что если он использует магию, то тогда им самим нужно будет тащить на себе весь их транспорт.

В местном ландшафте хватало своих сюрпризов. Как например, один шаг по кажущейся устойчивому мелководью был твердым и уверенным продвижением вперед, а уже следующий погружал путника на пару метров вглубь мутной воды. И хорошо если там будет только вода. А если коряги, что зажмут ноги и не дадут всплыть обратно на поверхность? Или хищные водоросли что опутывают добычу не осторожно приблизившуюся к ним? Или некая тварь, спящая в глубоком иле, будет потревожена внезапным падением и приглашением отведать человечины?

Всё это было более чем реальным, потому двигаться вперед нужно было с особой осторожностью. Или вовсе остаться на безопасном месте, то есть на том месте, где можно быть уверенным в устойчивой почве под ногами и просто дождаться тех, кто знал эту местность лучше мимолетных прохожих вроде них.

Пока компания обдумывала всё через что они прошли, Джун сделал то, что собирался сделать.

Он послал волну своей магической силы, давая всем понять о своем присутствии в этом месте.

Во внешнем человеческом мире это было предупреждением, что явился весьма сильный заклинатель, но в этих краях это было либо сигналом для призыва местных тварей на обед, либо просьбой о помощи у тех кто не поедал себе подобных.

Хотя последнее не было стопроцентным, ведь некоторые малефики действительно могли есть человечину. Но Джун всё же надеялся, что с его последнего визита сюда правила приличия остались тут прежними.

- Ну, как то так. Я подал сигнал. Будем надеяться, что первыми на него придут те, кого я звал, а не те, кто на него прибежит.

Словно выполняя его худшие ожидания первыми к ним прибыли отнюдь не люди.

Хотя существа что приблизились к ним и не были внушительными, но их тихое прибытие было весьма показательными.

- О-о-о! - От чего-то глаза Джуна засияли при виде этих существ. - Это Корпы, Корпы!

- Очередной полезный ингредиент? - С сомнением поинтересовалась Сара, глядя на аляповатых монстров, словно бы соединенных вместе усилиями нейросети собак и рыб.

С мордой бульдога и чешуйчатым телом с рыбьим хвостом на конце, эти твари совершенно бесшумно перебирали своими перепончатыми лапками буквально плывя в воздухе.

Массивные постоянно щелкающие челюсти вызывали опасение, но восхищение в глазах Джуна давало уверенность в победе.

- Не-не, это не для нас. - Губы Джуна сложились в зловещей хищной ухмылке. - Это угощение, и возможно даже наш сегодняшний ужин.

- Ты же... не ешь мяса. - С удивлением отметил Эрик, как постоянный повар их группы хорошо знающий пристрастия каждого в еде.

- Я не ем плоти убитых. - Парировал Джун и тут же добавил нечто совсем уж зловещее. - Но эти твари, ни когда не умирают до конца. Сколько их не режь на куски, каждая их часть вс1 равно будет оставаться живой. Так что... я уже давно хотел узнать... буду ли я чествовать вкус смерти, поедая их плоть?

Оскал зубов некроманта был как никогда страшным.

Даже Сара передернула плечами при взгляде на Джуна, но в то же время её и заинтересовали эти твари.

- [А действительно, каковы они на вкус?] - Подумала она по новому глядя на приближающихся рыбо-псов.

Эрик так же теперь оценивающе глядел на монстров.

- [ Если они никогда не умирают, то значит ли это что их мясо не портиться? Оно сохраняет идеальную свежесть даже во время готовки? Нужно попробовать! ]

Монстры, не знающие своей дальнейшей участи, безбоязненно приближались к тройке людей.

Они шли в надежде на пиршество человеческой плотью, но в конце пути встретили истекающих слюной голодных зверей в человеческом лице.

Что же в этот раз встреча с монстрами была удачей, даже для двух других людей.

*******************************************************************************************************************************************************************************************

В этот день троица "тех с кем не стоит связываться без нужды" собралась вновь.

Это была всё та же компания из ведьмы Эстель, друида Эмлина и колдуна Каду.

И причиной их повторного собрания лишь через несколько дней была всё той же.

Главный возмутитель сопутствия в этой тихой гавани Ричард, так же известный как "Вулкан".

Бегающие по всей одежде, словно блохи по собаке, многочисленные глаза Эстель нервно подергивались.

Неподвижный, словно ногами вросший в землю, древесный великан Эмлин угрюмо молчал.

А Каду, чье лицо исказилось до пугающей нечеловеческой гримасы существом внутри его тела, беспристрастно удерживал за шиворот виновника их раздражения.

Ричард опять был пойман за привычным делом.

- Ты... - Эстель сдержалась на полуслове, не желая сразу рубить с плеча. - Ты ничего не хочешь сказать в свое оправдание... а мальчик?

Её скрипучий голос действительно бил по ушам, но Ричарда мало заботил её голос. А вот стальная хватка Каду на его шее уже совсем другое дело. Так как тот буквально пару минут назад точно так же оторвал ему голову этой самой рукой, то ему следовало хорошо подумать о том, что он хотел сказать. Особенно когда его магическая сила, дающая ему не только его чудовищную мощь, но и почти бессмертие, себя уже истощила и более не было никакой гарантии, что очередное отрывание головы не станет для него последним, то правильный ответ был более чем значимым.

- В свое оправдание... - Ричард разомкнул пересохшие губы. -... хочу сказать, что не был зачинщиком, на этот раз.

- И ТЕМ НЕ МЕНЕЕ ИМЕННО ТЫ СЖЁГ МОЙ ДОМ. - Простонал как эхо Эмлин, глядя на Ричарда словно на пойманную им на кухне мышь.

-...Извиняюсь. - Протянул Ричард, не зная то ещё ему тут ответить.

С той поры когда эта троица впервые от мутузила его до потери сознания, Ричард действительно присмирел. Он вспомнил о том что не смотря ни на что всегда найдётся некто куда сильнее. Быть может в своих эмоциональных само разрушительных порывах он искал того кто мог бы быть таковым, но в действительности он не знал ответа.

После всего случившегося с ним дерьма, он не знал чего больше хотел.

Некогда страстное желание познать магию, ставшее главной причиной его появления в этом мире, поугасло вместе с той трагедией, что лишила его семьи.

Разожжённые Жанет амбиции, встряхнувшие его от само разрушительной апатии того времени, были разбиты жестокостью реалий войны, где его магия была не более чем изощреным оружием для убийства.

Даже само желание жизни развеялось вместе пеплом его друзей.

Так чего же мог желать человек лишившейся всего?

Смерти?

Конца всех его страданий?

Облегчения от горечи утраты?

Или нового для себя направления?

Боги хоть трижды убейте его, но Ричард не знал ответа?!

Он просто не знал чего он хочет.

А потому главным вопросом, на который он искал ответ, было это именно его собственное желание.

"Чего же Он Хотел?"

Вот самое главное, что волновало его.

Желание. То что заставило бы его принять решение куда ему двигаться дальше, ради чего жить, и к чему стремиться.

Ричард никогда не был лишь пустым мечтателем, он был искателем.

Он искал знания, новые вопросы и ответы на них.

Он искал неведомое и познавал его.

И даже сейчас то что он искал пристальнее всего был он сам.

Кто он?

Кем был в этом мире?

А кем в прошлом?

Было ли это "прошлое" реальным или же сном?

Была ли эта ужасающая "реальность" правдой?

Быть может всё вокруг просто некий изощренный сон от которого никак невозможно очнуться.

Во всём это Ричард и пытался разобраться.

По крайней мере, пока некий кретин не начал его донимать, ну а потом... потом он получил это дурацкое прозвище и отвлекся от высоких тем на более приземлённые и простые. Обустроить себе нормальное жилье, поесть чего-то вкуснее чем мясных насекомых или личинок с мхом в виде гарнира, найти одежду которую не понадобиться менять после каждого срыва, получить какую-то полезную ерунду в качестве сувенира и так далее...

Эта суета отвлекла Ричарда и дала ему желанную возможность забыться в рутине.

Когда же он перешел рамки и его поставили на место, он вновь задумался.

Магия, его собственная новая и совершенно не объяснимая сила, откуда она взялась? Что за дракон явился ему во снах? И для чего он даровал ему то, что превратило его в "это порождение хаоса и разрушения"?

Вопросы о которых он старался не думать прежде, начали возникать один за другим.

Смешно, но получив эту огромную силу, он почувствовал себя словно на вершине мира. Он потерял одну из основоположных своих целей, обучиться и стать сильным магом. Получив же подобную мощь в свои руки, он уже почувствовал себя таковым.

Но вдруг ему дали понять, что это вовсе не так.

Он не был сильнейшим во всём мире, он не был сильнейшим даже здесь. Так что с осознанием этой простой истины, Ричард вернулся мыслями к своим старым стремлениям.

Размышляя о них заново, он стал задумываться и о происхождении своих сил, о сущности стоящей за ними, о её целях и планах на него.

Теперь мысли о собственной смерти больше не были такими привлекательными как раньше.

Как сказала бы Жанет, побег от проблемы это не решение самой проблемы.

Теперь в нем вновь пробудился былой азарт.

Событие ставшее причиной его изменения было поднято из затворок неприкасаемого прежде воспоминания и прокручено в голове от начала и до конца.

Позабытые в горе утраты чувства, воспламенились вновь.

Жажда отмщения, раскрытия истин, воздаяния оставшимися безнаказанными виновникам закрутились в неудержимом вихре желаний, содвигающем его на действие.

Действия, что требовали его выхода из этой изоляции от внешнего мира.

Ричард впервые сам захотел отсюда уйти.

Титус мог бы помочь ему в этом.

Дело не в том, что бы Ричард сомневался в своих новых возможностях, но он попросту не знал направления, где он и куда ему идти.

Титус мог бы хотя бы помочь ему с этим, но тот не стал.

Обиженный порицанием старших толстяк даже накричал на Ричарда. Но потому уже спокойно пояснил что к чему.

Нет старик не был столь мелочным, что бы быть таким злопамятным, но он хотел, что бы у паренька хоть немного зажили его душевные раны.

Да он видел прогресс, да было значительно улучшение и даже переход на тот уровень когда Ричард вновь получил желание что-то делать...

Но этого было недостаточно.

Парень действовал на эмоциях. Он не продумывал "что", "как" и "куда". Он просто действовал потому что чувствовал что должен действовать, а это могло привести к ещё одной беде.

Самое очевидно, этот то что Ричард всё ещё терял над собой контроль.

Он впадал в приступы эмоциональной нестабильности и превращался в то, что просто уничтожало всё вокруг себя.

Можно ли было выпускать подобное во внешний мир?

Конечно же, нет.

Если парень не научиться брать себя в руки, то уж лучше ему остаться здесь среди подобных ему чудовищ до конца его дней. Пусть даже он будет вечным, ему нельзя уходить отсюда пока тот не может хотя бы контролировать себя.

Всё это Титус дословно довел к Ричарду, так словно был знатоком в подобных вопросах.

И Ричард не мог не согласиться с ним.

Но проходящее время без результатов самоконтроля и удержания себя действий, подтачивали терпение пылающей души, и однажды Ричард решил сам тайком уйти во внешний мир.

Не для чего-то серьезного, просто что бы узнать побольше о том, что же на самом деле произошло в том аду, что он пережил.

Но самостоятельный побег был нарушен, как только Ричи удалился на приличное расстояние от поселения.

Местные твари, аномалии и причуды, заставили его развернуться назад столь же решительно, как и при решении уйти.

Прошли дни, а желание уйти вновь напомнило о себе.

Прогресса в самоконтроле почти не было, а значит без оного Титус не поведет его назад во внешний мир.

Очередная попытка уйти самостоятельно, вернула его едва живого, даже не смотря на его мнимое бессмертие, ещё к наступлению утра.

Ещё одна неделя безрезультатной попытки самоконтроля, ещё один побег и позорное возвращение.

Взрыв эмоций от собственного беспомощности и очередная встреча со знакомой ему троицей.

Жестокое избиение, порицание старших Титуса и его мелочная месть пришедшему в себя Ричарду.

Парню даже начало казаться, что он постепенно сходит с ума. Ну ещё пуще прежнего.

И так в очередной раз ощутив неудержимый порыв уйти во внешний мир, Ричард прибег к методу тех кого он угнетал со всей своей охотой.

Он завалился в Бар Йомена в поиске ходоков.

И как неудивительно нашел их.

Ведь после того как Ричарда присмирили встречи ходоков стали куда более частыми и открытыми.

Так что когда вновь объявившийся буян "попросил" у них помощи, то всё сразу же пошло на пере косяк.

Ходоки, уже замученные выходками этого парня, сразу же бросились в рассыпную.

Некоторые помчались к старшим, дабы привлечь их внимание.

Некоторые просто убежали.

Ричард попытался остановить их, но наткнулся на стену недоверия и обиды.

Слово за слово, оскорбление за оскорбление и Ричард вновь сорвался с нарезки.

На вспыхнувший пожар примчались те кто мог усмирить ярость стихии.

Точнее лишь один из тех кто мог.

Каду не церемонился с парнем.

Зная о его "бессмертии", колдун всё же не хотел убивать паренька, испытывать его границу прочности заваливая ордой плетеных кукол или поглощать паренька своей черной плесенью, потому прибег к более простому методу.

Выбиванию всего дерьма своими собственными кулаками.

Так пылающий изувер, вызывающий своим видом ужас и страх, превратился в непрерывно мелькающую искру.

Каду очень тщательно выбил всё из Ричарда, пока тот не вернул себе человеческий облик.

Но входе усмирения, дом Эмлина, что не был в этот момент в поселении сгорел, когда пылающие тело Ричарда врезалось в него от удара Каду. А когда разорённый Ричард выпустил свой гнев, дом загорелся, пока не сгорел до основания.

И так они оказались там где были сейчас.

Услышав всё объяснение Ричарда, воцарилась глубокая гнетущая тишина.

Троица смотрела на него с ничего не выражающими выражениями, а Ричард не смел поднимать глаз.

Ему действительно было в некотором роде стыдно за случившееся, но главным виновником себя не ощущал.

- Видят боги... даруйте мне терпение. - Пробормотала Эстель, проведя ладонью по лицу. - Ну и что на с тобой делать, а отрок?

- Понять и простить...? - Робко предложил Ричард и ощутил как стальная хватка Каду на его шее стала жесте.

- НЕ РАНЬШЕ ЧЕМ ВЕРНЕШЬ МНЕ ДОМ. - Заключил Эмлин.

- Не раньше. - Согласилась с ним Эстель и внезапно застыла на месте словно громом поражённая.

Внезапно все разом открывшееся на её спине глаза повернулись в одном направлении и задрожали, словно бы от волнения.

Старуха даже вытянула одно из глазных яблок и протерла его рукавом, прежде чем направить его на раскрытой ладони в одном ей ведомом направлении.

- Божичке кошечки...! - Протянула старуха, всплеснув руками и даже выронив глазное яблоко.

Казалось её это не слишком волновало.

- ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? - Поинтересовался Эмлим со скрипом поворачиваясь к ведьме.

- Вернулся, вернулся голубчик мой... Да живой вернулся и целёхонький! Да оградят нас боги от всякой напасти! Услышали таки глухие полудурки таки, старуху этакую!

Эстель... явно была на эмоциях, так как не отвечая на вопрос Эмлина, задрала подол своей одежды и с клюкой в своих железных зубах быстро умчалась куда-то.

Оставшиеся на месте свидетели были поражены столь... бурной реакцией это старушки.

Повернувшись обратно к Ричарду, Эмлин заключил.

- ВЕРНИ МНЕ ДОМ, ПОТОМ ПОСМОТРИМ, ЧТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ, ЕСЛИ ХОРОШО ПОРАБОТАЕШЬ ТО Я САМ ПРОВОЖУ ТЕБЯ НАРУЖУ. ЗДЕСЬ НЕ ТЮРЬМА И ДОМ ДЛЯ БЕЗУМЦЕВ. ЗДЕСЬ УБЕЖИЩЕ ДЛЯ ТЕХ КТО БЕЖИТ ОТ МИРА ВНЕШНЕГО И ДЛЯ ТЕХ КТО ИЩЕТ МИРА ВНУТРЕННЕГО.

Сказал всё что хотел сказать Эмлин ушел, а державший его за шею Каду, наконец, расслабил свою хватку.

Потирая шею, Ричард не весело улыбнулся.

- И где же мне найти инструменты для стройки? - Пробормотал он, не много сожалея о том, что больше не сможет попросить ничео подобного у ходоков.

Пока Ричард размышлял о всякой ерунде подобного рода его внезапно прошиб некий странный озноб. Вздрогнув от неизвестного прежде ощущения он огляделся вокруг и вдруг заметил, что ещё не ушедшие далеко и хорошо знакомую ему пару так же не обошло стороной это непонятное ощущение.

- ЭТО ОН? - С некой настороженной неуверенностью пробормотал Эмлин, резко выпрямившись всем телом словно перед ударом молнии в ясный день.

-...Возможно. - Впервые за все время, которое его только видел Ричард, ответил Каду.

Оба старых монстра почти синхронно повернулись в сторону ранее убежавшей ведьмы и вновь с сомнением взглянули в одном им ведом направлении.

Теряющейся в догадках происходящего Ричард стал подозревать что именно оттуда исходит то странное чувство.

-... Пойдем, проверим? - Предложил нерешительно Каду, после минутного молчания.

Эмлин со скрипом повернулся к нему, одарив колдуна "ошарашенным?" взглядом.

-... Он может это запомнить. - Объяснил на удивление ныне словоохотливый Каду, который прежде и слова из себя не выдавил бы. - Или это и вовсе может быть не "Он". Ощущения не совсем те же.

Задумчивый Эмлин согласно кивнул.

Прежде чем спрыгнул на с хлипкого мостика на вынувшую из под мутной воды грязную от ила корягу.

По существу это было целое бревно, что в прошлом году уронили в воду при постройке дома рядышком с мостом. Но за прошедшее время древесина не только не растворилась в местной агрессивной среде но даже и не до конца сгнила. Это свидетельствовало о том насколько стойкой была эта древесина, что бы быть выбранной для местных сооружений.

Через секунду ничем не примечательная коряга под ногами Эмлина начала меняться, выпуская из полусгнившего ствола новые побеги и пагоны, что вскоре превратили её в некое изощренное подобие ездового зверя на множестве ножек.

Каду, не ста ждать приглашения, сам тут же запрыгнул на этот сомнительный транспорт.

Скоро старая коряга обзаведшаяся новыми конечностями, и перебирающая ими как некое насекомое, унесла двух старых монстров к месту откуда пришло потревожившее их ощущение.

Ричард, совсем уж позабытый им всеми, провожал их удаляющиеся фигуры взглядом, всё так же теряясь в догадках, что же могло всех их так потрясти, что даже у таких существ появилось сомнение в желании разобраться во всём.

Что же, уже сегодня вечером он об этом узнает.

********************************************************************************************************************************************************************************************

Компания авантюристов не сидела без дела в ожидании прибытия комитета по встрече, а была всецело занята тем, что разбирала свои недавние трофеи.

Группка привлеченных к им монстров была успешно ликвидирована, а следовательно всё что от них осталось требовалось рассортировать и распределить.

- Господи, оно всё ещё продолжает чавкать. - Не смогла не высказать вслух Сара, глядя на отрезанную от тела голову монстра, что всё так же смыкала свои челюсти злобно глядя на неё с многообещающим выражением выпученных глаз. - И оно смотрит на меня... Почему оно всё ещё смотрит на меня?

- Просто не трогай его. - Посоветовал ей искреннее Эрик, поднимая для видимости свой изодранный рукав. - Даже у отделенных от тела голов укус всё так же силен как острые лопасти у смыкающегося капкана. Даже не глядя на то что они ничего не могут больше сделать, их упорство тебя достать просто за гранью всякого воображения.

- Хм, кстати у этих тварей есть забавное свойство. - Подал свой голос и Джун. - На самом деле если вы соберёте их до кучи, то они вполне могут собраться заново. Помню, что раньше я даже пытался как-то слепить из нескольких разных кусков нескольких таких существ в одну тварь вместе. И знаете что? У меня это получилось. Вот только чуть позже эта многоголовая химера разделились на отдельных существ полностью восстановив свои изначальные тела.

-... давай оставим в стороне твое многогранное детство и вернемся к настоящему. Окей? Так ты можешь повторить чем мы вообще занимаемся?

Параллельно этому Джун рубанут теневым клинком по всё ещё способной шевелиться рыбине и немного помедлил с ответом, оценивая возможности своей магии.

С теми ограничениями, что он на себя взвалил, это был текущий максимум его возможностей.

Воплощение тени в реальность не было ему в новинку, так как на его теле всё ещё оставались вытатуированные узоры, чьи чернила помогали в подобном воплощении пустоты, то для него не составило проблемы повторить этот старый трюк.

Ключевой же разницей было то, что теперь это стало основой для большинства его заклинаний. И в отличии от "Могильного Хлада" у "Отрезанной Тени" были как свои недостатки, так и свои преимущества. Недостатком можно было считать то, что тень была куда более прожорливой в затратах эфира, она так же не отличалась разрушительной мощью или защитными свойствами, что прежде давал ему "Могильный Хлад".

У его атак больше не было долгосрочных и тех проникающих в саму душу свойств, что прежде, он так же не мог больше покрыть себя слоем пассивной защиты вроде "Инеевой Кожи" или управлять облаком костяной пыли, формируя из неё всё что только может нарисовать его воображение. Его влияние и власть над призраками, духами, а так же некоторыми особыми видами нежити ныне завесили исключительно от его ментальной силы.

С другой же стороны магия теней была более разносторонней и гибкой. Пусть она и не давала той жесткой бронированной защиты, но скрывала его присутствие и в случае особой нужды могла переместить его между измерений, от куда враг не мог его достать. Он так же стал более мобильным, возымев возможность перемещаться между тенями и измерениями. Увы это было всем чем можно было бы похвастаться. У магии теней был весьма скудный арсенал атакующей силы.

Материализация, уже опробованная им во всех своих возможностях, по существу была способна фактически повторить все те же трюки, что даровала ему "Урна Праха", но потребляла куда больше магической силы и была куда менее разрушительной. Он мог бы усилить её, набив на своем теле ещё больше татуировок из тех же чернил, являющимися материальным компонентом для воплощения заклинания, но для существенного эффекта улучшения ему бы пришлось закрасить абсолютно каждый уголок его кожи, что было не только затратно по материалам, но и достаточно нелепо из-за застопоривания естественного восполнения магии. Так что наиболее эффективным методом нападения оставался тот, что он уже применял прежде, несильное перемещение врагов в иное измерение, где те были не способны выжить и пары минут. Метод казался невероятно эффективным, если только не знать как ему противостоять. Многие существа были способны воспротивиться перенесению в иное измерение, а некоторые были способны и выживать там. Так что и такая кажущаяся всемогущей магия имела множество дыр и лазеек. "Касание Пустоты" что был более продвинутой вариацией нападения тени и отправлял противников в иное измерение по частям, был куда как эффективен, но потреблял столько магической силы, что воспользоваться им в текущем состоянии являлось возможным лишь несколько раз от силы.

В очередной раз разрезав теневым лезвием всё ещё способную подползти к нему даже отрезанную от тела голову никак неумирающего создания, Джун не мог не посетовать на недостаток артефактов в своих руках.

- [С этим надо что-то решать. Благо мы двигаемся в то место, где подобного добра в избытке. ]

Уловив краем сознания неслышно плывущего в воздухе монстра, прямо в десяти метров позади них, Джун взмахнул рукой с дымной плетью, что бросилась к последней затаившейся твари с манерой ядовитой змеи.

Дымный змей тут же без проблем поймал похожую на рыбу четырехлапое существо в свою пасть, после чего скрутился кольцами, обвиваю свою добычу.

Мгновение и пойманное существо было разорванно на куски, а выполнившая свою цель плеть из чёрной дымки бесследно истаяла в воздухе.

Пока его руки заканчивали стряхивать с себя капли оставшейся в них магии, Джун вспомнил о прежде заданному ему вопросе и дал лаконичный ответ.

- Ну мы ожидаем пока к нам не придут те кто сможет отвести нас в поселение. А до той поры мы просто остаемся на месте и разделываемся с теми, кого мы не ждем. Вот к примеру как сейчас... Мясо этих существ весьма, нет, крайне интересная штука. Его чертовски сильно ценят в этих краях и если мы подарим его в качестве знака уважения при встречи, то заработаем себе несколько лишних балов. К тому же этих тварей было так много, что и нам что-то достанется. Потому мы заготавливаем кое-что и для себя.

Сару уже прежде заинтересовало каковы будут на вкус эти "рыбины", но рассмотрев поближе их собачьи головы с непрерывно смыкающимися челюстями, их непреклонные попытки дотянуться к ним даже не глядя на то, что от их тел почти ничего не осталась, она уже не была так уверена в своем желании отведать их мяса.

К тому же её порядком насторожила бесшумность этих существ с которой они подбирались к ним со всех сторон, как опытный убийца она понимал как это было опасно.

Что же Эрика, ну его кажется вообще ничего не смущало. Когда его боевой молот, точнее огромная кувалда известная в этом мире как "Сокрушитель Тверди", сминал в кашу тела приближающихся монстров, он только спрашивал у Джуна, "получиться ли из этого накрутить котлет?". Ну а получив утвердительный ответ его бодрость возросла в разы.

В какой-то момент всё рыбо-монстры закончились.

Сара даже на вскидку поняла, что их набралось больше полусотни.

- Странно. - Протянул задумчиво Эрик, с силой опуская свой молот на чавкающую внизу голову Корпа. - Что-то других тварей я рядом не вижу.

За прошедшее время, встреча с несколькими монстрами подряд стала чем-то привычным. И отсутствие других чудовищ рядом сразу после схватки, была настораживающим затишьем. Однажды Эрика даже застали подобным врасплох, когда их группа разделались с весьма массивным и шумным здоровяком, то после их целый час незаметно поджидал ещё один затаившийся монстр, что дождался пока Эрик снимет с себя доспехи, а остальная группа расслабиться. Тогда им повезло, так как чудовище предпочло напасть на кажущуюся более слабую с виду и занятую разделыванием туши Сару, а не на Эрика без его брони или Джуна без магии. Девушка же не смотря на свою работу среагировала мгновенно и выстрела из револьвера твари прямо в глаз, после чего с ней разобрались совместными силами. К слову Сара так и не разобралась в анатомии разделываемой ею туши, так как в монстре почти всё слишком отличалось от привычного. Но вот Эрик получил глубокую рану, так как бросился чудовищу прямо на перерез. Для всех это стало очередным ценным уроком.

- А, это. - Отмахнулся на секунду отвлёкшийся от разглядывания ещё одной такой чавкающей, но уже в своей руке, головы монстра Джун. - Ты и не увидишь других тварей рядом с Корпами. Эти существа не делают различий между видами и нападают на всех кого встретят во время своей стайной миграции. Другие монстры так же не исключение. Потому даже возникла теория о том что Корпы это не отдельная группа стайных монстров, а цельный организм, что просто дублирует свои телесные воплощения в множественном проявлении. Лично мне плевать, так ни сколько не мешает и не помогает мне их убивать.

- Понятно. Значит на некоторое время здесь безопасно?

- Более мнее. - Неопределённо ответил Джун, выбрасывая прочь всё ещё живую голову в своих руках. - Монстры будут избегать этого места ещё некоторое время. Но нам стоит опасаться не только их, но и самой местности, так что сами понимаете.

Окружающая среда не была дружелюбной к людям. Это стало понятно ещё за долго до того как они подошли. Но напоминание было не просто для галочки, так как постоянная насторожённость сейчас, когда магия Джуна была так ограничена сохранностью их груза, была их главным оружием.

- Хм, ты в этом уверен? - Спросила Сара, пристально вглядываясь в одну сторону. - Монстры точно сюда не придут?

- Да. - Ответил Джун и тут же слегка всполошился. - А что?

На лице девушки проступила столь редкая в последнее время улыбка превосходства.

- Да так. - Махнула она рукой, словно и вправду ничего серьезного не заметила. - Я просто слышу как издали к нам мчится что-то большое и неуклюжее. Но если ты говоришь что это не монстр, то всё в порядке.

Джун тихо ругнулся, а Эрик заново поднял свой тяжеленный молот в полной готовности к бою.

Он не разведывал территорию как обычно, всецело сосредоточившись на испытании своих атакующих возможностей. Но сейчас когда Сара ему сказала о и вправду смог найти нечто приближающееся к ним. Притом сразу в множественном числе.

Отослав свою тень и уловив увиденное ею, он расслабился.

- Всё в порядке, это те кого мы ждали.

Вот только не смотря на его слова, приближающейся всё более отчетливый и громкий шум, заставлял двух других спутников насторожиться ещё больше.

Это нечто было огромным, а когда оно вынырнуло из тени отбрасываемой н болото лесной кроны, стало понятно насколько огромно оно действительно было.

- Да вы шутите... - Вымолвила Сара, опешившая от вида мчавшегося к ним дома.

Деревянный дом неправильной формы, из кирпичного дымохода которого валил густой дым, расплескивая болотную воду с каждым шагом своих огромных птичьих ног, двигался вперед.

- На самом деле этот дом построит вокруг остова костей чудовищно огромной птицы. - Пояснил Джун застывшим с разинутыми ртами друзьям, глядя на ужасающую махину с ноткой ностальгии. - Эта монструозная птица родственница Рух, однако она бескрылая, и по существу больше не встречается на этом континенте.

Пока он говорил совершенно ненужные никому вещи Сара заметила ещё одного приближающегося к ним монстра.

Чудовище было скрыто рассекаемой ею волной болотной жижи, однако непрерывно мелькающие в воздухе многочисленные лапы делали его похожим на некое насекомое. Главной же проблемой казалось то, что монстр вез на себе ещё одно существо.

Приглядевшись к нему Сару в очередной раз вздрогнула.

Это был гуманоид с кожей похожей на кору, длинными конечностями и застывшей маской озлобленного лица.

- Ох, да тут прям все старые знакомые. - Посетовал Джун с неоднозначным выражением в голосе.

В нем одновременно можно было угадать радость от встречи со старыми знакомыми и так же нежелание их видеть вновь.

Вскоре все два монстра замедлили свой ход и остановились на почтительном удалении от них.

Каждый оценивал другого.

Обе стороны застыли в немом напряжении и ожидании.

- ЭТО И ВПРАВДА ТЫ. - Густым эхом пробасил древолюд и в тоне его была мрачная обречённость.

- И тебе привет Эмлин. Как жилось? Не думал что встретишь меня вновь, не так ли? Всё ещё думаешь, что сможешь что-то мне противопоставить? А новую рощу уже вырастил?

-....- Глубокое молчание Эмлина было лучшим ответом на этот каверзный вопрос.

Выступивший за спины огромного древолюда человек с внешностью обескровленного африканца, смерил всю их компанию пронзительным взглядом и задержавшись на Джуне отвесил тому легкий уважительный поклон.

- Я приветствую тебя вновь на этих землях "Бледный Принц".

-...Привет Каду, вижу ты стал более словоохотливым с нашей последней встречи. Это как то связано с нашим прошлым разногласием?

- Возможно... - Ответил сдержано Каду, тем не менее, не спеша поднимать головы после поклона. - Но не думаю, что это стоит вашего беспокойства "Принц". Я уже извлек свой урок с прошлого.

- Рад за тебя. Та тысяча искаженных исчадий сильно истощили твою изначальную сущность, а мне бы не хотелось вновь выворачивать тебя на изнанку, что бы решить наше очередное недоразумение.

Каду никак не среагировал на эти вызывающие слова. То ли потому что в тоне Джуна не было высокомерия и угрозы, то ли потому что он не желал повторения прошлого.

В движениях и мимике колдуна не читалось напряжения или страха, но ощущалось некое смирение и даже почтение перед юношей впереди.

Двойке же немых свидетелей возле Джуна пришлось переваривать новую информацию из этих обрывочных фраз.

Их и без того напряжённые лица стали ещё непригляднее, а взгляды на спину Джуна более опасливыми.

Джуну даже без чтения мыслей и взгляда назад было хорошо понятно что сейчас о нём думаю его спутники.

- "Что за хр*нь творил здесь этот парень?!" или "Мы же можем ещё сделать вид, что незнакомы с ним, верно?"

Джуну оставалось лишь тяжело внутрене вздохнуть и настроить себя на долгий будущий разговор со своими новыми друзьями о "друзьях прошлых".

- Что же тогда последний из вас должна быть...

В этот момент двери хижины на костяных ногах огромной птицы распахнулись и наружу выглянула безглазая ведьма с дымящимся подносом в руках.

- Джуни-чи, мальчик мой ты живой! - Воскликнула Эстель, чьи глаза на одежде покинули свое привычное место и на длинных отростках устремились оглядывать юношу со всех сторон.

-... Здравствуй Эстель... то есть старшая сестра Эстель. Вижу ты всё так же бодра как и всегда.

- Я думала ты умер! Я видела это! Видела много-много раз. Я даже свечу за тебя зажгла.

- Я тронут... правда.

- Как?! Как боги тебя забери ты обманул свою судьбу?! Неужели и он тоже?!

Двойка старых монстров резко напряглась, нервно оглядываясь по сторонам. Каду даже бормотал себе под нос что-то вроде обрывистых фраз: "Мрачный Король...", "Мрачный Король...".

- Нет... боюсь, что нет... Учитель уже покинул этот мир... и думаю, что на сей раз уже окончательно.

- Ох, боги, боги... и эти проклятые ангелы вместе с ними. Но хотя бы ты, ты всё ещё здесь.

- Насколько это возможно... старшая сестра, насколько это возможно.

- Ну что же ты не стой там, а ну давай забирайся внутрь и... я вижу ты с компанией, не уж то нашел наконец себе девушку.... и "парня?" до кучи. Ну что же очень рада за тебя.

Улыбка Джугна была крайне натянутой и вымученной. Он даже не пытался втиснуть хоть одно слово в череду непрерывной речи Эстель, а просто поднял всех их в воздух, не дожидаясь пока хижина наклониться ниже что бы подобрать их, и вступил на порог дома ведьмы.

Только теперь можно было заметить что приготовила ведьма в качестве угощения.

Это были запечённые насекомые. Огромные, воняющие после прожарки, жуки размером с кулак. На горячем подносе была даже закручена в кольцо гигантская многоножка.

- [Всё как прежде.] - Отметил Джун, поднимая одно из угощений.

Бросив взгляда на искривлённые лица спутников он добавил.

- Они вкуснее чем кажутся на вид. Ну... вы поймете о чем я, когда мы доберемся до поселения.

Стоило отметить, что подобными насекомыми он мог питаться ещё прежде. Так как спектр эмоций с инсектицидами и млеко питающимися были совершенно разными, то Джун не боялся ощущения вкуса смерти при питании подобными жуками. Правда это так же было далеко не так вкусно, как он говорил. Потому-то он так и радовался встрече с монстрами чье мясо было съедобно и необыкновенно ценно в том месте куда они направлялись.

Джун был ну очень, просто очень-очень рад тому, что встретил этих тварей прежде, чем они добрались к цели своего путешествия.

Проводив закрывшуюся за Джуном дверь и дождавшись того момента когда дом Эстель развернуться прочь, Эмлин позволил своим слабым коленям подогнуться, а его массивному телу осесть.

- ЭТО... ДЕЙСТВИТЕЛЬНО... ОН.

Каду, чья шея так и не разогнулась после уважительного поклона, теперь осмелился поднять голову вновь, показав свое ничего не выражающее и совершенно пустое лицо.

Впервые за всё то время что его знал Эмлин, существо внутри тела Каду не подавало никаких признаков своего существования.

- [Оно тоже напугано этим парнем, верно? Ну почему он вернулся, почему?!]

Джун не скрывал ничего особенно пристально от Эрика и Сары, но он так же и не упомянул большинства того, что он пережил.

Он не рассказывал о своих скитания по иных измерениях.

Не упоминал всех кого он встретил или убил.

Или сколько душ по его вине было загублено.

Так что такая мелочь как его каникулы на Гиблых Топях не должна была быть чем-то даже заслуживающим упоминания.

- "Бледный Принц" вернулся. Стоит ли нам предупредить прочих? - Спустя минуту после исчезновения дома Эстель, спросил Каду с многозначительным выражением глядя на Эмлина.

- ВОТ ЖЕ ДЕРЬМО! - Простонал Эмлин, заставляя вздрогнуть целый лес позади. - МЫ ДОЛЖНЫ ПОСПЕШИТЬ, ЕСЛИ ОН УЗНАЕТ... КОГДА ОН УЗНАЕТ, ДЕРЬМО, ДЕРЬМО, НУ ПОЧЕМУ Я ТОГДА ТОЛЬКО НА ЭТО СОГЛАСИЛСЯ?!

- Ты, как и прочие, услышал предсказание Эстель и просто решил выместить всю свою обиду, не так ли? - Высыпав соль на рану, Каду казался совершенно не причастным.

Ну да, ему то что волноваться, он же тогда не участвовал.

Но вот для Эмлина и не которых других личностей это вовсе не было поводом для шуток.

- НУЖНО СПЕШИТЬ! ТЫ СО МНОЙ?!

-... я дойду своим ходом, лучше поспеши сам. Я думая что он будет достаточно зол когда узнает.

Больше Эмлин не тратил слов на ветер, его транспорт обзавелся ещё дюжиной дополнительных ног и со всей возможной прытью принялся возвращайся назад в поселение.

Эмлин спешил, спешил предупредить всех прочих, что вернувшийся "Бледный Принц" не найдет своего костяного дворца на своем прежнем месте. А значит что обозленный "Принц" приговорит и казнит всех виновных в этом особ.

- ЧЕРТ, ЧЕРТ, ЧЕРТ! ДАВАЙ БЫСТРЕ ГНИЛАЯ КОРЧГА, МЫ ДОЛЖНЫ ОБОГНАТЬ ТУ СТАРУЮ РУХЛЯДЬ!

Однажды, когда "Бледный Принц" задержался в этих краях дольше обычного, он решил отправиться в глубины топей дабы развлечь себя охотой.

Его охота на местных чудовищ была столь успешной и кровопролитной, что прежде не осмеливавшиеся показаться целиком наружу сущность внутри Каду, решила впервые за века выползти наружу и попытаться заполнить собой образовавшуюся в местной экологии пустоту.

Тогда, внезапно потерявший над собой власть, Каду выплеснул из себя не меньше тысячи искаженных тварей, что одной волной двинулись к месту кровопролития множества куда более могущественных чем черная плесень существ.

Однако черная плесень стала очередной добычей для беловолосого юноши, а по его возвращению в поселение Каду ждала жестокая расправа, что впервые поставила под сомнение бессмертие колдуна.

Однако "Бледный Принц", названый так в знак уважения к его наставнику имеющим титул "Мрачный Король", не стал окончательно добивать Каду, а принялся возводить себе "Дворец".

Дворец из костей сотен и тысяч убитых ими монстров, обитающих в этих краях.

Массивный дворец из костей чудовищ был самым возвышающимся и впечатляющим строением во всем поселении.

Он был самым надежным и неприступным для всех обитателей Гиблых Топей. Так как царивший внутри дворца холод был одинаково безжалостным ко всему живому что осмелилось бы войти в него.

Тем не менее сам "Бледный Принц" не прожил в свое дворце долго и вскоре после визита "Мрачного Короля", он удалился вместе с ним в долгое и последнее свое путешествие.

Из пророчеств всезнающей и всё ведающей ведьмы другим стало понятно, что пара самых могущественных из когда либо обитающих в этих болотах малефиков встретила свой конец в войне со всем внешним миром.

Это было шокирующей, но в то же время и вполне ожидаемой новостью для малефиков. Ведь каждый из них знал, что никому не победить внешний мир своими силами.

Однако для двух самых могущественных из них, всё же как-то удалось свести итог к ничьи.

И вот это было поистине потрясающим сознанием откровением.

Но каковым бы не было потрясающем воображение подвигом это никак не повлияло на то, что хозяин дворца был мертв.

А значит и его владения теперь никому не принадлежат.

Тут же на совете старейших и сильнейших было принято решение разобрать столь примечательное сооружение и поделить его части между собой.

В конечном счете оно было собрано из костей монстров, что были прекрасным материалом для многих полезных вещей.

Обили леденящей душу скверны так же было полезным для кое-кого из чернокнижников, ну а всё что внутри... ну не то что бы так были какие-то сокровища, но некая мебель и тому подобные мелочи для жизни стали добычей для тех кто был заинтересован.

Иными словами "Костяной Дворец" был разобран по косточке и разделен между теми кто это сделал.

И всё бы ничего, но возвращение "Бледного Принца" ставила прошло решение под большое сомнение.

Какой личностью был "Принц"?

Добрым и понимающим?

Вот уж нет!

Он был безэмоциональным, хладнокровным, расчетливым, жестоким и мстительным призраком, что мог вырвать у кого-то с тела все его кости и заставить окровавленный скелет убрать свои же останки.

Он мог наслать не снимаемое родовое проклятие за косой взгляд в его сторону.

Он мог натравить целую свору призраков на тех кто имел глупость пытаться его обмануть.

Он мог сделать с обидевшими его людьми всё что угодно и это было главной чертой, что определяла характер "Бледного Принца" в этих края.

Пытались ли его усмирить другие могущественные личности?

О да, они пытались.

Вот только кровавые ошметки одного из них выбросил на свалку его же скелет.

Другой сгнил заживо от не снимаемого проклятья.

Третьего извели сотни преследующих его призраков.

Ну а всех прочих хоть и минула худшая участь, но после ссоры с "Принцем" у них осталось множество душевных и ментальных шрамов.

Так что когда Эмлин на всех ногах мчался назад дабы предупредить прочих, его вела не только его солидарность с соседями, но и чувство совместной ответственности за общий проступок.

Он уже знал что их ждет беда, но всё ещё надеялся что она будет снисходительной, если они успеют извиниться.

В конце концов, всё что он мог сделать сейчас это надеяться.

********************************************************************************************************************************************************************************************

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/133326/6078991