– Я здесь главный в роду Учиха! И от имени нашего рода я тебя изгоняю! С этого дня ты не имеешь права носить имя Учиха! – холодно ухмыльнувшись, Саске изо всех сил сжал сердце Итачи, превращая его в кровавое месиво.
Итачи, словно оглушенный словами Саске, застыл на месте. Только перед самым последним вздохом его губы шевельнулись:
– Осторожно… Мадара…
– Ты думаешь, мне нужны твои подсказки? – Саске усмехнулся, вырвал глаза Итачи и спрятал их для будущих нужд.
Затем вытащил катану, достал свиток и запечатал тело Итачи внутри.
Все это время Саске специально скрывал свое истинное состояние, притворяясь ослабленным. Но сколько он ни ждал, нападения так и не последовало.
Он почувствовал, как три чакры, которые он ощущал своим "Глазом Разума Канны", исчезли. Даже его "Небесное Присутствие", позволяющее чувствовать пространство, подтвердило: тот, кого он собирался обмануть, тихо сбежал.
– Тьфу, трус поганый.
Убедившись, что Обито и Зетцу действительно ушли, Саске перестал притворяться и мгновенно пришел в полную форму.
[Глава 3 завершена, 4000 слов. Большая просьба поддержать, заранее спасибо!]
[Конец главы]
[Глава 102]
[Воскресни, мой раб]
Вернувшись в столицу Страны Огня, Саске первым делом встретился с Даймё. Он рассказал ему о недавних событиях. Скрывать такое не было смысла – Даймё рано или поздно узнал бы о разрушениях и переполохе. Затем Саске, сославшись на сильное истощение после боя, отпросился отдохнуть и вернулся в свою резиденцию.
Дома он сразу же стал анализировать прошедший бой. За исключением небольших недочетов в использовании "Небесного Прозрения", всем остальным Саске был доволен. В этой битве он использовал "Небесное Прозрение" четыре раза.
Первый раз – когда заметил Итачи в столице. Он тут же "назначил", что они обязательно встретятся и сразятся. Не зная, пришел ли Итачи специально за ним, и не желая устраивать бойню в городе, Саске решил перенести поле боя за его пределы. В этом случае ограничения по времени не было – до момента их встречи и смерти одного из них.
Второй раз он использовал "Небесное Прозрение" при их встрече. Он "назначил", что тело Итачи будет стремительно слабеть. Без ограничений по времени – до смерти Итачи.
Третий раз – после того, как они встретились. Саске "назначил", что Бива Джузоу легче попадет под действие иллюзий и ему будет сложнее понять, что он под их влиянием. Цель была в том, чтобы быстро нейтрализовать эту помеху. В этом Итачи ему очень помог: когда Бива Джузоу попал под иллюзию, Итачи сам добил его.
Четвертый раз – когда обнаружил прибытие Обито. Он "назначил", что Обито будет наблюдать до последнего момента, и не вмешается, пока Итачи жив. Это было сделано для того, чтобы битва Саске и Итачи прошла без вмешательства Обито.
Из этих четырех "назначений" первые три имели свои недостатки. Например, второе – "назначение" ускоренного ослабления Итачи – было совершенно излишним. При нынешних силах Саске убить Итачи было не проблемой. Без вмешательства Обито у Итачи не было шансов сбежать. Так что ускоренное ослабление не меняло сути дела. По этой же причине первое "назначение" – "только один выживет" – тоже было бессмысленным.
Назначение для Бивы Джузоу тоже было лишним. Его уровень – максимум элитный дзёнин, он сильно уступал Саске и Итачи, которые уверенно достигли уровня Каге. В бою два против одного, будь то иллюзия или нет, он был обречен.
Поэтому слабость Саске в момент смерти Итачи не была притворством. В тот момент Саске одновременно отменил три "назначения": "только один выживет", "Итачи ускоренно ослабнет" и "Обито не вмешается до конца". Вся чакра и сила глаз мгновенно были исчерпаны. Кто-то другой, например, Какаши, от такого либо умер бы, либо серьезно пострадал. К счастью, Саске восстанавливался быстро, у него было неограниченное количество "жизни" и "чакры", поэтому он мгновенно пришел в норму.
Слабость была настоящей, но Обито не напал, что вызвало у Саске легкое разочарование. Но ничего, он и так собирался оставить Обито в живых на время, возможность сразиться еще будет.
Эта битва принесла Саске огромную пользу. Во-первых, он частично отомстил за свой клан и семью. Во-вторых, многократное использование "Небесного Прозрения" позволило ему лучше освоить это додзюцу. Наконец, он получил тело Итачи.
Ценность тела Итачи невозможно переоценить. Только его Шаринган Мангекё был ключом к пробуждению Шарингана Вэчного Мангекё для Саске. Это было подготовкой к риннегану и заодно помогало в реализации некоторых его небольших задумок. Кроме того, ткани тела Итачи тоже были очень важны. Что касается конкретной причины…
– Тигр – Змея – Собака – Дракон! Сложив печати, закричал: – Что приказываю, то и появится! Ниндзюцу: Нечестивое воскрешение!
Это была улучшенная версия техники, которую Саске добыл у Орочимару, практически идентичная той, что использовалась во время нападения на Коноху.
Через мгновение из земли медленно показался гроб.
Замерзший Дождь, наблюдая за происходящим, недоуменно цокал языком.
Гроб медленно открылся, являя фигуру с закрытыми глазами.
– Господин, это…
– Мой брат, Итачи. Убийца всего клана и наших родителей, – безразлично пояснил Саске.
– Это…
Он действительно был мастером светской беседы. Итачи даже не знал, что ответить.
– Чего ждешь? Итачи, раз проснулся, выходи.
Саске не обращал на нее внимания, не отрывая глаз от Итачи.
В гробу Итачи тихо вздохнул, открыл глаза и, застыв, медленно выбрался из гроба.
– Я ведь уже умер… Зачем ты вернул меня из Чистой Земли?
– Думал, смерть тебя спасёт? Как бы не так. Собственноручно уничтожил весь клан и даже не искупил вину. Отправить тебя в Чистую землю после такого? Слишком уж легко. Не переживай, пока не отработаешь этот грех, о Чистой земле можешь забыть.
Саске был бы полным дураком, если бы не использовал такую боевую силу. Если бы была возможность, он бы воскресил всех погибших ниндзя Учиха. Но это было нереально.
Обычно воскрешённые при помощи "Призыва воскрешённых" сохраняли своё сознание. Чтобы заставить их повиноваться, требовалось либо абсолютное подчинение с помощью "Отдельного мира" Шисуи, либо контролирующие печати в мозгу.
Первый способ требовал левый глаз Шисуи и не мог использоваться часто. Второй — постоянного контроля. Без абсолютного подчинения, с их надменным характером, обычные Учиха только создали бы Саске проблемы. Лучше уж пусть остаются мёртвыми.
Что касается Фугаку и Микото Учиха, Саске сейчас не планировал их воскрешать. Ведь у Саске всё было хорошо: власть, деньги, статус, невеста. Если Фугаку и Микото воскреснут и увидят, как хорошо живёт их младший сын, они могут успокоиться и сразу отправиться в Чистую землю. А из Чистой земли в состоянии "Призыва воскрешённых" больше не вызвать. Поэтому, пока Саске не освоит технику "Внешнего пути: Возрождение небесной жизни" или другую подобную, он не будет рисковать, вызывая Микото и Фугаку.
– Что это за техника? – спросил Итачи, не оспаривая слова Саске.
– "Призыв воскрешённых". Запретная техника Второго Хокаге. Используя жертву и часть тканей тела умершего, можно призвать его душу из Чистой земли. В этом состоянии твои чакра и сила глаз безграничны, и тебя невозможно убить.
– Что ты хочешь, чтобы я сделал?
– Ты всегда говорил, что делал всё ради мира в Конохе, верно? Отлично. Задание по уничтожению Конохи поручаю тебе.
Произнеся это, Саске закатил левый глаз. Зрачок Шисуи поднялся, и мощная печать "Отдельного мира" мгновенно проникла в тело Итачи.
[Глава 103. Вечность! Пространство Цукуёми!]
Одна печать "Отдельного мира" — лучшее решение для Итачи. Он сохранит все воспоминания прошлой жизни, всё, что делал, но будет вынужден подчиняться приказам Саске. Как и сказал Саске, смерть для Итачи была бы слишком лёгким выходом; с его состоянием здоровья, он бы долго не прожил. Поэтому у Итачи было сильное желание умереть. Саске решил удовлетворить его. Более того, он убил его, а затем воскресил, чтобы Итачи почувствовал, что значит не бояться ран и смерти.
– Ты правда... Я готов расплакаться. – Саске стоял перед зеркалом, смотрел на своё красивое лицо, похлопал себя по плечу и вздохнул. Затем он стал любоваться своими глазами, переполненный гордостью. Вечный Мангекё Шаринган — он его получил! Теперь в его глазах, помимо изначальной шестиконечной звезды, появилось ещё два треугольных лезвия-ветряка, направленных в разные стороны. Он успешно имплантировал Шаринган Итачи.
В любом случае, у него изначально не было риска ослепнуть, и ему не нужно было бояться, что тело не выдержит. Так что раннее улучшение принесло спокойствие, чтобы избежать неприятностей в будущем. Говоря об имплантации глаз в мире ниндзя, это могло означать два разных процесса.
Первый — буквальная имплантация. Например, Ао из Киригакуре имплантировал Бьякуган; Шаринган Какаши тоже был буквальной имплантацией. И во время Четвёртой мировой войны ниндзя, Мадара забрал глаз Обито у Какаши и мгновенно открыл измерение Камуи — это также пример такого типа. Простое "горячее подключение", своего рода "делай, как хочешь".
Второй — это процесс улучшения Мангекё до Вечного Мангекё. Хотя это называется имплантацией, на самом деле это больше похоже на поглощение или абсорбцию. Имплантируя Мангекё Шаринган близкого кровного родства, сила глаза полностью поглощается, изначальные додзюцу исчезают. Затем сила сливается с собственной, развивая глаза дальше, превращая Шаринган с риском ослепнуть в почти идеальный Вечный Мангекё Шаринган.
Это изменение создавало ощущение исправления генетического дефекта, но Саске, будучи Королём демонов, в процессе не почувствовал в себе никаких других изменений. Он долго думал, но так и не понял, наконец, стукнув кулаком по ладони.
http://tl.rulate.ru/book/133258/6301185
Готово:
