«Бах!»
Дверь с грохотом распахнулась, и в помещение ввалился мужчина в помятой одежде, от которого разило перегаром.
Солнечный свет хлынул внутрь сарая, заливая груды дров. Су Му, забившийся в самый тёмный угол, невольно съёжился.
Солнечные лучи, проникающие сквозь пыльный воздух, вызывали в нём животный ужас.
Это был страх смерти — инстинктивный ужас демона перед светом.
Мужчина окинул взглядом девушку, дрожащую у стены с цепью на шее.
Его взгляд заставил её сжаться ещё сильнее. В глазах мелькнул страх — тот самый, что годами копился перед этим человеком.
Перед тем, кого она называла «отцом».
Молчание девушки, казалось, лишь разозлило пьяницу. Не говоря ни слова, он выхватил из-за спины кожаный кнут.
– Хлёст!
Глухой удар разорвал тишину сарая.
Девушка дёрнулась, но не издала ни звука. Годы побоев научили её: крики и слёзы только распалят «отца».
Ударив ещё раз, мужчина вдруг остановился, словно что-то вспомнив.
– Бесполезная дрянь… – пробормотал он, швырнув кнут на пол.
Через мгновение он вернулся, таща в руках глиняный кувшин и бамбуковую трубку.
Открыв крышку, он плеснул воды в деревянную миску у ног девушки, а затем бросил трубку рядом.
– Через пару дней продам тебя с рук. Всё равно толку нет.
– Бам!
Дверь захлопнулась, и в сарае снова стало темно.
Лишь когда шаги затихли, девушка осторожно подтянула правой рукой рукав левой. Под тканью проступили кровавые полосы — свежие и старые, некоторые уже затянулись рубцами.
Некоторые из ран всё ещё были забрызганы кровью — видимо, их только что нанесли.
Девчушка плюнула себе на ладонь и аккуратно размазала слюну по свежим полосам от ударов. Потом снова опустилась на землю и начала жадно слизывать чистую воду из деревянной миски, стоявшей рядом.
Напившись, она развернулась и побрела вглубь дровяного сарая. С каждым её шагом железная цепь, прикованная к шее, глухо позванивала.
Вскоре девочка вернулась с деревянным пестом в руках, открыла оставленный мужчиной бамбуковый контейнер и резко опрокинула его.
На землю высыпалась горстка риса.
Она крепко сжала пест, сосредоточенно ударила по зёрнам, стараясь очистить их от шелухи.
И тут Су Му вышел из тени, подошёл к ней и присел на корточки, наблюдая, как она колотит по рису.
Сначала он не понимал, что происходит.
Но когда девочка аккуратно собрала уже очищенные зёрна и положила их обратно в бамбуковую трубку, до него дошло.
Она толкла рис.
Выражение лица Су Му изменилось. Он протянул руку и схватил её за ладонь.
Маленькая рука, покрытая шрамами и мозолями, была тонкой, как птичья лапка.
– Что ты делаешь? – его голос прозвучал глухо.
– Толку рис! – она подняла на него удивлённый взгляд, словно не понимая, почему дух перед ней задаёт такие очевидные вопросы. – Когда рис очистишь, его можно варить. Если папа оставит немного, я тоже смогу поесть.
Тишина.
Глухая, тяжёлая тишина.
– Мерзавец… – спустя долгие секунды Су Му прошипел сквозь стиснутые зубы.
Говорят, злые духи страшны, но бывают люди куда страшнее любых духов.
Его рука мягко коснулась головы девочки, касание было почти жалостливым, но алые глаза светились холодным, необъяснимым блеском.
– Дядя, ты убьёшь его?
– Как насчёт того, чтобы я защищал тебя с этого дня?
Тело девочки дрогнуло, её безжизненные глаза на мгновение оживились. Но в этом слабом блеске проскользнули страх и желание. Желание тепла и одновременно боязнь, что оно снова исчезнет.
– Дядя… ты правда призрак?
Неведомо когда подняв голову, она смотрела на него розово-фиолетовыми глазами.
http://tl.rulate.ru/book/133149/6072129
Готово:
