В своей лаборатории Кевин разбирал имеющиеся у него материалы.
Класс B: Изумрудная кристальная кость.
Этот материал с Тёмного Континента, подарок Джина, должен был быть лучшим из материалов класса B.
Класс C: особый протеиновый минерал, чешуя рыбы-самоцвета, целый рог двуглавого волка, личинка-тень, панцирь железной черепахи.
Особый протеиновый минерал он купил раньше, чешую рыбы-самоцвета подарила Бисквит, рог двуглавого волка он получил после его смерти, а личинку-тень поймал вчера.
Что до панциря железной черепахи, то его Кевин «одолжил» со склада Бегера.
На личном складе Бегера хранилось множество самых разных биологических материалов, некоторые из которых были ценными коллекционными экземплярами.
Но большинство были образцами, использовавшимися для исследований, и по их окончании утратили свою ценность.
Панцирь железной черепахи был одним из таких предметов.
Слабое влечение, которое он вызывал, было на одном уровне с особым протеиновым минералом.
К тому же, в одной стране были целые фермы по разведению железных черепах, так что он не считался особо ценным и был, пожалуй, самым дешёвым материалом в руках Кевина.
Остальные материалы, которые можно было использовать в зельях, но которые не вызывали влечения, Кевин отнёс к классу D.
С появлением панциря железной черепахи Кевин наконец-то нашёл подходящую пару к чешуе рыбы-самоцвета.
Если сделать из них зелье, то, скорее всего, оно должно было усилить физическую защиту.
Вот только каким образом, пока было неясно.
Раньше, из-за отсутствия подходящего связующего для медной чаши, эксперимент застопорился.
Но вчера Кевин нашёл идеальный вариант — кислоту из Кислотного пруда.
После нескольких тестов эффект оказался превосходным.
Проведя множество опытов и исследований, Кевин обнаружил, что эта кислота была почти универсальным связующим для всех комбинаций минералов и твёрдых материалов.
Вот только хранить эту кислоту было очень сложно.
Кевин взял у Берта немного кислоты, собранной ранее, но после тестов оказалось, что её эффект сильно ослаб, можно сказать, почти исчез.
А ведь с момента её сбора прошла всего неделя.
Это означало, что срок годности кислоты вне Кислотного пруда был всего около семи дней.
Кевин материализовал алхимический стол и разложил на нём подготовленные материалы.
Золотые весы: чешуя рыбы-самоцвета (целая — 10 грамм).
Серебряные весы: панцирь железной черепахи (небольшой кусок — 25 грамм).
Медные весы: зелёная кислота (один миллилитр).
[Эффект: усиливает сопротивляемость ауры и кожи к ударам.]
Эффект был простым и прямолинейным.
На самом деле, вчера Кевин уже делал такое зелье, тогда он измельчил оба материала, и описание эффекта было таким же.
Теперь он хотел попробовать, изменится ли эффект, если использовать целые куски.
Разная форма материалов тоже влияла на конечный результат.
Кевин глубоко вздохнул, медленно положил руки на стол и вошёл в состояние Дзэцу, ощущая, как его силы и аура постепенно утекают.
Примерно через двадцать минут алхимический стол остановился, и из него выскочила пробирка с новым зельем.
Похоже, в зельеварении тоже была своего рода «сноровка»: чем больше делаешь, тем быстрее получается, хоть расход и оставался прежним.
На этот раз на создание зелья ушло около двух-трёх тысяч единиц ауры, немного больше, чем вчера, когда ушло ровно две тысячи.
Цвет зелья не отличался от предыдущего, и под солнечными лучами на его поверхности время от времени появлялись шестиугольные блики.
Как только алхимический стол исчез, Кевин, не раздумывая, залпом выпил зелье.
Эффект наступил мгновенно.
«Эффект лучше, чем вчера», — это было его первое впечатление.
Похоже, эти два материала при смешивании не стоило измельчать в порошок.
Кевин заставил ауру циркулировать в теле.
«Ощущение какой-то тяжести, но скорость циркуляции ауры не уменьшилась, это лишь иллюзия», — ощущая и записывая, думал Кевин.
Затем он сжал правый кулак и ударил по левой руке.
— Хм?
Присмотревшись, Кевин заметил нечто странное.
В момент удара и защиты, когда аура сталкивалась с аурой, её форма «затвердевала».
Словно в момент удара аура становилась шестиугольной.
Чтобы убедиться, что ему не показалось, Кевин ускорил темп и начал быстро бить одной рукой по другой.
«Не показалось, точно шестиугольник».
Это явление вызвало у Кевина живой интерес, с таким он сталкивался впервые.
При этом его аура не увеличивалась и не уменьшалась, и расход тоже не менялся.
Значит, усиление защиты заключалось в этом шестиугольнике, который появлялся при ударе.
Эта форма была похожа на узор на панцире железной черепахи.
После того, как он выпил зелье, это изменение происходило автоматически при получении удара, без его сознательного контроля, словно аура сама создавала щит.
Если же он атаковал, то в момент удара его тело тоже испытывало отдачу, и в этом случае свойство сопротивления ударам тоже проявлялось, то есть тоже появлялся шестиугольник.
«Очень интересно».
Кевин всё больше увлекался и начал детально изучать это явление.
Однако пятнадцать минут пролетели быстро.
К счастью, даже когда он был сосредоточен на исследовании, его «Пустая комета» оставалась активной, и его тело самопроизвольно изучало это изменение.
После исследования Кевин пришёл к выводу, что его первоначальная мысль была верной: шестиугольник, который образовывала аура, и был ключом к усилению защиты.
И благодаря этому свойству ауры, не только защита при получении удара усиливалась, но и сила атаки тоже возрастала.
Потому что при атаке аура, окутывающая кулак, в момент удара становилась твёрже, принимая форму шестиугольника.
«В таком случае, назову это зелье “Зельем железной стены”».
Раз уж так, то и сомневаться было не в чем.
Всех трёх материалов у Кевина было в достатке, и если использовать их все, можно было сделать больше двадцати порций.
Самым дорогим из них была чешуя рыбы-самоцвета, эта рыба была особым мутантом, и встретить её было большой удачей.
Каждая использованная чешуйка была на вес золота.
Но даже так, если сделать из всех материалов двадцать с лишним порций зелья, Кевин определённо получит от этого пользу.
На данный момент, всплеск ауры, которому он научился с помощью «Зелья силы», достиг эффективности в двадцать пять процентов и уже почти сравнялся с первоначальным эффектом зелья.
Кевин невольно задумался: если он научится одному и тому же изменению ауры с помощью двух разных зелий, смогут ли эти две формы сосуществовать одновременно?
Под действием зелий два усиливающих эффекта, казалось, не конфликтовали.
Если это действительно возможно, то его атакующая и защитная мощь снова возрастёт, ещё больше усиливая его как Усилителя.
Как бы то ни было, сперва нужно было сделать зелья.
В конце концов, материалов было достаточно, да и «Зелье железной стены» не требовало слишком много ауры.
По подсчётам Кевина, его общий запас ауры сейчас составлял около тринадцати тысяч.
В этом была немалая заслуга «Пищеварительного зелья» и усиленных тренировок.
Сейчас Кевин мог использовать «Пищеварительное зелье» раз в восемь дней, а затем проводить день высокоинтенсивных тренировок.
А его высвобождаемый объём ауры был заметно выше среднего, около полутора тысяч, в основном благодаря эффекту «Зелья силы».
В активированном состоянии «Пустой кометы» тело самопроизвольно тренировалось в процессе обучения, целенаправленно усиливая нужные способности.
Если же он активировал уже освоенный всплеск ауры, его высвобождаемый объём достигал более тысячи восьмисот, что давало поразительный атакующий и защитный эффект, определённо превосходящий уровень пользователей Нэн того же уровня.
Однако, в то же время, его выносливость в бою могла быть ниже, чем у других Усилителей.
В конце концов, больший всплеск высвобождаемого объёма ауры приводил к большему расходу общего запаса ауры и физических сил.
Возможно, этот недостаток можно было компенсировать с помощью зелий.
«Зелья — это тоже проявление моей Нэн-способности, результат моих усилий!»
Кевин подумал, что теперь ему нужно разработать зелье, ускоряющее восстановление сил и ауры, или, как «Зелье силы», напрямую увеличивающее их.
http://tl.rulate.ru/book/133087/8240313
Готово:
