Услышав вопрос Цяо Чжи, Чу Цигуан улыбнулся и сказал:
— Во-первых, я не верю в Учение Небесных Наставников, и у меня нет к демонам какой-то заклятой ненависти. К тому же, разве ты сам не говорил, что люди и демоны произошли от одного предка? Люди могут демонизироваться и становиться демонами, демоны могут принимать человеческий облик, и они даже могут иметь совместных детей. Так что, на мой взгляд, грань между людьми и демонами весьма размыта. Во-вторых, что касается императорского двора, если, как ты сказал, через сорок восемь лет династия Великой Хань падёт, то, судя по тому, как сейчас императорский двор постепенно теряет контроль над регионами, их подавление демонов наверняка уже не так эффективно, как раньше. Более того, в самом императорском дворе уже есть те, кто вступил в сговор с демонами, не так ли?
Глядя на взгляд Чу Цигуана, словно проникающий в самую душу, Цяо Чжи в изумлении воскликнул:
— Как ты догадался?
Чу Цигуан провёл правой рукой от головы Цяо Чжи до самого хвоста.
— Разве не ты мне всё рассказал? Но самое главное — в мой самый беспомощный и трудный момент именно ты, мастер Цяо, помог мне. Ты мой благодетель, — Чу Цигуан потёр подбородок Цяо Чжи и, улыбаясь, сказал: — Мы ведь будем друзьями на всю жизнь, правда?
— Да, так и есть, — глядя на взгляд Чу Цигуана, Цяо Чжи энергично кивнул головой. — Конечно! Мы точно будем друзьями на всю жизнь!
Но про себя он подумал:
«Неужели Чу Цигуан разгадал моё происхождение? Но я же известен тем, что держу язык за зубами, и точно ничего не рассказал, как же он догадался? Этот парень и правда невероятен. Чёрт, почему я опять его боюсь? Не бойся, Цяо Чжи, ты же борешься за то, чтобы кошки всего мира поднялись на ноги! Но если он уже догадался, не могу ли я теперь раскрыть немного больше? Я ведь уже стал его другом…»
Цяо Чжи мысленно подбадривал себя, и, когда очнулся от своих мыслей, Чу Цигуан уже почти дошёл до дома. Издалека было видно, как его сестра играет с дикими кошками Цяо Чжи — Котлетой и Бархоткой.
Однако, вернувшись домой, Чу Цигуан не рассказал матери и сестре о трёхстах лянах серебра. С одной стороны, объяснять было слишком хлопотно, с другой — с их кругозором они могли бы только всё испортить.
Поэтому Чу Цигуан взял с собой сорок лянов серебра, а остальное закопал в яму во дворе и только тогда вошёл в дом, чтобы заняться сегодняшней медитацией.
Но, сделав пару шагов, он побледнел, и его сердце подсказало, что дело плохо.
— Чёрт! Опять приступ.
Когда Чу Цигуан побледнел и покрылся холодным потом, сестра Эргоу вскочила с лежанки и крикнула:
— Брат, ты вернулся? Ты опять хочешь по-большому?
Чу Цигуан раздражённо зыркнул на неё.
— Замолчи и иди спать.
Тем временем мать Эргоу тоже проснулась. Она очень беспокоилась, где сегодня был Эргоу и почему он вернулся так поздно.
Чу Цигуан кое-как отмахнулся от их вопросов, сославшись на понос, и вышел из дома.
Потрогав свой лоб, покрытый холодным потом, Чу Цигуан тяжело дыша сказал:
— Нет, нужно срочно что-то сделать. Но в такую ночь…
Чу Цигуан огляделся по сторонам и увидел, что вся деревня семьи Ван погружена в кромешную тьму. В деревне по ночам не было никаких развлечений, и большинство людей давно спали.
«Если ничего не выйдет, придётся…» — подумав об этом, Чу Цигуан повернулся и посмотрел на Цяо Чжи рядом.
Цяо Чжи склонил голову набок и посмотрел на Чу Цигуана.
— Мяу?
Но в тот момент, когда Чу Цигуан вышел из дома, чей-то взгляд пристально следил за ним.
Чэнь Ган прятался за деревом, медленно доставая из-за пазухи камень, и смотрел на Чжоу Эргоу взглядом полным недовольства.
Только что в доме семьи Ван Чжан Да отлупил его прямо на глазах у Чжоу Эргоу, и это наполнило его сердце негодованием к Эргоу.
— Этот маленький Эргоу, не знаю, каким трюком он одурачил господина Ван. Я мог просто огреть его камнем по башке, и пусть продаёт поля, если надо, или даже себя самого — никаких тебе сложностей.
Он рос вместе с Эргоу и с самого детства и знал его как облупленного. Это был слабак, которого он всегда задирал, а тот и слова в ответ не мог выдавить.
Поэтому, когда Чэнь Гана выгнали из дома семьи Ван, он всё больше злился, и решил дождаться, когда Эргоу вернётся домой, чтобы оглушить его и притащить в дом семьи Ван, доказав семье Ван и Чжан Да, что он прав.
* * *
Тем временем Чу Цигуан чувствовал нарастающее беспокойство. Под влиянием душевной болезни в груди нарастала злость, которую он не мог сдержать, и ему хотелось ворваться к соседям, обругать их или даже избить.
Пройдя ещё десяток метров, он вдруг услышал голос Цяо Чжи.
— Сзади кто-то есть.
Чу Цигуан обернулся и увидел, как Чэнь Ган крадётся за ним неподалёку. Заметив, что его увидели, тот высоко поднял камень и быстро бросился к Чу Цигуану.
Увидев это, Чу Цигуан встревожился.
— Чэнь Ган? Как он тут оказался? Кто устроил на меня засаду? Неужели моё дело в доме Ван раскрылось?
Подумав об этом, Чу Цигуан в ужасе развернулся и побежал:
— Семья Ван устроила на меня засаду? Или это управа? Даосский храм?
В голове вихрем закружились разные догадки, и даже душевная болезнь на мгновение отступила.
Тем временем Чэнь Ган, увидев, что Чжоу Эргоу убегает, погнался ещё яростнее.
— Эргоу! Не смей бежать, будь мужиком!
Чу Цигуан бежал ещё быстрее, на бегу спрашивая Цяо Чжи:
— Цяо Чжи, скорее посмотри, кто там ещё есть, кроме него? Кто на нас напал? Куда бежать, где меньше людей?
Услышав вопросы Чу Цигуана, Цяо Чжи запрыгнул на глиняную стену. Его глаза, отражавшие зелёный свет, взглядом обшаривали всё вокруг, а уши высоко задрались, прислушиваясь ко всем звукам.
Цяо Чжи удивлённо сказал:
— Больше никого в засаде нет.
— Только он один? — Чу Цигуан мгновенно понял, в чём дело. Он резко остановился, повернулся к всё ещё бегущему за ним Чэнь Гану, и злость в его груди забурлила ещё сильнее.
Цяо Чжи спросил:
— Мне разобраться?
Чу Цигуан ответил:
— Не стоит паниковать по пустякам. Это всего лишь мелкая сошка, а ты так разнервничался, что и меня заставил бежать через половину уезда.
— Тьфу!
— Смотри, как я с ним разберусь.
С нарастающей в сердце злостью его лицо постепенно исказилось в гримасе.
Он сжал кулак и рванул вперёд, резко оттолкнувшись ногами.
Первый шаг — бросок к Чэнь Гану, второй — он уже в двух метрах перед ним, на третьем шаге, вынося ногу, правый кулак устремился вперёд.
Эти три стремительных шага сделали его кулак подобным снаряду, выпущенному из пушки. Это был результат его круглосуточной практики Кулака Закалки Небесного Духа.
В этот удар Чу Цигуан вложил силу от стоп. Энергия поднялась от земли, последовательно проходя через ноги, позвоночник, плечо и руку, словно тигр, спускающийся с горы, и даже вызвал хлопок воздуха.
Бах!
С лёгким хлопком разрываемого воздуха Чэнь Ган не успел среагировать. Перед глазами всё мелькнуло, и кулак Чу Цигуана врезался ему в грудь, подбросив его тело в воздух, после чего он тяжело рухнул на землю.
Увидев это, Цяо Чжи прищурился, и его зрачки мгновенно стали вертикальными.
— Удар вызвал хлопок воздуха? Энергия прошла через всё тело? Первая ступень боевых искусств? Он уже достиг её? Даже без лекарств? Да чтоб тебя…
http://tl.rulate.ru/book/133016/6283577
Готово:
