Глава 77. Музыкальная карьера Мэдисон
– Сложно и прекрасно.
Хань И положил в рот картошку фри, наслаждаясь жирным удовольствием от хрустящих кусочков картофеля и крупной морской соли. Он тихо повторил слова Мэдисон Билл:
– Так устроен этот мир.
– Да, всё в этом мире именно так, – слегка наклонила голову Мэдисон. Ей нравилось, как Хань И смотрел на вещи.
– Вот как эта картошка, – поднял он ещё одну золотистую полоску, от которой валил горячий пар. – Вкусно, но от неё я поправлюсь на килограмм. Сложность и прекрасное существуют одновременно.
И, сказав это, Хань И вилкой переложил по картошке на тарелки трёх девушек.
– Прочувствуйте эту двойственность.
Зачем он это сделал?
Во-первых, Хань И знал прошлое Мэдисон Билл. Её жизнь — будь то в Джереко или Лос-Анджелесе — не была гладкой. Серьёзный разговор мог задеть болезненные воспоминания и вызвать грусть.
Он надеялся, что этот лёгкий жест разрядит обстановку за столом и подготовит Мэдисон к беседе.
Если бы он не собирался подписывать её, то мог бы просто пропустить тему детства, роста и карьеры. Но идея стать её менеджером требовала эмоциональной близости. Это помогло бы в переговорах.
Хань И чётко чувствовал: Мэдисон мыслила чувствами, а не логикой. Как и большинство девушек-Рыб. Чтобы войти в её мир — будь то в личном или профессиональном плане — нужно было пройти этот путь вместе с ней.
Он напрягал память, стараясь подобрать нужные слова.
В голове у девушки-Рыбы всегда разворачивается сложный и напряжённый сериал. Это даёт ей эмоциональную встряску и заставляет запоминать людей на уровне чувств, что помогает развивать более глубокие отношения в реальной жизни.
Откуда Хань И знал всё это о Рыбах?
Скажем так... его первая влюблённость не сидела за этим столом.
Конечно, забота о чувствах Мэдисон через шутки — не главная причина, по которой Хань И разделил еду на троих, оставив себе лишь половину порции.
Настоящая причина в другом... краем глаза он заметил, как Чжао Яньчжэнь уже долго смотрела на его тарелку.
Точнее, слюнки текли.
Поэтому Хань И выбрал такой способ, чтобы дать корейской девушке возможность попробовать еду.
Если бы он предложил ей отдельно, она бы не стала есть при Сяо Жу.
Даже сейчас Чжао Яньчжэнь делала вид, что невзначай берёт картошку фри, откусывая самый кончик и медленно пережёвывая, как настоящая леди.
Только Хань И, сидевший рядом, видел, как её ноги были плотно сжаты, а мышцы напряжены — будто она сдерживала желание раскачиваться от удовольствия.
С тех пор, как Сюй Ижу утром вошла в дом №864 на Стрэдла-роуд, Чжао Яньчжэнь почти ничего не ела.
Шесть с половиной часов бега, две с половиной тысячи миль...
Она действительно изо всех сил старалась перед Хань И.
Не успев сделать и пары глотков, Чжэнь заметила, что он украдкой смотрит в её сторону. Повернув голову, она увидела, как он изо всех сил сдерживает улыбку.
Чжао Яньчжэнь быстро отправила оставшуюся картошку в рот, чтобы скрыть улики, затем резко отвернулась и сделала вид, что рассматривает стену, пытаясь скрыть покрасневшие щёки.
Под столом она не сидела сложа руки — лёгкий пинок по голени Хань И стал её немым предупреждением.
Хань И болезненно усмехнулся, но тут же заметил, что их с Мэдисон неловкие телодвижения привлекли внимание Сюй Ижу. Глаза девушки округлились, словно медные колокольчики, а её взгляд напоминал бдительность черного кота-полицейского, выслеживающего преступника.
– Так вот, Мэдисон... Джерри, где же тут сложные и прекрасные моменты? – Хань И поспешил вернуть разговор в нужное русло, чтобы избежать лишних вопросов.
– Сложность в том, что мои родители развелись после рождения младшего брата, – Мэдисон Билл покрутила соломинку от коктейля, словно карамельную палочку, погружаясь в воспоминания. – Отец быстро женился снова. С четырёх лет мне пришлось каждую неделю переезжать из одного дома в другой. Позже я стала брать с собой и Райда... Хотела оставаться просто маленькой девочкой.
Она горько усмехнулась:
– Легко? В том возрасте, когда другие смотрят «Золушку», мне пришлось принять жестокую правду – любовь не вечна.
– Мне жаль это слышать, Мэдисон, – Сюй Ижу мягко коснулась её плеча. В двадцать лет она сама пережила семейную драму, но представить, каково это – сталкиваться с подобным с четырёх лет, было невозможно.
– Всё в порядке, Грейс, – Мэдисон открыто улыбнулась и похлопала Ижу по спине. – Как я и говорила, сложное и прекрасное идут рука об руку. Хотя их брак не сложился, это дало мне возможность проводить много времени с мамой... После развода она не стала искать нового партнёра, а посвятила себя мне и Райду, особенно мне.
Её глаза загорелись теплом:
– Я любила петь и выступать – мама возила меня на конкурсы. Хотела учиться дома – она нанимала репетиторов. Мечтала о школьной жизни – меня отправили в лучшую частную школу... А когда я решила выкладывать каверы на YouTube, угадай, кто поддержал меня первым?
– Конечно, мама, – улыбнулась Сюй Ижу, разделяя её чувства. Отношения Мэдисон с матерью, больше напоминающие дружбу, вызывали у неё искреннюю симпатию.
– И это стало началом твоей музыкальной карьеры.
Хань И слушал внимательно, с комфортом развалившись в кресле. Девушки, которые ценят семью и умеют быть благодарными, редко оказываются плохими людьми.
– Да, дальше, думаю, вы все знаете, – Мэдисон Билл развела руками и сладко улыбнулась. – Первое мая 2012 года. Я никогда не забуду этот день. Тогда я выложила кавер на песню ETTA Jones – AT LAST... А через два месяца мистер Бибер репостнул это видео в твиттере.
– "Вау, ей всего тринадцать! Она умеет петь – это потрясающе", – повторил слова Джастина Бибера Хань И. Видно было, что он основательно подготовился к этой встрече.
– Кажется, у меня появился фанат, – Мэдисон игриво приподняла бровь, насмешливо улыбаясь.
– И не говори, – Хань И закатил глаза, будто вспоминая что-то. – Лично мне больше всего нравится твоё первое видео...
– Bruno Mars Mashup, – закончила за него Мэдисон.
– О-БОЖ-ЕЧКИ, это так неловко! – Возможно, из-за жизни в Лос-Анджелесе в её голосе проскальзывали нотки "долинной девчонки". Она слегка нахмурилась, надув губки. – Мне тогда было всего двенадцать!
– Да, и если я правильно помню, ты ещё и в телефоне текст читала.
– Господи, хватит! – Мэдисон закрыла лицо руками и смущённо покачала головой. – В том видео даже звук не обрабатывали, и я местами фальшивила... Я тогда даже базовых вокальных приёмов не знала.
– Но в этом и есть его ценность. Сырое, неотшлифованное дарование.
Хань И перевёл взгляд на Чжао Ичжэня, потом на Сюй Ижу, и на его лице появилась тёплая, ободряющая улыбка.
– Думаю, мы все согласимся: эти видео прекрасно показали людям одну простую вещь – ты рождена быть певицей.
– Спасибо за комплимент, И, – но, коснувшись этой темы, Мэдисон почти незаметно для окружающих погрустнела.
Я не знаю, когда она превратилась в такой хрупкий комок, но записи мистера Блауна и Кодзимы явно говорят об обратном.
– Я не уверена, уместно ли это звучит, но мне всегда хотелось спросить… – Услышав тему, которая его интересовала, Хань И слегка наклонился вперед. Его голос стал мягким, задумчивым, словно он старался не напугать собеседницу. – Что между вами произошло? Если бы это был я, будь я менеджером или руководителем звукозаписывающей компании, я бы ни за что не отпустил такой бриллиант, как ты.
– Мистер Блаун был очень хорош, и компания тоже… заботилась обо мне. – Мэдисон Билл явно не хотела говорить плохого о своих бывших. Это было вопросом воспитания, этикета и профессиональной этики. – Но у нас возникли… творческие разногласия. Можно сказать так.
– Творческие разногласия – это когда A&R Skut-Blaun и Island Records хотели сделать из тебя вторую Ариану Гранде.
– Он всегда такой прямолинейный? – Услышав слова Хань И, Мэдисон слегка прикрыла рот рукой, изображая преувеличенное удивление, и перевела взгляд на Чжао Яньчжэня. Хань И разобрал ситуацию так четко, что у нее не осталось пространства для маневра.
– Да, всегда, – подтвердил Чжао Яньчжэнь, подыгрывая. – С теми, кто этого заслуживает, он всегда честен.
– Мне нравится честность… В этой индустрии ее как раз не хватает. – Мэдисон подняла голову и тихо выдохнула. – Да, ты прав. Ариана и я были подписаны мистером Блауном почти одновременно, с разницей меньше года. Маршрут, который он для нас проложил, был практически идентичным. Одна – на Island Records, другая – на Republic Records, обе под крылом Universal.
– Первые альбомы, которые нам готовили, состояли из танцевальных поп-хитов и современного R&B… У нас даже поставщики песен были одни и те же.
– И разве тебе это не нравится? – Хан И провёл параллель между историей Мэдисон Билл и стилем Стивена Колберта или Конона О’Брайена.
– Всё куда проще.
– Конечно, поначалу мне это нравилось. Представь – всего за несколько недель мой YouTube, Instagram и Twitter собрали больше миллиона подписчиков. В моём первом сингле снялся сам мистер Бибер.
– В клипе у меня было тридцать секунд, где я играю... В средней школе Джерри той осенью только и говорили, что обо мне.
– "Смотрите, это та самая девочка, которую выбрал Джастин Бибер!" – даже сейчас Мэдисон невольно улыбается при этих воспоминаниях. – Это чувство... Оно правда, правда, правда сводит с ума.
– Могу себе представить, – Хан И слегка откинулся в кресле. Магия шоу-бизнеса заключалась не только в деньгах. Для таких, как Мэдисон Билл – избалованной наследницы состоятельной семьи – доход был важен, но далеко не главное.
Имя, слава – они давали то, что невозможно купить: мгновенный прилив адреналина, ощущение, будто тебя несёт цунами восторга. Ничто не могло сравниться с этим.
Почему многие подростки-звёзды в США в итоге тонут в наркотиках? Не потому, что они от природы порочны.
Эти жёлтые бутоны, сорванные на пике славы, ищут в химии хотя бы намёк на тот кайф, который уже не могут повторить.
Одно дело – годами пробиваться в чарты. Совсем другое – как у Мэдисон: дебютировать с подачи самого обсуждаемого суперзвезды поколения. Каково это – ощущать себя избранной с первого дня?
– И что, в этом нет ничего хорошего? – Хан И наклонился вперёд. – Быть главной ученицей Бибера. Новым "шедевром" Скута Брауна?
– Разве это не здорово? – Левой рукой Мэдисон-Билл поднесла пистолет к своему виску, горько улыбаясь. – Возможно, это мой изюминка, лучшая часть, но мне всегда хочется большего.
– Я не об этом, – покачал головой Хань И. – Я имею в виду, что в твоём сердце всегда есть что-то, что может переполнить тебя, превратив в следующую сенсационную суперзвезду.
– Ты слышал песни, которые я выкладывала? – Мэдисон не ответила прямо на вопрос, а перевела разговор.
– Слышал.
– И какое мнение?
– О чём именно?
– О самой песне.
– Чжэнь, а ты что думаешь? – Хань И не стал торопиться с ответом, повернувшись к своему напарнику.
– Шестьдесят из ста, – ответил Чжао Чжэнь без колебаний, предельно честно.
– Я с ним согласен, – кивнул Хань И. – Это... типичные поп-хиты, которые дети из Disney напевают во сне.
– Да, в этом моя проблема.
– Но... я же не ребёнок с Disney.
Мэдисон вздохнула глубже, чем обычно.
– Элиана с Nickelodeon. Она привыкла работать по шаблону, во всех направлениях. Она для... Ой, нет, подожди, я не это имела в виду... Я хотела сказать...
– Всё в порядке, Мэдисон, мы понимаем, – успокоил её Хань И, видя, как певица, привыкшая к интервью, вдруг запнулась. – Здесь безопасное пространство. – Он достал телефон и положил на стол.
– Я просто хочу сказать, что у меня есть свои мысли о музыке, – продолжила Мэдисон, так и не найдя подходящих слов. – Эта индустрия всё помнит, особенно в наше время... Да, в интернете каждый час появляются новые тренды, но то, что ты делаешь, остаётся навсегда. Я это вижу, ты видишь, все видят.
– Если я позволю каждому видеть только одно, я буду петь лишь о популярности сахарной ваты... Даже если это принесёт больше денег и славы, это не то будущее, которого я хочу.
– Скайт – очень сильный человек, – Хан И ненадолго задумался, прежде чем продолжить. – Ему вряд ли понравится твоя уникальная позиция.
– Это не имеет отношения к тому, нравится или нет. Скорее... его это просто не волнует.
Когда голос Мэдисон Билл звучал тихо, в нём появлялась какая-то неуловимая, притягательная хрипотца.
– Они просто присылают мне песню и говорят выучить её к определённому сроку. Я до сих пор помню слова, которые сказал мне мистер Блаун...
– Слушай, дорогая, ты не в праве решать, публиковать эту песню или нет.
Повторив эти слова, Мэдисон не проявила никаких эмоций по отношению к Скайту Блауну. Впрочем, Хан И тоже не подавал виду. Он не хотел, чтобы артист, которого он намеревался подписать, уловил в его реакции какие-то намёки.
Менеджер не должен быть обузой для артиста. Наоборот, он – движущая сила команды, тот, кто направляет творческую карьеру.
Чаще всего сами артисты не понимают, где их сильные и слабые стороны. А менеджеры, стоящие за кулисами, знают это лучше всего.
Так что в споре Мэдисон Билл и Скайта Блауна нельзя однозначно сказать, кто прав, а кто виноват. Оба они стремились к одному – сделать имя Мэдисон Билл самым громким брендом не только в США, но и во всём мире.
Их сотрудничество развалилось по простой причине: Скайт Блаун, полагаясь на свой богатый опыт, вёл себя слишком жёстко, а упрямая Мэдисон отказалась отступать от своих музыкальных принципов.
Вот и всё.
Если же подходить объективно, Хан И считал, что Мэдисон была той, кому стоило задуматься над своим поведением.
В конце концов, другой стороной выступает компания, которая привезла тебя из Лонг-Айленда в мировой центр развлечений, вложила в тебя лучшие творческие ресурсы и обеспечила топовыми возможностями. Какими бы ни были разногласия, сначала стоит учитывать этот факт.
Возможно, в этом и заключается разница между артистом и теми, кто стоит за кулисами. Пока последние неустанно работают на будущее, первые могут видеть лишь то, что перед глазами.
При этом предложили солидный бонус за подписание контракта.
Конечно, Хань И не считает, что подход Skart был полностью верным. Как показала практика, Мэдисон Билл действительно не подходит для обычных попсовых песен. Лишь немногие суперзвёзды могут превратить электронную попсу в нечто уникальное.
И Си, и Анна Гранд — как раз такие люди.
Но Мэдисон явно не из их числа. Её личность, стиль и даже голос лучше подходят для другого пути.
В зависимости от точки зрения, ответы могут быть разными.
Так устроен мир. Поэтому Хань И не стал судить, кто прав, а кто виноват, а просто остался при своём мнении.
– А как ты сопротивляешься? – спросил он, возвращаясь к теме.
– Я? – Мэдисон показала жест мира. – Я просто сама себе хозяйка.
– То есть ненасильственное сопротивление, пока они не разорвут контракт?
– Хотелось бы сказать, что это я разорву контракт… но да, по факту всё так и есть.
Она рассмеялась, словно подтрунивая над своей же наивностью.
– Я думала, если буду стоять на своём достаточно упрямо, они меня услышат.
– Но вышло иначе — они просто перешагнули через меня, как через помеху.
– Так выходит, теперь твоя мама — твой менеджер?
Для Мэдисон не было выбора — это не та работа, которую можно быстро завершить. У Хан И сейчас были более срочные дела.
— Хм… — Мэдисон сделала глоток почти допитого апельсинового сока. – Она единственный человек, который меня не бросил.
— Тогда нам нужно с ней встретиться, разве нет?
— Встретиться… с ней?
Мэдисон Билл удивлённо приподняла бровь. Обычно профессиональные менеджеры ненавидят, когда родственники вмешиваются в их карьеру. По крайней мере, Скуте Блаун был именно таким. Со дня подписания контракта он ни разу не сопровождал Трайси на её выступлениях, и Билл не произнесла ни слова.
— Да.
Глядя в широко раскрытые глаза Мэдисон-Билл, Хан И твёрдо кивнул.
— В любом случае, в твоих планах на будущее она должна занимать самое важное место.
— Да… это действительно так.
Первоначальное удивление сменилось облегчением, и Мэдисон расслабила плечи, а Хан И в ответ озарился яркой улыбкой.
— Если у тебя будет время, завтра мы можем поехать в Джерко. Я познакомлю тебя с самыми важными для меня людьми.
— Уверена, мама, брат и бабушка… Ох, Руйд ещё в школе. Но маме и бабушке ты точно понравишься.
[Глава завершена.]
http://tl.rulate.ru/book/132670/6048455
Готово:
