Просмотр воспоминаний продолжался.
И по мере того, как это воспоминание медленно разворачивалось, выражения лиц присутствующих становились всё более серьёзными; информация, представавшая перед глазами, хотя и была лишь воспоминанием одного представителя расы Окэтупу, но, тем не менее, чем больше они просматривали, тем сильнее ощущалось ужасающее содержание.
Результаты эксперимента стали известны.
Эксперимент нельзя было назвать полным провалом, но, тем не менее, его в основном можно было считать неудачным.
Из нескольких тысяч детёнышей расы Окэтупу было отобрано всего лишь три подходящих.
— Эти несколько представителей расы Окэтупу, кажется, снова яростно спорят, они также очень недовольны отобранными.
— Ситуация, похоже, очень неблагоприятная, — нахмурившись, сказала Шэнь Лоюнь.
У Чэн Сяна к этому моменту уже исчезла прежняя лёгкость: «Действительно, очень неблагоприятно».
— Тогда, увидев внутри боевого корабля тех детёнышей расы Окэтупу с неудовлетворительными колебаниями рассеивания пси-частиц, у нас уже тогда возникло недоброе предчувствие.
— А теперь это предчувствие, боюсь, сбылось.
— Однако тогда у нас возникла мысль, не произошло ли внутри их цивилизации каких-то перемен, приведших к разрыву в преемственности талантов; теперь же, похоже, ситуация гораздо серьёзнее, чем мы предполагали.
Просмотр воспоминаний продолжался.
И по мере того, как это воспоминание медленно разворачивалось, выражения лиц присутствующих становились всё более серьёзными; информация, представавшая перед глазами, хотя и была лишь воспоминанием одного представителя расы Окэтупу, но, тем не менее, чем больше они просматривали, тем сильнее ощущалось ужасающее содержание.
Результаты эксперимента стали известны.
Эксперимент нельзя было назвать полным провалом, но, тем не менее, его в основном можно было считать неудачным.
Из нескольких тысяч детёнышей расы Окэтупу было отобрано всего лишь три подходящих.
— Эти несколько представителей расы Окэтупу, кажется, снова яростно спорят, они также очень недовольны отобранными.
— Ситуация, похоже, очень неблагоприятная, — нахмурившись, сказала Шэнь Лоюнь.
У Чэн Сяна к этому моменту уже исчезла прежняя лёгкость: «Действительно, очень неблагоприятно».
— Тогда, увидев внутри боевого корабля тех детёнышей расы Окэтупу с неудовлетворительными колебаниями рассеивания пси-частиц, у нас уже тогда возникло недоброе предчувствие.
— А теперь это предчувствие, боюсь, сбылось.
— Однако тогда у нас возникла мысль, не произошло ли внутри их цивилизации каких-то перемен, приведших к разрыву в преемственности талантов; теперь же, похоже, ситуация гораздо серьёзнее, чем мы предполагали.
Чэн Сян слегка вздохнул.
— Если упадок расы Окэтупу действительно вызван нехваткой преемственности у молодого поколения, то эта правда становится несколько ужасающей.
— Особенно учитывая, что в Третьем рукаве погибло так много древних цивилизаций.
— Если все они погибли по этой причине.
— Тогда, истинная правда становится ещё более ужасающей… — с серьёзным выражением лица сказал Чэн Сян и, охваченный нахлынувшими чувствами, невольно снова посмотрел на большой экран.
На большом экране полученные воспоминания быстро сменялись; в мгновение ока те детёныши, чья активация провалилась, уже были выпущены в естественную среду обитания планеты.
И от этого зрелища холодок почти пробежал от пяток до самой макушки.
Это был безбрежный океан.
Само сооружение находилось в глубинах океана; в океане мерцали различные источники света.
Материалов, энергии, оборудования для жизнеобеспечения — всего было в избытке.
В океане можно было в любой момент увидеть различные автоматические кормушки и даже механические устройства для проверки физического состояния, работавшие слаженно и методично.
А те несколько тысяч маленьких осьминогов с низким интеллектом из эксперимента были выпущены из огромных труб вместе с жидкостью и попали в этот океан; и в этом океане, куда ни глянь, всё кишело осьминогами.
Они были разных размеров, от больших до маленьких. Крупные особи внешне напоминали представителей расы Окэтупу, но, очевидно, все, кто обитал в этой области, были неудачными экземплярами, у которых активация интеллекта провалилась.
Каждый раз, когда сбрасывали пищу, это вызывало массовые драки и борьбу за неё.
Тот бескрайний океан, бесчисленные сородичи, чей интеллект был подобен звериному, — всё это напоминало кладбище цивилизации, ожидающее предстоящего погребения.
Хотя пока и не удавалось понять быстро меняющуюся информацию в виде данных на лбах тех представителей расы Окэтупу.
Но, просто стоя перед большим экраном и вновь переживая эти события, произошедшие неизвестно сколько лет назад, даже не будучи представителем расы Окэтупу, всё равно ощущалась бесконечная скорбь.
Смотреть, как поколение за поколением становится хуже предыдущего, смотреть, как потомки неудержимо постепенно скатываются от разума к невежеству, — что может быть ужаснее этого.
— Поистине ужасно! Отбросив враждебность и взглянув на это с точки зрения продолжения и развития цивилизации, глубокий холод заставил Шэнь Лоюнь непрерывно качать головой.
— Брат Чэн, они… почему они оказались в таком положении?
Чэн Сян не сразу ответил, он по-прежнему молча смотрел на воспроизводимые на большом экране воспоминания.
На большом экране информация продолжала воспроизводиться.
Чем дольше он смотрел, тем труднее ему было сохранять спокойствие в душе.
Наконец, Чэн Сян глубоко вздохнул, и в его глазах снова появился осмысленный взгляд.
— Я тоже хочу знать, почему?
— Деградация интеллекта, переход от разума к невежеству; по мере ухода старшего поколения талантов, разумная цивилизация неизбежно будет постоянно и непрерывно угасать.
— В конце концов, они снова вернутся к первобытному состоянию.
— Через несколько лет, когда все разумные особи среди них умрут, те особи с низким интеллектом, возможно, станут единственным следом существования расы Окэтупу; они будут продолжать жить в экосистеме, созданной их некогда славной цивилизацией.
— До тех пор, пока эта экосистема не разрушится; когда это произойдёт, когда экосистема изменится, они, привыкшие к кормлению, потеряют последнюю возможность выжить, — медленно произнёс Чэн Сян.
Когда-то они строили много предположений относительно расы Окэтупу, даже разрабатывали более экстремальные планы на случай чрезвычайных ситуаций.
Однако никогда не думали, что раса Окэтупу придёт в такой упадок, и, более того, причина упадка окажется настолько ужасающей.
— Если уж говорить о причинах, то, в целом, либо их мозговая структура из-за селективной ошибки эволюции и значительного сокращения связи с высокоразмерным пространством для получения пси-частиц.
Договорив до этого места, Чэн Сян невольно остановился.
Шэнь Лоюнь, конечно, уловила смысл этой фразы: если началось с «либо», то, несомненно, должно быть и следующее «либо».
— А ещё, брат Чэн? Судя по всему, есть ещё одно «либо».
— Либо… изменилась среда, что сделало невозможным их дальнейшее выживание и размножение… — договорив, Чэн Сян покачал головой и усмехнулся, — «Маловероятно, что причина в этом».
Шэнь Лоюнь, услышав это, тоже невольно рассмеялась: «Действительно, маловероятно».
— Чем думать, что изменилась среда, я тоже больше склоняюсь к тому, что у них, возможно, возникли проблемы на пути эволюции.
— С точки зрения теории прогресса цивилизации, цивилизация всегда непрерывно преодолевает одно препятствие за другим, двигаясь вперёд. Великий Фильтр всегда существует. В эпоху родной планеты совершенство сдерживала энергия, в межзвёздную эпоху цивилизацию сдерживали космические технологии, и, возможно, когда технологическая цивилизация развивается до определённой степени, нас сдерживает интеллект, как знать.
— Энергия, ошибки в развитии космических технологий — возможно, ещё есть шанс начать всё сначала.
— А когда возникают проблемы с самомодификацией, эволюцией, возможно, шанса начать всё сначала уже никогда не будет…
— Невозможность больше естественным образом получать источник пси-частиц из высших измерений, а также культивируемые и собираемые пси-частицы, боюсь, также оказывают на них какое-то неблагоприятное и далеко идущее влияние.
— Сбор пси-частиц для них — это продление жизни, но, возможно, это всё равно что пить яд, чтобы утолить жажду, — предположила Шэнь Лоюнь.
Чэн Сян, выслушав, кивнул: «Вот поэтому, чем больше мы развиваемся, тем более осмотрительными и осторожными нам нужно быть. В пси-частицах ещё слишком много тайн, и что касается использования пси-частиц, я думаю, нам следует использовать их ещё осторожнее…»
— Пока не будем говорить, верна твоя догадка или нет, но, с точки зрения логики, сказано неплохо.
— И, судя по ранее полученной нами информации, эта причина имеет под собой основания.
— Пространство-время, в котором они живут, более чем в четыреста раз медленнее нашего.
— Такая медленная скорость течения времени, очевидно, помимо причин, связанных с фермой, также была нужна для того, чтобы предоставить им самим больше времени.
http://tl.rulate.ru/book/132301/6362910
Готово:
