«Трудно представить, как с такими обычными генами, чья экспрессия намного превосходит силу обычных образцов, вы смогли довести степень активности генов образца до критического состояния коллапса генного замка».
«Согласно обычной ситуации, чем более неравномерно распределена экспрессия обычных генов, или чем слабее экспрессивная способность, тем выше вероятность активации потенциальных генов
«А у тебя гены, чья экспрессивная способность намного превосходит таковую у обычных людей, в нормальной ситуации генная активность совершенно не могла быть активирована».
«Обычно, даже если условия выживания очень суровые, ты все равно смог бы поддерживать относительно нормальное физическое состояние».
«Но ты все же сделал это, хотя я не знаю конкретного способа реализации, но условия для этого наверняка были чрезвычайно суровыми», — потрясение на лице Хоу Чжицзе никак не проходило.
Чем больше знаешь, тем лучше понимаешь, насколько непросто было достичь этого шага.
Чэн Сян, услышав это, улыбнулся: «Процесс действительно был довольно извилистым. Выдержать его было действительно очень непросто».
«И к тому же, большое спасибо за помощь медицинской команде директора Суня, особенно директору Суню, если бы во время эксперимента директор Сунь не настоял на своем вопреки всем и не продолжил, сегодня мы бы не увидели этого результата».
«Мы все должны поблагодарить директора Суня», — с улыбкой сказал Чэн Сян.
«Это мой долг», — серьезно сказал Сунь Жуйпин, — «По сравнению с жертвой, принесенной директором Чэном, наш вклад — ничто».
Чэн Сян уже привык к переменам в Сунь Жуйпине, улыбнулся и не стал больше говорить.
В те несколько дней, когда его тело начало восстанавливаться, Чэн Сян также узнал примерный ход событий снаружи во время эксперимента, и когда он услышал о тех критических ноль целых трех десятых процента, Чэн Сян действительно внутренне воскликнул от облегчения, что в такой ситуации в итоге все же удалось добиться успеха.
А когда он услышал, что Сунь Жуйпин попробовал снова, опираясь на опыт и накопленные знания, с усердием и долей удачи, точно уловил момент для инъекции.
Даже несмотря на то, что он тогда уже пришел в себя, у Чэн Сяна выступил холодный пот.
В той ситуации, чтобы уловить такой мимолетный момент, да еще и имея дело с мгновенно меняющимися данными, даже если и была доля везения, без той отточенной до совершенства подготовительной работы такую удачу, даже окажись она у тебя в руках, ты бы не ухватил.
Уловить такой момент — стоит только подумать, и становится понятно, сколько усилий потратил Сунь Жуйпин в предыдущие дни при подготовке симуляции, сколько раз он репетировал это в обычное время.
Все усилия не пропадут даром.
Позже, услышав, что Сунь Жуйпин сразу после завершения эксперимента потерял сознание, а придя в себя, почти не отдыхая, сел в инвалидное кресло, дыша кислородом, с капельницей, и продолжил руководить экспериментальной работой.
Чэн Сян был и благодарен, и тронут, и согрет теплом.
Он никогда не сражался в одиночку.
«Продолжим смотреть за ходом эксперимента».
«Надеюсь, мы сможем найти ответ, который ищем», — медленно сказал Чэн Сян.
«Судя по этой тенденции, точно сможем, и должны смочь», — с силой подчеркнула Хоу Чжицзе, — «если даже такой особенный генный образец не сработает, то более подходящего генного образца почти не найти».
...
Ход эксперимента медленно продвигался.
Чем дальше, чем ближе к критическим показателям, тем больше становилась разница между эффектом симуляционного эксперимента, отображаемым на большом экране, и обычными экспериментами, тем богаче становились получаемые эффективные данные и информация, и тем тише становилось в офисе.
«Невероятно».
«Как могло возникнуть такое сильное противостояние на генном уровне!» — Хоу Чжицзе, не сводя глаз, пристально смотрела на большой экран и говорила, — «Обычные образцы совершенно не достигают такого состояния».
Чэн Сян также пристально смотрел на большой экран: «Наша предыдущая гипотеза верна, сила обычных генов в определенной степени также влияет на силу самого генного замка».
«Сам генный замок непрочен, поэтому порог коллапса очень низок».
«Это также в значительной степени повлияло на результаты, которые мы видели».
«Поэтому, чем сильнее обычные гены, тем сложнее в обычном состоянии активировать генный замок».
«Однако после настоящей активации мы можем увидеть наиболее полное состояние и характеристики генного замка».
В это время состояние эксперимента уже приближалось к завершению, в генах образца степень стимуляции генной активности накалилась добела, генный замок давно был запущен, потенциальные гены изо всех сил непрерывно экспрессировались, а генный замок изо всех сил препятствовал, нарушая процесс экспрессии потенциальных генов.
Это была война на генном уровне.
Вскоре началась последняя инъекция симуляционного эксперимента, после этой инъекции генная активность достигнет критического состояния коллапса.
Дыхание в офисе стало немного тяжелым, показатели Чэн Сяна уже начали выходить за пределы нормы, некоторые показатели уже превысили нормальное состояние.
Медицинская группа уже начала принимать соответствующие меры на панели управления за спинкой инвалидного кресла.
А по мере того, как концентрация реагента генной активности, в которой находились гены образца, снова достигла пикового стационарного состояния, начались резкие изменения.
На изображении было отчетливо видно, как генный замок на ДНК образца начал ослабевать в различных точках расщепления, коллапс был неминуем.
Для удобства просмотра Хоу Чжицзе замедлила скорость демонстрации, одновременно, по мере необходимости, просматривая состояние знакомых точек расщепления.
Для обычного человека такое критическое состояние промелькнуло бы в мгновение ока.
Однако в глазах Чэн Сяна и Хоу Чжицзе нынешнее состояние генного замка явно имело очень заметные отличия по сравнению с обычными образцами.
Та же самая точка расщепления, но теперь во время симуляционного эксперимента действующая часть вблизи места расщепления стала яснее, симуляция продолжалась, и чем больше Хоу Чжицзе смотрела, тем более невероятным ей это казалось, и в то же время на ее лице появлялось все больше и больше радостного удивления, она постоянно бормотала: «Есть надежда, есть надежда».
«Состояние на грани коллапса, точки разделения очень точны».
«Это именно то, что нам нужно».
«Хотя мы ранее с помощью модели определили модель расположения всех точек расщепления генного замка, но этот уровень был еще довольно грубым».
«Хотя модель расположения была определена, точные фрагменты пар оснований генного замка в каждой точке расщепления все еще было трудно точно локализовать, приходилось постоянно полагаться на образцы для проб».
«На этот раз, имея поддержку данных этого образца, можно полностью углубить модель генного замка до уровня пар оснований!»
Это уже была чрезвычайно полезная информация, модель генного замка стала яснее, а это означало, что симуляционные эксперименты можно проводить точнее, полагаясь на суперкомпьютерные симуляции для замены важных частей ручных экспериментов, и тогда прогресс исследований снова значительно ускорится.
Сделан еще один большой шаг к преодолению ограничений генного замка.
Чэн Сян, услышав это, лишь улыбнулся: «Продолжай смотреть, дальше должно быть еще интереснее».
Добавленные данные изображений модели были отобраны Чэн Сяном. Хотя между исходными изображениями данных и данными симуляции существует определенный разрыв, Чэн Сян в этот момент все же мог предположить примерное дальнейшее направление.
А через симуляционный эксперимент некоторые эффекты, произведенные на его собственный образец, можно было наблюдать более четко и наглядно.
По мере того как время шло понемногу, данные симуляции продвигались кадр за кадром, процесс коллапса генов ускорялся. Чем ближе генный замок подходил к предельному состоянию коллапса, тем выше становилась интенсивность его экспрессии, и тем отчетливее проявлялись детали.
В этот момент казалось, будто клубок ниток, некогда запутанный, как хаос, с бесчисленными концами, вдруг стал аккуратным. Возможно, в одно мгновение получить окончательный ответ было нельзя.
Но победа была уже близка.
http://tl.rulate.ru/book/132301/6021524
Готово:
