Теперь Чэн Сян был прямо перед ними. Такая прекрасная возможность! Конечно, им не терпелось узнать, как Чэн Сян изящно решит эти проблемы. Для человека, способного разработать всеобъемлющий план с более высокой точки зрения, решение этих трудностей, несомненно, не составит труда.
Поэтому чем больше они так думали, тем сильнее им хотелось поскорее узнать ответы Чэн Сяна.
Вот почему все так волновались, что не могли уснуть всю ночь, и глаза у них покраснели.
Это чувство было похоже на то, когда читатель доходит до самого любимого момента в книге, готовится насладиться им в полной мере, и тут натыкается на божественный обрыв главы, и, что еще хуже, на сегодня обновления уже закончились. Это чувство растерянности и порыва могло заставить человека возненавидеть автора до такой степени, что захотелось бы проклясть его до конца дней его или просто схватить и заставить немедленно написать следующую главу.
К несчастью, ни на то, ни на другое по отношению к Чэн Сяну они не могли решиться.
Натура исследователя не позволяла им поступать подобным образом.
Не сговариваясь, все решили прийти пораньше к зданию исследовательского института и ждать. И вот, Чэн Сян наконец приехал в институт, и толпа, словно на базаре, тут же окружила его.
— Профессор Чэн, пойдемте сначала к нам в группу, проинструктировать насчет работы. У нашей группы появились новые идеи по направлению исследования, очень хотим с вами обсудить…
— Отойди, Ван Ючжи, я первый в очереди, профессор Чэн должен сначала пойти к нам.
— К нам! Идеи нашей группы более ценные…
…
Чэн Сян, окруженный со всех сторон, не знал, смеяться ему или плакать. «Профессора просто чересчур полны энтузиазма».
В такой критический момент никто не хотел уступать, слова Чэн Сяна ничего не решали, каждый стоял на своем. Однако у них был свой свод правил для определения победителя.
Целых полчаса, на глазах у ошеломленного Чэн Сяна, профессор Ма Баоминь из команды профессоров одержал верх в словесной баталии над всеми остальными. Слюна так и летела во все стороны, а содержание спора было самым разнообразным. Чэн Сян почувствовал, что внезапно узнал нечто весьма необычное.
Оказывается, существует столько способов словесно атаковать оппонента.
В итоге команда профессора Ма Баоминя оставила всех далеко позади, одержав победу в словесной битве и получив право первыми получить инструктаж от Чэн Сяна.
Победитель был определен, и эта суматоха наконец закончилась.
Все неохотно разошлись по своим распределенным исследовательским лабораториям, а Чэн Сян вместе с профессором Ма и его группой поднялся на третий этаж.
Сейчас Ма Баоминь выглядел мягким, говорил дружелюбно и совершенно не походил на того Ма Баоминя, который только что брызгал слюной в словесной баталии.
— Профессор Чэн, прошу.
— Прошу!
Они первыми вошли в кабинет. Направлением исследований, выбранным Ма Баоминем, было распознавание образов ДНК, то есть один из трех ключевых компонентов среди всех девяноста двух подзадач.
Профессора разбирались в деле: среди девяноста двух подзадач они четко различали, какие являются ключевыми, а какие — второстепенными. Вчера, просматривая окончательные результаты регистрации, Чэн Сян ничуть не удивился, что на три ключевых компонента этого проекта записалось больше всего людей.
После тщательного обдумывания для ключевой задачи распознавания образов ДНК Чэн Сян выбрал Ма Баоминя и других, причем лично назначил Ма Баоминя руководителем этой задачи.
Такой выбор был сделан не потому, что профессор Ма Баоминь умел спорить. По сравнению с только что продемонстрированным искусством полемики, достижения Ма Баоминя в области биологии были куда более впечатляющими.
Даже
В команде Ма Баоминя было всего двенадцать человек: восемь профессоров в качестве основной силы и четыре докторанта в роли ассистентов, отвечающих за второстепенные задачи.
Хотя все они впервые проводили эксперименты в этой лаборатории, и расположение различных приборов, возможно, было для них не самым привычным, эти факторы не могли повлиять на столь опытных профессоров.
Под наблюдением Чэн Сяна эксперимент продвигался очень быстро. Хотя его план, безусловно, играл направляющую роль, профессионализм профессоров был неоспорим.
Все были заняты экспериментом, и никто не давал Чэн Сяну специальных синхронных пояснений.
Чэн Сян просто тихо стоял в стороне и внимательно наблюдал. С его уровнем понимания, просто глядя на действия людей, он мог понять, что они хотят сделать и до какой стадии дошли.
Команда работала очень слаженно, трудно было представить, что они объединились только вчера. На лице Чэн Сяна постепенно появилась улыбка: подход Ма Баоминя к эксперименту был неплох. Сам по себе эксперимент провести несложно, сложность заключалась в мышлении, лежащем в основе его разработки.
Наблюдая, Чэн Сян вытащил лист бумаги из стоявшего рядом принтера, достал свою ручку и начал что-то писать и чертить. Посмотрев около десяти минут, по различным мелким деталям Чэн Сян уже понял весь замысел первого эксперимента Ма Баоминя.
Оставив исписанный лист, Чэн Сян положил его на видное место на столе, прижав чем-то, а затем тихо ушел.
Учитывая уровень команды профессора Ма Баоминя, Чэн Сян был уверен, что они смогут понять то, что было на оставленном им листе, и этого им хватит на некоторое время для осмысления.
В этом и заключалось преимущество профессорской группы: руководя такой командой, не нужно было из кожи вон лезть, чтобы все объяснить. Достаточно было дать намек, указать на ключевые моменты, и у них хватало способностей самостоятельно дополнить остальное.
Именно это и было больше всего нужно Чэн Сяну.
Девяносто две проектные группы — это немало. Эффективность — вот на что Чэн Сян обращал особое внимание! В его представлении все последующие проектные группы будут обучаться именно таким образом.
Время всегда летит быстро во время проведения экспериментов, и через несколько часов эксперимент был наконец завершен. Двенадцать человек в команде с большим удовлетворением посмотрели на промежуточные результаты сегодняшнего эксперимента и довольно улыбнулись.
«Хотя у нас есть некоторые трудности на пути и мы не так хорошо знакомы с процессом, мы все еще близки к нашим первоначальным экспериментальным ожиданиям». Ма Баоминь радостно сказал: «Я думаю, что после еще нескольких попыток освоиться у нас скоро все получится».
«Да, профессор Ма, хотя поверхность выглядит немного неровной, она очень гладкая, учитывая сложность эксперимента».
«Всего за несколько часов мы достигли большого прогресса на первом этапе исследований по распознаванию образов и сбору всех целевых точек генов раковых клеток. Раньше я бы не осмелился подумать об этом. Разложить раковую ДНК и соответствующую нормальную цепочку ДНК, взять по одной цепочке из каждой, а затем объединить их в гибридную наполовину раковую и наполовину нормальную ДНК. Если бы эта идея не была проработана, я бы никогда не осмелился подумать об этом. Гены на самом деле можно комбинировать таким образом, чтобы нарушать правила». Профессор Ван вздохнул.
«Это все благодаря плану профессора Ченга. Без этого плана кто бы мог подумать, что эта особая протеазная среда может позволить ДНК поддерживать такую особую реакцию связывания».
«А? Кстати, где профессор Ченг?» Ма Баоминь отреагировал первым, и все только-только проснулись от радости своего с трудом заработанного успеха. Только тогда он понял, что Чэн Сяна больше нет в лаборатории. Разочарование неизбежно, и Ма Баомин даже почувствовал себя немного смущенным.
Неужели они настолько незначительны, что Чэн Сян даже не может смотреть их в течение нескольких часов? Хотя конечный результат все еще немного не оправдал ожиданий, он стал результатом их упорной работы в течение ночи, и, по их мнению, эффект был очень хорошим.
В лаборатории было немного скучно. В этот момент молодой докторант нашел на столе листок бумаги, оставленный Чэн Сяном, и тут же отдал его Ма Баомину.
«Профессор Ма, похоже, профессор Чэн оставил это для вас».
«Оставил специально для меня?»
«Да, профессор Ченг написал это выше».
Ма Баоминь взял его со строгим выражением лица и, взглянув еще раз, обнаружил текст и простые диаграммы. Затем Ма Баоминь глубоко задумался и, наконец, внезапно кое-что понял. Он хлопнул себя по бедру и подумал: это возможно!
— Потрясающе, все быстро сюда! Я же говорил вчера, что в плане эксперимента есть какие-то шероховатости, кто бы мог подумать, что они именно здесь.
— Если внести изменения по этому методу, я думаю, мы не только сможем напрямую достичь ожидаемых результатов эксперимента, но и значительно превзойти показатели, — изумился профессор Ван.
http://tl.rulate.ru/book/132301/6009404
Готово:
