Истоки: Кайсен Алтер Арадамантель (6)
— Инструктор… кажется, внутри меня что-то неистовствует.
— Вот как?
— Странно… я не могу это контролировать. Сэ не утихает.
_Дзынь-дзынь-дзынь…_ Сэ, активированная в теле Кайсена и вибрирующая в тишине, сияла ослепительным золотом. Был ли хоть один ученик, источавший столь яркий свет?
— Прыгай. Быстрее.
Кайсен сосредоточил волну силы, готовую разорвать его изнутри, в кончиках пальцев ног и рванулся вперед.
В этот миг.
Словно сокол, пикирующий на добычу, фигура мальчика пронеслась сквозь воздух и, совершив в полете кувырок, приземлилась далеко впереди.
— Что?
— Как это…
Глаза учеников 997-го потока расширились от шока. И неудивительно: Кайсен приземлился гораздо дальше них.
Примерно на целую ширину ямы дальше?
Глядя на Кайсена, ставшего в один миг далекой точкой, Олиер не могла сдержать невольный смешок.
«Неужели это и есть Дух Дракона его превосходительства Йошухара?»
В тот день Кайсен один за другим сокрушил рекорды, установленные лучшими учениками прошлых лет. Возможно, он переписал вообще все достижения.
«Ой?»
Если бы только перед самым началом теста на ломание стальных пластин его сознание не помутилось, и он не рухнул бы на землю без чувств.
Казалось, он только что участвовал в полуденной тренировке, но когда открыл глаза, уже догорал закат.
Инструкторы переговаривались у его кровати.
— Главный инструктор, Кайсен очнулся.
— Время?
— Прошло чуть больше четырех часов.
Кайсен подал голос:
— Главный инструктор, простите. Я вдруг…
— Не извиняйся. Жрец-драконид уже осмотрел тебя.
— …?
— Послушай внимательно. Ты продержался десять минут, после чего потерял сознание. Нужно будет замерить еще раз, но пока ориентируемся на это время.
— Да.
— И проснулся ты спустя четыре часа. Догадываешься, в чем причина?
Кайсен недоуменно наклонил голову. Он не понимал, к чему клонит инструктор.
— Ты ведь знаешь, что айнцы используют паровые двигатели?
— Да.
— Здесь то же самое. Из-за избыточной нагрузки система на мгновение идет вразнос, а потом просто отключается. Проще говоря, твое тело не способно выдерживать мощь Камня Духа Дракона долго.
Кайсену показалось, что мир вокруг потемнел. Отчаяние темной волной затопило его разум.
— Значит ли это… что я бракованный?
Главный инструктор промолчала.
Она всегда любила нагнетать драматизм, но на этот раз в её поведении было нечто иное.
— Ну, я бы не была так категорична. По крайней мере, в нынешней ситуации.
— …?
— Ты отличаешься от других фейквориоров, которые могут использовать силу постоянно. У тебя есть лимит времени, но та мощь, которую ты выдаешь в эти минуты, просто невообразима.
Лимит времени?
Олиер Дюн Джерайе показала три пальца.
— В два-три раза выше нормы. Ты один способен выдать силу двух или даже трех фейквориоров сразу.
— …?!
— Силу фейквориора нельзя посчитать простым сложением… То, что ты станешь сильнейшим из когда-либо существовавших фейквориоров – факт, который уже никто не сможет оспорить.
Олиер, с воодушевлением описывавшая мощь Кайсена, вдруг помрачнела и посмотрела в окно.
— Проблема в том, что это длится всего десять минут. Жрецы говорят, что если использовать силу на полную, время может сократиться. Это ставит нас в тупик. Фейквориор, которому нужно четыре часа на перезарядку, — это нонсенс.
Ей возразила Рахель Дюн Джерайе, инструктор по теории.
— Значит, нужно уничтожить врага за эти десять минут.
— Поле боя – это не шахматная доска.
— Я не говорю о каждом встречном враге. Кайсен еще мальчишкой показывал невероятные результаты на фронте. Он отлично справится, даже не используя постоянно Дух Дракона.
Рахель Дюн Джерайе встретилась взглядом с Кайсеном. Она уверенно кивнула, в её голосе слышалось нетерпение.
— Суть в том, что высвобождать Дух Дракона нужно только в критических ситуациях или против особо сильных противников.
— Рахель…
— Главный инструктор, само существование этого ученика скоро перевернет ход войны. Мог ли кто-то – враг или союзник – представить себе такое? Фейквориор, обладающий мощью троих!
После слов Рахель Дюн Джерайе инструкторы зашушукались. Была ли в их голосах надежда? У Кайсена же в голове все перемешалось.
— Всё так, но на войне полно случайностей. Четырехчасовое окно уязвимости… с этим нужно что-то делать.
— …
— Кайсен, сможешь подняться?
— Да.
— Продолжим тесты. Твоя сила выходит за рамки всех стандартов. Нам нужно больше данных, чтобы найти решение.
Отдача от силы, значит…
Он очнулся, но сознание все еще было туманным, а всё тело ныло.
Тем не менее Кайсен поднялся.
Он обязан был подняться.
— Я могу начать прямо сейчас.
— По твоему лицу не скажешь. Не перенапрягайся.
Разве после смерти матери его жизнь хоть когда-нибудь была легкой?
Нет, ни разу.
Жизнь всегда была крутым подъемом, и Кайсену приходилось карабкаться по этому склону всё выше и выше. Сдаться означало просто сорваться и погибнуть.
— Кайсен, мы обязательно дойдем. Дадим Камилле отдохнуть рядом с командиром…
Данное кому-то обещание.
И обещание, данное матери.
Они вели мальчика вперед. Вперед, вперед, только вперед…
Его слова «Я скоро вернусь» были клятвой самому себе и оковами судьбы.
— Нет. Я действительно готов начать немедленно.
В тот день Кайсен под присмотром инструкторов прошел через бесконечные проверки. Он раз за разом высвобождал Дух Дракона и отдыхал по четыре часа.
— Он не просто ломает стальные пластины, он буквально расщепляет их.
— Сила прыжка такова, что ему даже не нужно делать рывок маной.
— О гибкости и говорить нечего.
Когда все таблицы испытаний были заполнены, инструкторы один за другим начали издавать восторженные возгласы. Они ошеломленно переглядывались, не веря собственным глазам.
— Он уже превзошел уровень обычного фейквориора.
— Проблема в недостатке опыта, но если брать чисто физические показатели, он определенно выше всех.
— Если не считать четырехчасового риска.
Только Олиер Дюн Джерайе продолжала упорно цепляться за эту проблему. Другие инструкторы старались её игнорировать, но вопрос оставался открытым.
— Итак, как нам поступить?
Рахель Дюн Джерайе, обладавшая самым острым умом, подняла руку. Олиер кивком позволила ей говорить.
— Всё гораздо проще, чем кажется.
— …?
— Если проблема в четырех часах, почему бы не дать ему напарника, который будет защищать его в это время в зоне боевых действий?
Когда Олиер прищурилась, Рахель продолжила гнуть свою линию:
— При отправке на фронт выделим ему в поддержку других фейквориоров. Или сам Кайсен станет частью группы поддержки.
— Один фейквориор – это мощь целой бригады. Их и так не хватает, а ты предлагаешь отправлять по двое в одну точку? Это не нам решать.
— Если главный инструктор хорошо изложит это Коллегии Кардиналов, может, что и выйдет?
Олиер попыталась отступить, обозначая границы своих полномочий, но Рахель была непреклонна.
— Кайсен станет сильнейшим солдатом человечества. Возможно, он превзойдет даже Ламинею Алтер Арадамантель, затмит легендарного героя эпохи смуты Ристу Алтер Ширпена. Нам нужно лишь немного помочь ему.
Келли, погруженная в раздумья и почесывающая подбородок, тихо вздохнула.
— Если он сможет стать Алтером. А не Дюном, как мы.
Рахель издала короткое «ах».
— Точно, он ведь еще не проходил испытание на совместимость со святым мечом.
* * *
— Мы еще раз проверим ваши базовые способности. Если вы не справитесь здесь, то в Колыбели святых мечей мечи вас даже не заметят.
Иногда занятия по подготовке фейквориоров проходили в Святой кузнице.
Суть задания была проста.
Нужно было пробудить и вытащить из пьедестала серийный святой меч.
— Что это за тренировка?
Юный подмастерье с любопытством спросил кузнеца, который, обливаясь потом, работал мехами.
— Это Диале, серийный образец.
В отличие от святых мечей высшего ранга, у Диале не было особых свойств. Это было оружие, которое выдавалось в виде копий паладинам из народа Эльсиаре.
— Проверяют, могут ли они пробудить святой меч силой Духа Дракона.
Кузнец, вытирая пот полотенцем, усмехнулся и указал подбородком в сторону.
— Глянь туда. Аж глаза режет, да? Вот это и есть талант, которого не добиться никаким трудом.
Там, куда указал кузнец, стояла девушка с развевающимися на ветру белыми волосами. Офелия, вице-лучшая ученица 997-го потока.
_Скрежет, кр-р-рык, кр-р-рык…_
От лезвия Диале, отозвавшегося на зов совместимого владельца, начало исходить резкое сияние, а вокруг клинка закружились мощные потоки воздуха.
— Да, и правда слепит.
— А теперь посмотри на того. У него вообще нет способностей.
Взгляд кузнеца, переместившийся на другого ученика, наполнился сочувствием.
Беловолосый юноша, Кайсен.
В отличие от Офелии, свет, исходящий от его Диале, был крайне тусклым, и меч не издавал ни звука.
— Кайсен! Вложи Молитву и заставь свой Дух Дракона резонировать с Диале! Сколько раз повторять – не пытайся взять его только грубой силой!
Он и так пытался вызвать резонанс.
Дух Дракона уже был активен, и бешеная мощь, бушующая в венах, отдавалась дрожью в самых костях.
Но почему… почему ничего не выходит?
«Да как они это делают, чтобы он так сиял?»
Диале лишь слабо мерцал, не вспыхивая, как у других. Выложившись без остатка и окончательно выбившись из сил, Кайсен в изнеможении отступил.
— Похоже, ему светит только имя Дюн Джерайе.
Шепотки со всех сторон кололи уши.
— Ну а чего ждать, как вообще мужчина может стать фейквориором…
А поодаль Офелия смотрела на Кайсена с нескрываемым презрением.
— Хм…
* * *
За день до входа в Колыбель святых мечей им разрешили короткую отлучку.
Завтра решится, станет он фейквориором или инструктором.
Каким-то образом Тарсио прознала об увольнительной и настояла на том, что он должен взять её с собой.
Её логика заключалась в том, что Кайсен стал огромным, и она сможет спрятаться у него за спиной – чушь несусветная.
По всем правилам это было невозможно, но ни инструкторы, ни драконы не заметили присутствия Тарсио.
То ли действительно не почуяли, то ли притворились слепыми.
Как такое вообще возможно?
Так или иначе, сейчас Тарсио со звонким смехом разгуливала по краю фонтана на площади.
Кайсен неспешно осматривал город.
Харальдоники, где располагался Ватикан, был прекраснее любого города, что он видел раньше.
Лица горожан светились улыбками, а моряки в порту не переставали петь песни, следуя за своими судами.
Повсюду высились церкви, и Семигранное святое пламя – символ Ордена Безумного Дракона – озаряло небеса.
Золоченые колокольни возносились ввысь, каждый час возвещая миру о божественной благодати.
— Как же здесь спокойно…
В голосе Кайсена слышалась пустота.
Город Божественного Дракона, открывающийся с Холма Сотворения Звезд, выглядел ослепительно величественно.
Неужели мир…
Неужели мир может быть настолько безмятежным?
Для здешних жителей пожар войны казался лишь далеким, несуществующим слухом из-за заморских земель. В то время как на южном фронте всё было пропитано слезами и стонами.
— Говорят, в золотой, серебряный и бронзовый века весь мир был счастлив. А мы живем в железный век. Время, когда кровь льется рекой.
— Откуда ты это знаешь?
— В книжках читала. Кайсен, ты чего такой кислый?
— Из-за оценки совместимости с мечом.
Оценка совместимости.
Финальный этап для учеников, успешно переживших вживление Камня Духа Дракона. Он вспомнил слова Олиер, когда она объявляла об испытании.
— Ты ведь наверняка хочешь владеть Арадамантелем?
— Еще бы.
Путь Десяти Перекрестий – это фехтование для нодати.
Техника, чья мощь раскрывается в полной мере лишь через этот тип меча. Использование её с длинным, коротким или двуручным мечом имело свои пределы.
— Кайсен, помни: не ты выбираешь святой меч. Это святой меч должен выбрать тебя.
— …?
— Как бы ты ни желал, если Арадамантель не захочет тебя, ты будешь бессилен. Как и все мы, инструкторы, носящие имя Дюн Джерайе.
От предупреждения Олиер по спине пробежал холодок. О такой проблеме он раньше не задумывался.
Арадамантель не захочет меня?
Что мне тогда делать? А как же Путь Десяти Перекрестий, который я учил всё это время?
Если в битве с Кишуном пробудилась воля Арадамантеля, желавшего спасти Камиллу… значит ли это, что теперь он может от меня отвернуться?
Тарсио вдруг загадочно улыбнулась.
— Не переживай. Арадамантель ждет тебя.
Кайсен не понял, о чем она. Тарсио всегда говорила о святых мечах так, будто они живые люди.
— Тарсио.
— А?
— А какой святой меч хочешь ты?
— Шариллион.
— Шариллион? Точно, ты уже упоминала его. Что это вообще такое?
Тарсио никогда не сердилась на его расспросы, напротив – они её забавляли. И сейчас на её губах играла улыбка.
— Истинный святой меч, которым владел настоящий герой.
— Истинный святой меч?
— Шариллион – это истинный святой меч, хранящийся в Ватикане. Моя родственная душа. Как вы с Арадамантелем.
Тарсио лучезарно улыбнулась и добавила слова, смысл которых Кайсену было трудно осознать в тот момент:
— Ступайте вдвоем первыми. Я скоро присоединюсь. Мы встретимся вновь в тот миг, когда я буду нужна тебе больше всего.
Так сказала Тарсио.
Хрупкая, словно готовая рассыпаться от порыва ветра, с ног до головы закутанная в бинты, скрывавшие следы неведомых страданий.
С того дня, как он покинул Ватикан, и вплоть до «того самого момента», он больше не встречал Тарсио.
— Ну, прощай. До нашей встречи.
http://tl.rulate.ru/book/131981/9868813
Готово:
