Учитывая необходимую в дальнейшем секретность, а также неприязнь Куроцучи Маюри к Урахаре Кисуке, Сэйя понимал, что не может взять Нэму с собой дальше… Но, с другой стороны, нельзя же было просто оставить её здесь ждать? Хоть она и искусственная жизнь, но сейчас это был самый настоящий ребёнок. Небольшое гуманитарное отношение всё же требовалось.
Айзен потёр подбородок и уверенно спросил:
— Оставлять её одну было бы неспокойно, верно?
Капитан Урахара с досадой хлопнул себя по лбу и подхватил:
— Тогда… может, попросим кого-нибудь присмотреть за ней?
Юноша посмотрел на Нэму Нанаго, крепко обхватившую его ногу, и, скривившись, подвёл итог:
— Но проблема в том, что она совершенно не хочет отпускать…
Что же делать? Это поставило в тупик всех троих!
Внезапно Сэйю осенило. С загадочной улыбкой он обратился к Нэму Нанаго:
— Малышка, ты когда-нибудь ела вкусняшки?
* * *
Спустя десять с лишним минут проблема наконец была решена. Господин Акон с пакетами, полными снеков, сидел в приёмной с мрачным видом. Срочный вызов от Урахары заставил Акона подумать, что случилось нечто важное.
«Срочно!»
Ведь это был секретный канал связи его капитана. Акон сильно занервничал. Каково же было его удивление, когда приказ Урахары Кисуке оказался:
«Помоги купить что-нибудь, что любят дети».
«Странно… Откуда мне знать, что любят дети?»
Но приказ капитана нужно выполнять. Поэтому Акон просто смёл всё подряд в ближайшем магазине, постаравшись учесть все возможные вкусы — вот почему у него в руках было столько пакетов.
Задание выполнено успешно. Но, кстати говоря…
«Почему я должен выполнять работу няньки?»
Рядом с погрузившимся в самоанализ Аконом сидела Нэму Нанаго, уплетавшая картофельные чипсы. Учитывая одержимость начальника Маюри здоровым образом жизни, он бы точно не позволил Нэму есть всякую «мусорную» еду. Теперь же для малышки открылся новый мир. Солёные и ароматные вкусности.
«У-у~ Даже пальцы стали ароматными и вкусными!»
Временно решив проблему с маленькой помехой в лице Нэму Нанаго, троица смогла беспрепятственно двинуться дальше.
— Моя лаборатория разделена на зоны, так что до нужного места ещё идти и идти. Кстати, Сакаки Кафу… сегодня твоя зона уборки — вот здесь. Придётся тебе немного потрудиться, — сообщил Урахара, обращаясь к замаскированному Айзену.
Учитель, полностью вжившийся в роль, слегка кивнул и даже картинно поправил нарукавники уборщика.
— Я непременно справлюсь с поручением.
Временно попрощавшись с гипотезером, попаданец последовал за Урахарой дальше вглубь исследовательского комплекса. Вскоре они добрались до цели своего путешествия.
— Это рабочая станция, специально предназначенная для тестирования, производства и настройки Гигаев.
Глядя на рабочее помещение, выполненное в серых тонах, и множество манекенов, расставленных повсюду… Арима почувствовал необъяснимое жутковатое ощущение.
— М-да, выглядит немного простовато, но если эта идея будет доказана и признана эффективной, то можно будет запросить дополнительное финансирование, — в голосе Урахары не слышалось ни капли сожаления. Он достал рулетку и другие измерительные инструменты. — На самом деле, несколько дней назад я уже начал разрабатывать индивидуальные Гигаи для некоторых бойцов Тринадцатого отряда.
Он жестом попросил Сэйю поднять руки и обмотал его грудь рулеткой, снимая мерки.
— Им ведь часто приходится действовать в Мире живых, так что потребность в этом у них самая высокая. — он легонько хлопнул юношу по плечу, заставляя того полуобернуться и выпрямиться. — Капитан Укитаке тоже одобрил это исследование. В принципе, если с этой партией проблем не будет, то и у Главнокомандующего возражений возникнуть не должно.
Записав данные в блокнот, иследователь спокойно улыбнулся.
— А дальше до массового производства и широкого распространения останется лишь вопрос времени.
Слушая его, можно было примерно представить, сколько сил Урахара вложил в это. Гигай, можно сказать, был делом всей его жизни, венцом его творения. Сэйя не удержался и спросил:
— Кстати говоря, господин Урахара, почему вы так стремитесь развивать технологию Гигай?
Этот вопрос действительно занимал юношу. Ведь, по сути, это приспособление требовалось в основном для пребывания в Мире живых. Но подавляющее большинство шинигами к Миру живых… нет, следует сказать, ко всему, что находилось за пределами Общества Душ, не проявляли особого интереса. Мир живых — недалёкий и вульгарный мир смертных. Уэко Мундо — хаотичная и примитивная пустошь. По сравнению с ними, Общество Душ с его долгой историей и положением в цикле реинкарнации… казалось действительно центром трёх миров?
— А, Арима-кун этим интересуется? — Урахара Кисуке опустил взгляд, его губы дрогнули, и он с несколько беспомощной улыбкой ответил. — Я… на самом деле, просто хочу, чтобы у всех шинигами была возможность выйти наружу. Гигай позволяет шинигами адаптироваться к среде Мира живых. Благодаря этому, возможно, кто-то из любопытных шинигами отправится туда. И, кто знает, может быть, откроет для себя что-то более интересное? — сказано было немного сумбурно. — Попробую сформулировать точнее. — Урахара потёр подбородок и лёгким тоном продолжил. — Я хочу… больше возможностей. У всего сущего есть смысл своего существования. Раз уж шинигами обладают такой долгой жизнью, разве не следует им адаптироваться, учиться чему-то более полезному? Как мы с Йоруичи-сан и представляли, перемены не обязательно должны быть радикальными. Достаточно расширить существующую среду, изменить её… И некоторые устаревшие вещи, неспособные угнаться за изменениями, сами отпадут, как сгнившая кора дерева. День за днём, год за годом, они постепенно отшелушатся, отпадут и в итоге превратятся в нечто незначительное.
Словно течение воды, словно тупой нож, режущий плоть. Урахара Кисуке не стремился к мгновенным, резким переменам. Он хотел с помощью таких вот малых дел постепенно исправлять мир, приближая его к своему идеалу.
И ведь это действительно было так. В конце концов, это «великое изобретение» стало важным фактором, позволившим родителям Ичиго-бро сойтись.
Но если вернуться к настоящему моменту… Взгляд перерожденец на мгновение затуманился.
«Вот оно что».
«Неудивительно, что ключевое слово, которым учитель охарактеризовал Урахару, когда сорвался, было „презрение“».
Обладая силой и средствами, способными перевернуть мир, он добровольно пресмыкается в системе Короля Душ, становясь похожим на верного пса. Такой гордый человек, как Айзен, действительно мог так думать.
— Аха-ха, наговорил тут лишнего… Но кстати, Арима-кун, у тебя есть какие-то конкретные мысли по поводу сказанного?
«Спрашивает моё мнение?»
Юноша надолго задумался. Конечно, Сэйя был на одной стороне с Айзеном, но он не был полностью согласен с мыслями своего наставника. Впитать лучшее из сотен школ, отбросить шелуху и оставить суть. Возможно, только так можно было изменить ход событий, до которых оставалось меньше ста лет.
— Я… — Арима поднял глаза, на его лице появилась ясная улыбка. — …считаю, что исследования господина Урахары действительно способны изменить мир.
Конечно, будь на его месте учитель, он, возможно, сказал бы что-то более резкое. Например…
«Я уважаю тебя.»
«Но и презираю тебя.»
«Урахара Кисуке.»
http://tl.rulate.ru/book/131680/6079166
Готово:
