Факелы мерцали глубоко в горных ущельях, и лишь крошечные огоньки, видневшиеся с вершины, удивляли проснувшихся среди ночи селян. Обитатели усадьбы семьи Ян хорошо знали, что в глубоких горных долинах скрывается множество ядовитых тварей и свирепых зверей — тигров, медведей и прочих хищников. Отправляться в горы ночью означало добровольно подвергнуть себя смертельной опасности. Лишь беглецы, спасающиеся от трудовой повинности, рисковали своей жизнью, имея всего один шанс из десяти вернуться живыми.
Несмотря на любопытство, никто из жителей не стал будить остальных, чтобы выяснить причину странного свечения.
— Останки моего пятого брата действительно здесь? — раздался из глубин гор низкий голос, пронизанный холодом.
В свете факелов появились силуэты людей в плащах с капюшонами, прибывших верхом. Все они, крепкие и молчаливые, держали в руках мечи и клинки. Четверо предводителей пристально вглядывались в странную фигуру впереди — лысого даоса с усами, напоминающими цифру восемь, и длинными узкими бровями. Он восседал на огромной собаке размером с маленькую лошадь. На поясе даоса висела потрёпанная заплечная сумка, а его тело облачало желто-черное даосское одеяние. Вокруг него кружили семь или восемь собак с гладкой шерстью.
Эти псы разительно отличались от деревенских — они были намного крупнее, а их глаза светились кроваво-красным и серым. Их тела испускали зловещую ауру, делающую их похожими на призраков, сошедших с горных вершин.
Собаки принюхивались, словно учуяв нечто особенное, и вскоре привели всех к пещере, чьи стены были покрыты изумрудным мхом.
— Гав-гав-гав! — псы окружили пещеру, яростно лая, но не решались войти внутрь.
Увидев это, старый даос легко подпрыгнул и приземлился перед входом в пещеру. Быстро осмотрев её, он заключил:
— Похоже на бездонную яму глубиной не менее ста метров. Отличное место, чтобы избавиться от тела!
В темноте четыре фигуры с разным оружием медленно приблизились к нему. Высокий мужчина с суровым лицом холодно произнес:
— Второй брат, сможешь ли ты достать его?
В его глазах уже мерцал алый отблеск.
Даос, рассматривая глубокую, темную расщелину, задумчиво погладил бороду и уверенно ответил:
— Это не проблема!
Он проворно открыл свою сумку, порылся в ней и через мгновение воскликнул:
— Нашел!
В его руках появились два мохнатых лианоподобных кнута. Под его тихое бормотание, к изумлению и ужасу окружающих, эти кнуты вдруг начали расти, подобно змеям, и мгновенно погрузились в глубину пещеры. Он обвел взглядом присутствующих, не скрывая удовлетворения.
— Расти, расти, расти, расти для даоса еще! — заклинал он.
Под завывания чёрного горного ветра две лианы, обвивающие его талию, в мгновение ока углубились на десятки метров в пещеру. Через некоторое время его редкие брови дрогнули.
— Нашел! — он тут же зачитал заклинание и потянул кнуты, но те лишь волнообразно задергались, не поднимаясь ни на сантиметр.
Старый даос нахмурился.
— Неужели привязан к камню?
Всадники переглянулись между собой. Судя по всему, их пятый лидер столкнулся с "волками", которые действовали еще решительнее и безжалостнее, чем их собственная банда из Хэнлинчжая.
Только трое других лидеров предчувствовали неладное, не отрывая взгляда от высокого крепкого мужчины, стоявшего впереди.
Заметив направленные на него взгляды всадников, даос, очевидно не желая терять лицо, холодно фыркнул:
— Это меня не остановит!
Он снова достал из сумки желтую бумагу — при ближайшем рассмотрении это оказалась бумажная фигурка человека. Подумав, он извлек из сумки маленький бумажный нож и аккуратно прикрепил его к руке бумажной фигурки.
— Так будет лучше. Иди, расколи для меня этот камень! — он дунул, и бумажная фигурка взлетела, опускаясь в темную глубину пещеры.
Спустя некоторое время из глубин пещеры донесся оглушительный грохот.
— Поднимайся! — гневно крикнул даос.
Черный вихрь внезапно вырвался из глубины пещеры, и в тот же миг, сопровождаемый треском обваливающихся камней у входа, оттуда поднялся окровавленный тканевый сверток.
Когда сверток упал на землю, внутри обнаружились несколько ребер, покрытых засохшей кровью. В горном ветре эти окровавленные останки, казалось, продолжали тихо стонать. Атмосфера мгновенно стала напряженной. Даос, увидев это, молча подобрал вернувшуюся бумажную фигурку и тихо отошел в сторону.
Крепкий мужчина, глядя на эту жуткую сцену, охваченный гневом, покраснел глазами. Он сжал кулаки и медленно опустился на колени. В его сознании всплыли бесчисленные воспоминания о семи осиротевших братьях и сестрах, которых он сам вырастил. К несчастью, выжил только этот младший брат; остальные братья и сестры умерли от голода, холода, болезней или погибли в кровавых сражениях. Когда ему, наконец, удалось утвердиться в Хэнлинчжае и прославиться, у него остался только один родной брат.
Его взгляд, полный ярости, упал на старого даоса.
— Ло Цзыфу, сможешь ли ты выследить убийцу?
— Дайте старому даосу несколько дней. С моими сокровищами это будет несложно! — Даос Диких Псов уверенно оглядел злобных псов, разбредшихся вокруг.
— Найди его. Я хочу, чтобы вся семья этого человека последовала за моим пятым братом в могилу! — холодно произнес "Одинокий Небесный Король" из Хэнлинчжая.
Даос тут же почтительно погладил бороду и сказал:
— Старший брат, не стоит так беспокоиться. Месть за пятого брата — это дело всех нас из Хэнлинчжая. Предоставь это мне! Тебе же лучше собрать останки пятого брата, похоронить его должным образом и провести ритуал, чтобы его душа скорее обрела покой!
Крепкий мужчина не ответил, лишь бросил взгляд на двух других мужчин рядом — одного с изогнутым мечом, другого с тяжелым топором, и холодно произнес:
— Четвертый брат, шестой брат, останьтесь и помогите второму брату. У него недостаточно боевых навыков, это может помешать ему выполнить задачу.
— Не беспокойся, старший брат, доверь это нам! — оба почтительно кивнули.
Даос Диких Псов Ло Цзыфу хотел что-то сказать, собираясь заверить, что справится сам, но не посмел противоречить старшему брату.
Крепкий мужчина, с лицом, исполненным скорби, молча снял свой плащ с капюшоном, аккуратно завернул в него окровавленный сверток с останками, запрыгнул на лошадь и быстро уехал.
Остальные всадники последовали за ним, оставив на месте только даоса Диких Псов Ло Цзыфу и двух крепких мужчин.
Ло Цзыфу проводил взглядом удаляющихся всадников и тихо сказал:
— Займемся делом. Нужно закончить как можно скорее, чтобы не сорвать планы старшего брата!
Он задумался, затем коротко свистнул, и семь-восемь злобных псов мгновенно встали на ноги. Они уже запомнили запах, оставшийся на окровавленной одежде торговца, и их поиски непременно должны были принести результат.
......
В даосском храме день уже клонился к вечеру. В мастерской даосы, ответственные за огонь, быстро суетились, готовясь к торжественному банкету для высокопоставленных служителей храма. Послушники в это время отдыхали, собравшись группками вокруг Ян Хуая и глядя на него глазами, полными искреннего восхищения.
Белокурый послушник Мао Хун стоял рядом; в отличие от чистого восхищения других учеников, в его взгляде читалось нетерпеливое ожидание. Он уже некоторое время не сводил глаз со второй завершенной деревянной фигурки человеческого правителя с облачным узором, которую сделал Ян Хуай, а также с третьей фигурки, которая была почти готова.
Когда Ян Хуай закончил очередную фигурку, Мао Хун не смог больше сдерживаться.
— Старший брат Цинли, давай совершим еще одну сделку? — его жадный взгляд упал на вторую деревянную фигурку с облачным узором. — Снова один к одному, как считаешь?
Он даже не смотрел на другие разбросанные фигурки человеческих правителей. Хотя третья фигурка, над которой все еще работал Ян Хуай, уже обладала определенной духовной силой, эта сила была неполной и не могла сравниться с силой фигурки, украшенной таинственным облачным узором, излучающим подлинную ауру Дао.
Он достал из-за пазухи большой зеленый персик, сияющий переливами духовной энергии.
Взгляд Ян Хуая упал на персик, и его глаза мгновенно оживились.
Он хотел что-то ответить, но в этот момент издалека раздался знакомый голос:
— Подожди, эту фигурку заберу я!
Фэн Ин широкими шагами устремился к ним, и как только оказался рядом с Ян Хуаем, сразу схватил вторую деревянную фигурку с облачным узором. Одного взгляда на артефакт было достаточно, чтобы его глаза засияли восторгом.
Увидев это, Мао Хун пришел в ярость. Своими длинными руками он попытался выхватить фигурку.
— Младший брат Фэн, я первым увидел её!
— Ты первым увидел? И что, думаешь этого духовного персика возрастом в жалкие пятьсот лет хватит? Боюсь, этого недостаточно! — Фэн Ин ловко уклонился от его рук.
Одновременно из его тела излилось невидимое давление, а за его спиной смутно проявилось странное явление — сплетение ветра и грома, формирующее призрачную человеческую фигуру. Как только эта аура возникла, волосы на теле Мао Хуна встали дыбом, а в глубине его зрачков проступил коричневато-желтый цвет, мерцающий непримиримой враждебностью.
— Искусство грома, проклятый клан Фэн! — процедил он сквозь зубы.
Но он не решился атаковать. В даосском храме не разрешались личные поединки. Если кого-то поймают за дракой, отправят патрулировать дикие окрестности города Сюаньцю, где ночью полно злых духов. Ни один послушник, еще не достигший мастерства в Дао, не захочет столкнуться с этим испытанием.
Конечно, можно было бы покинуть гору и сразиться "по-настоящему", но в магическом поединке он вряд ли смог бы одержать победу над своим противником.
Фэн Ин даже не удостоил Мао Хуна взглядом. Он спокойно раскрыл ладонь, и в его руке материализовались два алых нефритовых плода, излучающих яркое сияние.
— Как насчет двух тысячелетних пурпурных плодов?
Когда появились эти два драгоценных плода, Мао Хун мгновенно лишился дара речи. В душе он лишь бессильно ругался:
«Богатый щенок! Избалованный транжира!»
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/131523/5901088
Готово:
