Стоявшая рядом Мизутани Сидзуко тоже отличалась сообразительностью. Услышав, что Харуки Сакаэ требует от них немедленно отправиться в зону E3, она сразу поняла — скорее всего, случилось что-то серьёзное. С беспокойством в голосе она спросила:
— Цинмин?
Услышав её, Цинмин подарил ей успокаивающий взгляд и твёрдо произнёс:
— Выдвигаемся.
Сказав это, он быстро проверил своё снаряжение и направился к зоне E3. Мизутани Сидзуко не стала медлить и немедленно последовала за ним. Вместе с ними двигались ещё несколько чунинов Конохи, только что получивших приказ.
Так называемая зона E3 на самом деле была участком ещё одной горной тропы, ведущей от штаба шиноби Камня к их тыловому форпосту. Она располагалась недалеко от речного коридора — прямое расстояние не превышало одного километра. Цинмин и остальные напрямик пересекли горный склон, затратив всего несколько минут.
Когда они прибыли на место, там уже собралось не менее пятидесяти шиноби Конохи. Большинство из них были чунинами и джонинами, генинов насчитывалось лишь несколько человек, а таких молодых, как Цинмин и Мизутани Сидзуко, было и того меньше. Их появление привлекло внимание некоторых присутствующих, однако Цинмин к этому давно привык. По мере того, как он всё чаще участвовал в военных действиях и раз за разом выживал, таких взглядов становилось всё больше. Поначалу ему было немного неловко, но со временем он привык.
Не обращая внимания на окружающих, Цинмин повёл Мизутани Сидзуко к свободному месту и просто сел. Когда он закрыл глаза, присутствующие перестали обращать на него внимание. Время шло секунда за секундой. Пока командир-джонин молчал, никто не произносил ни слова — все тихо отдыхали, восстанавливая силы, потраченные в предыдущем бою. С течением времени на месте сбора появлялось всё больше и больше шиноби.
Спустя пять минут количество присутствующих официально превысило сотню. Цинмин открыл глаза и, глядя на шиноби с серьёзными ранениями, нахмурился. Он чувствовал, что ситуация может быть ещё сложнее, чем предполагал изначально. В противном случае не стали бы привлекать бойцов, чья боевая сила была так сильно снижена.
«Похоже, у них просто не осталось людей», — подумал Цинмин.
Перед началом боевых действий на их стороне было триста человек. В боях в речном коридоре, хотя из-за численного преимущества потери были меньше, чем у шиноби Камня, после крупного сражения всё равно погибло несколько десятков человек. Сейчас, когда битва там ещё продолжалась, необходимо было оставить людей для продолжения боя. Вероятно, отправить сюда можно было только около сотни человек, а сейчас на месте уже собралось более ста. Очевидно, Коноха мобилизовала сюда все имеющиеся силы. Из этого можно было сделать вывод, что противник тоже непрост.
«Эх, надеюсь, штурм там закончится побыстрее, иначе...» — тихо вздохнув, Цинмин перестал размышлять и перевёл взгляд на командира второго отряда. Остальные, как и он, сосредоточили внимание на этом человеке.
Командир встал, хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание, и сразу перешёл к делу:
— Ладно, время пришло. Думаю, вы уже догадались. Верно, в ближайшее время здесь пройдёт отряд подкрепления из Скрытого Камня. Наша задача — остановить их, чтобы дать третьему отряду как можно больше времени для захвата целевого форпоста.
Сделав небольшую паузу, он продолжил:
— Сейчас я разделю вас на шесть команд, каждая будет отвечать за свой участок обороны. Мы должны гарантировать, что подкрепление шиноби Камня не сможет пройти.
Договорив, он, не заботясь о реакции присутствующих, начал распределять шиноби по группам. Цинмин и Мизутани Сидзуко попали в четвёртую команду, отвечающую за среднюю часть обороны. Вероятно, они не первыми вступят в бой с врагом, но и надеяться, что противник их обойдёт, тоже не стоило. Чтобы предотвратить разгром по частям, шесть оборонительных участков располагались почти вплотную друг к другу — скорее всего, враг затронет сразу всех. Распределяя силы таким образом, командир второго отряда стремился растянуть линию фронта, чтобы максимально замедлить продвижение противника.
После распределения все заняли свои позиции. Скрываясь в густом лесу, Цинмин ощущал гнетущую атмосферу. Все признаки указывали на то, что приближающийся враг был необычным, иначе командир второго отряда не прибегал бы к такой тактике задержки. Это вызывало у него острое чувство тревоги.
В этой гнетущей атмосфере незаметно прошло десять минут. К этому моменту с начала сражения минуло около сорока пяти минут, а если считать от начала плана, то более трёх часов. Согласно их первоначальным инструкциям, если через четыре часа после начала операции цель не будет достигнута, план отменяется, и все подразделения должны немедленно отступить. Другими словами, им нужно продержаться ещё несколько десятков минут, и тогда они смогут отойти.
Цинмин надеялся, что враг появится как можно позже, потому что чем больше времени они выиграют, тем выше шансы безопасно отступить. Конечно, было бы ещё лучше, если бы враг не пришёл вовсе, но Цинмин понимал — это невозможно. Раз командир-джонин срочно вызвал их сюда, значит, у него была достоверная информация, иначе он не упустил бы шанс уничтожить предыдущую группу шиноби Камня. Отвлечение их сил только позволило бы большему числу вражеских шиноби выжить в речном коридоре, а их собственные потери соответственно выросли бы. И здесь, и там потери были бы значительными.
Если бы не крайняя необходимость, командир-джонин никогда не принял бы такое решение. Но раз уж решение было принято, значит, ситуация была действительно критической — настолько, что кто-то должен был пожертвовать собой. Именно поэтому Цинмин чувствовал такую тревогу.
Пока Цинмин предавался размышлениям, из леса впереди вдруг донеслось движение. Не успел он разобраться в происходящем, как увидел длинную реку из жёлтого песка, хлынувшую спереди. Земля на её пути стремительно поглощалась, а деревья падали в разные стороны, подталкиваемые песчаной рекой, которая неслась вперёд с ужасающей скоростью.
Цинмин молниеносно уклонился, в несколько прыжков взобравшись на большое дерево, и посмотрел вперёд. Он увидел, как песчаная река пересекает густой лес, где они прятались, расчищая обширную территорию и вынуждая скрывавшихся там шиноби Конохи раскрыть свои позиции.
У истока этой мощной песчаной реки медленно поднимался крепко сложенный молодой шиноби Камня. В красной шапке ниндзя, с большим носом и густой бородой, покрывающей лицо — это был не кто иной, как сын Третьего Цучикаге Ооноки — Кицучи. Как известная личность в мире шиноби, его портрет был широко распространён, и Цинмин мгновенно узнал его.
Сейчас Кицучи, возможно, не был так могуществен, как во время Четвёртой мировой войны шиноби, но ему уже перевалило за двадцать, и его сила примерно соответствовала уровню джонина-элиты. Об этом красноречиво свидетельствовало ниндзюцу, которое он только что применил. Простая техника «Стихия Земли: Оползень» в его исполнении достигла уровня, способного полностью изменить рельеф местности.
Шиноби Камня за его спиной, хоть и не достигали сотни числом, но уровень каждого был не ниже чунина. Очевидно, это был отряд элитных шиноби.
Увидев этих людей, сердце Цинмина ушло в пятки. Можно было не сомневаться — предстоящий бой будет крайне тяжёлым.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/130930/5801868
Готово:
