Хан ещё немного побеседовал с лейтенантом, прежде чем был вынужден вернуть корабль в ангар. Разговор прояснил ему кое-какие моменты курса, но всё оставалось поверхностным, поскольку это было всего лишь первое занятие.
Лейтенант должен был вернуться на свой пост, как только урок закончился, оставив Хана одного в ангаре. Обычно он предпочёл бы долгую, расслабляющую прогулку домой, но плотный график заставил его вызвать такси, чтобы сэкономить время.
Хан ни разу не взглянул в окно за всё время поездки обратно во второй район. Его глаза были прикованы к телефону из-за огромного количества страниц, которые ему нужно было изучить. Он не терял ни секунды в последние дни, но все равно отставал и не знал, сколько бессонных ночей потребуется, чтобы это исправить.
Все изменилось внутри лифта дома Джорджа. Хан беспомощно вздохнул, засовывая телефон в карман. Он хотел отдохнуть несколько минут, но сначала нужно было проверить квартиру.
К счастью для Хана, симфония, наполнявшая квартиру Джорджа, говорила о расслабляющей обстановке, и главный зал подтвердил эти ощущения. Хана не видел Джорджа, но Моника была на одном из диванов, увлеченно читая голограммы, исходящие из ее телефона.
"Что изучаешь?" - спросил Хан, направляясь прямо к дивану Моники.
"Просто повторяю инопланетные языки", - объяснила Моника, отодвигаясь к углу дивана и похлопывая себя по коленям. "Хочу быть готовой к следующей неделе".
"Какая прилежная ученица", - усмехнулся Хан, ложась на диван и используя колени Моники в качестве подушки.
Моника отложила телефон и сосредоточилась на Хане. Она нежно провела рукой по его щеке, и из ее уст вырвалось милое "привет".
"И тебе привет", - ответил Хан, и на его лице расцвела улыбка, когда Моника наклонилась, чтобы подарить ему поцелуй.
"Как прошло занятие?" - спросила Моника.
"Неплохо", - прошептал Хан, поворачиваясь, чтобы уткнуться лицом в живот Моники. "Я показал лейтенанту, что умею летать. Просто мне нужно много чего изучать дополнительно".
"Лицензия пилота - это серьезно", - хихикнула Моника. "И она истекает каждые десять лет".
"Я знаю", - простонал Хан, наслаждаясь нежностью прикосновений Моники. "Лейтенант ответил на все мои вопросы. Наверное, дружба с принцессой помогает. Кстати, где она?"
"У нас планы пойти по магазинам позже", - сообщила Моника. "Только женщины, сказала она. Кажется, она привлекла и директрису".
"А я-то думал, что смогу завладеть вами сегодня", - пожаловался Хан, прижимаясь ближе к Монике.
Моника снова хихикнула, отодвигая Хана в сторону, чтобы освободить ноги. Голова Хана оказалась на диване, но Моника вскоре легла на него сверху, чтобы подарить гораздо более страстный поцелуй.
"Где Джордж?" - спросил Хан, когда поцелуй закончился.
"В своей комнате", - ответила Моника, беря лицо Хана в свои руки. "Не смотри на меня так. Я знаю, что ты не спал четыре дня".
"Я удивлен, что ты заметила это среди всего этого храпа", - поддразнил Хан.
Моника надулась, но быстро проигнорировала шутку, чтобы подарить еще один поцелуй. Хан инстинктивно потянулся к ее ягодицам, но она подняла голову, прежде чем ситуация успела перерасти во что-то большее.
"Спи", - прошептала Моника. "Ты можешь получить меня, когда отдохнешь".
"Ты такая послушная в последнее время", - снова поддразнил Хан.
"Я лучшая девушка в мире", - гордо заявила Моника. "Я должна поддерживать своего мужчину, когда ему тяжело".
"Я должен поблагодарить твою семью за такое тщательное воспитание", - надавил Хан.
"Наслаждайся этим, пока это длится", - фыркнула Моника, отпуская Хана, чтобы устроиться поудобнее. "Я записываю каждую шутку. Я отомщу, как только тебе станет легче".
"И что же ты сделаешь?" - спросил Хан, позволяя Монике скользнуть на его руку, чтобы удержать ее рядом.
"Увидишь", - ухмыльнулась Моника. "Тебе придется умолять меня остановиться".
"Звучит не так уж и плохо", - усмехнулся Хан.
"Это не будет приятно!" - огрызнулась Моника, но быстро успокоилась. Она даже приблизилась к губам Хана, прежде чем произнести шепотом: "Просто спи и мечтай обо мне".
"Я бы хотел", - проклял Хан, поворачиваясь лицом к потолку. "Мне еще много чего нужно изучить".
"Предмет?" - спросила Моника.
"Правила", - вздохнул Хан. "Проклятые правила".
"Дай подумать", - пробормотала Моника, приближаясь к уху Хана, чтобы произнести соблазнительные слова. "Почему бы нам не перейти в спальню, пока я жду сообщения от принцессы Эдны?"
Предложение Моники могло показаться смелым для постороннего, но Хан знал ее истинные намерения. Когда он взглянул на нее, он заметил отпечаток беспокойства на ее очаровательном и слегка застенчивом лице, что еще больше подтвердило то, что он чувствовал.
"Ты планируешь утомить меня?" - поинтересовался Хан.
"Я сделаю все, что поможет тебе", - заявила Моника. "Так что продолжай полагаться на меня. Продолжай использовать меня, пока я не стану единственной вещью в твоих мыслях".
Хан не смог сдержаться при этих словах. Дикая сила наполнила его тело, когда он выпрямил спину и поднял Монику вместе с собой. Они оказались сидящими друг на друге, их губы давно переплелись в долгом поцелуе.
Тем не менее, телефон Хана зазвонил прежде, чем он успел расстегнуть униформу Моники. Их страсть взяла паузу, и проверка устройства показала, что полковник Норретт прислал сообщение.
'Ужин со мной сегодня вечером', - прочитал Хан на своем телефоне. 'Машина заберет тебя через три часа'.
"Он наконец-то связался с тобой", - прокомментировала Моника.
"Вероятно, он скоро уезжает", - предположил Хан. "Я удивлен, что он оставался в Гавани до сих пор".
Моника согласилась с этим утверждением, но приглашение разрушило ее планы. Хан никогда не уснет сейчас. Она могла бы настоять на коротком сне, но сосредоточенность Хана на телефоне в конечном итоге раздражала ее.
"Эй", - позвала Моника, подтягивая ухо Хана ближе к ее рту, - "Ты на меня не смотришь".
Хан усмехнулся, убирая телефон, прежде чем встать. Конечно, он поднял Монику, и она вцепилась в него, не нуждаясь в предупреждениях или словах. Каким-то образом они уже решили, как проведут эти три часа.
.
.
.
Корабль прибыл за Ханом, как и говорилось в сообщении. Ему нужно было только выйти на тротуар, чтобы найти его и начать полет туда, где полковник Норретт хотел поужинать.
Пассажирские сиденья не пустовали. Один из охранников полковника Норретта молча сидел перед Ханом, и ее выражение лица говорило ему, что она не намерена разговаривать. Тем не менее, в ее глазах было некоторое уважение, что было более чем приятно.
Корабль покинул второй район и направился к торговой зоне. Здания, которые Хан посещал с принцессой, проносились мимо, но его внимание в конечном итоге привлекло высокое здание, покрытое большими окнами. Одно из этих темных стекол открылось по прибытии машины и превратилось в посадочную площадку.
Выйдя из корабля, Хан попал в небольшой зал только с одним столом и двумя стульями. Блюда уже стояли на его поверхности, и полковник Норретт также занимал стул. Тем временем трое других его охранников стояли у стены.
Женщина на корабле Хана достигла своих спутников сразу после посадки, и полковник Норретт встал, как только заметил Хана. Он развел руки, чтобы поприветствовать его, и из его уст вырвался смех.
"Человек часа", - объявил полковник Норретт, - "Или уже недели?"
"Почти неделя, сэр", - подтвердил Хан. "Я думал, вы уже уехали".
"Изначально я планировал гораздо более короткую поездку", - проклял полковник Норретт, указывая на стул на противоположной стороне стола. "Тем не менее, принцесса привезла с собой много обязанностей, и моя работа - следить за тем, чтобы они были выполнены".
"Обязанности, сэр?" - поинтересовался Хан, приближаясь ко второму стулу.
"Вопросы безопасности", - объяснил полковник Норретт, садясь, - "Отчеты о производительности, внутренние перестановки и так далее".
Хан присоединился к полковнику Норретту за столом, и последний быстро наполнил его чашку тем, что пахло крепким спиртным, прежде чем перейти к своему стакану. Они даже выпили и позволили спокойному молчанию последовать за этим.
"Я уверен, у тебя есть вопросы", - нарушил молчание полковник Норретт, приступая к захвату различных блюд и размещению их на своей тарелке.
"Они расплывчаты", - признался Хан, также захватывая немного еды, - "И многочисленны".
"Разве мисс Солодрей не прояснила многие из них для тебя?" - поинтересовался полковник Норретт. "Я могу быть далек от студентов, но слухи распространяются далеко".
"Сэр, я всего лишь ценная фигура, которую семья Солодрей хочет держать поблизости", - сказал Хан, не утруждая себя прекращением еды.
"Старайся дышать время от времени", - прокомментировал полковник Норретт.
"Я голоден", - ответил Хан, продолжая свое пиршество.
Полковник Норретт усмехнулся и приложил руку к подбородку. Он осмотрел Хана, и в конце концов из его уст вылетел комментарий: "Не такой уж и молодой, когда дело доходит до женщин".
Хан притворился, что не слышит шутки, но появилось желание сменить тему, и у него был подходящий вопрос для этого.
"Сэр", - проглотил Хан оставшуюся еду во рту, - "Как мне справиться с моей политической ситуацией?"
"Это тебе решать", - заявил полковник Норретт. "То, что ты делаешь со своим званием и связями, заложит основу для того, каким солдатом ты станешь".
"Я хочу быть послом", - Хан выбрал честный ответ. "Вероятно, для этого нужно как можно больше связей".
"Тогда ходи на каждый ужин и общественное мероприятие", - заявил полковник Норретт.
"У меня нет на это достаточно времени", - указал Хан.
"Найди", - ответил полковник Норретт. "Если только это не слишком сложно для тебя".
Хан не пропустил вызывающий тон полковника, и эта деталь сделала ответ ясным. Легких путей не было. Хану пришлось бы чем-то пожертвовать, чтобы втиснуть все в свой график.
Однако Хан не остановился на этом понимании. Прямолинейный ответ полковника создал определенное настроение, которое вызвало наружу бесстыдную сторону Хана.
"Сэр, какие планы у вас на меня?" - прямо спросил Хан.
"Я полковник", - фыркнул полковник Норретт. "У меня нет планов на капитанов".
"Слишком молод", - повторил Хан слова, которые полковник использовал в прошлом. "У вас должно быть что-то на уме. Это связано с вашей деятельностью?"
"У меня много занятий", - уточнил полковник Норретт, - "И ты слишком молод, чтобы слышать о них".
"Но я могу оказаться на пути, который им не подходит, если меня оставить на произвол судьбы", - поддразнил Хан, надеясь, что новый подход вызовет более полезный ответ.
"Мелкий засранец", - усмехнулся полковник Норретт. "Ну, ты пропустил свое большое празднование, но иметь принцессу в качестве политического союзника более чем компенсирует это".
'Политический союзник', - усмехнулся Хан в мыслях. Он, вероятно, стал ближе к принцессе, чем многие другие, но это не делало ее настоящим союзником. Ее личность была слишком неустойчивой для этого.
"Принцесса должна быть твоей отправной точкой", - продолжал полковник Норретт, - "Но ты никогда не должен ее выдавать. Ты потеряешь ценность в глазах многих представителей, если сделаешь это".
Хан не мог не кивнуть. У него не было возможности выдать принцессу, но это оставалось хорошим советом. До тех пор, пока представители думают, что могут добраться до нее через него, у него будет преимущество.
"Умение различать семьи также пригодится", - добавил полковник Норретт. "Меньшие семьи будут проявлять к тебе больше уважения, но ты мало что от них получишь. Вместо этого самые богатые попытаются эксплуатировать тебя в обмен на большие выгоды".
"А как насчет исключений?" - спросил Хан. Моника, Люк и Брюс были хорошими примерами, но Хан также рассматривал Роберта Бизелли и других личностей, которые произвели хорошее впечатление.
"Они существуют", - ответил полковник Норретт. "Однако ты всегда будешь идти по тонкой линии, продвигаясь по политическому пути. Ты должен найти баланс между богатством, выгодами, уважением и личными целями".
Хан опустошил свою тарелку и сосредоточился на своем напитке, теряясь в своих мыслях. Полковник Норретт хотел, чтобы он расширил свои знания о различных представителях, чтобы выбрать, кому отдать приоритет. Тем не менее, он сейчас в Гавани. Его нынешние потребности могут не совпадать с его будущими.
"Конечно", - воскликнул полковник Норретт, - "Захват личных достижений остается твоим лучшим вариантом. Ты должен поторопиться, чтобы закрепиться в политической среде, только если твоя слава была случайностью".
Хан поднял взгляд, чтобы обменяться многозначительным взглядом с полковником Норреттом. Его заявление было ясным. Личные достижения были ключом к лучшей политической жизни. До тех пор, пока Хан продолжает быть потрясающим, ему не нужно слишком беспокоиться о своих различных связях. Они придут к нему сами.
"В связи с этим", - объявил Хан, - "У меня может быть кое-что".
"Что на этот раз?" - спросил полковник Норретт. "Ты что-то скрыл из своего опыта на Милии 222?"
"Речь идет о моей второй третьей звезде", - объяснил Хан. "Я должен быть готов получить ее".
Полковник Норретт отбросил веселое настроение, чтобы надеть суровое лицо. Хан получил свою первую третью звезду менее недели назад. Достижение мастерства над заклинаниями на том же уровне за такое короткое время звучало невозможным, но стихия Хана могла сделать это возможным.
"Ты уверен?" - спросил полковник Норретт. "Я не церемонюсь с лжецами".
"Я уверен в одном заклинании", - подтвердил Хан. "Этого должно быть достаточно".
"Возможно, в твоем случае", - ответил полковник Норретт, - "Если кто-то достаточно значимый подтвердит это".
Хан показал свою бесстыдную улыбку, и полковник Норретт покачал головой. Тем не менее, он казался забавным. Чем больше Хан открывался ему, тем забавнее становились эти взаимодействия.
"Давайте посетим тренировочный зал, как только закончится этот ужин", - заявил полковник Норретт. "Мне все равно нужно уходить. Короткая остановка не повредит".
Полковник взглянул на стол, чтобы проверить, есть ли еще еда, но нашел только пустые тарелки. Даже спиртного не было там, где он его оставил. Бутылка была рядом с Ханом, готовым наполнить его чашку.
"Когда ты успел все это съесть?" - ахнул полковник Норретт.
"Я никогда не переставал есть", - заявил Хан.
"Этот талант следует добавить в твой профиль", - прокомментировал полковник Норретт. "Ну ладно".
Полковник Норретт встал, и Хан последовал его примеру. Они не обменялись словами, прежде чем направиться к машине на посадочной площадке, но полковник все же оставил приказы своим охранникам. "Подготовьте мой корабль. Заберите меня, когда я закончу".
Охранники отдали воинские приветствия, и Хан кивнул им, прежде чем последовать за полковником внутрь корабля. Пилот все еще был внутри, поэтому машина немедленно отправилась в район с тренировочными залами.
Поездка длилась недолго. Полковник не был придирчив, поэтому пилот направился к ближайшему тренировочному залу. Хан и полковник Норретт вскоре приземлились перед знакомым большим зданием и вошли в него, не говоря ни слова.
Полковник Норретт фыркнул, когда Хан достиг пустого зала и снова показал свое бесстыдное лицо. Он даже скрестил руки за спиной. Он был первым, кто нашел свободную зону, но у него не было намерения платить за нее.
"У тебя должно быть достаточно денег, чтобы заплатить за свои собственные залы", - пошутил полковник Норретт, используя свой телефон, чтобы разблокировать тренировочную зону.
'Мне действительно стоит проверить, сколько у меня сейчас', - проклял Хан, вспоминая, что ему еще предстоит узнать, сколько он заработал на Милии 222.
Подготовка зала к тесту заняла меньше минуты. Вскоре вдали появилась круглая, усиленная мишень, и полковник даже отступил на шаг, чтобы дать Хану все необходимое пространство.
По правде говоря, Хан едва тренировался в эти дни. Его расписание было беспорядочной смесью уроков и занятий, которые не давали ему времени посещать залы. Тем не менее, он уже подтвердил, что копье хаоса соответствует требованиям для его новой звезды, и он достаточно доверял своему контролю, чтобы быть уверенным в своих других заклинаниях.
Хан никого не ждал. Он соединил свои руки и влил как можно больше маны между ними. Он так много раз применял копье хаоса, что сбор необходимых эмоций казался естественным, и разделение его ладоней показало его успех.
Между руками Хана сформировалось нестабильное фиолетово-красное копье. Поверхность оружия тряслась без конца, но не пропускала энергии. Оно обрело новую стабильность после того, как Хан в последний раз проверил его, и запуск его доказал его силу.
Яркий столб, последовавший за падением копья на мишень, наполнил тренировочный зал дикими ветрами. Волосы Хана и полковника Норретта развевались на ветру, но их выражения оставались суровыми. Полковник даже применил свою маскирующую технику к своей мане, чтобы избежать раскрытия своих реакций.
Мана, содержащаяся в копье, в конце концов исчезла, и в тренировочный зал вернулся мир. Мишень все еще была цела, но ее глубокие трещины и потемневшие куски достаточно говорили о силе заклинания Хана. Число "3" в ее углу было почти ненужным в этой ситуации.
Суровое выражение лица полковника не изменилось даже после того, как мишень подтвердила силу копья. Вместо этого его бесчувственные глаза упали на Хана, и последовала просьба. "Покажи мне другое заклинание".
Хан поднял правую руку, и фиолетово-красная мана быстро покрыла ее, прежде чем протянуться вперед. Из его пальцев вырос яркий меч, несущий те же нестабильные свойства, что и копье хаоса. Заклинание стало длиннее, и его сила умножилась.
"Не нужно", - заявил полковник Норретт, как только Хан повернулся, чтобы приблизиться к мишени. "Я обновлю сеть, как только доберусь до своего корабля. Твоя новая форма должна прибыть в ближайшие несколько дней".
"Спасибо, сэр", - сказал Хан, рассеивая ману, скопившуюся вокруг его руки.
"Поистине ужасающая скорость роста", - пробормотал полковник Норретт. "Не знаю, насколько это хорошо".
"Я знаю о рисках чрезмерных тренировок", - заверил Хан.
"Дело не в этом", - объяснил полковник Норретт. "Сила ведет к зависти".
Предупреждение было расплывчатым, но достаточно ясным для понимания Ханом. Мюррей Дунак уже показал что-то подобное, и должно быть больше потомков, подобных ему.
"Сопроводи меня на улицу", - быстро сменил тему полковник Норретт, и Хан подчинился.
Двое мужчин покинули тренировочный зал, и Хан ожидал, что тишина воцарится до неизбежного прощания. Однако полковник Норретт нарушил ее прежде, чем они успели добраться до выхода из здания.
"Ты можешь быть студентом в посольстве", - объявил полковник Норретт, - "Но не забывай, что ты также капитан".
"Это о представителях и солдатах?" - поинтересовался Хан.
"Не отбрасывай свое звание, потому что у тебя есть несвязанные задачи", - объяснил полковник Норретт, открывая выход. "Используй его".
"Полковни-", - позвал Хан, но круглая платформа приземлилась на тротуар, прежде чем он успел закончить свою фразу. Полковник Норретт даже не потрудился обратиться к этому вопросу. Он просто запрыгнул на предмет, помахивая рукой.
"Ты капитан Хан", - выкрикнул полковник Норретт, не поворачиваясь, - "Не студент Хан".
Платформа отправилась в путь, как только закончилась эта линия. Машина доставила полковника Норретта над зданиями, где его ждал корабль. Хан узнал большую военную машину, увиденную перед его повышением, и ее исчезновение из района ознаменовало отбытие одного из его лучших союзников.
'Мое звание', - подумал Хан, его взгляд оставался на том месте, где исчез корабль. 'Я знаю, что оно далеко не бесполезно, но все же'.
Хан не мог сразу придумать идеи, но кое-что было ясно. Его финансы были частью его силы, поэтому пришло время проверить, сколько у него на самом деле есть.
Беглый взгляд на карту Гавани подсказал Хану, где он может найти консоль. Ему нужно было всего лишь пересечь несколько кварталов, чтобы добраться до относительно скрытой области с защищенными комнатами, предназначенными для обеспечения некоторой конфиденциальности, и прикосновение к их темным поверхностям показало машину, которую он искал.
Хан активировал консоль через свою генетическую подпись и просмотрел меню, пока не появилась надпись "снять". Нажатие на нее показало его ожидающие доходы, и их сумма заставила его глаза расшириться от удивления.
'Пятьсот тысяч кредитов?!' - Хану удалось удержать крик в своем сознании. Каким-то образом он накопил полмиллиона.
http://tl.rulate.ru/book/130874/5986576
Готово:
