«Что он вообще здесь делает?» — задумался Кан, прежде чем вспомнить многочисленные взгляды и подглядывания своего соседа по комнате. — «Неужели они наконец решили заставить меня заплатить за потасовку в первую неделю?»
Кан чувствовал, что Сэмюэль был не один. Его способность не позволяла ему понять, сколько новобранцев прячется в темноте, но его знания могли заполнить эти пробелы.
«Они все еще должны быть ниже двадцати процентов настройки», — подумал Кан, останавливаясь посреди улицы. — «Марта говорила мне, что теперь они начали тусоваться с этими тремя гарпиями, если подумать».
Слухи были одним из лучших развлечений в тренировочном лагере. Марта, Люк, Брюс и случайные друзья из специального класса, которые ели с Каном, часто рассказывали о других новобранцах. Элисон Блэкделл всплывала часто, так как ее понижение в звании до обычного курса было большим скандалом.
Кан не мог уловить связь между четырьмя хулиганами и тремя гарпиями. Он рассматривал возможность того, что три девушки усилили гнев хулиганов, но не мог представить, что последние пытаются устроить ему засаду из-за угрозы.
Тем не менее, его непонимание истинной причины засады не изменило его положения. Кану нужно было разобраться с четырьмя хулиганами, и время шло. До комендантского часа оставалось всего двадцать восемь минут.
Кан подавил усмешку, прислонившись спиной к уличному фонарю и достав телефон. Он сделал вид, что просматривает меню, но его глаза не отрывались от часов.
Минуты шли, но Кан не двигался. Часы неизбежно показали без двадцати десять вечера, но он оставался спокоен.
Кану требовалось меньше десяти минут, чтобы добежать до общежития на своей скорости. Более того, только Сэмюэль жил в том же блоке. Квартиры других хулиганов находились в других частях лагеря, так что их время истекало.
«Они должны что-то сделать в следующие пять минут», — подумал Кан, не сводя глаз с телефона. — «Ни один новобранец не посмеет нарушить комендантский час».
Хулиганы доказали, что Кан ошибается. Прошло пять минут, но они оставались спрятанными в темноте. Никто из них, казалось, не собирался двигаться.
«Чего они ждут?» — задумался Кан. — «Неужели они готовы потянуть меня за собой? Я всего лишь отбил им яйца пару раз, и это было три месяца назад!»
Засада начала напоминать план самоубийства, пока время продолжало течь. Кан почти стал рассматривать возможность того, что хулиганы заснули в парке, когда до комендантского часа оставалось всего тринадцать минут. Однако он не осмеливался недооценивать парней.
«Неужели они думают, что их семьи вытащат их из возможных наказаний?» — задумался Кан. — «Мой Наставник — чертов Лейтенант, отвечающий за тюрьмы! Как они могут не учитывать что-то подобное?»
Кан потратил еще минуту, чтобы рассмотреть все возможные варианты. План не имел смысла, если только у хулиганов не было доступа к какой-то влиятельной фигуре в Глобальной Армии, которая могла бы пересилить власть лейтенанта Дайстера.
«У них же богатые семьи», — наконец подумал Кан про себя. — «Блок не переставал упоминать своего отца в тюрьмах, а семья Сэмюэля уже приготовила для него синтетическую ману. Может быть, они могут сделать лейтенанта Дайстера бессильным».
У Кана не было доказательств, подтверждающих его опасения, но он не осмеливался рисковать нарушением комендантского часа. Тем не менее, ситуация только ухудшится, если он полностью проигнорирует хулиганов. Он не мог даже притронуться к Сэмюэлю в квартире из-за более жестких правил, связанных с таким видом агрессии.
«Одиннадцать минут до комендантского часа», — подумал Кан, засовывая телефон обратно в карман брюк. — «Я бы впустую потратил последние три месяца, если бы не смог разобраться с ними за три минуты».
Кан сохранял отстраненное выражение лица, отходя от уличного фонаря и возобновляя путь обратно в общежитие. Через несколько секунд он вошел в темную зону, но хулиганы все еще не двигались.
«Неужели они и правда заснули?» — задумался Кан, не останавливая шаг.
Несколько слабых шагов в конце концов раздались у него за спиной, когда он пересек конец улицы. Присутствия, ощущаемые его разумом, приблизились и мгновенно настигли его сзади.
«Нужно дать им напасть первыми», — вздохнул Кан про себя, прежде чем закрыть глаза и стиснуть зубы, готовясь к неминуемым ударам.
Его руки небрежно прикрыли затылок, прежде чем острая боль распространилась из четырех разных точек. Хулиганы ударили Кана по предплечьям, спине и ногам чем-то, отличным от их кулаков.
Кан прыгнул вперед, чтобы не потерять равновесие. Он развернулся, как только его ноги коснулись улицы, и его стремительное движение позволило ему встретиться лицом к лицу с хулиганами, прежде чем те смогли догнать его.
Тусклый свет, исходящий от близлежащего уличного фонаря, позволил Кану разглядеть расплывчатые фигуры четырех хулиганов. Он узнал Блока, Сэмюэля и двух других парней с первой недели. Все они были вооружены длинными битами из дешевого сплава.
Биты уже летели на Кана. У него не было много времени на реакцию. Он мог отскочить назад, чтобы уклониться от надвигающихся атак, но это только затянуло бы битву.
Кан выставил правую ногу, прежде чем вывернуть лодыжку и выполнить вращение против часовой стрелки. Его левая нога поднялась, следуя за его телом, и вскоре его левая стопа встретила плечо Дюка.
Из плеча Дюка раздался хрустящий звук. У парня не было времени завершить свою атаку, и удар поднял его с земли, отбросив прочь.
Тем временем три биты обрушились на бок Кана и угрожали повалить его на землю. Однако он выдержал боль и завершил свою стойку.
Правая рука Кана рванулась вперед, когда его нога коснулась земли. Он повернул лодыжки и талию, чтобы наполнить свой хук невероятным импульсом.
Его удар достиг челюсти Кайла, и после удара раздался хрустящий звук. Несколько зубов также вылетели у него изо рта, когда парень развернулся вокруг себя и упал.
На ногах остались только Сэмюэль и Блок, и оба парня не могли не взглянуть на своих товарищей. Кайл потерял сознание, и кровь текла у него изо рта. Дюк же сидел на корточках на земле в двух метрах позади них, и из его фигуры доносились стоны, пока он держался за левое плечо.
Кан сразу же перешел в другую атаку. Он согнул ноги, прежде чем прыгнуть вперед, поднимая колено. Блок проворно защитил грудь битой, но его глаза расширились, когда он увидел, как его оружие изогнулось и приобрело V-образную форму.
Сэмюэль замахнулся битой на Кана, но последний заблокировал ее рукой. Затем Кан обхватил рукой руку парня, и его тело начало вращаться, пока он ждал, когда его правая нога коснется земли.
Кан повернул ступни, как только они коснулись земли. Техника наполнила его тело импульсом и дала его поднятой левой ноге достаточно силы, чтобы достать ухо Сэмюэля.
Парень потерял равновесие и выронил биту, но вцепился в руку Кана, прежде чем упасть на землю. Блок воспользовался этим шансом, чтобы замахнуться своей странно изогнутой битой на голову Кана, но последний поднял руку, чтобы защититься.
Блок не прекращал атаковать, а Сэмюэль изо всех сил старался удержаться за руку Кана. Последний не мог свободно двигаться, так как этот вес нарушал его равновесие, но он ни разу не опустил руки.
Блок вдруг почувствовал, что не может сдвинуть свое оружие. Страх наполнил его лицо, когда он увидел, что Кану удалось схватить биту во время последнего замаха.
Парень быстро выронил оружие и сделал шаг назад. Его хорошая реакция позволила ему уклониться от удара ногой в живот, и оттенок решимости появился на его лице, когда он изучил положение Кана.
Сэмюэль все еще висел на руке Кана, и последнему пришлось рисковать равновесием, чтобы нанести удар ногой. Кан стоял на одной ноге, выдерживая вес Сэмюэля. Это был идеальный момент, чтобы повалить его на землю.
Блок прыгнул вперед и обхватил руками шею Кана. Он использовал все свое тело в отчаянной попытке заставить противника упасть, но изумление наполнило его разум, когда он заметил, что Кану удалось выдержать удар.
У Кана был Сэмюэль, висящий на его правой руке, и Блок, вцепившийся в его шею, но он не дрогнул. Его ноги могли выдержать дополнительный вес. Он даже не покачнулся, когда двое парней попытались оттолкнуть его назад.
Кан схватил за спину униформу Блока и потянул. Парень изо всех сил старался оттолкнуть таз назад к груди Кана, но острая боль внезапно распространилась от его паха.
Чувство слабости наполнило Блока. Он отпустил противника и скользнул по колену Кана, падая на землю. Кан поднял ногу, когда Блок попытался обвить его грудь, и его пах в итоге ударился о колено.
В этот момент Кан повернулся к Сэмюэлю. Парень практически потерял сознание. Он продолжал висеть на руке Кана из-за чистой силы воли.
«Какая трата решимости», — не мог не подумать Кан, нанося удар ногой в грудь Сэмюэля и отбрасывая его прочь.
Битва была грязной, но Кан успешно победил четырех противников. Более того, он применил часть работы ног, изученной в стиле Демона-молнии, и этот подвиг осчастливил его.
«Ты проиграл», — слабо сказал Блок, прикрывая пах. — «Ты нарушишь комендантский час».
Кан проворно достал телефон из кармана. Устройство сообщило ему, что комендантский час наступит менее чем через семь минут. Он опаздывал, и даже бег мог не решить проблему.
«Почему они так уверены в наказаниях?» — задумался Кан, заметив довольную улыбку Блока.
У парней определенно что-то было припасено для Кана, но он не знал, чего ожидать. Тем не менее, он не стал бы рисковать, чтобы узнать это.
«У меня получается только один раз из шести», — подумал Кан, закрывая глаза и сгибая ноги. — «Мне также нужно готовиться тридцать секунд. И все же, я не вижу других вариантов».
Улыбка Блока застыла, когда он заметил серьезное выражение лица Кана. Парень держал глаза закрытыми и глубоко дышал, пока его ноги скользили по улице.
Затем Блок моргнул, и замешательство появилось на его лице, когда он снова открыл глаза. Кан исчез. Блок даже не слышал его шагов.
http://tl.rulate.ru/book/130874/5807643
Готово:
