Гу Вэйцзин был ошеломлен.
Мяо Анвэнь тоже был ошеломлен.
"Кто? Гу... Тунсян?"
Он изо всех сил моргал, глядя на лысого старика на проекторе.
Фотография Гу Тунсяна была сделана для специальной страницы на сайте художников галереи "Маши".
Временное использование.
Окончательная версия будет выбрана после того, как он поедет в Европу и поговорит с художественным директором галереи, чтобы определить карьерный план, а затем, в соответствии с целевой клиентской группой, официально выбрать лучший стиль изображения.
Лучшие галереи никогда не относятся небрежно к личному имиджу своих подписанных художников.
Крупные клиенты, покупающие картины, никогда не платят только за произведение, они также платят за самого человека, подписавшегося на произведении.
Внешний вид художника связан с общим имиджем и темпераментом галереи.
Убедиться, что подписанные художники хорошо выглядят перед камерой, - это как подковать лошадь перед скачками.
К этому нельзя относиться небрежно.
Каждый вложенный сюда доллар ведет к тому, что клиенты платят на десять долларов больше за каждую созданную им работу.
Если сам художник слишком уродлив.
Хм... Художники, в конце концов, не актеры, и на самом деле это не так узко, как понимал Танака Масакадзу из проекта реставрации Большой золотой пагоды, и не обязательно делать пластическую операцию.
Немного "уродства" не помешает.
Даже такой человек, как Линь Мяоан, с ощущением выветренности и изъеденности, словно старая пятнистая сосна, имеет свой шарм.
Хотя он выглядит "ужасно".
Но если бы такой типаж хорошо зарекомендовал себя в галерее "Маши", коллеги из рекламного отдела даже порекомендовали бы ему сняться в фотосессии для модного журнала.
Просто чтобы показать эту пятнистость тела художника.
Например, галерея имеет долгосрочное сотрудничество с европейской версией журнала "Esquire".
Во многих выпусках европейской версии "Esquire" есть специальная обложка, немного похожая на гендерно-перевернутую версию журналов "Playboy" или "Penthouse", на которой обычно изображен обнаженный мужчина-артист.
Но в отличие от "Playboy".
В мире моды обнаженная женщина может быть заклеймена как порнографическое издание, но мужчина, демонстрирующий свое тело, часто считается искусством.
Получить приглашение на обложку "Esquire" в Европе и Америке - это очень престижно.
Обычно это должны быть звезды Голливуда, чемпионы мира по боксу, великие художники или футбольные суперзвезды уровня Бекхэма.
Страшно, если темперамент художника слишком "непристойный".
Такой, что на светских приемах все ленятся с ним общаться.
Галерея всегда продает личный имидж художника.
Если клиент ненавидит художника, он будет ненавидеть и его работы.
В последние годы.
Были случаи, когда крупные коллекционеры, узнав, что Пикассо был слишком распутным, имел "дурную славу" в отношениях с женщинами, соблазнял несовершеннолетних девушек в возрасте 60 лет и спал со студентками, полностью исключали работы Пикассо из своего списка покупок.
Если картины не продаются,
То каким бы дешевым ни был этот художник, и как бы ни экономили на нем, каждый потраченный доллар - это бессмысленная утопленная стоимость.
Сказать, что задница художника - это лицо Маши Третьего, возможно, преувеличение.
Но лысина Гу Тунсяна связана с кошельком галереи и, что еще серьезнее, с кошельком самого агента Хэнкса, это точно.
Супергалерея может экономить на чем угодно, но никогда не экономит на маркетинге.
Кроме того.
У галереи "Маши" есть множество проектов по продвижению элитных товаров, от солнцезащитных очков до часов, все они связаны с компаниями.
Если художник будет выглядеть как деревенщина.
Галерея "Маши" будет рада, но клиенты взбунтуются!
Только для этой фотографии на странице художника.
Хэнкс изначально планировал отправить Гу Тунсяна в Шанхай или Гиндзу для съемки.
Корея не рассматривается.
У Гу Тунсяна на лице столько морщин, что он похож на старый пирожок.
Давайте будем реалистами, не будем пытаться сделать из него корейского красавчика, бросая вызов эстетическим предпочтениям клиентов.
Хэнкс просто представил себе, как Гу Тунсян однажды станет знаменитым, сделает льняную химическую завивку, наденет обтягивающие трусы и будет позировать перед камерой, снимаясь в модной фотосессии -
Фу!
Хотя говорить, что лысые старики не могут демонстрировать свое тело, политически некорректно.
Хотя все обычно довольно терпимы к внешнему виду художников.
Но лучше, очень желательно, не вызывать у клиентов рвотные позывы каждый день.
К сожалению.
У Гу Тунсяна было много дел в последнее время, он хотел присматривать за семейной лавкой и боялся, что с братом Хао что-нибудь случится.
План съемки не осуществился.
Хэнкс пошел на компромисс и связался с фотографом-портретистом, который отдыхал на Бали и имел долгосрочные отношения сотрудничества с азиатским филиалом галереи "Маши", чтобы тот приехал в выходные и временно сделал фотосессию Гу Тунсяна.
Его фигура была похожа на фигуру Гу Тунсяна, и одежду он тоже привез с собой для временного использования.
Когда Гу Тунсян отправится в Европу и официально приступит к работе.
Агент собирался подать заявку на специальный грант, чтобы сделать для старика специальный дизайн имиджа, преобразить его с головы до ног, и заодно попросить портного сшить несколько костюмов на заказ (bespoke) и т.д.
(Примечание: Термин в мире индивидуального пошива одежды, означающий пошив по индивидуальным меркам. В отличие от полузаказного пошива (MTM), когда используется один шаблон для нескольких человек.)
Гу Тунсян в последнее время вылил на голову столько бутылок средства для роста волос.
Он хотел посмотреть, сможет ли он за это время отрастить волосы.
Хэнкс считал, что профессиональные навыки местных фотографов и условия на месте были не на высоте.
Но Гу Тунсян был очень доволен.
Включая стоимость авиабилетов, только эти несколько фотографий обошлись галерее в 1600 долларов.
Старик Гу никогда не делал таких красивых фотографий.
Эта фотография на проекторе - одна из большой серии фотографий, сделанных в тот день, и Гу Лао считает ее самой удачной.
Ему не терпится пойти в парк в выходные, чтобы поиграть с тетушками и пострелять птиц, приклеив фотографию на лобовое стекло своего "Лексуса", и хвастаться ею везде, куда бы он ни пошел.
Мотоциклетные очки без оправы - круто и стильно.
Кожаная летная куртка А2, как у Тома Круза в фильме про летчиков, - круто и стильно.
Длинные брюки цвета хаки и короткие рабочие ботинки, а внутри - белая классическая рубашка, немного в стиле "джентльмена-негодяя" - все еще чертовски круто и стильно.
Даже часы Richard Mille на руке стоят 560 тысяч долларов.
Это почти стоимость квартиры члена правления Нгуена, и их не купишь, даже если у тебя есть деньги.
Конечно.
Этот наряд не его, и часы, конечно, тоже не его.
Хэнкс даже не мог найти для Гу Тунсяна какие-нибудь часы, чтобы тот мог их надеть.
Потому что у галереи "Маши" есть эксклюзивное соглашение со спонсором, и всем подписанным художникам запрещено носить часы любой конкурирующей компании при съемке фотографий для главной страницы.
А часы от спонсора слишком дорогие.
Гу Тунсян определенно не может их себе позволить, даже по внутренней цене.
Уровень Гу Тунсяна далек от уровня Сакаи Кадзунари, который при подписании контракта получает полный комплект продукции спонсора, а художницы-женщины - еще и большое количество ювелирных изделий, которые они могут выбирать по своему усмотрению.
Эти часы были доставлены из магазина Grand Palace в Бангкоке после согласования с производителем, и продавец привез их в ручном сейфе.
Их нужно вернуть после съемки.
Когда он узнал, что вещь на его руке стоит как новейшая "Феррари".
Сердце Гу Тунсяна забилось так сильно, что он чуть не упал в обморок.
Он боялся, что часы разобьются или сломаются.
Но человека красит одежда, а коня - седло.
Старик Гу почувствовал, что даже он сам стал крутым и стильным.
В этот момент -
Бесчисленное количество людей в зале молча смотрели на увеличенное до 300 дюймов изображение на большом проекционном экране, на котором Гу Тунсян, откинувшись на спинку стула, закинув ногу на ногу, подперев лоб рукой, косо смотрел в камеру и улыбался зловеще и высокомерно.
"Гу Тунсян?"
"Кто, черт возьми, такой Гу Тунсян?"
"Кажется, он держит галерею на берегу реки Янгон, это первый раз, когда его выбрали, и он сразу попал!"
"Это тот придурок, который только что читал Хемингуэя? Черт, этот старик действительно притворяется крутым с головы до ног, это подстава, если это не подстава, я не поверю".
Старик, похожий на Огненного Облачного Злого Бога, не мог принять этот результат.
Он был тем самым стариком Саном, который рисовал фрески в Нейпьидо.
Когда он приехал, он думал, что у него есть шанс.
Неужели... он все-таки проиграл, потому что недостаточно притворялся? Оба лысые, почему этого старикашку выбрали, а меня нет.
Может быть, в следующий раз ему тоже придется привести внука!
Жаль, что у него нет внука, и он не знает, можно ли взять щенка сиба-ину вместо него.
"Не говори ерунды, старик Сан, его внук Гу Вэйцзин..." Кто-то услышал слухи и прошептал ему на ухо: "Этот Гу Тунсян, наоборот, был добавлен в качестве довеска".
"Вот как?"
"Слышал о сыновьях, которые пользуются славой отцов, но чтобы дед пользовался славой внука, такое редкость".
...
Мяо Анвэнь чувствовал, что жизнь - это иллюзия.
Как такое возможно!
Разве его вступление в ассоциацию уже не было решенным делом, разве все уже не было ясно и понятно?
Даже если отступить на десять тысяч шагов.
Он мог понять, если бы проиграл Гу Вэйцзину, просто у Гу Вэйцзина была слишком большая цепочка интересов, и он не смог с ним справиться.
Но - проиграть Гу Тунсяну, что это вообще такое?
Мяо Анвэнь не мог не высунуть голову, чтобы посмотреть.
Он смотрел сквозь толпу, его взгляд пронзал весь зал, полный шума и разговоров, и устремлялся в другой угол.
Все обсуждали и показывали пальцами, даже Гу Вэйцзин хлопал старика Гу по плечу, словно не мог дождаться, чтобы поделиться с дедом своим волнением.
Только Гу Тунсян был другим.
Гу Тунсян, он все еще сидел неподвижно, скрестив руки на коленях, зажав под мышкой книгу, и весь он был тих, как безмятежная скульптура, возвышающаяся среди шума и суеты.
В важные моменты нужно сохранять спокойствие.
Кажется, Гу Тунсян действительно не просто говорил эти слова, он явно уже стал победителем этого отбора в Ассоциацию художников, но все еще мог сохранять спокойствие и невозмутимость.
Словно он уже видел слишком много взлетов и падений в своей жизни, и такие вещи, хоть и хороши, но уже не могут вызвать волнения и ряби в его сердце.
Как название книги под мышкой -
Гу Тунсян, он как зеленая гора, стоящая в Африке, и как бы ни дул ветер и ни шел дождь, он не сдвинется с места.
Этот старик действительно крут до мозга костей!
Мяо Анвэнь смотрел на Гу Тунсяна, который оставался спокойным и невозмутимым, даже не моргая, несмотря на то, что все показывали на него пальцами, а ведущий на сцене ликовал.
В конце концов, он бессильно и удрученно откинулся на спинку стула.
"Старик Гу, старик Гу, помедленнее, помедленнее, приди в себя, приди в себя, дыши глубже, не сиди там и не любуйся собой, ведущий зовет тебя на сцену, чтобы ты сказал речь".
Гу Вэйцзин сильно хлопал деда по плечу, немного запаниковав.
Этот человек не сломался, верно?
Гу Тунсян тупо смотрел на свою фотографию на сцене, совершенно неподвижно, даже не моргая, он был совершенно ошеломлен.
Ух!
Я выиграл!
Я выиграл!
Не только Мяо Анвэнь чувствовал, что жизнь - это иллюзия, старик Гу тоже считал, что жизнь, черт возьми, полна иллюзий и неопределенности.
Важно правильно управлять ожиданиями.
Мяо Анвэнь изначально думал, что это место определенно принадлежит ему, но в итоге все пошло прахом, и он совершенно не мог принять этот результат.
Гу Тунсян изначально тоже думал, что это место определенно не имеет к нему никакого отношения.
Он просто сопровождал внука, мелькал перед камерой и пришел сюда в качестве советника.
Но в итоге.
Э?
Как я, черт возьми, стал главой уезда!
Гу Тунсяну тоже было трудно принять такой результат.
Пятьдесят лет, пятьдесят лет, его самой большой мечтой было попасть в Национальную ассоциацию художников и получать государственные подачки!
В итоге он притворялся, притворялся, и неожиданно его мечта сбылась.
Гу Тунсян был похож на человека, который помог другу купить лотерейный билет, но билет не выиграл, а он случайно купил бутылку газировки и обнаружил, что на крышке написано "Первый приз - пять миллионов", и действительно получил выигрыш.
Вся эта история была до смешного нелепой.
Он был настолько ошеломлен огромным сюрпризом, что сломался.
Он застыл, как большая кукла, и не двигался.
"Эй, эй, эй, не пугай меня, старик Гу, ты в порядке?"
Гу Вэйцзин открутил крышку бутылки с минеральной водой, стоявшей на стуле, и собрался поднести ее ко рту деда.
Хлоп.
Гу Тунсян схватил его за запястье.
Гу Тунсян издал горлом звук "ик", глубоко выдохнул, и его глаза загорелись, как два мерцающих огонька.
"Старик Гу? Что значит старик Гу, разве ты можешь называть меня стариком Гу, ты невоспитанный".
Гу Тунсян встал.
Он вытянул шею и поправил воротник: "Тебе не нравится, когда тебя учат, учись у деда!"
"Я, великий художник".
Под аплодисменты городских детей Гу Тунсян, словно древний полководец, отправляющийся в поход, пошел к трибуне, высокомерно виляя бедрами.
Довольная улыбка, я довольно улыбаюсь.
Хватит притворяться, я раскрываю карты.
Я - великий художник.
"Э-э, хочу пояснить, что этот результат, кхм, кхм, был принят всеми коллегами Ассоциации художников, а не моим личным решением..."
Вице-президент Ли, покидая трибуну, непрерывно кашлял, пытаясь дистанцироваться от этого дела.
Гу Тунсяну было наплевать на все это.
Такой прекрасной возможности покрасоваться у него раньше никогда не было, он был так счастлив, что онемел.
"Хм, раз уж все оказали мне такую честь и попросили сказать благодарственную речь..."
Гу Тунсян отодвинул вице-президента Ли, который все еще пытался оправдаться и уйти от ответственности, и пригладил волосы.
"Тогда я расскажу вам, что такое дух твердости художника".
Мяо Анвэнь, потеряв душу, вышел из зала через заднюю дверь.
Гу Вэйцзин же спокойно сидел на своем месте и смотрел, как его старик красуется целых 45 минут.
Затем они отправились в местный ресторан, чтобы поесть.
По традиции, каждый год, когда в ассоциацию вступают новые члены, руководство ассоциации устраивает для него приветственный ужин в хорошем ресторане, а затем делает совместную фотографию.
Ресторан был забронирован, но в тот день пришло очень мало членов правления.
Старик Гу ел с большим удовольствием, и даже расплакался во время еды.
Гу Вэйцзин с грустью смотрел на эту сцену, он хотел побыть с дедом до вечера, но вдруг ему позвонил дядя Алай.
http://tl.rulate.ru/book/130667/5809071
Готово:
