Изящна в новом наряде, яшма сияет, тысячи фей в белом окружают. Я знаю, что это настоящая фея Гушэ, посланная небом, чтобы примерить радужные одежды.
— Вэнь Хуэймин, династия Мин, "Цветок магнолии"
—
— Каждый цветок в мире несет в себе разный культурный смысл, который люди вкладывают в него. Их язык цветов часто является материальным воплощением духа, но его можно передать только через очень абстрактные ощущения. Как только он облекается в конкретные слова и буквы, он мгновенно становится пустым и бледным. Как будто цветок сорвали с ветки, и он увял, превратившись в пепел. Осталось лишь несколько призрачных духов, витающих над ним.
Белая рука взяла цветок, протянутый стариком, одетым в черную куртку и зеленые шаровары, похожим на моряка Попая.
Кожа женщины была похожа на нежный снег.
На солнце она казалась прозрачной, как нефрит, и было трудно понять, где она покрыта прозрачными шелковыми перчатками, доходящими до предплечий, а где ее настоящая кожа.
— Danke (Спасибо)!
Женщина кивнула волонтеру карнавала в маленьком городке и передала цветок мужчине, который толкал ее коляску.
— Возможно, это то, о чем Витгенштейн говорил в своей лекции об эстетике в 1936 году: высшая цель искусства — сказать что-то, но ничего не сказать.
— Э-э... Я слышал, что вы родственница легендарного Витгенштейна, мисс Ирэн, это правда? — Мужчина воткнул цветок в спинку инвалидной коляски и спросил.
— Смотря как вы определяете родство. Если проследить достаточно далеко, то люди и инфузории-туфельки тоже родственники.
Сказала женщина.
23-й день третьего лунного месяца, начало лета.
Яркое солнце в небе.
Согласно традиционному восточному цветочному календарю, нарцисс — бог цветов января, а магнолия — бог цветов февраля.
Порядок цветения должен быть таким: сначала нарцисс, потом магнолия.
Но из-за того, что Австрия находится на гораздо большей широте, чем Юго-Восточная Азия, и имеет умеренный широколиственный климат, в отличие от тропического муссонного климата.
Когда последний лепесток магнолии упал в приюте "Удача" в Янгоне на глазах у Кацуко и Гу Вэйцзина.
Теплый ветер Атлантики начал дуть над горами Австрии.
Снег в Альпах растаял, и зеленые травы покрыли поля.
Это было время, когда начали распускаться первые бутоны нарциссов.
Хотя эдельвейс является национальным цветком Австрии, фермеры, живущие в центре Европы, похоже, больше любят дикие нарциссы, которые растут повсюду.
Каждый год в начале мая дикие нарциссы, расцветающие в горах, покрывают все леса и луга, как ковер из битого серебра, постепенно поднимающийся от равнин к снежной линии гор.
Словно великое царство цветов.
С 1960 года правительство Австрии ежегодно проводит грандиозный фестиваль нарциссов, посвященный разноцветным цветам.
В этом году он проводится уже в 63-й раз.
— Я слышал, как господин Оле Крюгер говорил об этом на церемонии запуска проекта "Новая эра" журнала "Масляная живопись", он сказал, что вы и семья Витгенштейнов были родственниками и близкими друзьями еще во времена вашего прадеда. Анна, разве ваша тетя не была его крестной матерью? Он, должно быть, прав.
Дядя в куртке из софтшелла подтолкнул инвалидную коляску Анны на тротуар и спросил.
— Я так и думал, родственник Витгенштейна и непопулярный испанский принц, с четырнадцати лет это были два его главных оружия, чтобы затащить девушек из школы в постель. В следующий раз, когда услышишь, как мой кузен Оле хвастается, можешь спросить его, о какой семье Витгенштейнов он говорит.
Анна протянула руку, давая знак ему остановиться.
— Что ты имеешь в виду? Это неправда?
— Не совсем неправда, просто с точки зрения кровного родства и браков мы, вероятно, ближе к немецкой семье Сайн-Витгенштейнов, а не к семье Людвига Витгенштейна из Австрии, как ты думаешь.
Анна подняла камеру и направила ее на девушку в зеленом платье и розовой шляпе, похожую на большой пион, на проезжающей мимо платформе.
Каждый год жюри местного общинного совета выбирает десять самых ярких и популярных кандидаток из красивых девушек, участвующих в параде на платформах.
Затем местные и иностранные туристы выбирают одну королеву нарциссов и двух принцесс нарциссов.
В этом году.
Организаторы фестиваля позаимствовали идею у американского фестиваля Burning Man.
Каждому туристу, пришедшему на фестиваль, дается один нарцисс, и нужно просто бросить свой нарцисс в корзину рядом с платформой, которая вам больше всего нравится.
Та, что наберет больше всего голосов, и станет королевой нарциссов этого года.
Когда девушка-пион повернулась боком и улыбнулась.
Анна нажала на кнопку спуска затвора.
Щелк!
Алюминиевый затвор старой дальномерной пленочной камеры Leica издал чистый и звонкий звук.
Библия фотографов, журнал "New York Photography Magazine", очень хвалит этот "немецкий" звук затвора, описывая его как "четкое ощущение, как при нажатии на спусковой крючок точного пистолета Luger".
Дядя, толкавший инвалидную коляску, молча подождал, пока мисс Ирэн нажмет на кнопку спуска затвора, и только потом с некоторым недоумением спросил: "Извините, а в чем разница?"
— Людвиг был философом, а Сайн-Витгенштейн — немецким принцем, а также третьим по результативности летчиком-асом Люфтваффе, сбившим около ста самолетов союзников. Ходили слухи, что в конце войны он планировал убить Адольфа, но никаких реальных доказательств этому нет. Я лично немного сомневаюсь, что это оправдания, придуманные его матерью после войны. В общем, наверное, это не очень славное дело.
Анна сказала это со своим обычным спокойным и холодным юмором.
— Прадед Людвига был дворецким в доме принца Витгенштейна во время наполеоновских войн и получил фамилию Витгенштейн. Его отец одно время утверждал, что он внебрачный сын принца Витгенштейна, но позже, став владельцем первого по величине сталелитейного треста в Австрии, он опроверг это утверждение.
— Итак, военный палач — действительно дальний родственник. Что касается знаменитого философа, то, дядя Осборн, сомнительно, что мы можем к нему примазаться. В то время отношения между старомодной немецко-австрийской земельной военной аристократией и богатыми торговцами были очень напряженными, они считали, что те обманом получили "милость" короля. По крайней мере, стать близкими друзьями маловероятно.
— Ты живешь в Лондоне, видела ли ты в пабах, чтобы кто-то хвастался родством с Мосли (примечание: британский королевский летчик, аристократ, основатель чернорубашечников, близкий друг Адольфа, названный BBC самым отвратительным британцем 20-го века) и гордился этим?
— Кхм.
Вице-президент издательства, только что прилетевший из европейской штаб-квартиры Schstic Group в Гриц, чтобы встретиться с Анной, хотел просто пошутить.
Кто знал, что его лесть попала прямо в точку.
Дядя Осборн явно смутился и громко откашлялся.
— Прошу прощения.
— Нет, не нужно извиняться. Очень, очень дальние родственники.
— Я всегда считала, что копаться в разных запутанных родственных связях, прослеживать "гордую и чистую" аристократическую родословную — это всего лишь пьяный сон людей, которые уже сошли с исторической сцены и не хотят с этим мириться, сидя у камина и глядя на пожелтевшее родословное древо. Нет никакой разницы, быть родственником Витгенштейна по крови или родственником инфузории-туфельки.
Как и подобает мисс критику.
У девушки с холодным и влажным, как нефрит, погруженный в ледяную воду, темпераментом, на лице не было ни единого лишнего выражения.
Но язвительность ее слов такова, что не каждый сможет это вынести.
Если бы меланхоличный и чувствительный философский принц Витгенштейн, которого считают идеальным возлюбленным всех европейских девушек-интеллектуалок, узнал, что Анна сравнивает его с инфузорией-туфелькой.
Он бы, наверное, разрыдался.
— По сути, это все субкультурный косплей, если ты готов к достаточной деконструкции. Ты обнаружишь, что мой кузен, который целыми днями косплеит непопулярного принца и родственника философа в баре, и тот старик, который только что нарядился моряком Попаем, по сути ничем не отличаются, и даже хуже того старика.
В голосе Анны прозвучала насмешка.
— По крайней мере, я думаю, что тот старик очень милый и забавный, он, наверное, действительно любит Попая. А мой кузен совсем не любит Витгенштейна.
— Насколько я помню, в детстве он никогда не читал ни одной книги Витгенштейна. Он любит только казаться благородным или умным, чтобы, как похотливая обезьяна, спать с одной сексуальной девушкой за другой в баре.
— Но, с другой стороны, если говорить об абсолютных цифрах, то слабые и чувствительные похотливые обезьяны в истории гораздо ближе к истинному лицу аристократической культуры, чем благородные и чистые рыцари из песен менестрелей. Нельзя ожидать, что человек, который с рождения до смерти охотится, развлекается с женщинами, пьет и играет в азартные игры в своем поместье, будет иметь сильный внутренний мир.
— Он и в подметки не годится своему отцу, Оле унаследовал от господина Крюгера только жадность, но не его сдержанность и смелость. Господин Крюгер — настоящий бизнесмен, а мой кузен даже не успешный плейбой.
— Знаете, если однажды у него не будет акций, роскошных автомобилей, вертолетов и права наследования. Не говоря уже о том, чтобы сделать мне предложение, у него, возможно, даже не хватит смелости снова войти в бар и переспать с женщиной. Иногда мне действительно грустно за него, дядя Осборн.
В ее глазах действительно промелькнула мимолетная, почти осязаемая грусть.
— Сильные мысли и благородное сердце более долговечны, чем мирское богатство и успех. Эту фразу нам с самого детства повторяла тетя, это был наш самый важный урок в жизни.
— Когда сегодня говорят о Витгенштейне, в первую очередь вспоминают вечного гиганта европейской истории мысли. Или даже его брата, Пауля Витгенштейна, самого известного однорукого пианиста в истории, который потерял правую руку на войне, но все же произвел фурор в Золотом зале Вены, а не их некогда баснословно богатое состояние.
— Стальная коммерческая империя семьи Витгенштейнов превратилась в прах в вечных войнах, но спустя сто лет их мысли все еще сияют, как будто они были написаны только вчера. Прошло столько лет, а Оле все еще тот 6-летний ребенок, который нашел в поместье красивую кавалерийскую саблю и хвастался ею, рубя дрова, он так и не вырос.
Хлоп, хлоп, хлоп...
Дядя Осборн не удержался и зааплодировал.
Он только что достал бумажник и купил большое мороженое в рожке за пол-евро у продавца кока-колы и хот-догов.
Он поднял рожок, показывая его мисс Ирэн.
Увидев, что она качает головой, он сам с силой лизнул мороженое.
Удовлетворенно застонав.
Президент Осборн невнятно сказал: "Маленькая Анна, не хочешь ли ты сказать то же самое, но в другом месте?"
— Ты имеешь в виду церемонию вручения премии Schstic Group в области литературы и искусства в этом году?
Мисс Ирэн, похоже, не удивилась, почему Осборн специально прилетел в Центральную Европу, чтобы встретиться с ней и обсудить дела: "Вы специально приехали, чтобы пригласить меня в качестве почетного гостя?"
— Ммм!
Осборн энергично кивнул: "Моя дорогая маленькая Анна, ради того, что я так поддерживал тебя в издательстве, позаботься и о дяде Осборне! Совет директоров лично дал мне приказ?"
— Они знают, что это я порекомендовала кота-детектива?
Анна слегка приподняла бровь.
— О, нет, нет, в этом твой дядя Осборн очень надежен, но он знает, что у меня были хорошие отношения с твоей тетей при ее жизни. В конце концов, я получил должность в издательстве благодаря вашей семье Ирэн! Ты сейчас так популярна, у тебя такой высокий рейтинг, кого еще совет директоров может пригласить, кроме тебя?
— Рейтинг, купленный за пять миллиардов долларов, сколько стоило выступление Дигги Гаги на открытии?
Дядя Осборн взглянул на Анну и проворчал.
Мисс Ирэн знала, что дядя Осборн недоволен тем, что она "вдруг" пожертвовала сумму, равную половине рыночной стоимости Schstic Group.
На самом деле, не только Осборн, друг ее тети при жизни.
Некоторые предметы искусства хранились в семейном хранилище почти 500 лет, а Анна стала хозяйкой поместья всего пять или шесть лет назад.
И их больше нет.
Включая экономку поместья, ее личную мисс Эллиот.
В этом вопросе, хоть все и молчат, но в душе у всех, в той или иной степени, есть свое мнение.
Сильные мысли и благородное сердце более долговечны, чем мирское богатство и успех.
Это все могут сказать.
Но разве только кузен Оле не может этого сделать?
Она не стала отвечать прямо, а лишь уклончиво сказала: "Мой стиль, возможно, не совсем подходит для церемонии награждения. Я всего два раза присутствовала на подобных публичных мероприятиях, и оба раза случались неприятности".
— Для европейцев, возможно, это слишком резко, но в Америке все по-другому, американцам это очень нравится.
Осборн подмигнул мисс Ирэн.
— Анна, хочешь узнать заранее, кому будет вручена премия в области литературы и искусства в этом году?
http://tl.rulate.ru/book/130667/5809047
Готово:
