Глава 174. После того, как мир станет единым, я верну тебя во дворец!
- А’Фан.
- Я знал, что ты не будешь возражать, - Ин Чжэн крепко обнял Ся Дун’эр, и на его лице появилась улыбка, которой никто никогда раньше не видел.
В Сяньяне, во дворце.
С какой бы наложницей он ни встречался, Ин Чжэн редко улыбался.
Для него эти наложницы были всего лишь инструментами для продолжения его рода.
У них не было никаких шансов получить настоящую любовь Ин Чжэна.
Наложницы в гареме жаждали положения королевы, единственного положения жены короля в ту эпоху, но Ин Чжэн никогда не проявлял к ним интереса, потому что они были недостойны.
Ся Дун’эр перед ним.
А’Фан перед ним.
Она была не наложницей правителя Ин Чжэна из династии Цинь, а униженной заложницей в городе Ханьдань, женщиной, чья жизнь и смерть были ему неподвластны, возлюбленной детства Чжао Чжэна, женщиной, разделившей с ним жизнь и смерть, и женой, которая поклонялась небу и земле в Ханьдане вместе с ним.
Никто не мог сравниться с Ся Дун’эр по статусу.
- Вообще-то, ещё до того, как я приехал сюда.
- Я очень переживал, что это не ты, что я ошибся, ослеплённый безумной надеждой.
- Но, увидев тебя в поле, я успокоился.
- Хотя прошло столько лет, как я мог тебя не узнать?
- А’Фан.
- Спасибо.
- Спасибо, что ты жива, и ещё больше спасибо, что родила моих детей, - Ин Чжэн крепко обнял её, боясь потерять в следующий момент, если отпустит её.
Ся Дун’эр подняла голову, её взгляд нежно смотрел на стоявшего перед ней Ин Чжэна.
Ин Чжэн скучал по ней, как она могла не скучать по нему?
Ся Дун’эр подняла руки и нежно прикоснулась к лицу Ин Чжэна.
- Все эти годы.
- Тебе тоже пришлось тяжело, — тихо сказала Ся Дун’эр.
- По сравнению с твоими тяготами мои — ничто.
- Ты вынашивала детей одна, проделала тысячи ли в одиночку и претерпела бесчисленные трудности, чтобы добраться до этой деревни.
- Ты одна вырастила Фэн’эра и Ин'эр.
- Хотя я не видел этого своими глазами, но могу представить себе изнеможение и страдания.
- А’Фан.
- Прости.
- Я должен был заботиться о тебе все эти годы. Я не справился со своими обязанностями мужа, не говоря уже об обязанностях отца, — со стыдом сказал Ин Чжэн.
Эти слова не были ложью; они шли от чистого сердца.
Он чувствовал вину перед Ся Дун’эр и её детьми.
- Это не твоя вина.
- Я тоже тебя никогда не винила.
Глядя на Ин Чжэна, полного раскаяния, Ся Дун’эр тут же утешила его.
Почувствовав нежность в прекрасных глазах Ся Дун’эр, Ин Чжэн почувствовал ещё большую вину.
По сравнению с его А’Фан, наложницы в гареме были поистине недостойны. Всё, чего они жаждали, – это трон королевы, желание, чтобы их сын стал наследным принцем.
Но А’Фан никогда об этом не задумывалась.
За все эти годы.
Если бы А’Фан захотела, если бы она приехала в Сяньян, он бы дал ей всё.
Положение королевы, которого так отчаянно жаждали другие наложницы, было в её руках, но она не хотела его, не говоря уже о том, чтобы просить.
- Не волнуйся.
- Я дам тебе объяснения за всё, что произошло тогда.
- Я верну тебе всё, что должно быть твоим, и даже более, – уверенно сказал Ин Чжэн.
- Я не прошу у тебя никаких объяснений. Я просто хочу, чтобы моя семья жила в мире.
- Хорошо? – сердце Ся Дун’эр дрогнуло, и она с тревогой посмотрела на Ин Чжэн.
Для Ин Чжэна, возможно, династия Цинь изменилась. Он командовал миллионной армией, уже не тот бессильный ребёнок, что прежде.
Но Ся Дун’эр никогда не забудет кровавую резню того года, залитый кровью город Сяньян, залитый кровью дворец и тех, кто преследовал её.
- Тогда.
- Кто именно это сделал?
- Кто приказал Фань Юйци сделать это? — мягко спросил Ин Чжэн, внешне спокойно, но в то же время кипя от ярости.
Хотя прошло столько лет, расследование так и не дало результатов.
Было известно, что Фань Юйци был исполнителем охоты на А’Фан, но отдавший этот приказ оставался неизвестен.
Когда расследование дошло до этого момента, Ин Чжэн казнил всех причастных, но чувствовал, что всё ещё не нашёл истинного виновника.
Услышав вопрос Ин Чжэна,
В глазах Ся Дун’эр блеснула уклончивость, а затем она сказала:
- Я тоже не знаю.
- Всё это уже в прошлом.
- Брат Чжэн, не стоит беспокоиться об этом.
Ин Чжэн покачал головой, его взгляд был полон убийственного намерения:
- Это он. Из-за него мы были разлучены больше двадцати лет. Как я могу отпустить его?
- Фань Юйци, он сбежал.
- Но однажды я поймаю его и заставлю заплатить за содеянное.
Ся Дун’эр не знала, что сказать.
Как она могла не знать, кто стоит за этим?
Но если она расскажет ему, как брат Чжэн это воспримет?
- Кстати, А’Фан.
- Как ты сбежала из Сяньяна?
- Кто-то тайно помог тебе? Расскажи, и я обязательно отплачу ему, — снова спросил Ин Чжэн.
В Сяньяне тогда царил хаос.
Дворец был разрушен.
Такая слабая женщина, как Ся Дун’эр, никогда бы не смогла сбежать сама.
- Это дядя, — сказала Ся Дун’эр.
Когда прозвучало слово "дядя", в глазах Ин Чжэна вспыхнул огонёк, и на его лице появилось понимающее выражение.
- Это действительно был дядя.
- Возможно, при всём дворе он был единственным, кто осмелился помочь мне тогда, — с благодарностью сказал Ин Чжэн.
Только одного человека Ин Чжэн мог назвать дядей: бывшего первого министра династии Цинь, Люй Бувэя.
- С дядей всё в порядке?
- Я слышала, его приговорили к смерти?
- Это правда? – Ся Дун’эр с тревогой посмотрела на Ин Чжэна.
В том же году, после возвращения в Сяньян,
Хотя гражданские и военные чиновники при дворе были полны скрытых мотивов, единственным, кто хорошо к ней относился, был Люй Бувэй, который действительно считал её своей младшей.
Если бы не он, Ся Дун’эр, возможно, осталась бы там навсегда после битвы при Сяньяне.
- А’Фан.
- Ты думаешь, я настолько жесток, чтобы приказать убить дядю? – Ин Чжэн улыбнулся и похлопал Ся Дун’эр по голове, как делал это в молодости.
- Тогда почему так много слухов? – Ся Дун’эр была озадачена.
- Чтобы защитить дядю.
Ин Чжэн слегка улыбнулся и мягко объяснил:
- После отставки дяди, Шесть Царств послали к нему людей с предложением поста первого министра. Были всевозможные притеснения, некоторые даже сеяли раздор, и при дворе было много жалоб на дядя. Чтобы защитить дядю, я приказал ему вернуться в его вотчину Лои. Позже дядя, желая полностью избежать попыток очернить меня, даже подумывал о самоубийстве. Поэтому я намеренно распустил слухи, что приказал казнить дядю.
- На самом деле.
- Сейчас дядя жив и здоров, в Лои царит мир и покой.
Услышав это,
Ся Дун’эр с облегчением кивнула:
- Это лучше всего. Дядя спас мне жизнь. Если бы не он, я бы давно умерла в Сяньяне, а Фэн’эр и его сестра не родились бы.
- Раньше я была благодарна дяде только за его наставления и поддержку.
- Но теперь я вижу, что я ему ещё больше обязана.
- Если бы не его вмешательство, наша семья, возможно, больше никогда бы не увиделась.
- Дядя… — Ин Чжэн был глубоко тронут.
Он был ещё больше благодарен Люй Бувэю.
- Да, — кивнул Ся Дун’эр.
- Тесть встретился с тобой? — с улыбкой спросил Ин Чжэн.
- Да, — тихо ответила Ся Дун’эр.
Видно.
Она всё ещё была немного ошеломлена после сегодняшней встречи с Ин Чжэном.
- Тесть, тесть.
- Он знал, что я замечу что-то неладное в его поведении, если он вернётся в Сяньян, но не понимал, что я буду ещё больше подозревать, если он этого не сделает.
- Кстати, почему тесть вдруг решил, что ты в Шацю? — спросил Ин Чжэн с улыбкой, и на его лице промелькнула ностальгия.
- Из-за Янь’эр.
- Я отдала ей нефритовый браслет, который оставила мне мать, а отец случайно заметил его, проверяя пульс Янь’эр, — тихо ответила Ся Дун’эр.
Услышав это,
Ин Чжэн внезапно понял:
- Вот оно как.
- Когда тесть ещё был в Сяньяне, он сказал, что Фэн’эр попросил его проверить пульс Ван Янь. Я не ожидал, что это будет причиной.
- Возможно, это просто совпадение.
- Если бы не это совпадение, я бы точно не нашёл тебя.
На лице Ин Чжэна тоже появилась странная улыбка.
Он не ожидал, что сможет найти свою жену таким образом.
Затем.
Ин Чжэн пришёл в себя:
- А’Фан, знаешь, как я обнаружил тебя?
Ся Дун’эр подняла взгляд, глядя на Ин Чжэна с искренним недоумением.
- Я видел нашу дочь.
- Она так похожа на тебя, семь из десяти.
- Один взгляд, и я словно увидел тебя в молодости.
- И кроме того.
- Ин’эр такая осторожная. Я попросил её поговорить со мной, а она подумала, что я собираюсь что-то с ней сделать, — сказал Ин Чжэн с улыбкой, и в его голосе слышалась беспомощность.
Раньше он не понимал, почему дочь так отстранена и осторожна с ним.
Позже он всё понял.
Чжао Ин боялась, что он к ней привязался, и боялась, что он оставит её во дворце.
Думая об этом, Ин Чжэн почувствовал себя совершенно беспомощным.
- Возможно.
- Это поистине воля небес.
- Я так старательно пряталась, но ты всё равно меня нашёл, — голос Ся Дун’эр был несколько беспомощным.
Услышав это!
Ин Чжэн крепко сжал руку Ся Дун’эр и мягко сказал:
- А’Фан, говорю тебе, теперь ты не сможешь сбежать. Ты права, что волнуешься, ведь эти люди способны на всё. Но я обещаю тебе, что после объединения мира я верну тебя в Сяньян честно и открыто.
- Я обещал тебе это ещё в Ханьдане.
- Я положу конец войнам, объединим мир и сделаю тебя королевой мира.
- Я никогда не забывала об этом.
Слушая это,
Глядя на Ин Чжэна, уже не того молодого человека, каким он был когда-то, а на мужа, о котором она заботилась столько лет, Ся Дун’эр, казалось, вспомнила обещание, данное ей этим молодым человеком.
Её мысли вернулись в прошлое.
На шумных улицах королевства Чжао она видела множество нищих, просящих милостыню.
И множество богато одетых знатных людей, которые избивали нищих просто потому, что могли.
Многие, изуродованные войной, отчаянно просили еды.
В этот момент
Ин Чжэн поклялся Ся Дун’эру.
Он изменит эту ситуацию.
Он будет править всем миром по закону.
Чтобы больше не было войны.
«А’Фан».
«Когда я стану правителем Цинь, я поведу армию Цинь на уничтожение Шести Королевств и объединение мира. Тогда больше не будет войны», — торжественно произнёс молодой Чжао Чжэн.
«Да, я тебе верю», - юная Ся Дун’эр тяжело кивнула.
Она вернулась в реальность.
Глядя на повзрослевшего Ин Чжэна.
Сейчас.
Её брат Чжэн постепенно осуществлял свою давнюю мечту.
Объединить мир.
Казалось, это действительно не за горами.
- Ты не в Сяньяне?
- Почему ты приехал сюда так внезапно?
- Если придворные узнают, разве меня не раскроют? — обеспокоенно спросила Ся Дун’эр.
- Не волнуйся.
- На этот раз я пришёл тайно, и никто не знает об этом.
- Я знаю, ты беспокоишься, что Фэн’эр и остальные станут их целями. Я этого не допущу, — тут же сказал Ин Чжэн.
Он знал о тревогах Ся Дун’эр, поэтому пришёл тайно, даже под предлогом празднования дня рождения вдовствующей королевы Хуаян. Это было сделано для того, чтобы скрыть от любопытных глаз Ся Дун’эр и брата и сестру Чжао Фэна.
Так же, как Ся Дун’эр беспокоилась,
Ин Чжэн тоже беспокоился.
Как правитель.
Он контролировал двор политическими интригами, но сердца министров были неподвластны правителю. Ради власти и интересов своих семей они были готовы на всё.
Как и в том случае с Ся Дун’эр, дворец был опустошён кровавой резнёй.
Хотя Ин Чжэн после восшествия на престол назначил ряд новых лиц на ответственные посты, аристократические семьи и знатные дворяне по-прежнему занимали значительное положение при дворе.
Полностью подавить их было практически невозможно.
Потому что в эту эпоху книги, письменность и образование были доступны почти исключительно аристократическим семьям.
Простым людям было трудно получить к ним доступ.
Это также было причиной существования аристократических семей.
Конечно.
Аристократические семьи, подобно паразитам, цепляющимся за династию и пожирающим страну, были характерны не только для династии Цинь; они существовали и раньше, и в каждую последующую эпоху.
Пока власть имущим и богатым позволено набирать силу, они постепенно будут формировать аристократические семьи и группы интересов.
Это неизменный путь.
- Значит, ты останешься здесь? — Ся Дун’эр выжидающе посмотрела на Ин Чжэна.
- Почему?
- Ты только что не хотела меня видеть, а теперь не можешь расстаться? — спросил Ин Чжэн с ноткой сарказма, его глаза были полны нежности.
На лице Ся Дун’эр отразилась лёгкая застенчивость.
Хотя она уже была матерью и бабушкой, ей было всего лишь чуть больше тридцати, ещё не сорок.
И перед Ин Чжэном она всё ещё чувствовала девичью застенчивость.
Двадцать один год, каждый день без исключения, она безумно скучала по нему.
Как Ся Дун’эр могла не скучать по нему?
- Не волнуйся, я останусь здесь сегодня и уеду завтра вечером, — сказал Ин Чжэн с улыбкой.
- Да, - Ся Дун’эр кивнула, её глаза были полны нежности.
...
Город Юньчжун!
В военном лагере.
Было собрано более 200 000 сдавшихся в плен солдат.
Вокруг них дежурили элитные солдаты, и сюда же прибыли сто тысяч солдат тыла.
На такое количество сдавшихся солдат.
Сдерживающего эффекта более 60 000 элитных солдат было недостаточно; естественно, для гарантированного сдерживания требовались сто тысяч солдат тыла.
- Генерал страны прибыл.
- Всем сдавшимся солдатам сесть.
На помосте.
Чжан Хань крикнул властным голосом.
- Генерал страны отдал приказ.
- Всем сдавшимся солдатам сесть.
На плацу все элитные солдаты повторяли приказы.
Сдавшиеся солдаты, стоявшие на плацу, садились один за другим.
Для них это была та же самое, что и для сдавшихся солдат Хань ранее.
Им было не по себе.
Они не знали, какая судьба их ждёт!!
…
http://tl.rulate.ru/book/130441/7564111
Готово:
