Академик Чу с улыбкой показал левой рукой жест: "Директор Ян, подождите меня две минуты".
Сказав это, он взял телефон и вышел из операционной.
Директор Ян, наблюдая, как старшая медсестра помогает пациенту подняться, удивлённо спросил: "Разве не консилиум собирали?"
— О, академик Чу уже извлёк все камни, — старшая медсестра тоже понимала, что директор Ян делает это нарочно, и ответила раздражённо.
— А… что? — невнятно спросил директор Ян.
Всё-таки пациент был рядом, и не в состоянии наркоза, многое нельзя было говорить прямо.
— Тоже извлёк.
— Невозможно! — зрачки директора Яна сузились до размера игольного ушка, дыхание стало поверхностным, медленным и нерегулярным, ещё немного, и оно могло остановиться.
В то же время его кожа стала влажной и холодной, пульс частым и слабым, всё тело начало синеть, сопровождаясь падением артериального давления.
Перед тем как прийти, директор Ян сначала через различные каналы узнал о состоянии пациента, которого сегодня оперировал академик Чу.
Диагноз был ясен — камни в общем жёлчном протоке после холецистэктомии.
Директор Ян тоже сталкивался с подобными случаями и лечил многих пациентов, но эффект был не очень хорошим.
Если камни большие или состояние пациента плохое, можно попробовать хирургическое лечение, но обычно хирурги не делают такой выбор.
Операция сложная, это с одной стороны. Но с другой стороны, если камни в общем жёлчном протоке можно извлечь хирургическим путём в этот раз, то что будет в следующий?
Камни в общем жёлчном протоке не появляются только один раз.
Поэтому это очень сложная болезнь.
Директор Ян не верил, что академик Чу, врач-терапевт, сможет добиться какого-либо прорыва в лечении этого заболевания.
Я, великий хирург, не могу извлечь эти камни, а ты, терапевт, сможешь решить проблему с помощью лекарств? Что касается какой-то там операции, которую постоянно пытался сделать академик Чу, то директор Ян относился к этому с презрением.
То, что врач-терапевт хочет делать операцию, — это просто смешно.
Хотя интервенционные операции в кардиологии уже широко распространены, директор Ян игнорировал это, считая, что это особый случай, и его нельзя применять к гепатобилиарной области.
То, что операция не удалась, — это ещё полбеды, но академик Чу ещё и сломал проводник в жёлчном протоке.
По дороге сюда директор Ян всё больше и больше радовался, чем больше радовался, тем больше думал. Он изначально собирался посмотреть на зрелище.
Поскольку академик Чу всё-таки был академиком, его авторитет был высок, и его положение в медицинском сообществе было таким же высоким. Нельзя было насмехаться и издеваться над ним в лицо, но посмотреть на зрелище и притвориться обеспокоенным, сказав пару слов, было можно.
Если с пациентом что-то не так, если в жёлчном протоке кровотечение, то придётся идти на операцию и пробовать. Как бы ни было сложно, но подтирать задницу всё равно придётся.
В любом случае, это подтирать задницу за академиком Чу, если что-то случится, то это не его вина.
Но если с пациентом всё в порядке, то он сможет вдоволь насмотреться на выражение лица академика Чу. Однако он не ожидал, что, войдя, услышит, что операция уже закончена, и обломок проводника тоже извлечён.
Эта новость обрушилась на директора Яна, как гром среди ясного неба, мгновенно подавив его центральную нервную систему,
что привело к соответствующим физиологическим реакциям.
— А камни где? — директор Ян всё ещё не верил, ему нужно было увидеть всё своими глазами.
— Директор Ян, здесь, — сказала медсестра, убиравшая операционный стол. Старшая медсестра и ассистент академика Чу уже помогли пациенту встать с операционного стола, пациент застегнул штаны больничной пижамы, попробовал пройтись, походка была уверенной, никаких проблем.
Директор Ян смотрел на походку пациента и был в замешательстве.
Ничего не случилось, а камни уже извлечены?
Неужели академик Чу действительно не фокусы показывает?
Или это подстава… нет, это же больница, а не место для уличных представлений, как можно использовать пациента, чтобы подставить его.
Да и положение академика Чу в медицинском сообществе не позволило бы такому случиться.
Походка директора Яна была немного странной, он шёл менее уверенно, чем пациент, что выглядело довольно забавно.
— Директор Ян, вы, наверное, очень устали, — спросила медсестра.
— Камни где, я посмотрю, — всё внимание директора Яна было приковано к камням.
— Здесь, — медсестра постучала овальными щипцами по изогнутому лотку, звонкий звук был очень приятным.
— Я тоже посмотрю, эти камни чуть не лишили меня жизни, — пациент тоже был любопытен, и с помощью старшей медсестры подошёл к изогнутому лотку.
В изогнутом лотке лежало 7-8 камней размером менее 1 см, чёрные с зелёным оттенком, на них был налёт, оставшийся от каких-то выделений.
— И это всё? — сказал пациент.
— А какой толщины общий жёлчный проток? — старшая медсестра подняла руку и показала, — И вот из-за этого ты перед операцией обхватил живот и обливался холодным потом от боли.
Пациент усмехнулся, почесал затылок: "Слава богу, что есть академик Чу, он действительно академик. Я ходил в другие больницы,
они мне такого наговорили, что я чуть с ума не сошёл. В лучшем случае предлагали операцию, и то не факт, что смогли бы извлечь".
— Пойдём, тебе нужна инвалидная коляска?
— Нет, я думаю, что смогу добежать обратно.
Добежать обратно — это была шутка, перед операцией пациенту ввели лекарства, то, что он мог идти сам, уже говорило о хорошем здоровье. Пациент и старшая медсестра вышли из операционной, директор Ян молча смотрел на камни в изогнутом лотке и был в оцепенении.
Его артериальное давление постепенно повышалось.
С камнями он имел дело всю свою жизнь, но обычно хирурги удаляли жёлчный пузырь, а затем вскрывали его в изогнутом лотке, чтобы посмотреть на камни внутри.
В этот раз…
Как академик Чу это сделал?
Директор Ян растерянно смотрел на камни, его взгляд был неподвижным, казалось, что круговая мышца глаза, словно деревянная доска, ограничивала движение глазного яблока.
Рядом лежал кусок проводника, это и есть тот самый обломок проводника?
— Это… — спросил директор Ян.
— У Сяо Шао мало опыта, когда он вытаскивал проводник, то случайно сломал его, — сказала медсестра, убиравшая операционную, — Надо отдать должное академику Чу, он вышел позвонить, чтобы успокоиться, а вернувшись, извлёк и камни, и проводник.
— Э-э-э…
Из горла директора Яна вырвался странный звук.
— Директор Ян, извините, —
Пока он смотрел, вошёл академик Чу, сияющий, как весенний ветер. Он уже закончил разговор по телефону, и его походка была лёгкой.
— Мне очень жаль, я только начал осваивать эту технологию, и когда увидел, что проводник сломался, то растерялся, поэтому и позвонил вам, чтобы вы посмотрели.
Директор Ян смотрел на уже извлечённые камни и проводник, и чувствовал, как в стволе его мозга лопаются сосуды, и начинается кровоизлияние в ствол мозга.
Симптомы сужения зрачков до размера игольного ушка становились всё более выраженными.
— Но всё уже извлечено, слава богу, слава богу. Извините, что побеспокоил, — академик Чу очень мягко извинялся, говоря дежурные фразы.
Директор Ян хотел улыбнуться академику Чу, чтобы выразить доброжелательность. Но, повернувшись, он почувствовал атаксию, движения стали беспорядочными, он не мог удерживать равновесие и чуть не упал.
— Осторожно!
Академик Чу подхватил директора Яна.
Сухожильные рефлексы, казалось, ослабли, похоже, директор Ян получил сильный удар, — с усмешкой подумал академик Чу.
https://
Гений запоминает адрес этого сайта за одну секунду: . Мобильная версия для чтения:
http://tl.rulate.ru/book/130372/5818277
Готово:
