До самого конца Чжоу Цунвэнь так и не понял, что именно говорил тот человек.
Наверное, он там до смерти перепугался, и теперь всё, что он видел, невольно преувеличивается, это инстинкт самосохранения, Чжоу Цунвэнь это прекрасно понимал.
Потому что... Чжоу Цунвэнь сам не из храбрых, поэтому он понимает.
Повесив трубку, Чжоу Цунвэнь молча размышлял о том, что пойти туда в качестве работника, чтобы погрузиться в атмосферу, кажется, вполне приемлемо.
В конце концов, работник и посетитель смотрят на вещи по-разному, с "божественной перспективой" должно быть не так страшно.
А в это время Лю Сяобэ, довольная собой, сидела в отеле и разговаривала по телефону на беглом японском.
...
Через день Лю Сяобэ приехала за Чжоу Цунвэнем.
"Ты уже связалась с больницей Цыцзи? Так быстро?" - спросил Чжоу Цунвэнь.
"Да, связалась, сегодня летим туда, а завтра мы с тобой станем работниками, чтобы удовлетворить твои странные пристрастия", - самодовольно сказала Лю Сяобэ.
"Что значит странные пристрастия? Это ты меня пригласила", - Чжоу Цунвэнь с некоторым недовольством поправил её ошибку в речи.
Это правда, если бы Лю Сяобэ не приглашала его снова и снова, Чжоу Цунвэнь ни за что не пошёл бы ни в какую больницу ужасов.
Вместо этого он бы лучше принял несколько пациентов в поликлинике.
При одной мысли о приёме в поликлинике Чжоу Цунвэнь впадал в уныние.
В чём его слабость, Чжоу Цунвэнь прекрасно знал - трусость... э-э, нет, молодость.
В глазах пациентов молодость - самый большой недостаток.
Кто захочет идти на приём к молодому врачу? Если он и Ван Чэнфа будут вести приём одновременно, то, хотя уровень Ван Чэнфа и низок, количество пациентов у него точно будет немаленьким, а у него, возможно, не наберётся и десятой части от этого числа.
Задание, которое дал босс, нужно выполнить, а он ошибок не прощает.
Чем больше Чжоу Цунвэнь думал, тем больше расстраивался.
"Эй, о чём задумался?" - Лю Сяобэ, увидев нерешительное и озадаченное лицо Чжоу Цунвэня, подумала, что он передумал идти, схватила его за руку и спросила.
"Думаю, что делать, если не смогу набрать пациентов на приёме", - честно ответил Чжоу Цунвэнь.
"А я-то думала, ты не хочешь идти в больницу ужасов Цыцзи".
"Я и правда не хочу", - снова честно сказал Чжоу Цунвэнь.
Сегодня он точно хороший человек, почему так много правды говорит.
"Разве не ты говорил, что тебе нравится стоять внизу и смотреть, как люди катаются на американских горках?" - с усмешкой спросила Лю Сяобэ. - "Эй, Чжоу Цунвэнь, а когда ты узнал, что боишься высоты?"
Чжоу Цунвэнь вспомнил, как впервые поехал в Паттайю, поднялся на ту высокую башню, все остальные спускались на тросе, и только он с гидом спустились на лифте.
Благородный муж не стоит под опасной стеной, - так Чжоу Цунвэнь всегда себя успокаивал.
"В этот раз, если захочешь, сможешь смотреть целый день", - радостно сказала Лю Сяобэ.
Казалось, она с особым нетерпением ждёт этой поездки, и, хочет Чжоу Цунвэнь того или нет, она всё равно затащит его туда.
"А? Разве мы не в больницу Цыцзи едем? Ха-ха-ха, звучит так, будто на консилиум. Рано"
"Ты правда не знаешь?" - Лю Сяобэ взглянула на Чжоу Цунвэня. - "Больница Цыцзи находится в парке развлечений Фудзикю Хайленд в городе Фудзиёсида префектуры Яманаси, там есть развлечения на любой вкус, от физических до психологических".
Это описание Лю Сяобэ было довольно объективным: от физических до психологических, больница Цыцзи, должно быть, относится к психологическим развлечениям.
"А физические? Американские горки? Там есть американские горки?" - Чжоу Цунвэнь сразу же струсил и осторожно спросил.
Лю Сяобэ кивнула.
Он уже начал представлять, как Лю Сяобэ будет тащить его туда, и если так, то придётся с ней порвать.
Лучше уж поссориться с Лю Сяобэ, чем подниматься туда. Если уступить из-за приличий, то в будущем будет ещё больше неловких ситуаций.
"В парке Фудзикю Хайленд есть четыре главных американских горки. В других парках люди катаются на горках, а там горки катают людей".
"Э-э, так страшно?" - Чжоу Цунвэнь ещё раз убедился в правильности своей недавней мысли.
"Конечно, из четырёх горок три попали в Книгу рекордов Гиннесса. Но мне кажется, самая интересная - это красный монстр под названием "Эидзянайка"", - с улыбкой сказала Лю Сяобэ. - "Гораздо интереснее, чем американские горки и "Безумная мышь" в Токийском Диснейленде".
"Ты на всех каталась? Вот уж действительно, нечем заняться. Меня такие экстремальные развлечения совершенно не интересуют, абсолютно", - Чжоу Цунвэнь прояснил ситуацию ещё до того, как Лю Сяобэ успела его пригласить.
"Ну ты и трус", - презрительно сказала Лю Сяобэ. - "Мужик, а боишься такого".
"Я просто не хочу рисковать жизнью, если уж хочется испытать ощущение смерти, то лучше пойти волонтёром в отделение неотложной помощи. Несколько дней назад я пережил одну загадочную ночь, если бы так было три-четыре смены подряд, то санитары, которые каталки возят, точно бы умерли от переутомления".
"И правда, замкнутый хирург".
"Я врач общей практики, лучший в мире по хирургии, лучший в мире по диагностике, лучший в мире по визуализации, по патологии..."
"Ты такой крутой, а твой босс об этом знает?" - Лю Сяобэ скривила губы, обрывая Чжоу Цунвэня на полуслове.
"Босс, конечно, знает", - рассмеялся Чжоу Цунвэнь. - "Но чем я круче, тем босс счастливее".
"У вас у всех не все дома", - сказала Лю Сяобэ. - "Мне кажется, что Ван Чэнфа и Чжан Ю - вот это норма".
"Если бы в мире все были такими, как скучно было бы жить".
"А мне кажется, что если бы в мире все были такими, как ты и твой босс, вот это было бы действительно скучно. Вы стоите на передовой морали..."
"Не говори мне про простату", - Чжоу Цунвэнь махнул рукой, вспомнив, как в будущем у него будет аденома простаты, и мочиться он будет, как из лейки душа.
Действительно, печальный опыт.
К тому же он боялся оперироваться, ощущения, когда лежишь на операционном столе, и когда стоишь рядом с ним, совершенно разные.
В будущем нужно ещё лучше относиться к пациентам, никому не хочется испытывать чувство, когда ты - рыба на разделочной доске, а над тобой занесён нож.
"Вы всё время говорите, как на собрании, когда так говорит босс, я ещё понимаю, но ты-то молодой, будешь так говорить - останешься без друзей".
"Знаешь, что такое стремление к сильным? Если я буду достаточно силён, у меня будет полно друзей, стоит только захотеть".
"Это у тебя..."
"Ты подумай о Чжан Ю, подумай о Ван Чэнфа. О Чжан Ю я мало знаю, но когда ел вместе с Ван Чэнфа, меня тошнило от их лести, кто из них искренен? Шэнь Лан и тот, скрепя сердце, подлизывался, и в итоге... ха-ха-ха", - Чжоу Цунвэнь, говоря о Шэнь Лане, рассмеялся.
"И к тому же, ты не чувствуешь силу босса".
"Как это возможно!"
"Босс может сначала смоделировать ход операции в голове", - Чжоу Цунвэнь постучал пальцем по своей голове и серьёзно сказал.
В прошлой жизни Чжоу Цунвэнь подозревал, что у босса тоже есть система. Но после долгого общения он убедился, что у босса нет системы, всё дело в таланте.
Если бы босс был моложе на несколько десятков лет, то даже Чжоу Цунвэнь со своей системой-чит-кодом, возможно, не смог бы с ним тягаться.
Поэтому Чжоу Цунвэнь никогда не зазнавался, с таким балластом, как босс, даже если бы и захотел зазнаться, не получилось бы.
:
http://tl.rulate.ru/book/130372/5771749
Готово:
