— Доктор Чжоу Цунвэнь слишком хорошо знает анатомическое строение, я только на третий раз просмотра этого фрагмента заметил, что хирург обошёл участок нерва, — с восхищением сказал врач рядом с Сяо Каем.
— Да, я вчера не заметил на экране, подумал, что у доктора Чжоу просто дрогнула рука, ничего страшного, — сказал Сяо Кай. — Ты говоришь, что доктор Чжоу делает операцию просто быстро?
— Я тоже всё время удивляюсь, — нахмурился тот, с озадаченным видом. — Я видел быстрые операции, они кажутся суетливыми, просто ради скорости. Но операция доктора Чжоу не кажется мне суетливой, а скорость при этом взлетает.
— Точно! — Сяо Кай хлопнул себя по бедру, немного забывшись.
— Вчера во время операции я забыл, сколько прошло времени, после завершения отделения грудной клетки я подумал, что прошло как минимум 3 часа. На самом деле, он потратил всего около получаса.
— Это ритм, ритм операции! — Сяо Кай всё же понимал немного больше, чем другие врачи. — Каждое движение доктора Чжоу не лишнее, это потому, что он слишком хорошо знает местное анатомическое строение, использование торакоскопа, всё ему ясно, как на ладони, мы так не можем.
— ...
— Ты смотришь на его движения, не кажется ли тебе, что они изящны? — спросил Сяо Кай.
Изящны?
Врач, которого привёл Сяо Кай, ещё не достиг такого уровня, где он мог бы почувствовать какую-то изящность.
Но раз главврач так говорит, ему неудобно говорить, что он не понимает.
— Операция сделана... Смотрите, здесь доктор Чжоу левой рукой шевельнул щипцами, отделил боковую ветвь капилляра. Если бы он отделял напрямую, это могло бы привести к кровотечению, — Сяо Кай поставил запись операции на паузу и указал на экран.
— Точно! Главврач, вы сказали, и я вспомнил, вчера доктор Чжоу во время операции использовал очень мало титановых зажимов, только в необходимых местах пережимал сосуды. Я не осознал, что он избежал многих ненужных кровотечений, у вас зоркий глаз, — осторожно польстил заведующий Цзи.
— Легко сказать, но сделать это невероятно сложно, — Сяо Кай нажал на кнопку продолжения воспроизведения операции.
...
...
Господин Хуан молча смотрел запись операции, он не общался с Шэнь Ланом, а просто сам "в одиночестве" наблюдал за операцией Чжоу Цунвэня.
Господин Хуан был хорошо знаком с ходом операции, он знал каждый шаг, который должен был сделать Чжоу Цунвэнь.
Но скорость записи была намного выше, чем скорость его собственной операции, она почти всё время шла в ускоренном режиме.
Если бы вчера он не уточнил несколько раз время операции у Дэн Мина и Чжоу Цунвэня, господин Хуан действительно подумал бы, что это ускоренная съёмка.
Несмотря на высокую скорость, ритм операции Чжоу Цунвэня был чётким, где нужно — быстро, где нужно — медленно, ни капли небрежности, ни капли пренебрежения, весь процесс был наполнен чувством ритма.
Сделать операцию ритмичной, как будто играешь на пианино, — это не каждому дано.
Господин Хуан не был удивлён, он просто смотрел с удовольствием.
Когда Чжоу Цунвэнь закончил отделение пищевода и начал менять положение тела, господин Хуан откинулся на спинку кресла и медленно закрыл глаза.
Шэнь Лан был словно околдован, место господина Хуана было просто великолепным, его рука непроизвольно легла на висок господина Хуана.
— Ещё немного силы, — спокойно сказал господин Хуан.
Шэнь Лан молчал, он и сам был поражён своим действием, это было слишком опрометчиво, к счастью, господин Хуан не рассердился.
— Я всё-таки стар, — с удовольствием наслаждаясь массажем, спокойно сказал господин Хуан. — То, что делает Чжоу Цунвэнь, я бы смог сделать, если бы был моложе на тридцать... сорок лет. Время неумолимо, сейчас я не могу.
Шэнь Лан был поражён.
Неужели уровень Чжоу Цунвэня настолько высок, что господин Хуан сам говорит, что не может так?
Шэнь Лан знал, что Чжоу Цунвэнь силён, но не знал, что он настолько силён.
Ван Сюэтэн опустила голову, она не смела смотреть на господина Хуана, потому что знала, что выражение её лица наверняка искажено от удивления и выглядит немного свирепым.
Как и Шэнь Лан, Ван Сюэтэн знала, что Чжоу Цунвэнь крут, но никогда не думала, что Чжоу Цунвэнь настолько крут!
Это было подтверждено самим господином Хуаном.
Это не было коммерческим преувеличением, чтобы повысить статус своего ученика, Чжоу Цунвэнь одной невероятной операцией доказал одну вещь — его уровень превзошёл эту эпоху.
— Медицина несовершенна, — спокойно сказал господин Хуан.
— Я тоже слышал, как Цунвэнь так говорил, — Шэнь Лан старательно играл роль подпевалы.
— Специалист по нейрохирургии из Йельского университета Джон Фултон проводил эксперименты на шимпанзе, добился ряда результатов и продемонстрировал их в 1935 году на втором Всемирном конгрессе нейрохирургов.
— Это исследование впоследствии было развито Эгашем Монишем и превратилось в лоботомию, которая позже была опровергнута.
— Операция, когда иглой ковыряют в тофу, а палкой мешают острый суп... Эх, даже говорить об этом стыдно. Но это было вызвано историческими ограничениями, ничего не поделаешь.
В то время эта операция была очень популярна, даже сестре президента США Кеннеди, Розмари Кеннеди, сделали лоботомию, что уж тут говорить.
Мысли господина Хуана переключились в другое русло, он говорил "непонятные" вещи.
— ... — Шэнь Лан впервые слышал об этом, он был крайне удивлён.
Люди прошлого века были действительно смелыми, и такое допускали.
— Чтобы создать новый метод операции, нужно постоянно пробовать и ошибаться, но кто захочет быть подопытным кроликом, — мысли господина Хуана быстро перескакивали, хотя это было навязывание ценностей, тех самых ценностей, которые Чжоу Цунвэнь уже слышал до тошноты, но Шэнь Лан этого не заметил.
— Распространить новый метод операции тоже непросто. Например, торакоскопическая хирургия, я всей душой хочу её распространить, но эффект средний. Что знают обычные люди? У вас там тоже ходят слухи о том, что хирурги делают аппендэктомию за десять-восемь минут?
— Да, вы правы, — смиренно ответил Шэнь Лан.
— Размер разреза, продолжительность операции — это то, что пациенты могут непосредственно почувствовать. Чтобы торакоскопия полностью вытеснила традиционные методы, необходимо прорваться в этих двух аспектах.
— Разрез, конечно, намного меньше, чем при традиционной операции, в этом нет сомнений, сложность во времени. Я делаю операцию по радикальному удалению рака пищевода обычно за 2 с половиной часа, но если я делаю её с помощью торакоскопа, мне нужно как минимум 3-4 часа, разница слишком велика.
— Иногда я даже хочу сдаться.
— Чжоу Цунвэнь молодец, Цунвэнь молодец, этот парень действительно молодец, — голос господина Хуана становился всё тише, как будто он уже заснул.
Шэнь Лан ничего не почувствовал, но стоявшая рядом Ван Сюэтэн заметила изменение в том, как господин Хуан называет Чжоу Цунвэня.
— Оказывается, торакоскопическая хирургия, доведённая до совершенства, может полностью вытеснить традиционные методы. Как стыдно, я сам немного колебался, думал... — говоря это, господин Хуан внезапно открыл глаза.
Наступило время, которое он рассчитал.
На экране уже сменили положение тела, Чжоу Цунвэнь начал операцию на брюшной полости.
Хотя господин Хуан не смотрел, он точно уловил время, не пропустив ни минуты, ни секунды.
Снова открыв глаза, Шэнь Лан не почувствовал в господине Хуане ни капли стыда, он был похож на воина, готового к бою, и снова вступил в сражение.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5771696
Готово:
