Чжоу Цунвэнь не обратил внимания на гнев Лю Сяобэ, это были девичьи капризы, а он, как настоящий мужлан, понятия не имел, что нужно сделать, чтобы девушка заулыбалась.
Расставшись с Лю Сяобэ, Чжоу Цунвэнь всё ещё размышлял о сне, который приснился ему ночью в деревне.
Сон был очень чётким, Лю Сяобэ лежала на дереве, словно лисичка из системного пространства.
Достав из холодильника два яйца, Чжоу Цунвэнь решил попробовать, получится ли у него выточить иероглиф "Лю".
Вот только сегодня Чжоу Цунвэнь был не в своей тарелке, и не то что выточить иероглиф, но даже уже привычная, редко дающая сбои шлифовка яичной скорлупы давалась с трудом.
После нескольких неудачных попыток Чжоу Цунвэнь глубоко вздохнул. Он просто убрал шлифовальный инструмент, умылся и сразу лёг.
Было ещё рано, на улице ещё не совсем стемнело, Чжоу Цунвэнь закрыл глаза, стараясь полностью расслабиться.
Но как бы он ни пытался успокоиться, всё было напрасно.
Обычно спокойный, как вода, Чжоу Цунвэнь был немного раздражён, системная панель в правом верхнем углу поля зрения, словно глаз, молча наблюдала за Чжоу Цунвэнем.
Чжоу Цунвэнь не открывал глаза, а старался забыть тот сон.
Борьба с самим собой - самое сложное, намного сложнее самых трудных операций, которые он делал раньше.
Перед глазами переплетались картины прошлой и нынешней жизни, образы белой лисички и Лю Сяобэ накладывались друг на друга, многие сомнения Чжоу Цунвэня получили объяснение, но появилось ещё больше необъяснимых вещей.
Словно страдая от тяжёлой бессонницы, Чжоу Цунвэнь не знал, до которого часа он ворочался, пока не провалился в тяжёлый сон.
У Чжоу Цунвэня всегда были очень хорошие привычки, он никогда не пропускал утренние планёрки. Но сегодня он проспал, когда открыл глаза, было уже за десять утра.
Пропал... Это была первая мысль Чжоу Цунвэня.
Но какая логическая связь между опозданием и тем, что он пропал? Чжоу Цунвэнь не стал об этом думать, быстро умылся, оделся и помчался в больницу.
Придя в ординаторскую, он обнаружил, что там пусто, только Лю Ди.
Чжоу Цунвэнь спросил: "Лю Ди, а где все?"
"Только что Шэнь Лан с кем-то поссорился, сидит в дежурке, злится", - ответил Лю Ди.
"Поссорился?" - Чжоу Цунвэнь опешил.
Что за человек этот Шэнь Лан, он прекрасно знал.
Трусливый и любящий посплетничать, по крайней мере, в прошлой жизни Чжоу Цунвэнь ни разу не видел, чтобы Шэнь Лан с кем-то ссорился, скорее всего, он первым делом струсит и извинится.
"Что же всё-таки случилось?" - Чжоу Цунвэню тоже стало любопытно.
"Я не знаю, слышал только краем уха, вроде как друг какого-то пациента принёс какой-то освящённый мастером амулет, а Шэнь Лан не разрешает его надевать, - покачал головой Лю Ди. - И Шэнь Лан тоже хорош, пациента уже выписывают, а он всё ссорится".
Чжоу Цунвэнь усмехнулся, вот оно что.
Город Цзянхай небольшой, вокруг нет ни знаменитых гор и рек, ни храмов разных богов и будд, так называемые освящённые амулеты... в основном обман, налог на глупость.
Но и Шэнь Лан тоже хорош, если пациент хочет носить, пусть носит, можно считать это психотерапией. Зачем из-за такой мелочи ссориться с пациентом и его родственниками?
"Я пойду посмотрю", - сказал Чжоу Цунвэнь Лю Ди и направился в дежурку.
Открыв дверь дежурки, Чжоу Цунвэня чуть не сшибло с ног волной табачного дыма.
Уровень PM2.5 в комнате зашкаливал.
"Шэнь Лан, ты чего творишь?" - Чжоу Цунвэнь вошёл и шутливо пнул Шэнь Лана по голени. - "Самоубийство так не делают".
"Ты опоздал, Цунвэнь", - Шэнь Лан, с сигаретой в зубах, нахмурив брови, выглядел недовольным.
"Я слышал от Лю Ди, если пациент хочет носить, пусть носит, чего ты с ним ссоришься?" - Чжоу Цунвэнь с улыбкой открыл окно, сначала решив поговорить с Шэнь Ланом.
Ли Жань сидел рядом с Шэнь Ланом, поднял руку и выдавил улыбку.
"Цунвэнь, ты не знаешь, пациент... пациент..." - сказал Шэнь Лан и глубоко вздохнул.
"Что случилось?" - Чжоу Цунвэнь, увидев странное выражение лица Шэнь Лана, понял, что дело, возможно, не в том, о чём говорил Лю Ди, и спросил.
"Вот как", - Ли Жань, видя, что Шэнь Лан молчит, взял слово.
Выражение его лица было серьёзным и странным, он смотрел на Чжоу Цунвэня.
Ли Жаню даже не нужно гримироваться, с таким выражением лица он мог бы пойти в дом с привидениями и пугать людей, - вдруг промелькнула мысль в голове Чжоу Цунвэня.
"У пациента с койки 3-6 есть друг, который, по его словам, очень близок с неким мастером, и попросил у него освящённый амулет для пациента. Эта вещь выглядит очень странно, Шэнь Лану это не понравилось, и он велел пациенту немедленно снять её, а друг, который принёс эту вещь, недовольно что-то сказал, и они поссорились".
"О, и чем же странно?" - уточнил Чжоу Цунвэнь.
Выражение лица Ли Жаня, на котором было три доли холодности, три доли насмешки, три доли безразличия и одна доля презрения, стало ещё более насыщенным, словно говоря, что он подбирает слова.
Через несколько секунд Шэнь Лан презрительно сказал: "Сразу видно, что это какая-то ерунда, освящённая хорьком".
Чжоу Цунвэнь чуть не набросился на Шэнь Лана и не избил его прямо на кровати.
Ну что за бред.
На северо-востоке есть несколько диких существ, хорёк - одно из них, и Шэнь Лан умудрился об этом вспомнить, чёрт возьми!
Чжоу Цунвэнь сердито посмотрел на Шэнь Лана.
И это ещё называется студент-медик!
"Я тоже думаю, что что-то не так", - сказал Ли Жань. "Согласно..."
Шэнь Лан перебил: "Эта штука светится! Ты думаешь, это нормальная вещь?!"
"Светится в темноте?" - спросил Чжоу Цунвэнь.
В прошлом веке, в эпоху дефицита, часы со светящимся циферблатом были редкостью, даже в будущих юморесках старого Го об этом упоминалось. Чжоу Цунвэнь подумал, что это что-то вроде часов со светящимся циферблатом, и усмехнулся.
"Нет, не светится в темноте, я не могу объяснить, просто кажется зловещим", - нахмурился Шэнь Лан. - "Бусина, не похожа на жемчужину, скорее на камень, светится. Не светится в темноте, я смотрел при дневном свете, на ней виден слабый свет, очень странный свет, я его чувствую!"
"Хм?!" - выражение лица Чжоу Цунвэня стало серьёзным.
Шэнь Лан несколько раз повторил слово "свет", немного путано, но Чжоу Цунвэнь понял, что он имеет в виду.
"Да, мне тоже кажется странным", - сказал Ли Жань. - "По словам родственников пациента, эта вещь бесценна. Но, Цунвэнь, скажи, если бы это была действительно бесценная вещь, как бы она оказалась в нашем Цзянхае?"
Когда Ли Жань говорил, выражение его лица было серьёзным и сосредоточенным, но насмешливое выражение постепенно сгущалось, создавая впечатление, что он никого не уважает.
"Есть ли ещё что-нибудь странное?" - осторожно спросил Чжоу Цунвэнь.
"Кажется, она ещё и тёплая", - сказал Ли Жань. - "Я хотел посмотреть поближе, только потянулся, как пациент увернулся, я лишь слегка коснулся, и почувствовал, что она очень горячая".
"Наверное, нагрелась от температуры тела пациента".
"Не похоже", - покачал головой Ли Жань.
"И только из-за этого?" - спросил Чжоу Цунвэнь. - "Руки не распускал?"
"Нет, я просто поговорил с пациентом, а потом меня выгнали с руганью", - удручённо сказал Шэнь Лан.
"Ха-ха-ха", - громко рассмеялся Чжоу Цунвэнь.
Так вот из-за чего была ссора.
"Светится и излучает тепло, кроме нашего сердца, служащего народу, всё остальное - ложь", - Чжоу Цунвэнь с улыбкой успокаивал Шэнь Лана.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5762954
Готово:
Но какая логическая связь между опозданием и тем, что он пропал? Чжоу Цунвэнь не стал об этом думать, быстро умылся, оделся и помчался в больницу.
Полагаю тут проспал должно быть)