Уровень торакоскопии Ван Чэнфа был так себе, он мог делать только самые простые операции по удалению булл. Ничего особенного, во время операции всё было стандартно.
Он сделал разрез 1,5 см в 6-м межреберье по средней подмышечной линии пациента, ввёл троакар, через троакар ввёл торакоскоп.
После того, как он сказал анестезиологу Лю Вэю перейти на однолёгочную вентиляцию, лёгкое на стороне операции спалось, обнажив операционное поле.
Затем под контролем торакоскопа он сделал разрезы по 1,5 см по передней подмышечной линии и заднему краю лопатки, ввёл троакары и через троакары ввёл эндоскопические инструменты, расстояние между портами составляло более 10 см.
Чжоу Цунвэнь в крайне неудобной позе оглянулся на экран, на поверхности лёгкого были следы свежей крови, но Ван Чэнфа не придал этому значения.
Это не кровотечение из межрёберной артерии, хотя Чжоу Цунвэнь взглянул всего один раз, но у него уже было своё мнение.
Кровотечение из межрёберной артерии очень сильное, судя по объёму кровопотери пациента и виду в торакоскоп, это не оно.
Ван Чэнфа тщательно осмотрел поверхность лёгкого через торакоскоп.
Буллы часто располагаются в верхушечном сегменте верхней доли и заднем сегменте нижней доли, их легко обнаружить. Бывают и сложные случаи, когда лёгкое покрыто буллами, похожими на просяные зёрнышки, и невозможно подступиться.
Но у данного пациента был простой случай, в поле зрения появились две буллы. Из-за однолёгочной вентиляции они не шипели и не выпускали воздух, а бессильно лежали на лёгком.
Ван Чэнфа ввёл лёгочные щипцы через один из троакаров и крепко зажал буллу.
На этот шаг он потратил целых десять минут, действовал очень неумело.
Работа с торакоскопом отличается от обычной работы руками, для хирургов старой школы, привыкших к большим разрезам, это очень неудобно. То, что он хотя бы пытается, уже говорит о том, что он - целеустремлённый старый директор.
Затем Ван Чэнфа ввёл эндоскопический сшивающе-режущий аппарат через другой троакар.
"Держи хорошо", - Ван Чэнфа поправил объектив торакоскопа, направив его прямо на буллу.
Шэнь Лан осторожно зафиксировал найденное Ван Чэнфа положение, боясь пошевелиться, он опасался, что Ван Чэнфа, если операция пойдёт не так, свалит вину на него, на то, что он держал камеру.
Шэнь Лан даже немного завидовал Чжоу Цунвэню, потому что Чжоу Цунвэнь ничего не делал, а просто стоял напротив и смотрел в одну точку. Шэнь Лан даже заметил, что Чжоу Цунвэнь в крайне неудобной позе взглянул на экран, но в итоге сдался.
Он не жалел Чжоу Цунвэня, а скорее завидовал. Если бы и он мог просто стоять и ничего не делать, подумал Шэнь Лан.
Под контролем торакоскопа Ван Чэнфа удалил буллу, отступив 0,5 см от её основания в нормальную лёгочную ткань.
Раздался щелчок сшивающе-режущего аппарата.
Затем Ван Чэнфа вынул сшивающе-режущий аппарат, серо-бурая булла была успешно удалена.
Ван Чэнфа был немного горд, хотя он и болел, но успешное выполнение торакоскопической резекции буллы - это радостное событие.
"Директор Ван, мастерство растёт", - сказал Лю Вэй с улыбкой. - "Среди врачей старой школы в Народной больнице, где вы работали, только вы освоили новую технологию".
Ван Чэнфа гордо скривил губы, но на словах всё же был вежлив: "Какая новая технология, показуха, можно делать только резекцию булл".
"Я видел, что общая хирургия собирается использовать эту штуку для удаления аппендикса".
"Лучше уж открытая операция", - оценил Ван Чэнфа. - "Мне для удаления аппендикса нужен разрез всего 3 см, а при использовании лапароскопа нужно делать три прокола. Скажите, разве это не излишне? Три прокола по 2 см, в сумме разрез получается длиннее, чем при открытой операции, что за ерунда".
"Ха-ха-ха, я тоже так думаю. Не знаю, какая компания придумала такую бредовую идею, так дорого, и неудобно. Я тоже удивляюсь, сколько же денег дали общей хирургии, что они без зазрения совести используют это на пациентах".
Выражение лица Ван Чэнфа слегка изменилось.
"Директор Ван, я не про вас", - Лю Вэй тоже почувствовал, что сказал что-то не то, и сразу же объяснил. - "Открытая операция на грудной клетке слишком травматична, это не то же самое, что аппендицит. Пациент - студент, выписка через 3 дня и через 14 дней - это большая разница".
Услышав слова Лю Вэя, Ван Чэнфа смягчился.
Даже несмотря на шапочку и маску, по глазам Ван Чэнфа можно было заметить изменение его настроения.
"Новая технология, новая технология, всё это чушь собачья. Разве можно с помощью торакоскопа сделать рукавную резекцию?" - презрительно сказал Ван Чэнфа. - "Если бы не эта чёртова научная работа для повышения квалификации, вы думаете, я бы стал этим заниматься?".
"Ха-ха, директор Ван, вы можете делать любые операции, я слышал, что в Народной больнице вы даже дренирование через трепанационное отверстие делали".
Разговаривая, Ван Чэнфа удалил ещё одну буллу.
Приготовили тёплый физраствор, залили в грудную полость.
"Раздувайте лёгкое", - сказал Ван Чэнфа низким голосом.
Утечки воздуха не обнаружили, операция успешно завершена.
Ван Чэнфа уже собирался объявить об окончании операции, как вдруг раздался голос Чжоу Цунвэня: "Директор Ван, в тёплом физрастворе для промывания кровь".
Услышав голос Чжоу Цунвэня, Ван Чэнфа почувствовал раздражение, которое невозможно было описать.
Почему он везде лезет?
В тёплом физрастворе для промывания грудной полости действительно была свежая кровь, но Ван Чэнфа не обратил на это внимания, он посчитал, что это кровотечение из мышц, которое стекает по разрезу в грудную полость.
Чёрт возьми, Ван Чэнфа промолчал и сказал низким голосом с холодным лицом: "Готовьтесь закрывать".
Шэнь Лан держал в одной руке камеру, а в другой - отсос, Ван Чэнфа протянул ему длинный зажим, он не задумываясь передал то, что держал в руках, Чжоу Цунвэню, даже не посмотрев, что именно он ему дал.
"Директор Ван, операция проведена отлично, вы молодец!" - польстил Лю Вэй.
Ван Чэнфа скривил губы, и вдруг увидел, как изображение на экране задрожало.
Хотя уже наступил этап закрытия грудной клетки, изображение на экране не имело никакого значения, но Ван Чэнфа ни за что не упустил бы ни единой возможности высмеять, поддеть и унизить Чжоу Цунвэня.
"Даже камеру держать не умеешь, чему ты учился все эти годы", - презрительно сказал Ван Чэнфа. - "Иди отсюда, ты мне не нужен".
Чжоу Цунвэнь промолчал, операционная сестра тут же опустила голову и начала пересчитывать инструменты вместе с санитаркой, даже ей, постороннему человеку, было неловко от этой сцены.
Только что доктор Чжоу высказал замечание, а Ван Чэнфа сразу же начал его отчитывать.
И зачем доктору Чжоу это надо, стоял бы себе спокойно, держал камеру, и всё, зачем так много говорить.
Большинство врачей и медсестёр в операционной знали о делах в грудной хирургии, хотя и не в деталях, но то, что Ван Чэнфа притесняет Чжоу Цунвэня, было очевидно для всех.
И зачем доктору Чжоу перечить старому директору, совсем не знает своего места.
"Круглую иглу, нить 4-0", - сказал Ван Чэнфа низким голосом.
Операционная сестра тут же передала Шэнь Лану подготовленные иглу и нить.
Ван Чэнфа взял иглу с нитью, перед тем как начать шить, поднял голову и посмотрел на Чжоу Цунвэня, увидел, что тот твёрдо держит камеру, но угол обзора камеры был совершенно неправильным.
Только он собрался что-то сказать, как краем глаза Ван Чэнфа вдруг увидел какое-то странное изображение и замер.
Это галлюцинация, я слишком устал, к тому же недостаточное кровоснабжение сердца и сильное давление вызвали галлюцинацию, - первая мысль, которая пришла в голову Ван Чэнфа.
Но затем он резко повернул шею и уставился на экран телевизора.
В верхушке плевры отверстие размером с ноготь, из которого капает кровь. На изображении с камеры всё было прекрасно видно, расположение было таким удачным, словно специально позировали.
Упала капля крови, Ван Чэнфа всё ещё не верил, не отрываясь смотрел на экран.
Вскоре в области отверстия собралась ещё одна капля артериальной крови, через несколько секунд она вытекла. Ван Чэнфа всё прекрасно видел, в мгновение ока его спина покрылась холодным потом.
Он понял, в чём проблема.
Только что, когда Чжоу Цунвэнь напомнил, что в тёплом физрастворе для промывания есть несвернувшаяся кровь, Ван Чэнфа пренебрёг этим, посчитав, что тот намеренно бросает вызов его авторитету.
Но теперь, когда камера "случайно" показала отверстие в верхушке плевры, Ван Чэнфа замер.
Должно быть, у пациента раньше был пневмоторакс, после консервативного лечения лёгкое и плевра срослись, верхушка лёгкого прилипла к верхушке плевры.
Во время этого спонтанного пневмоторакса выходящий газ сдавил лёгкое, что равносильно сильному воздействию, разделившему место спайки, в результате чего плевра в верхушке плевры была разорвана.
Хотя травма и несерьёзная, но, судя по всему, в этом месте точно просачивается кровь из капилляров.
Кровотечение не сильное и не слабое, если бы было чуть сильнее, я бы, наверное, смог его обнаружить. Если бы было чуть слабее, возможно, оно бы уже само зажило.
Чёрт возьми, как же Чжоу Цунвэню так повезло! - мысленно ругался Ван Чэнфа.
Без обзора, даже камеру не может нормально держать, но вот так, случайно поставил, и сразу увидел место кровотечения.
Если бы делали открытую операцию, верхушку плевры было бы легко увидеть, но при торакоскопии, чтобы увидеть так далеко, нужно повернуть камеру вбок. На мгновение зазевался, и позволил Чжоу Цунвэню случайно это увидеть.
Ван Чэнфа почувствовал горечь, едва не выплюнул полный рот крови.
Остальные тоже заметили это, Шэнь Лан был крайне удивлён, но, убедившись, что директор Ван пропустил место кровотечения, а Чжоу Цунвэнь оказался прав, он тут же опустил голову, делая вид, что ничего не видел.
Санитарка стояла позади Ван Чэнфа: "Старший директор Ван, это кровотечение?".
Ван Чэнфа беспомощно кивнул.
Кровь явно просачивалась, у Ван Чэнфа не хватило бы смелости назвать чёрное белым и насильно закрыть грудную клетку.
"Готовьтесь к ушиванию", - сказал Ван Чэнфа низким голосом.
Если бы это была открытая операция, Ван Чэнфа не обратил бы внимания на такой крошечный разрыв. Но ушивание при торакоскопической операции требует специального оборудования, ощущения от ушивания отличаются от ушивания при открытой операции.
У Ван Чэнфа немного разболелась голова, но ему пришлось стиснуть зубы и делать.
Простое швы "восьмёркой" заняли целых 5 минут. Когда всё было закончено, Ван Чэнфа почувствовал слабость.
Чёртова торакоскопия, больше никогда не буду её делать. Если бы это была большая открытая операция, я бы просто надавил на лёгкое и увидел бы разрыв в верхушке плевры.
Но работа с торакоскопом была довольно непривычна для такого старого врача, как Ван Чэнфа, у него не было достаточного количества случаев, чтобы накопить опыт, к тому же он уже прошёл пик изучения новых технологий, и мог лишь понемногу нащупывать, основываясь на опыте открытых операций.
Из-за чего и пропустил разрыв в верхушке плевры, и позволил Чжоу Цунвэню поймать себя на этом, - снова подумал Ван Чэнфа.
Хотя Чжоу Цунвэнь не сказал ни слова, Ван Чэнфа чувствовал, что на него смотрят бесчисленные глаза, и вокруг смутно слышатся насмешки.
Больше никогда не буду делать торакоскопию, пусть эта показушная технология идёт к чёрту!
Как хорошо делать большие разрезы, если бы у этого пациента был большой разрез, точно ничего бы не случилось.
Превозмогая внутреннее раздражение, Ван Чэнфа внимательно всё осмотрел, убедился, что ничего не пропустил, и только тогда начал закрывать грудную клетку.
Однако у торакоскопии есть свои преимущества, закрытие грудной клетки занимает очень мало времени, через несколько минут после ушивания трёх проколов операция была объявлена оконченной.
Ван Чэнфа, не оглядываясь, вышел, и только после его ухода атмосфера в операционной немного разрядилась.
"Цунвэнь, как ты обнаружил?", - тихо спросил Шэнь Лан.
"Что обнаружил? Я ничего не вижу", - категорически отрицал Чжоу Цунвэнь.
"..." Шэнь Лан смутно чувствовал, что что-то не так, но что именно, он не мог сказать.
С позиции Чжоу Цунвэня вообще не видно экрана телевизора, куда направлена камера, он не знает. Должно быть, случайно, но уж слишком случайно.
Шэнь Лану иногда выпадает возможность быть первым ассистентом, он прекрасно знает, как сложно держать камеру.
Если предположить, что директор Ван обнаружил разрыв в верхушке плевры и попросил его найти это место с помощью камеры, то, скорее всего, он бы не смог найти его и за несколько минут.
И это при том, что он бы искал, глядя на экран и имея обзор.
У Чжоу Цунвэня вообще не было обзора, он просто ткнул наугад и увидел, что это, если не везение.
Эх, Шэнь Лан немного расстроился.
Надо было раньше поговорить с Чжоу Цунвэнем, нет смысла так перечить директору, это только сузит его дальнейший путь.
Анестезиолог Лю Вэй, увидев, что Ван Чэнфа ушёл, с улыбкой сказал: "Доктор Чжоу, вы молодец, так запросто увидели место кровотечения".
"Я не видел", - равнодушно сказал Чжоу Цунвэнь.
"Тц-тц, лицо вашего старика Вана сразу почернело. Я слышал от врачей из Народной больницы, что обычно, когда лицо старика Вана чернеет, он начинает ругаться. Однажды во время экстренной реанимации медсестра не успела, старик Ван с чёрным лицом отругал всю операционную сверху донизу, ругался целых 4 часа".
"Я ничего не вижу, с какой стати ему меня ругать", - спросил Чжоу Цунвэнь, глядя на Лю Вэя.
"Да-да, ты прав", - Лю Вэй просто подумал, что Чжоу Цунвэню невероятно повезло, и не стал особо задумываться.
Пробуждение, извлечение трубки, Чжоу Цунвэнь помог Шэнь Лану переложить пациента на каталку, не пошёл вниз, а отправился переодеваться, чтобы идти домой.
Обычно в такое время нужно вернуться в отделение и показаться перед Ван Чэнфа, чтобы углубить впечатление директора о себе.
Но Чжоу Цунвэню было лень возиться, он пришёл в раздевалку, закурил сигарету "Байлинчжи" и блаженно затянулся.
Уровень торакоскопии в 2002 году действительно низок, Чжоу Цунвэнь считает, что он бы сделал операцию ногой лучше, чем Ван Чэнфа.
Под давлением старых директоров торакоскопическая техника никак не может стремительно развиваться.
В прошлой жизни эта технология начала развиваться только после того, как старые директора постепенно сошли с исторической сцены, и только тогда "новая волна" начала широко внедрять торакоскопическую технику.
У Чжоу Цунвэня был один доктор наук, который ездил на выездные операции, местная больница собиралась открыть 4 операционных.
Все операционные открылись почти одновременно, после начала операции хирург быстро резал и сшивал, включая резекцию доли лёгкого, всё удалялось несколькими движениями.
Четыре бригады не успевали обслуживать его одного, приходилось делать перерывы на несколько минут.
Вот это была операция, с учётом времени на анестезию, в основном, 1 час на операцию, не то что сейчас.
Всё-таки нужно развиваться, - неторопливо подумал Чжоу Цунвэнь, вращая в левой руке одноразовую зажигалку и держа сигарету в правой.
Покурить, принять душ, не заискивать перед Ван Чэнфа, Чжоу Цунвэнь, заложив руки за спину, прихрамывающей походкой пошёл домой.
Подойдя к дому, он увидел, как хозяин лотерейного магазина издалека машет ему рукой: "Доктор Чжоу!".
http://tl.rulate.ru/book/130372/5720537
Готово:
