Получается, мы потратили больше тысячи юаней, только чтобы Цинь Дачуань перестал нас так ненавидеть. А между нами и им все еще нет никаких отношений! — снова сказал Ли Наньсун.
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: «Тогда ты чувствуешь, что вы с Цинь Дачуанем теперь уже очень хорошие друзья? Я хочу тебя спросить, у тебя сейчас есть такое чувство?» Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, снова сказал: «Извини, у меня действительно нет такого чувства, я все еще очень ненавижу Цинь Дачуаня!»
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: «Посмотри на себя, ты сам все еще ненавидишь этого Цинь Дачуаня! Как ты хочешь, чтобы ты ему понравился? Поэтому, я вижу, ты еще не вошел в роль! Ты же знаешь, мы же сейчас все играем!»
Услышав, как Чжао Ган это сказал, Ли Наньсун посмотрел на него и снова сказал: «Значит, в будущем нам двоим нужно будет продолжать налаживать отношения с Цинь Дачуанем, а сегодняшний обед, получается, не имел большого значения».
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: «Ну, так тоже нельзя говорить, значение сегодняшнего обеда все-таки очень велико. Хотя сейчас отношения между нами и Цинь Дачуанем в основном все еще на нуле, но это уже огромный прогресс».
Услышав это, Ли Наньсун снова не понял, он посмотрел на Чжао Гана и сказал: «Чжао Гэ, о чем ты говоришь! Мы потратили больше тысячи юаней, как же так, что отношения с Цинь Дачуанем все еще на нуле! Это же были настоящие деньги, больше тысячи юаней, как же так вышло, что для Цинь Дачуаня это равно всего лишь нулю!»
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: «Хотя это и ноль, но это не бессмысленный ноль, это ноль, имеющий важное значение». Услышав, как Чжао Ган это сказал, Ли Наньсун снова удивленно посмотрел на него и сказал: «Что это значит, уже ноль, какое еще важное значение».
Но сам Цинь Дачуань и подумать не мог, что меньше чем за месяц он снова станет директором этой военно-промышленной базы 308, это действительно было несколько драматичным изменением! Он и сам не ожидал, что сможет так быстро снова стать первым лицом базы! Особенно этой военно-промышленной базы 308, ведь это не обычная военно-промышленная база, это самая особенная военно-промышленная база Главного управления вооружений, все передовое вооружение всей армии в будущем будет разрабатываться именно на этой военно-промышленной базе!
Прежний Цинь Дачуань думал, что как только он сможет стать первым лицом этой военно-промышленной базы 308, он обязательно как следует разберется с Чжао Ганом и Ли Наньсуном! Но сегодня, когда он действительно стал первым лицом этой военно-промышленной базы 308, он, наоборот, уже не испытывал такой сильной враждебности к Чжао Гану и Ли Наньсуну.
Нынешний Цинь Дачуань уже не думал о делах Чжао Гана и Ли Наньсуна. В конце концов, для него, первого лица, держащего в руках большую власть, те мелкие противоречия, что были у него раньше с Чжао Ганом и Ли Наньсуном, просто не стоили упоминания. Потому что Цинь Дачуань, ставший первым лицом военно-промышленной базы 308, снова почувствовал, как раздуваются его амбиции.
Нынешний Цинь Дачуань несколько отличался от прежнего Цинь Дачуаня. Прежний Цинь Дачуань все еще жил мелкими обидами и расчетами. В конце концов, тот Цинь Дачуань был всего лишь заместителем директора военно-промышленной базы, власти в его руках было немного. Для Цинь Дачуаня того времени важно было лишь найти пару низовых руководителей, которые ему нравились, а затем сколотить с ними фракцию.
Но Цинь Дачуань, ставший первым лицом военно-промышленной базы 308, уже не думал о создании маленькой группировки, он планировал развернуть на военно-промышленной базе 308 бурную деятельность. А затем извлечь из этого огромную выгоду для себя.
Сейчас Цинь Дачуань сидел на диване в своем кабинете и размышлял, как поступить с этими двумя — Чжао Ганом и Ли Наньсуном. Сейчас он уже не испытывал к ним такой враждебности, как раньше. Но как бы то ни было, эти двое для него были прежними врагами, а теперь он стал первым лицом этой военно-промышленной базы. А Чжао Ган и Ли Наньсун были подчиненными Чжао Чжунъяо, и к тому же у них были неплохие отношения с Чжао Чжунъяо. С такими людьми, если следовать обычной логике, обязательно нужно было разобраться. Как говорится, у нового правителя — новые придворные. Таких «старых сановников прежней династии», как Чжао Ган и Ли Наньсун, Цинь Дачуаню следовало бы прогнать!
Но Чжао Ган и Ли Наньсун все же отличались от других руководителей. Хотя Чжао Ган и Ли Наньсун очень нравились Чжао Чжунъяо, но как ни крути, они все же были обычными рабочими. Такие люди не представляли прямой угрозы для высшего руководства базы. Таких людей, на самом деле, вполне можно было использовать. А не обязательно гнать их прочь.
Цинь Дачуань сидел на диване, он думал и так, и этак, но так и не знал, как ему дальше поступить с Чжао Ганом и Ли Наньсуном! Хотя сегодня Чжао Ган и Ли Наньсун пригласили его, Цинь Дачуаня, на обед, и обедали они в дорогом ресторане. Но Цинь Дачуань также понимал, что нельзя считать, что раз Чжао Ган и Ли Наньсун пригласили его на обед, то это означает, что они уже готовы ему подчиниться.
«Эх, как же мне сейчас поступить, Чжао Ган и Ли Наньсун, они действительно искренне хотят мне подчиниться? Не разыгрывают ли они спектакль передо мной? Но если так, то какие у них могут быть мотивы?»
На мгновение множество вопросов нахлынуло на Цинь Дачуаня, он не знал, что и делать. В конце концов, это было важное дело, он теперь директор, и в первую очередь ему нужно было разобраться с этими двумя «талантами» — Чжао Ганом и Ли Наньсуном, только тогда он сможет управлять остальными работниками! Цинь Дачуань прекрасно понимал, что если он уладит дела с Чжао Ганом и Ли Наньсуном, то остальные рабочие, естественно, последуют за Чжао Ганом и Ли Наньсуном.
«Эх, это дело действительно раздражает! Что же мне делать!» Цинь Дачуань сидел сейчас на диване и курил одну сигарету за другой! Потому что он сейчас просто не знал, что ему делать, верить словам Чжао Гана и Ли Наньсуна или не верить им. Эти двое казались ему сейчас чем-то вроде горячей картофелины, он не знал, куда ее деть.
И как раз в тот момент, когда Цинь Дачуань чувствовал себя растерянным, он услышал скрип — дверь кабинета открылась. Увидев, что кто-то вошел в его кабинет без стука, Цинь Дачуань уже было хотел вспылить!
Но, увидев вошедшего, он уже не мог злиться.
Это Сяомэй! У тебя какое-то дело? Вошла не кто иная, как секретарша Цинь Дачуаня, Ван Сяомэй.
Ван Сяомэй столкнулась с Чжао Ганом и Ли Наньсуном в этом самом кабинете перед тем, как Цинь Дачуань ушел обедать с ними.
Тогда Цинь Дачуань лишь сказал, что у него с Чжао Ганом и Ли Наньсуном есть кое-какие дела, и не позволил Ван Сяомэй присутствовать при их разговоре. Это вызвало у Ван Сяомэй любопытство, она не знала, по какому делу Чжао Ган и Ли Наньсун приходили к Цинь Дачуаню.
Поэтому, узнав, что Цинь Дачуань вернулся, она захотела прийти и спросить, зачем он только что выходил вместе с Чжао Ганом и Ли Наньсуном. Ведь Ван Сяомэй тоже знала, что отношения у Цинь Дачуаня с Чжао Ганом и Ли Наньсуном были неважными, они редко выходили куда-то вместе, сегодня, возможно, был первый раз!
Ван Сяомэй взглянула на Цинь Дачуаня и сказала: «Ничего особенного, я хотела спросить, зачем ты сегодня выходил вместе с Чжао Ганом и Ли Наньсуном».
Цинь Дачуань, выслушав Ван Сяомэй, шутливым тоном сказал: «Эй, ты всего лишь моя секретарша, о таких рабочих делах тебе знать необязательно! Мы, конечно же, выходили вместе по рабочим делам!»
Ван Сяомэй, услышав слова Цинь Дачуаня, недовольно посмотрела на него и сказала: «Что ты имеешь в виду, ты не ставишь меня, Ван Сяомэй, ни во что, или просто презираешь меня, считаешь меня незначительной фигурой?»
Услышав такие слова Ван Сяомэй, Цинь Дачуань поспешно улыбнулся и сказал: «Как можно! Ты, конечно же, самый важный человек на нашей военно-промышленной базе 308». Ван Сяомэй, выслушав Цинь Дачуаня, сверкнула на него глазами и сказала: «Правда? Раз я такая важная персона, то почему ты не можешь рассказать мне о рабочих делах, которые обсуждал с Чжао Ганом и Ли Наньсуном?»
Цинь Дачуань, выслушав Ван Сяомэй, снова сказал: «На самом деле, эти дела для тебя, даже если ты узнаешь, не будут иметь большого значения, это просто наши рабочие дела».
Ван Сяомэй, выслушав, снова сказала: «Я твоя секретарша, неужели я не могу знать о твоих рабочих делах?» Видя, что Цинь Дачуань не хочет говорить об этих рабочих делах, Ван Сяомэй стала еще любопытнее. Чем больше Цинь Дачуань молчал, тем больше ей хотелось узнать, зачем же он выходил с Чжао Ганом и Ли Наньсуном.
«Хорошо, хорошо, раз ты так говоришь, то я тебе скажу! Я ходил обедать вместе с Чжао Ганом и Ли Наньсуном. Причем, угощали они! Ну что, у тебя еще есть вопросы?» Цинь Дачуань тоже чувствовал, что нет необходимости скрывать это от Ван Сяомэй, в конце концов, она тоже была своим человеком. Зачем ему было лгать ей!
Услышав, как Цинь Дачуань это сказал, Ван Сяомэй не только не удовлетворила свое любопытство, но стала еще любопытнее. Она не понимала, как Чжао Ган и Ли Наньсун могли угощать Цинь Дачуаня! Они ведь были всего лишь обычными рабочими, дистанция между ними и Цинь Дачуанем была все еще очень велика. Был еще один момент, который Ван Сяомэй не могла понять: она ведь тоже знала, что отношения между Чжао Ганом, Ли Наньсуном и Цинь Дачуанем были неважными! Все это было потому, что Чжао Ган и Ли Наньсун оба были подчиненными Чжао Чжунъяо! Их отношения с Чжао Чжунъяо были очень хорошими, а вот с Цинь Дачуанем — неважными!
http://tl.rulate.ru/book/129841/6089812
Готово:
